Близнецы Вэй Ина

В обители Лань Чжаня девочка уже успела облачиться в свежее ханьфу, сменив запятнанное кровью, и избавиться от компрометирующих улик. – Юань, как думаешь, этот заклинатель что-нибудь заподозрил? – Ханьгуань-Цзюнь? – мальчик нахмурился в задумчивости. – Скорее всего, да. Юмин, думаю, нам стоит рассказать им о том, что я видел. – Брат, прошу, послушай! Если они меня схватят, мне не миновать беды! – Глупости, Юмин, – Юань мягко коснулся ее руки. – Ханьгуань-Цзюнь справедлив. Он выслушает тебя. Если ты расскажешь все, как было, он поймет, что ты нуждаешься в защите! Ты моя сестра, и я не готов потерять тебя снова! – Геге… – Юмин мягко обняла брата. Именно в этот момент зашли наши нефриты. Лань Сичень, с мягкой улыбкой, и Лань Ванцзи, с непроницаемым лицом, словно олицетворяли собой два противоположных полюса. Тишина воцарилась в комнате, нарушаемая лишь тихим потрескиванием свечей. Юань отстранился от сестры, с тревогой наблюдая за реакцией нефритов. Юмин опустила взгляд, не решаясь поднять глаза на Лань Ванцзи.Девочка казалась фарфоровой. Ее лицо потеряло любые эмоции. Она боялась, что ее не поймут и прогонят. Юань взял сестру за руку. -Привет, - Сичень мягко подошел к девочке и взял ее за руку. -Здравствуйте, - тихо проговорила Сестра Сычжуя. -Как твое имя в быту? -Анья. Сичень улыбнулся. Его взгляд, казалось, проникал в самую душу, но в нем не было осуждения, лишь тепло и сочувствие. -Анья, не бойся, здесь тебе ничего не угрожает. Мы позаботимся о тебе. Юань расскажет тебе о нашем доме, о наших правилах. Мы рады, что ты с нами. Юань кивнул, сжимая ладонь сестры. Он чувствовал ее дрожь, но старался передать ей уверенность и спокойствие. Этот дом станет для нее новым началом, местом, где она сможет почувствовать себя в безопасности. – Ты уже завтракал? – вопрос Лань Чжаня прозвучал неожиданно, отчего эхом прокатился по тишине утра. Юмин, словно испуганная птичка, спряталась за спиной брата, цепляясь за его плечи. – Да, мы уже поели, – ответил мальчик, накрывая ладонь сестры своей рукой, словно оберегая ее. – Сычжуй, собирайся на занятия. – Лань Чжань бросил на детей задумчивый взгляд. В его глубине боролись два чувства. С одной стороны, Юмин, безусловно, должна получить образование, но с другой… Она появилась внезапно, словно мираж, и явно что-то скрывала, чего-то боялась. Возможно, сейчас не лучшее время для ее обучения. – Юмин, ты сможешь немного побыть одна? – мягко произнес Сичень, словно угадывая смятение брата. Впрочем, возможно, он и сам понимал, как сложно сейчас ввести девочку в их устоявшийся мир. – Смогу, – тихо ответила Юмин, склонившись в глубоком поклоне. – Я дам тебе свиток с правилами, которые тебе нужно будет выучить. Хорошо? – Сичень посмотрел на нее с теплотой. – Хорошо. – Юмин все еще держалась за брата, но хватка ее ослабла. – Я пойду, сестра. Обещаю вернуться с занятий как можно раньше! – Девочка отпустила брата, и он вместе с Лань Чжанем покинул дом. Сичень достал свиток и протянул его Юмин. – Вечером я проверю, что ты выучила. Если не получится запомнить все – ничего страшного. Я хочу просто увидеть, на что ты способна. – Хорошо. Я постараюсь вас не огорчить, – девочка снова поклонилась, и глава ордена в ответ склонил голову в учтивом поклоне. Оставшись одна, Юминг тут же склонилась над свитком правил. Двадцать заповедей, начертанных тушью, глядели на неё со всей строгостью. Едва пробежав глазами по строкам, Анья с ужасом осознала, что уже успела нарушить одно из них – объятия с братом. «Никому, ни единой душе!» – поклялась она, словно заговорённая, не желая в первый же день навлечь на себя гнев и кару. Время утекло, словно песок сквозь пальцы, и вот уже все двадцать правил отпечатались в её памяти. Скука томила её, заставляя бесцельно бродить по дому. В тиши дома главы клана Нефриты вели неспешную беседу. – Ты заметил, как Юмин всего страшится? – Сичень отпил глоток чая, наблюдая за братом поверх чашки. – Кажется, я упоминал об этом, когда привёл тебя, – отозвался Ванцзи. Золотые глаза его внимательно изучали лицо брата. – Как думаешь, что ей довелось пережить? – Нечто ужасное, – Сичень отрезал любые надежды на то, что опасения брата напрасны. В его голосе звучала решимость. Теперь они обязаны оградить девочку от тех чудовищ, что терзали её душу. Обязаны стать для неё семьей. — А как насчет Вэй Ина?! — Лань Чжань хотел высказать еще какие-то догадки о происхождении Юймин, но его перебил брат. — Тебе не кажется, что пора навестить сестру Сычжуя? — Лани обменялись долгим, понимающим взглядом, и, словно по негласному знаку, одновременно поднялись, направляясь к обители Ханьгуан-цзюня. Тишина окутывала дом, словно густой саван. Сердце главы и его брата сжалось от страха: неужели Анья пропала? Но стоило им переступить порог комнаты, как тревога отступила. Оказалось, в томительном ожидании хотя бы одной живой души девочка уснула прямо на полу. Лань Чжань подхватил её на руки, чтобы перенести на постель, и содрогнулся. Она была невесома, словно пушинка, готовая улететь от малейшего дуновения ветра. – Брат, что случилось? – взволнованный голос Сиченя вырвал Лань Чжаня из мрачных мыслей. – Её вообще кормили? – прошептал второй нефрит Гусу Лань, и в голосе его звучала неприкрытая боль. Сичень принял спящую девочку из рук брата и тоже замер от потрясения. Лёгкость её тела была пугающей. Собравшись с мыслями, он бережно уложил её в постель и вернулся к брату, в глазах которого застыла невысказанная тревога. Братья опустились на циновки подле стола. – А-Чжань, я думаю, нам нужно посоветоваться с дядей насчет этого. Он мудрее нас, и его совет был бы неоценим. – Я не знаю… – Лань Ванцзи опустил голову, тень сомнения омрачила его безупречное лицо. – Сычжуй забрал её внезапно. Буквально вырвал из лап этих мерзавцев. Я даже не представляю, как рассказать дяде о ней! – выдохнул он, выпуская на волю терзания, что грызли его изнутри. В этот момент раздвинулась дверь, и в комнату вошли Сычжуй и Цинъин. – Приветствуем вас, глава клана и Ханьгуань-цзюнь, – хором произнесли мальчики, склонившись в поклоне. Со стороны постели донёсся тихий шорох. Анья проснулась.