яблоко Содома

Яркий свет, направленный на сцену, на которой стоял высокий мужчина в строгом костюме, освещал все огромное помещение. Множество незнакомых Минхо лиц окружали его, но уставший взгляд неосознанно искал определенного человека. Он знал, что он где-то здесь. Знал, что он не пропустит представление нового продукта компании отца Минхо. Знал…или просто хотел в это верить.  Они не общались уже почти полгода. Изредка встречались на мероприятиях или деловых встречах, ведь оба сотрудничали в компании отцов. Минхо соврет, если скажет, что он не скучал.  Скучал. Безумно сильно. Так, что скулил от чувств каждую ночь в подушку. Заливал боль алкоголем, не спал ночами, уходя в творчество, чтобы выливать свои эмоции туда. Алкоголь и писательство стало единственным спасением.  — На этом официальная часть мероприятия окончена, приглашаю вас к накрытым столам, насладиться вкусным ужином и пообщаться друг с другом, господа, - закончил речь господин Ли, поклонившись, зал разразился бурными аплодисментами, а люди медленно двинулись из одного зала в другой, где длинными рядами стояли небольшие, круглые столы.  Стоя в проходе, ожидая, пока отец поговорит с своими партнерами, Хо глупо озирался, ища в толпе родные глаза. Это стало некой привычкой: в любой толпе он искал его, вне зависимости от того, где находился старший.  — Минхо, не спи, - голос отца послышался за спиной и тот обернулся, тут же встретившись с глазами того, кого так усердно искал пару секунд назад.  Рядом с отцом стоял господин Хван и Хенджин, который пристально смотрел будто в самую душу. Ноги подкосились, а земля ушла из под ног, заставляя на пару секунд забыть как дышать и адекватно разговаривать. Он искал его взгляд все мероприятие, но сейчас, так неожиданно встретившись, он забыл все на свете, смотря в эти безумно красивые и любимые, не смотря ни на что, глаза.  — Здравствуйте, господин Хван, - Минхо низко поклонился, а после посмотрел на младшего и кивнул головой, - Хенджин.  — Нам с твоим отцом нужно отойти и кое-что обсудить, мы сидим за одним столом, поэтому сядьте с Хенджином на место, - обратился мужчина к все еще тупящему Минхо.  Ли лишь кивнул и, не дожидась младшего, двинулся к другому залу, к их столу.  Так много хотелось сказать. Остановиться посреди помещения и закричать от переполняющей душу боли, закричать на Хенджина за то, что принес ему эту боль. Хотелось ударить. И поцеловать.  Они вели себя как два незнакомца. Два незнакомца, что знали друг друга наизусть. Минхо знал, когда Хван обычно выходил покурить, а младший знал, когда старшему было читать комфортнее всего. Минхо знал как сильно Хен не любил прикосновения, но разрешал прикасаться к его телу только старшему, а Хван знал, как сильно Хо не любил прикосновения к волосам, но позволял вплетать свои пальцы в его волосы каждый раз, когда они обнимались.  Молча идя по полупустому длинному коридору Хенджин хватает Минхо за пиджак и сворачивает в более темный коридор. Опешив, Минхо испуганно озирается по сторонам, вдруг их кто-то заметил, но, не увидев никого, Ли начинает наезжать на Хвана, который остановился и подтолкнул старшего к стене, оперевшись об нее рукой, чтобы тот не ушел.  — Хван? Какого черта? - Ли злится, смотря в спокойные глаза Хенджина.  — Нам надо поговорить, - тихо отвечает тот, совсем не реагируя на нападки Хо. Он смотрел ему прямо в глаза, изредка посматривая в темноту коридора, чтобы никто не смог им помешать.  — О, ты соизволил поговорить? И что будем обсуждать? Как ты бросил меня? Или как дал мне огромную надежду, а потом втоптал ее в землю? Или как, сука, разбил мне сердце? - Минхо бил младшего кулаками в грудь, но с каждым вопросом, что так долго терзали душу, сила уменьшалась, а скорость, с которой лились слезы, увеличивалась, - Почему рыли эту яму мы вместе, но упал туда лишь я и гнию там в одиночестве? — Минхо, послушай, я.. сделал ошибку. Огромную ошибку, правда и безумно об этом жалею… Да послушай ты меня, - Хенджин поймал чужие руки, прижимая их к своей груди, - Я больше не вместе с ней. Мы расстались, слышишь? — Что? - Минхо поднял глаза, полные слез, на Хвана, - Ее нет на мероприятии? — Нет, мы расстались. Я пришел к тебе, а не к твоему отцу. Я хочу поговорить с тобой, - Хенджин выдыхает, ослабляя хватку собственных рук и, в каком-то непонятном порыве, прижимает старшего к себе, влетая вторую руку в нежные волосы Хо, - Прости меня, прошу. Я такой мудак.  — Я.. - слова заглушаются всхлипом в чужую грудь. Ли не может подобрать слов, да и нужны ли они сейчас? Оказавшись в теплых, любимых объятиях казалось, что сейчас говорить ничего не нужно.  — Я знаю, что сейчас это будет выглядеть как оправдание, но.. я действительно совершил ошибку. Я шел на поводу отцовских наставлений и собственных устоев в голове. Был с ней, но любил тебя. Я причинил много боли и тебе, и ей, но.. за все то время нашей разлуки я окончательно понял, что к тебе испытываю и мне очень жаль, что я мучал тебя на протяжении такого долгого времени, но, прошу, дай мне шанс, - Хван запинался, эмоции разрывали его изнутри, а чувство вины медленно проедало сердце, - Если ты откажешь, я пойму, но я хочу все исправить, правда.  — Хенджин, ты любишь ее? - тихо спрашивает Минхо, обвив трясущимися руками талию младшего.  — У меня все еще есть чувства к ней, но она очень плохо со мной поступила и..я хочу нормально ответить именно на твои чувства. Не сейчас, чтобы ты не думал, что я ищу в тебе замену; не сейчас, потому что я все еще блять тоскую по ней, но и прощать я вряд ли ее буду; а чуть позже, - Хенджин аккуратно целует старшего в висок, как он делал это всегда, - Просто дай мне шанс, скажи, что тебе это нужно   — Ты знаешь, что нужно. Нужно, блять, как воздух, - выдыхает старший, подняв голову и глядя в глаза напротив, - Я не хочу, чтобы у нас был плохой финал, понимаешь? Я считаю, что мы заслужили хорошего конца.  — Потому что оба влюбились? - после некоторого молчания задает вопрос Хван.  — Потому что оба влюбились, - кивает Минхо, отводя взгляд.  Кажется, это был первый раз, когда они открыто признались в любви. Раньше, были лишь слова о симпатии и чувствах, но сейчас это значило намного больше для них обоих.  Но имело ли это смысл? Минхо хотелось верить в то, что имело. Имело огромный смысл для них обоих. Ведь люди не могут врать глазами, верно? А смотря в глаза Хенджина, что в темноте отдавали серым еще больше, он видел искренность в его глазах и это определенно приносило успокоение и уверенность в словах младшего.  Мозг кричал: «Беги. Беги и не оглядывайся», а сердце, тихо закурив сигарету, спокойно отвечало: «Угомонись. Дай себе чувствовать. Все можно исправить, если оба приложите усилия» И Хо слушал лишь свое сердце. Пускай, даже если будет больно и он обожжется вновь, это будет потом, а сейчас он счастлив. 

  ***

Тихая музыка, что плавным потоком разливалась по квартире, помогала сосредоточиться на мыслительном процессе. Минхо сидел за рабочим столом у большого окна, подобрав под себя ногу, и занимался своей работой: писал свою книгу, которой занимался уже почти год. Ароматические свечи, стоящие по всей квартире, приносили успокоение и порядок в голове приятным ароматом вишни.  Стук в дверь отрывает от хода мысли и Хо, поправив очки, встает из-за стола и шоркает тапочками к входу.  — Привет, Мин, - улыбающееся лицо Хенджина тут же выглядывает из двери, - Это тебе.  Он смущенно протягивает большой букет пышных, розово-белых пионов, зайдя в квартиру. Минхо удивленно берет их в руки, рассматривая нежные лепестки, а потом вдыхает сладкий аромат и на лице расплывается радостная улыбка.  — Мои любимые, - выдыхает с удовольствием Минхо, с счастливой улыбкой смотря на Хенджина, - Спасибо, Джинни.  — А еще вот, - Хенджин поднимает большой пакет, наполненный всякими снеками, - Посмотрим что-нибудь вместе? — Конечно! - настроение Минхо поднимается окончательно и он по-детски подпрыгивая, бежит на кухню за вазой для цветов, - Проходи в зал, я сейчас! Хенджин снимает обувь и проходит в гостиную. Здесь он еще ни разу не был, Ли съехал в эту квартиру после окончания университета. Комнаты были отделаны в нежных цветах, а повернув голову к огромному окну, Хван улыбнулся, увидев рядом большой рабочий стол, на котором лежала куча исписанных листов - Минхо не изменился.  — Такие нежные цветы, безумно красивые, - радостно проговаривает Ли, заходя в комнате с огромной напольной вазой, ставя ее у журнального столика, рядом с диваном, - Ой.. Ты чего? — Уютно у тебя здесь, - Хенджин с улыбкой поворачивается к Хо, смотря на вазу, - Нежные, как и ты. Рад, что тебе понравилось.  Щеки старшего приобрели слегка розоватый цвет. Было неловко слышать такое, спустя столько времени и тех событий, что произошли между ними. Напряжение висело в воздухе, электризуя пространство между ними, но та тесная связь была, она никуда не делась, ее нужно лишь немного подпитать и убедить в том, что отныне все точно будет в порядке.  Для этого нужно постараться. Им обоим.  Спустя пол часа, они уже удобно сидели на диване, едва касаясь плечами друг друга, журнальный столик был усеян любимой ими обоими едой, а на большом плазменном телевизоре шел какой-то мультик. Раньше это было что-то вроде небольшой традиции. Они каждую неделю устраивали один выходной от всех и проводили его друг с другом за просмотром мультиков и поеданию вредной еды.  Семейная атмосфера и набитый желудок сделал свое дело и Минхо сильно расслабился, кладя свою голову на сильное плечо Хвана.  Если бы можно было передать словами то, как сильно Хенджин скучал и мечтал оказаться в руках старшего, младший использовал все. Со времени их расставания прошло достаточное количество времени, достаточное настолько, чтобы успеть изголодаться по родному теплу, мягким прикосновениям к собственному телу и нежному голосу, побуждающему внутри порхать бабочек, а Минхо, в свою очередь, ощущал тоже самое. Желание быть ближе не только физически, но и морально, терзало душу, будто миллион кошек царапали и без того раненное сердце.  Хотелось обнять. Сказать, как сильно Минхо скучал, сказать, как сильно он все еще любит Хенджина. Не смотря на всю ту боль, что младший причинил ему, он все еще испытывал те сильные чувства. Да, это было неправильно. Ли должен был оттолкнуть Хенджина, отказать ему, уйти и больше не видеться, но.. Любовь, та любовь, что цвела в его душе красивым, пышным цветком, не позволяла это сделать.  Сердце хотело быть рядом с его сердцем и старший не собирался сдаваться. Наверное, упорство - единственная хорошая черта, которую воспитал в нем отец. Начиная от увлечений, заканчивая любовью, Ли Минхо никогда не сдается без боя.  Даже, если исход известен, Хо будет спокойнее думать, что он хотя бы попытался.  Пока Минхо размышлял об этом всем, почувствовал теплую руку на своей спине. Вздрогнув, он медленно повернулся к Хвану, встретившись с его озадаченным взглядом: — Извини, я… Не должен был, прости, - Хенджин убрал руку, неловко теребя другой край одежды.  — Все в порядке, чего как не родной, - улыбается Хо, пытаясь сгладить напряжение, и уже сам приобнимает младшего за талию, удобнее устраиваясь на плече.  — Я боюсь сделать что-то не так и оттолкнуть.  — Разве сейчас уже есть смысл думать о таком? Они смотрели друг другу в глаза, пытаясь найти в глубине ответы на мучащие вопросы. Задавать их в слух сейчас было не время, да и не хотелось рушить ту идиллию, что образовалась между парнями.  — Прости, я.. - глаза Минхо постепенно начали заполняться слезами. Это не были слезы боли, это были слезы некого счастья от того, что человек, которого сердце так горячо и сильно любило, был рядом. Он был далеко, но сейчас совсем близко.  — Ударь меня.  — За что..? — За это.  Не успевает Ли спросить, что он имеет ввиду, как теплые руки обвивают его щеки и пухлые губы мягко касаются губ Минхо, вовлекая в истосковавшийся поцелуй. Мягкое прикосновение к губам туманит голову лучше любого наркотика, внутри порхают бабочки, с каждым новым взмахом вознося все скопившиеся внутри чувства наружу. Младший неторопливо, но предельно аккуратно целует, стараясь не спугнуть.  Это не первый их поцелуй, но один из самых искренних, когда оба не чувствовали тоску и печаль, когда оба были не связаны бременем обстоятельств и ситуаций, когда оба стояли друг напротив друга с открытыми душами и желанием помочь.  От ощущения мягких губ на своих у Минхо кружится голова, так сильно он любил их и их прикосновения. Горячее дыхание младшего опаляет хуже самого жаркого солнца, но от этого ощущения становится только приятнее. Не хочется убежать или скрыться, а лишь прижаться сильнее и чувствовать это постоянно.  — Не уходи.. - шепчет в самые губы Хенджин, приложив свой лоб, к лбу Минхо, - Пожалуйста.. Я все исправлю.  — Я не уйду, кот, пока ты сам меня не прогонишь, - улыбается Ли, убирая выбившуюся прядку волос Хвана.  — Не прогоню, - прозвучало обещание.  И это обещание крепко закрепилось в голове Минхо. Так крепко он хватался за эти слова, будто они были единственной ниточкой к их светлому будущему. 

       

  ***

Сидя на диване уже поздней ночью, Минхо не мог уснуть от переполняющих его эмоций. Весь вечер он провел в теплых и родных объятиях Хенджина, за просмотром мультиков и разговорах обо всем подряд. Было уютно, тепло и так хорошо, как не было уже давно. Будто, все вернулось на свои места и было так, как должно было быть изначально.  Листая ленту, Ли пришло сообщение от давнего друга Феликса, с которым они давно не общались.  Феликс: — Хей, привет. Как ты? Как прошел твой день?

                                                                          Минхо:

— Привет!! Все отлично, я весь день провел с Хенджином, кажется, все налаживается..?

Феликс: — Подожди, но они же с Ниокой..?

Минхо:

— Что с Ниокой..?

Феликс:  — Она сказала мне, что сегодня он ее целовал и называл женой.. Все это было похоже на шутку. Пару минут Минхо, с дрожащими руками, глупо пялился в экран смартфона. Жгучая обида разлилась внутри, приходя вместо приятных воспоминаний и бабочек в животе. Диссонанс в голове не давал покоя, слова Хенджина не вязались с его действиями.  Глаза защипало от поступающих слез. Хенджин буквально пару часов назад целовал его, говорил как хочет быть с ним, а сейчас он узнает о том, что с Ниокой у них до сих пор что-то есть.  — Я ему настолько не нужен? - вопрос заданный в пустоту стал последней каплей и слезы потекли по щекам.  Воспоминания о сегодняшнем дне довели истерику до пика и Ли уже не отдавал отчет своим действиям. На еле идущих ногах Минхо подошел к своей небольшой аптечке, доставая оттуда успокоительное и выдавливая себе в руку несколько таблеток. Разом закинув их в рот, запил водой и осел на пол, облокачиваясь на кухонную тумбу.  «Разве я делаю недостаточно?» - вопрос, который крутился в голове Минхо, как старая, противно зависшая пластинка, что начинала крутить все снова и снова, вводя в 11 кругов Ада.  Слезы текли неконтролируемым потоком, но старший уже перестал их вытирать с своих щек, просто сидел и смотрел в пустоту перед собой. Успокоительное стало действовать и в голове стало пусто.  Ничего. Он не чувствует абсолютно ничего. Хорошее было успокоительное.  Спустя еще какое-то время Хо вырубился, успев доползти до дивана и упасть лицом в подушку, от слез и наконец-то полностью подействующего снотворного.

***

Утро встретило отвратительной погодой, так же чувствовал себя и Минхо. Лил дождь, дул ветер, что казалось сейчас сорвет крыши домов.  Ли сидел у панорамного окна, укутанный в плед, пил чай и старательно игнорировал звонки и сообщения младшего. Он кидал взгляд на телефон, видел на экране то самое прозвище, которым Минхо всегда называл Хвана и душил в себе желание ответить. Переводил взгляд обратно за окно и наблюдал за тем, как капли дождя медленно стекают по стеклу.  Спустя пару часов эти звонки надоели. Телефон он выключить не мог, вдруг что на работе случится, поэтому, пришлось ответить.  — Хенджин, не звони мне больше, - глухо сказал в трубку Минхо, - Я знаю, что вы все еще вместе с Ниокой. Пожалуйста, хватит меня мучать, я устал.  — Прости, - после недолгого молчания прошептал Хван, - Если ты захочешь снова встретиться, то, приходи на наше место. Я буду тебя там ждать. Всегда.  — Извини, что в твоих глазах я вижу всю вселенную, а ты в моих и единой звездочки не видишь.  В трубке послышались гудки и Минхо откинул от себя телефон. Было невыносимо больно, так, что хотелось вырвать себе из груди этот бестолковый орган, что такой сильной болью разносило стук по всему телу, содрогая каждый нерв и каждую мышцу.  Разве игра стоила свеч? - единственное, что крутилось в голове Хо.  И на это находился лишь один ответ: определенно стоила. Минхо бы повторил это тысячу раз, вернувшись обратно. Он бы позволил разбить себе сердце вновь, ведь это значит что он снова бы прикоснулся к нему.