Наследие огня и крови

      Тея медленно продиралась сквозь спутанное после сна сознание, когда где-то в стороне послышался тихий стук. С её головы по волосам нежно соскользнула рука и легла на плечо. Тея попыталась разлепить веки, борясь с покалывающей в груди болью. Раздался голос Лиары:       — Входи.       — Как она? — негромко проговорил Аги, видимо, стоя в дверях комнаты.       — Уже лучше, думаю…       Тея сжала пальцы девушки, державшей её за руку, и тяжело вздохнула, переворачиваясь со спины на бок. Её взгляд коснулся Лиары, но она поспешно перевела его на вошедшего Аги и слабо улыбнулась.       — Я в порядке.       — Хорошо, — облегчённо отозвался парень, — а то мы волновались.       — Не стоило, — заметила Тея, поджав губы. — Это я… Кхм. Простите, что испортила вечер и… — она не смогла договорить: в горле и на языке саднило от горечи, и она сама не была уверена, за что именно извиняется.       — Пустяки! Тот мерзавец первым начал…       — Не пустяки, — прервала его суровым тоном Нимрис, и Тея только теперь заметила её, стоящую в тени возле порога.       — Ты права. Я виновата, — понуро отозвалась Тея.       — Отдыхай, — велела ей Лиара, поднявшись с края кровати, и одарила ласковой улыбкой перед тем, как выйти и закрыть за собой дверь.       Тея подтянула колени к груди и ткнулась носом в подушку. Она неосознанно напрягла слух, когда из коридора послышались приглушённые голоса.       — Ей не следует идти во дворец. Она может снова сорваться, — непреклонным тоном начала Нимрис.       — Этого не будет. Она ведь сказала, что сожалеет, — вступилась Лиара.       — Она может внушить это себе, но ты…       — Нэм, — почти шёпотом прервал её Аги.       — Ты ошибаешься на её счёт, — твёрдо ответила Лиара.       — Я предупредила тебя, — после короткой паузы добавила Нимрис, и было в её голосе что-то болезненно-печальное.       «Почему… почему она продолжает следовать за мной? Почему прощает, несмотря на всё, несмотря на… меня?» Тея зажмурилась и сжалась всем телом, будто это могло остановить разрастающуюся внутри неё пустоту, которая с удовольствием пожирала мысли и чувства, оставляя лишь черноту, из которой на неё смотрело её собственное отражение, настоящее — с высокомерным выражением на изогнутых губах и бледными голубыми глазами, сочащимися презрением. В этой пустоте нет места Лиаре, здесь обитают только боль и сожаления, шипастыми лозами обвивающие её с ног до головы. Тея знала, что это нечестно. Нечестно утягивать Лиару в этот мрак, хвататься за неё как за спасительный глоток воздуха. Но в то же время другая её часть отчаянно требовала тепла, и в такие моменты казалось, что ей хватит жадности, хватит наглости и смелости, чтобы присвоить этот свет себе, утянуть за собой в бездну.       Посмеет ли она?       Ручка двери скрипнула, и Тея замерла. Ей безумно хотелось открыть сейчас глаза и встретиться с тёплым взглядом Лиары, тихо стоящей в дверях, обнять её, коснуться её губ, но она не шелохнулась. Прошло ещё пару талов, когда девушка закрыла дверь, и Тея вновь осталась одна, в темноте пустой комнаты. И это чувство было даже привычнее, чем злость.       Утро пробиралось в их комнату мягкой дымкой солнечного света, но Тея лишь сильнее зажмурилась. Её обволакивали мягкое тепло рук и горячее дыхание, скользящее по шее — совсем не хотелось расставаться с этим ощущением безопасности и сладостного покоя. Но сон неумолимо растворялся, уступая место беспокойным мыслям, и её сердце, что стучало в унисон с сердцем Лиары, тут же сбилось с ровного ритма.       На лбу пролегли складки, и она скривила губы, когда по телу пробежала волна мурашек от пробуждения. Хотя усталость в мышцах от напряжения и покалывание в груди прошли, в запястьях появилась лёгкая, еле заметная тянущая боль, словно жилы под тонкой кожей скрутились в тугие узлы. Она повела плечом и уже собиралась привстать, но руки Лиары крепче обхватили её и прижали к груди. Девушка перекинула ногу и обхватила ею бедро Теи. Губы Лиары коснулись её щеки и шеи, и по коже пробежали мурашки от нежности и напора, с какими она действовала.       — Останься, — прошептала Лиара и вновь поцеловала Тею, уже в плечо, и её пальцы, нырнув под ночную сорочку, мягко сжали бедро.       По телу медленно растекался жар, Тея повернулась к ней лицом и приникла к её губам, сладким и желанным. Она осталась с ней, потому что просто не могла отказать, когда на неё смотрели эти серовато-голубые глаза, потому что сила, с которой её тянуло к Лиаре, была столь велика, что затмевала даже страх. Она не отходила от неё весь день и ночь, и следующее утро также принадлежало им одним.              Королевский бал должен был состояться лишь ночью, у них оставалось немного свободного времени перед подготовкой к торжеству, и после полудня Тея и Лиара отправились к набережной. Они шли по оживлённой улице, когда воительница вдруг повернула направо, хотя им следовало пройти ещё несколько кварталов вперёд. Тея удивлённо взглянула на неё, но, заметив, с какой уверенностью та шагает, спокойно последовала за ней. Вскоре они оказались у небольшой площади, по центру которой стоял фонтан, а по сторонам, помимо жилых домов, располагалась небольшая кузница.       — Подождёшь здесь? Я быстро, — предупредила Лиара, и в её тоне явно сквозило волнение.       — Да, иди, — Тея улыбнулась и выпустила руку девушки из своей. Та скрылась за дверью кузницы, а Тея побрела в сторону фонтана, чтобы присесть.       Она сделала всего пару шагов, как за спиной у неё раздался топот. Она невольно оглянулась, хотя уже поняла, что это точно не Лиара. По одному из переулков бежали двое мальчишек прямо в сторону площади, но у последнего из домов они вдруг остановились, оставшись в тени улицы. Один устало облокотился на стену, а второй, уперевшись руками в колени, пытался отдышаться.       На вид им было не больше десяти-одиннадцати лет, на них была изношенная, на пару размеров больше одежда, а у мальчишки с тёмными кудряшками по скуле расплывался свежий синяк. Он скривился и дёрнул плечом:       — Какого агна ты сбежал? — он толкнул мальчика в плечо, прижав того обратно к стене. — Почему не делаешь так, как тебе говорят?       — Я просто… — он залепетал, но по щеке его тут же прилетела чужая ладонь.       — Ты просто никчёмный трус, — прошипел он, и Тея вздрогнула. В его тоне, движениях было столько искренней злобы, столько горечи и обиды одновременно, что она невольно представила себя на его месте, и сердце скрутило невидимой нитью, острой, словно лезвие. Та непосредственность, с какой он действовал, не просто пугала — она заставляла цепенеть.       — Пр… прости, Фи. Я… я больше не буду, — вновь попытался оправдаться он, но мальчишка схватил его за грудки.       — От тебя вечно одни проблемы, — его губы скривились. Он не был ни выше, ни крупнее, но то, как он двигался, как говорил, сразу давало понять, кто из них сильнее. Но важнее было то, что он сам знал, что сильнее. — Слабак, — выплюнул он и занёс кулак для удара.       — Стой! — крик сорвался с губ Теи раньше, чем она успела подумать. Рука застыла над испуганным лицом мальчика. Оба повернули головы в её сторону.       В глазах, смотревших на неё из-под тёмных завитков волос, отразилось удивление, но оно быстро сменилось раздражением. Фи опустил кулак и, перед тем как выпустить из руки ворот чужой куртки, оторвал мальчика от стены, толкнув в сторону, обратно вглубь переулка. Его губы искривились в насмешке, когда их с Теей взгляды встретились, и её всю обдало холодом. Она не могла пошевелиться, не могла произнести ни слова, хотя ей так хотелось остановить этого злого, обиженного ребёнка, подойти, заговорить с ним. Но она только испуганно смотрела на мальчика, который обвёл её надменным взглядом и побежал в противоположную от неё сторону, вскоре скрывшись за поворотом.       И только когда его маленький силуэт исчез, она поняла, что руки её мелко трясутся, а сердце бешено колотится в груди. Она сжала пальцы, стараясь унять дрожь, но в запястьях отозвалась тянущая боль, и ладони тут же закололо от сгустившейся энергии. Она нервно дёрнула плечом и попятилась на несколько шагов, не сводя взгляда с переулка. Синие тени залегли в складках снега, притаившегося вдоль стен, в бороздках между камнями дорожки, между черепицей и в узких канавах, и от её собственных ног тянулся длинный тёмный след.       Тея вздрогнула, когда рядом звякнул колокольчик, и взгляд метнулся в сторону: из лавки выходила Лиара. Её щёки раскраснелись, видимо от жара кузницы, а на губах застыла взволнованная полуулыбка. Она была особенно красива в свете холодного солнца, словно сталь, переливаясь в его лучах, и сам воздух, казалось, искрится вокруг. Тея улыбнулась в ответ, не отводя взгляда, и ноги сами сделали шаг навстречу, но какая-то внутренняя сила тут же заставила остановиться. От внимания Лиары явно не ускользнули ни беспокойство Теи, ни её попытки скрыть его, но девушка не стала задавать ей вопросы, а только взяла под руку, и они направились в сторону набережной.       День неизменно отступал, и чувство тревоги неустанно нарастало, грозя сорваться с пальцев обжигающим пламенем. Тея гнала мысли о предстоящей ночи и старалась сосредоточиться на Лиаре, её тёплых руках и голосе, но это было невыносимо трудно — делать вид, будто этот вечер ничего не изменит. Солнце уже несколько эс назад пересекло зенит и теперь пряталось где-то над горизонтом, за густой завесой облаков.       Когда они остановились у невысокой каменной ограды, белая дымка слегка истончилась, и алые лучи тускло осветили выступающий вперёд утёс. Его багровое очертание напоминало гигантское облако, тонущее в тёмно-синем зеркале воды, до странности спокойной и безмятежной, словно море застыло в ожидании. Внизу о тёмный камень слабо бились редкие волны, отдаваясь хрустом и шуршанием льда, разбитого на тысячи осколков. Тея, чуть перекинувшись через ограждение, следила, как его острые края царапают гладкий камень.       Тут на тал из-за облаков, в крошечный просвет, вынырнуло солнце, и алая дорожка зазмеилась по воде, словно маяк, указывая путь к небу. Руку накрыла тёплая ладонь, и её взор встретился с серыми глазами.       — У меня для тебя подарок, — проговорила Лиара и вытащила из внутреннего кармана простой деревянный футляр.       Тея не сдержала удивлённый вздох, когда девушка подняла крышку: внутри лежал металлический браслет. Он был той же традиционной даанской формы, что носила и сама Лиара, который когда-то сделала для неё Тея. Только этот был намного тоньше, словно изящный стебель, а по центру, между заострённых зубцов, поблёскивал маленький красный камушек. Лиара вытащила украшение и спрятала футляр обратно.       — Позволишь? — девушка протянула раскрытую ладонь в сторону Теи, в другой держа браслет.       Сердце забилось чаще, в запястьях запульсировала боль. Воспоминания о пережитых мучениях накатили резко и оглушительно, как ледяная волна. Ей казалось, она вновь ощутила прикосновение холодного металла на груди и шее, и её вот-вот придавит к земле тяжестью собственного тела. Но вместо этого её запястья вдруг коснулись тёплые пальцы, вырывая из тугих пут памяти, и она посмотрела на Лиару. Страх отступил, стоило их взглядам встретиться, и Тея кивнула. Она доверяла ей безоговорочно, и воспоминания о Флемене, даже болезненно удушающие, не могли этого изменить.       Лиара надела браслет на её левую руку и закрепила посередине между локтем и запястьем. Металл, нагревшийся в ладони девушки, приятно скользнул по коже. Тея провела пальцем по изгибу браслета, по красноватому, полупрозрачному камню, и губы её растянулись в улыбке. Но радость лишь на несколько талов успокоила её сердце, как вновь вернулись тревога и скребущее в груди чувство вины. Плечи опустились.       — Лиара, не стоило тебе… нам… — она не могла закончить, губы не слушались её, и взгляд впился в каменную дорожку под ногами.       — Тея, ты такая упрямая. И порой такая глупая, — строгий и в то же время мягкий тон Лиары вмиг привёл её в чувство, и она замерла под пристальным взглядом её серых глаз. Обе её руки сомкнулись на запястьях Теи. — Хватит думать, будто я не могу принимать решения самостоятельно. Если бы я сама не хотела быть с тобой, то не была бы. Я вижу, ты думаешь, что тянешь меня за собой. Но это не так! — пальцы Лиары чуть крепче стиснули руки девушки. — Я сама иду за тобой. По собственной воле.       — Но почему…       — Потому что люблю тебя, Тея.       Её глаза потемнели на несколько талов, поймав последние лучи красного солнца, и Тея не смела пошевелиться, всматриваясь, как переливаются и тухнут блики в её светлых волосах. Она хотела запомнить Лиару такой. Точнее, запомнить ощущение, которое испытывала, когда девушка смотрела на неё так — тёплое, нежное спокойствие, разливающееся в груди.       Позволит ли она себе? Простит ли…       — Я люблю тебя, — Тея перехватила запястья Лиары. — И готова отдать весь мир за тебя.       — Не нужно, — почти шёпотом отозвалась Лиара, притянула девушку к себе и коснулась её губ своими.       Тея ощутила, как по всему телу побежала разгорячённая кровь и пальцы впились в кожу.       Тея сидела в гостиной, наблюдая за пламенем, пожирающим сухие дрова. Было тихо, только шорох огня и приглушённые голоса из соседней комнаты. Триса помогла ей со шнуровкой на корсете и теперь занималась платьем Лиары: с множеством слоёв и тонких лент надеть его было гораздо труднее, чем её собственный наряд — узкие брюки и закрытый корсет со слегка заострёнными плечами и облегающими рукавами до самых запястий. Чёрная ткань поблёскивала в свете очага, перекликаясь с бликами на золотых крючках, кольцах и цепочках на шее.       Тянущая боль в запястьях начинала досаждать. С возвращения домой она напоминала о себе практически без остановки, мерно пульсируя в такт сердцу. Ладони покалывало. Между пальцев заструилась огненная нить, словно ручная змейка, обвивающая руку, и лишь когда она достигла локтя, Тея заметила её и тут же потушила пламя. Она нервно дёрнула плечом и поднялась с дивана. Чуть поодаль от кресла стояло зеркало, принесённое с первого этажа, высокое, с металлической рамой в виде цветов. Тея поправила пояс со струящейся чёрной юбкой, прикрывающей левый бок, и подняла взгляд выше. Пальцы коснулись мягких волнистых прядей, их кончики доставали ей почти до ключиц. Она уже много десятилетий обрезала волосы, стоило им пересечь линию подбородка, а теперь даже не заметила, как они отросли. Она едко усмехнулась.       Тея сделала шаг назад, не отрывая взгляда от отражения в зеркале. Волосы заструились мягкими волнами, потянулись вниз и через несколько талов коснулись пола. Она покрутила головой, оглядывая результат: длинные локоны переливались бронзой, ловя огненный свет, и напоминали колыхающееся на закате море.       Она подошла к двери и выглянула в коридор: из её комнаты доносились голоса и шуршание ткани. Тея позвала Аги.       — Иду! — отозвался парень и, отдав ещё несколько распоряжений Трисе о лентах и причёске, зашагал по коридору.       Аги показался в дверях, на нём уже были надеты серые брюки и жилет поверх светлой шёлковой рубашки. Он ахнул и замер на пороге, когда заметил Тею, но его удивление продлилось недолго.       — Тебе идёт, — он улыбнулся, оглядывая её с ног до головы.       — Поможешь? — Тея улыбнулась ему в ответ краешками губ и провела ладонью по длинным прядям.       Потребовалось почти двадцать тейн, чтобы заплести волосы в опрятную длинную косу до самых щиколоток и уложить передние пряди у лица в красивые локоны. В конце Аги аккуратно закрепил на её голове тонкий золотой полуобруч и с довольным видом осмотрел проделанную работу. Тея взглянула в зеркало: было непривычно видеть себя такой, в столь тёмной, строгой одежде, с длинными волосами, но чувство уверенной силы заполонило её всю до самых пальцев, и в запястьях сильнее запульсировала энергия. Она повернулась обратно к Аги как раз в тот момент, когда дверь тихо распахнулась. Тея встретилась с Лиарой взглядом, таким же удивлённым и заворожённым.       — Твои волосы… — пробормотала она, продолжая держаться за ручку двери.       — Да, — ответила Тея и чуть улыбнулась. Губы девушки дрогнули, но она промолчала и опустила взор.       Её волосы были уложены в сложный, красивый пучок с косым пробором и завивающейся прядью у лица. На ней было белое платье с длинными приспущенными рукавами, открывающими плечи и ключицы, серыми лентами на бёдрах, уложенными аккуратными складками, и тёмным подъюбником, обрамляющим край пышной юбки. На её шее сверкало серебряное колье, в волосах — шпилька, а пара широких браслетов на запястьях придерживала рукава, придавая им пышности. Прежде она не видела Лиару такой… хрупкой. Или ей так казалось из-за гудящей в жилах, переполняющей её силы. Мощи, плещущейся под самой кожей на ладонях. Тея дёрнула плечом и поймала на себе взволнованный взгляд Лиары.       — Ты прекрасно выглядишь, — подавив смущение, произнесла Тея и заметила, как расслабились губы девушки.       — Ты тоже, — ответила она и протянула руку. Когда Тея обхватила её ладонь своей, то наконец увидела на лице девушки лёгкую улыбку. Нежную — что весь мир вокруг перестал существовать, и в груди затрепетал огонёк надежды. Казалось, если продолжать держать её за руку, то ничто не сможет их разлучить. Ни люди, ни боги, ни она сама.       В дверях появилась Нимрис в плотном меховом плаще — уверенность и спокойствие покинули её, уступив место страху, вмиг растёкшемуся по коже липкой паутиной. Тея судорожно сжала пальцы девушки.       — Повозка подъехала, вам пора, — обратилась Нимрис к Аги.       — Тея, — Лиара развернула её к себе лицом и заглянула в глаза, — ты правда этого хочешь? Не страшно, если ты передумала.       — Я… — она замялась, слова застряли в горле, царапая нежную кожу, — я должна, — её ладони накрыли плечи Лиары и проскользили вниз: под складками ткани она вдруг почувствовала металл браслета и улыбнулась краешками губ. Ей хотелось сказать многое: и что мир не достоин её, и что сама она не заслуживает её любви, что она сожалеет о многих словах и поступках и что хотела бы остановиться, но не может. Губы дрогнули. — До встречи, — она чуть оторвала пятки от пола и нежно поцеловала Лиару.       Тея и Нимрис отправились следом на другой повозке лишь через десять мучительно долгих тейн. Она нервно сжимала и разжимала запястья, и взгляд её бездумно скользил по небу, не задерживаясь ни на звездах, ни на шпилях крыш, ни на двух серых крыльях следующей за повозкой птицы. Она была настолько погружена в свои мысли, что не обратила внимания, как они пересекли дворцовые ворота, пока голос Нимрис не заставил её вздрогнуть.       — Мы почти приехали. Соберись. — Нимрис перевела взгляд с Теи в окно. — Как тебя зовут?       — Гайлен. Кхм, то есть леди Адвин, — проговорила она, чувствуя, как мышцы во всём теле напрягаются от волнения.       — Как зовут меня? — спокойно продолжила Нимрис.       — Милида из рода Лисеттен.       — Хорошо. Как мы познакомились? — она вновь и вновь задавала вопросы, не позволяя Тее отвлечься на раздумья, пока их повозка не остановилась у главного входа во дворец.       Стоило переступить порог, как чьи-то руки сзади потянули за меховой плащ, и Тея вздрогнула, не сразу поняв, что это слуги помогают снять верхнюю одежду. Она нервно дёрнула плечом и склонила подбородок в знак благодарности, а затем взглянула на Нимрис. Девушка лёгкими движениями расправила рукава, касающиеся пола, и гордо подняла голову, отчего по тонкой диадеме тут же пробежали блики отражённых свечей. От тонкого обруча вдоль распущенных волос тянулось множество серебряных нитей с россыпью хрусталиков. В густых тёмных локонах, напоминающих холодную гладь Лейдского моря, сверкающие камни казались отражением звёздного неба в глубоких водах, и это не могло не завораживать. Складки тёмно-синего шёлка замерцали, когда она повернулась к Тее.       — Пойдём, — негромко позвала она и, дождавшись, когда девушка примет протянутую ей руку, повела по длинному коридору.       — Иногда я забываю, что ты аристократка, — тихо проговорила Тея, рассматривая высокие колонны и тёмные своды. Под ногами стучал холодный камень, а в нишах между колоннами и над головой горели сотни свечей, отчего весь воздух пропитался запахом гари и воска.       — О чём ты?       — Тебе… подходит всё это, — ответила она и поджала губы.       На расстоянии в несколько шагов друг от друга по сторонам стояли стражники и стражницы в парадной зелёной форме. Их лица были невозмутимы, почти бесстрастны на фоне смеющихся, улыбающихся пар, идущих по коридору. Но вдруг один из них, высокий широкоплечий мужчина, перевёл взгляд на них — на Нимрис. На его лице отразились смятение, сомнение, а затем они сменились негодованием и… обидой. Тея удивлённо взглянула на неё, а затем снова на стражника. В тот момент, когда они почти сравнялись с ним, он вздрогнул, видимо, желая сделать шаг в их сторону, но замер, не позволив себе пошевелиться.       — Кто это? — прошептала Тея, когда они прошли мимо мужчины.       — О чём ты? — бесстрастно уточнила Нимрис, её взор, устремлённый вперёд, не дрогнул ни на тал.       — Тот мужчина явно узнал тебя, — ответила она и оглянулась. Тёмные глаза продолжали смотреть прямо в спину Нимрис.       — Это неважно.       — Но…       — Не беспокойся, он не раскроет нас.       — Хм, так ты узнала его. Хотя даже в его сторону не взглянула, — тихо пробормотала Тея и усмехнулась. — Это он помог достать приглашения?       — Нет.       — Значит, он один из тех продажных стражников, с которыми…       — Нет, — тон Нимрис стал жёстче. — Он честный и хороший человек. Твои предположения оскорбительны.       — Честный и хороший человек… — шёпотом отозвалась Тея, и губы её дрогнули в едкой ухмылке.       Спокойствие на лице Нимрис сменилось холодной бесстрастностью, и оставшуюся часть коридора они шли молча. Хотя Тея чувствовала её негодование через напряжённую руку, которую придерживала, и ускорившиеся, почти незаметно, шаги. Когда они остановились неподалёку от дверей, смотря в спины гостей впереди них, Тея вновь взглянула на Нимрис.       — Прости. Кажется, этот стражник дорог тебе. А я снова поспешила, — она слабо улыбнулась. Ресницы Нимрис дрогнули, и пару тейн она молчала.       — В последнее время ты стала слишком часто соглашаться со мной, — проговорила она наконец, и взгляд её прищуренных чёрных глаз обжёг Тею своей холодностью.       — Хм, — она растянулась в язвительной улыбке, — а мне только начало казаться, что мы нашли общий язык.       Когда Тея отвернулась от Нимрис, пара впереди уже отошла, и её взгляду предстала огромная сияющая зала: со сводчатых потолков, расписанных под звёздное небо, свисало несколько десятков хрустальных подсвечников с трепещущими в горячем воздухе огоньками, а светлые колонны были украшены переливающимся стеклом и маленькими зеркалами, отражающими яркие блики во все стороны. Стены и окна были закрыты чёрными и синими гобеленами, а тёмные полы блестели от воска, отчего казалось, что за пределами залы царит непроглядная ночь и только здесь, над их головами, сияют звёзды и серебряный диск луны в самом центре потолка. На противоположной от входа стороне над залом возвышался полукруглый балкон, который, без сомнения, предназначался для королевской семьи, однако, кроме прислуги, неприметно стоящей по бокам, там никого не было.       — Леди Адвин и леди Лисеттен, — громко возвестил женский голос, и Тея вздрогнула. Нимрис непринуждённо кивнула распорядительнице и двинулась влево.       От того балкона, на котором они стояли, в стороны уходили две полукруглые лестницы, и, пока они спускались, Тея быстро оглядела всех собравшихся, надеясь отыскать Лиару. Но бесчисленное множество белых, синих, серых нарядов мелькало по всей зале и сменялось так быстро перед её глазами, что казалось почти невозможным разглядеть знакомое лицо среди бесчисленных полуулыбок, изогнутых бровей и блестящих украшений. Она не сразу заметила, что Нимрис легонько тянет её за локоть, вынуждая сойти с последней ступеньки, и нервно сжала пальцы руки.       — Они у центральной колонны слева, — тихо проговорила она, и Тея, не скрывая волнения, устремила взгляд в указанном направлении.       Её губ коснулась слабая улыбка, когда она наконец увидела Лиару. Окружённая несколькими гостями, девушка стояла, опустив взгляд и сложив ладони в замок; она лишь иногда кивала словам Аги и робко улыбалась, явно чувствуя себя не на своём месте. Тея невольно сделала шаг в её сторону, но Нимрис тут же одёрнула её и повела к правому ряду колонн. Они заняли место в одной из ниш, откуда было видно королевскую ложу; теперь оставалось дождаться самой королевы.       Тея дёрнула плечом и вновь взглянула в сторону Лиары, стараясь разглядеть её сквозь толпу. Зал был ещё не полон, и, когда парочка гостей напротив неё отошла, она увидела её светлый силуэт. Затем перевела взгляд на Аги, оживлённо рассказывающего собеседникам какую-то историю, и довольно ухмыльнулась. Их наряды прекрасно смотрелись вместе, как и было задумано: одинаковые цвета, похожие материалы и перекликающиеся между собой украшения. И хотя черты их лиц всё ещё отличались слишком явно, одежда ясно давала понять, что они из одной семьи — и ни одного настороженного взгляда в сторону Лиары среди окруживших их гостей.       — Не думаешь, что он зря привлекает к себе внимание? — тихо проговорила Тея.       — Иногда это лучшая маскировка, — ответила Нимрис, внимательно оглядывая зал.       — Хм. Ищешь кого… — начала Тея, но по толпе вдруг прокатился приглушённый ропот, и все гости, повернувшись к ложе, склонили головы.       Тея растерянно повернулась в ту же сторону и, не успев ничего разглядеть, склонила голову, подчинившись Нимрис, коснувшейся её локтя. Это продлилось несколько тейн, и зал снова зашуршал и зашептался, вновь заиграла музыка — только теперь Тея заметила, что лёгкая оживлённая мелодия играла всё это время. Она нетерпеливо подняла взгляд на балкон и раздражённо фыркнула. Трон из чёрного дерева и серебра пустовал; среди пришедших были только принцы и принцессы королевства Эдрис: двое мужчин и женщина в сопровождении своих супругов и их дети — юноши и девушки, самому младшему из которых на вид было около пятнадцати лет.       — Вам не кажется это безрассудным? — неподалёку раздался мужской приглушённый голос, и Тея заметила троих гостей, стоящих неподалёку.       — Верно. Королева Эдита, конечно, мудра… но для чего уподобляться этим дикарям? — отозвалась пожилая женщина.       — Что вы имеете в виду? — молодой мужчина с чёрными волосами, явно леменордиец, перевёл взгляд на собеседников.       — Их, — ответила женщина, указав взглядом на балкон. — Нужно быть либо смелой, либо глупой, чтобы последовать примеру матери и сломать многовековую традицию. Во все времена в Эрис было не более двух наследниц. А что теперь? — она скривилась. — Она намерена превратить борьбу за престол в кровавый пир, подобно даанцам?       — Это безрассудно. И опасно для всего королевства, — согласился мужчина, кивнув.       — Разве ваша королева уже не определила преемницу? — вновь отозвался леменордиец.       — Да, разумеется, — ответила женщина. — Старшая принцесса по праву должна занять престол в будущем, но, говорят, у принцессы Лиоты слишком мягкий характер. В отличие от её двоюродной сестры. Эрен, хотя и младше, но гораздо больше похожа на свою тётушку-королеву.       Тея дёрнула плечом и нахмурилась, боль в запястьях заныла с новой силой. Её вдруг очень разозлило, с каким пренебрежением они говорили о даанцах и с каким снисходительно-высокомерным, почти сожалеющим взглядом окинули девушку в ложе. В приветливой улыбке принцессы Лиоты и её ласковом, ясном взгляде действительно угадывались добросердечие и… слабость.       — Они даже не представляют, насколько жалки сами, — процедила Тея, впившись взглядом в говорящих.       — А чего ты ещё ожидала от этих людей? — равнодушно отозвалась Нимрис, продолжая осматривать зал.       — Ты… — Тея вдруг застыла, не в силах продолжить; отчего-то эти слова до боли сжали ей сердце.       Над залом пронёсся голос распорядительницы, оглашающей новых гостей.       — Леди Тиав…       Взгляд Нимрис метнулся в сторону входа, и Тея, заметив это, тоже взглянула на пришедших.       — Наролис ор Ти и её старшая дочь, — исправившись, возвестил женский голос, и у края балкона появилась леменордийка с холодным взглядом и гордой осанкой. Её руки от локтей до пальцев были покрыты серебряными браслетами и кольцами, напоминающими латные перчатки с заострёнными, словно когти, концами. Она оглядела зал и только после этого начала спускаться вниз. Возле неё шла девушка с такими же длинными, чёрными волосами и острыми скулами, но, в отличие от матери, в её глазах легко читались восторг и искренняя радость, пусть она и пыталась придать лицу спокойное выражение.       — Так вот в чём была причина… Как её зовут? — тихо спросила Тея, переведя взгляд на Нимрис.       — Линерия, — прошептала девушка и поджала губы. Голос явно её не слушался, а глаза поблёскивали от подступивших слёз.       Тея впервые видела её в столь уязвимом состоянии. Возможно, стоило что-то сказать или сделать, но она молча наблюдала, как эмоции — самые яркие из тех, что ей удавалось запечатлеть на этом холодном лице, — сменяют друг друга: от боли и сожаления до обиды и злости. Когда две леменордийки, двигаясь через весь зал, оказались на расстоянии не более десяти шагов, губы Нимрис дрогнули, но она не пошевелилась, застыв, словно каменная статуя. Лишь её чёрные глаза неотрывно следили за двумя высокими фигурами.       — Забавно, — тихо, почти беззвучно проговорила Нимрис, когда её мать и сестра скрылись среди остальных гостей. — Если бы не тот сон… если бы не ты, мне бы вряд ли удалось увидеть её вновь.       — Что ты хочешь сказать? — Тея нахмурилась.       — Если бы мы с тобой не познакомились, я бы здесь не оказалась.       — Нет. Ты сказала что-то о сне? — почти перебила её Тея, и Нимрис перевела на неё удивлённый взгляд. Несколько тейн она молчала, подбирая слова и борясь с собственным голосом.       — В ту ночь на постоялом дворе, после того как мы встретили вас на тракте, мне приснился сон. Хотя, скорее, это было воспоминание, которое вновь ожило.       — И о чём оно было?       — О Линерии. За столько лет, проведённых порознь, черты её лица практически стёрлись из моей памяти. А я так желала вновь увидеть её, вспомнить мягкость улыбки, услышать звонкий голос, — она сделала паузу. — И этот сон воскресил мои воспоминания о далёком дне, когда, сидя в учебном классе, я слушала урок наставника. Потом дверь отворилась, впустив в комнату солнечные лучи из коридора, и на пороге появилась крошка Лин. Ей тогда было шесть… А теперь она так выросла, — её печальный взгляд вновь устремился в ту сторону, куда ушла её сестра.       — И ты считаешь это забавным совпадением? — растерянно пробормотала Тея.       — Не это. В тот день наставник рассказывал мне о камне чар. Если бы не сон, я бы и не вспомнила об этом артефакте и тем более не упомянула бы о нём в нашем с тобой разговоре. Кто бы мог представить, что ты пожелаешь заполучить этот камень, — добавила она, поджав губы.       — Теос. Вот кто, — холодно отозвалась Тея и медленно перевела взгляд на королевскую ложу, где улыбались и смеялись довольные лица.       — Ты веришь, что богам известно наше будущее?       — Нет. Боги не ведают того, что ожидает человека. Боги могут лишь направлять на нужный путь, выкладывая камень за камнем под вашими ногами.       — Неужели тебе нравится верить в подобное? — с долей сочувствия произнесла девушка.       — Я пойду, — Тея вдруг повернулась к Нимрис с весёлой улыбкой на губах, — хочу получить танец от той девушки с прекрасной улыбкой.       — Будь аккуратна, — ответила она сдержанно, понимая, что не сможет остановить Тею.       — Разумеется, — девушка криво усмехнулась, — я ведь обещала, что ничего не испорчу.