Близнецы Вэй Ина

Сяо Синчэнь, словно пружина, выстрелил с места, бросаясь в гущу схватки. Усянь бросил быстрый взгляд на Ванцзы, и тот, безмолвно поняв, тут же ринулся в бой. – Сюаньюй, что-то здесь не так, – прозвучал голос, полный тревоги. – Я уже говорил вам, учитель, что думаю об этом! – Сюаньюй в сердцах прошелся по дому, его шаги отдавались гулким эхом в напряженной тишине. В дом ворвался леденящий вихрь, и в ту же секунду в воздухе материализовалась призрачная фигура. Детский визг, словно перепуганные птицы, взметнулся к потолку, а маленькие тельца забились в темные углы, ища спасения. – Тише, тише, – успокаивающе произнес Усянь, стараясь перекрыть панику. – Это всего лишь обычный дух. Все в порядке. Просто обычный дух. — Все хорошо, — проговорил Усянь, стараясь успокоить перепуганных детей. Сычжуй еще крепче прижался к его одежде, ища защиты. — Что ей нужно? — прошептал он, заглядывая Усяню в глаза. — Не знаю. Попробуем узнать, — ответил тот, вздохнув. Однако дух оказался слепым и немым, словно плененный в вечной темнице. — Сычжуй, сможешь сыграть «Расспрос»? — спросил Сюаньюй, с надеждой глядя на гуцинь, лежавший перед мальчиком. — Ханьгуань-цзюнь учил меня, но на практике я еще не пробовал, — признался Сычжуй, с сомнением посмотрев на струны. Усянь ласково потрепал мальчика по волосам. – Все будет хорошо! Просто попробуй. – А если не получится?! – встревоженно пролепетал юный заклинатель, нервно перебирая струны гуциня. Усянь ободряюще сжал его плечо. – Если не получится, в бой пойду я, а Ханьгуань-цзюнь расплосит духа! Опуская детали дальнейшего развития событий, знакомые вам по оригиналу, я предлагаю сразу переместиться в самое сердце битвы с Сюэ Яном. В самом пекле сражения в руки Мо Сюаньюю попал зловещий мешочек — ловушка для душ. – Учитель, мне кажется, этот мешочек следует поместить рядом с телом! – Абсолютно с тобой согласен! – отозвался Усянь. Они спешно вернулись в похоронный дом, отыскали темный гроб и с трепетом положили мешочек с плененной душой внутрь. В тот же миг раздался ослепительный взрыв света, пронзивший тишину. Испуганные, они отпрянули и забились в угол, ожидая неведомого. Спустя томительные минуты тишины в гробу раздался сдавленный стон. – Учитель… Кажется, мы его воскресили, – прошептал кто-то потрясенно. – Аа!! Дай я за тебя встану!! – в панике взвизгнул Усянь, отталкивая ученика. – Эй, с чего это вдруг за меня? Я вообще-то младше! – Но ты не умирал!! – не унимался Усянь, отчаянно пытаясь влезть за спину ученика, так как оба боялись непонятного происшествия. Пока учитель и ученик в смятении искали укрытие, в гробу уже восседал живой Сяо Синчэнь. — Господа, не соблаговолите ли объяснить, что здесь происходит? — прозвучал его слепой вопрос, от которого детские голоса сорвались в оглушительный крик. — Ханьгуань-цзюнь!!!!! Скорее сюда!!!!! Усянь и Сюаньюй, объятые ужасом, лишь крепче прижались друг к другу, содрогаясь от страха. И словно мало было тьмы вокруг, Лань Чжань и Сюэ Ян, объятые леденящим душу ужасом, ворвались в дом, намертво заклинив дверь. – Спасайтесь! Усяньское отродье! И тут Лань Чжань осознал страшную пропажу. – Лань Сычжуй!!! – крик, полный отчаяния, разорвал тишину склепа, и он, словно вихрь, вырвался наружу, в безумной тревоге за сына. – Да что ж это такое?! И помереть-то спокойно не дадут! – голос Синчэня, пропитанный укоризной, эхом разнесся по залу, когда он, пошатываясь, выбрался из гроба. Сюэ Ян, словно подкошенный неведомой силой, рухнул на холодный каменный пол. – Как… как вы его воскресили? Я годами мучился, а у вас… просто так?! Как?! – Да клянемся, мы и сами не знаем! – прорычал Усянь, отступая от повергшего его в ступор зрелища, ища хоть какое-то объяснение случившемуся. – Ладно, поверю на слово, – Сюэ Ян прильнул к Синчэню, обвивая его руками. – Ты чего? – растерянно выдохнул Синчэнь, не ожидавший подобного порыва. – Я боялся… боялся, что ты не вернешься! Дурак! Что ты творишь, безумец! – сквозь рыдания шептал Сюэ Ян, сильнее прижимаясь к нему. В этот момент, нарушая тишину леса, с грохотом вернулся Лань Чжань, на плече которого безвольно болтался Сычжуй. — Ханьгуань-цзюнь, отпустите! Там моя сестра! — в отчаянии кричал мальчик, но Лань Чжань безжалостно отбросил ребенка на пол и, не говоря ни слова, принялся заколачивать дверь. Вэй Усянь, с трудом пересилив первобытный ужас, разлившийся в груди, ощутил недоброе предчувствие и приблизился к Лань Чжаню. — Что происходит? — спросил он с тревогой. — Он сбежал, посмел приблизиться к нечисти, да еще и попытался заговорить с этим отродьем Вэнь! Ему едва не стоило это жизни! Лань Сычжуй, прочь от окна! — Лань Чжань не выдержал и в мгновение ока схватил мальчишку за ухо. — Ханьгуань-цзюнь, я все вашему дяде расскажу! Больно же! — взвыл Сычжуй, а наставник, не в силах сдержаться, гневно прорычал: — До каких пор ты будешь испытывать мое терпение?! Тебя и так считают безумцем, над тобой потешаются все кланы! Твоя сестра мертва! Она умерла три года назад! Почему ты никак не можешь смириться с этим?! — А ты? Ты сам-то смирился со смертью моей мамы? — слова Сычжуя, словно отравленный кинжал, вонзились Лань Чжаню под ребра. Ледяная тишина сковала его. Он замер, глядя на слезы, ручьями струившиеся по щекам юного адепта. — Прости… Не знаю, что на меня нашло.– Лань Чжань отпустил мальчика и ушел в другую комнату, хлопнув дверью