Ты пришёл ко мне с дождём

Следующий день прошел в лихорадочном, но счастливом тумане. Сонхун вернулся и, заметив, что Юнги и Тэхён стали неразлучны, лишь одобрительно ворчал. Они втроем обедали, чинили скрипучую калитку и работали над новым фрагментом аранжировки Тэхёна. Юнги чувствовал себя в безопасности, как никогда. Впервые его талант и его сердце были приняты одним и тем же человеком. Вечером, сидя в своей маленькой, съемной гостиной, Юнги закончил последние правки в треке. Ему хотелось немедленно отправить его Тэхёну, чтобы тот мог послушать его со своими новыми, настоящими эмоциями. — Я сейчас, — сказал Юнги, который сидел за ноутбуком. — Надо отправить файл. — Отправь мне его на почту, — Тэхён сидел в кресле, наигрывая что-то тихое на гитаре. — Нет, там слишком много. Я отправлю через... — Юнги запнулся. С тех пор, как он сбежал, он не пользовался своими личными аккаунтами и почтой, опасаясь отслеживания. Он использовал только «чистый» почтовый ящик для работы. — Используй мой запасной, — предложил Тэхён, диктуя адрес. Но Юнги решил, что это будет дольше. Он отмахнулся от чувства тревоги, которое годами хранило его, и, поддавшись импульсу, включил свой старый телефон. Ему нужно было всего две минуты, чтобы прикрепить большой файл и отправить его через закрытый мессенджер. Это всего лишь две минуты. Никто не успеет. Сразу же посыпались уведомления. Сотни сообщений, пропущенных звонков, оповещений от социальных сетей. Юнги поспешил выключить их все, но в этот момент в углу экрана мигнуло одно, единственное, тихое уведомление от приложения, которое он установил в Сеуле, чтобы следить за своими банковскими счетами. Сообщение было простым: «Местоположение подтверждено. Отправляю курьера». Юнги не понял. Он побледнел. Не успев спросить себя, что это значит, он почувствовал, как волна страха ударила его в грудь. Он резко захлопнул крышку ноутбука, отключая Wi-Fi, а затем судорожно выдернул батарею из старого телефона, который не успел даже загрузиться до конца. — Юнги? Что случилось? — Тэхён тут же почувствовал волну чистого, ледяного страха, которая пронзила спокойствие комнаты. Его кедр мгновенно сгустился, готовясь к защите. — Я... я совершил ошибку. Большую. Я включил старый телефон. Всего на секунду, — его голос ломался. — Он... Джунхо, он всегда знал, как меня отследить. Он называл это «маячком». Он нашел меня. Тэхён мгновенно отложил гитару. Он подошел к окну и, не включая свет, посмотрел на дорогу. Была поздняя ночь. Дождь прошел, и дорога блестела в свете далекой луны, но была пуста. — Ты уверен? — Да! Он... он нашел способ отслеживать любые мои активации, которые привязаны к его бизнес-аккаунтам. Банк, почта... он всегда это делал. Я просто забыл. Тэхён действовал быстро. Он обнял Юнги, чтобы успокоить его, а затем взял его лицо в ладони. — Хорошо. Успокойся. Он едет на машине, он не телепортируется. Мы немедленно звоним полиции и... Но было поздно. Раздался громкий, угрожающий стук в дверь, который эхом разнесся по маленькому дому. Стучали не в дверь Сонхуна, а в дверь Юнги. — Мин Юнги! Открой дверь, или я сделаю это сам! — Голос Джунхо был хриплым, пьяным от злости и феромонов. Он пах гниющим табаком и превосходством. Это был запах, который Юнги помнил с ужасающей четкостью. Юнги издал короткий, сломанный крик. Он инстинктивно спрятался за Тэхёном. В этот же момент Тэхён выпустил свой феромон — чистый, яростный кедр, который должен был отпугнуть нарушителя. — Уходи, — низким, рычащим голосом приказал Тэхён. — Здесь тебя не ждут. За дверью наступила секунда тишины, словно Джунхо был ошеломлен силой чужого альфы. Но затем последовал безумный, резкий хохот. — О! У тебя новый защитник? Какой милый! Неужели альфа!Ким Тэхён? Ты думаешь, твой статус меня остановит? Ты всего лишь певец, а я — деньги, которые правят Сеулом! В этот момент раздался треск. Джунхо выбил замок и вломился в дом. Он был пьян, но зол и силен. Он увидел Юнги, спрятавшегося за Тэхёном, и его глаза вспыхнули безумной одержимостью. — Отойди, Тэхён! Он мой! — Джунхо оттолкнул Тэхёна, который, несмотря на всю свою силу, был застигнут врасплох. Джунхо схватил Юнги за запястье, его хватка была болезненной. Юнги застонал. — Нет! Не трогай меня! Тэхён оправился мгновенно и бросился на Джунхо. Началась яростная, быстрая схватка. Джунхо был грязным бойцом, он бил жестко и быстро. Тэхён, напротив, боролся с контролируемой яростью, пытаясь защитить Юнги. — Ты не тронешь его! — прорычал Тэхён. Но Джунхо оказался хитрее. Он отбросил Тэхёна в сторону, ударившись о стену, и, используя шок омеги, быстро достал из кармана наручники и пристегнул Юнги к тяжелому радиатору отопления у окна. Юнги был в ловушке. — Ты останешься здесь, мой омега! А теперь... посмотрим, как твой певец тебя спасет! Джунхо быстро выскочил из комнаты. Тэхён, пошатываясь, побежал за ним, но Джунхо успел выскочить из входной двери. Он захлопнул ее и снаружи запер на тяжелый, навесной замок, который, очевидно, привез с собой. Они были заперты. Юнги был прикован к стене в доме, который должен был стать его убежищем. Джунхо вернулся. Он был полон триумфа. Он вытащил небольшой баллончик с нейтрализатором феромонов и распылил его по комнате. Феромон кедра Тэхёна тут же ослаб, а вместе с ним — и защита. — Не помогает, да, Юнги? Твой дождь здесь не поможет. Здесь ты почувствуешь только мой запах, — он ухмыльнулся, приближаясь. Юнги сжался. Его тело начало дрожать. Страх был физическим, липким. В глазах Джунхо была не просто ярость, а садистская месть за то, что Юнги посмел уйти. — Ты думал, что спрячешься? Ты думал, что какой-то певец заменит меня? Я сделаю из тебя то, кем ты должен был стать — послушной игрушкой, которая будет умолять меня о каждом прикосновении! Джунхо начал наносить удары, но не сильные, которые могли бы убить, а жестокие и болезненные — по плечам, по ребрам, туда, где не останется явных следов. Он хотел сломать волю, а не тело. Юнги кричал. Он чувствовал, как фантомный запах табака сменяется реальным, отвратительным запахом. — Нет! — кричал Юнги, пытаясь защитить голову. — Тэхён! Тэхён, который был отброшен и временно оглушен, пришел в себя. Его сердце разрывалось от криков Юнги. Он бросился к омеге, но Джунхо перехватил его. — Сначала ты! — прорычал Джунхо, нанося Тэхёну сильный удар по лицу. Джунхо был одержим, но Тэхён, несмотря на боль, знал, что должен оставаться трезвым. Он оттолкнул Джунхо, но тот, прежде чем упасть, успел выхватить из кармана ключ и показать его Юнги. — Ты думал, я оставлю ключ? Он у меня! Ты мой! Джунхо выскочил в соседнюю комнату — кухню, чтобы найти что-то тяжелое. Тэхён бросился к двери, но замок был стальным и крепким. Он вернулся к Юнги. — Держись, — прошептал Тэхён, его голос дрожал. — Я спасу тебя. Ты слышишь меня? — Никто мне не поможет! Никто! — Юнги плакал, его глаза были закрыты. Это был момент абсолютного отчаяния, когда его разум возвращался к прошлой травме. — Я один! — Нет! Ты не один! — зарычал Тэхён, его голос был на грани срыва, его кедр снова поднялся, яростный и отчаянный, пытаясь пробить нейтрализатор. — Я всегда прихожу! Я пришел к тебе с дождем! Тэхён посмотрел на окно. Тяжелая гардина. Старое стекло. Он не мог найти никакого инструмента. В этот момент за окном, словно по команде, начался самый страшный ливень за весь вечер. Это был не тихий дождь, а грозовая стена. В ярости и отчаянии Тэхён поднял стул и со всей силы ударил по старому оконному стеклу, привязанный Юнги закричал от испуга и боли. Стекло разлетелось вдребезги. Джунхо, который нес нож с кухни, замер в дверном проеме, пораженный. Тэхён, не обращая внимания на порезы, пролез через разбитое окно, выбрался на улицу и побежал к машине. Он схватил из багажника домкрат. Он знал, что дверь Джунхо просто так не откроет. Он вернулся к двери, где Джунхо стоял, парализованный шоком и яростью. — Я сказал: уходи! — зарычал Тэхён. Он ударил домкратом по навесному замку. Металл заскрежетал, но выдержал. Он ударил снова, с бешеной силой. Грохот слился с грохотом грома. Замок сорвался с петли. Джунхо бросился на Тэхёна с ножом. Тэхён, инстинктивно защищаясь, отбил удар домкратом. Нож отлетел в сторону. Тэхён был быстрее. Он не стал драться, он действовал, как альфа, защищающий своего омегу. Он навалился на Джунхо, прижал его к полу, выпуская весь свой феромон. Чистейший кедр буквально уничтожил нейтрализатор. Джунхо вскрикнул, его табак был полностью подавлен. Он задрожал, свернувшись клубком, его воля была сломлена. Тэхён не стал тратить время на Джунхо. Он быстро вытащил ключ из кармана Джунхо и бросился к Юнги. — Я здесь. Я пришел. Ты спасен, — Тэхён открыл наручники. Юнги плакал. Он не просто плакал, он выл, сотрясаясь от судорог и ужаса. Наконец освобожденный от наручников, он припал к Тэхёну, вдыхая его феромон, как единственный источник жизни. Тэхён обхватил его крепко, прижимая к своей груди. Его собственное тело было изранено и болело от ударов Джунхо, но сейчас он не чувствовал ничего, кроме отчаянной необходимости защитить и стабилизировать Юнги. — Тихо. Всё кончено. Он ушел. Ты в безопасности, — шептал Тэхён, выпуская весь свой кедр. Феромон Джунхо — отвратительный, грязный табак — всё еще висел в воздухе, смешиваясь с запахом порошка-нейтрализатора и свежей кровью Тэхёна. Но кедр был сильнее. Он был яростным, чистым и доминантным. Он уничтожал зловоние Джунхо, заменяя его собой. Юнги дрожал, но постепенно его рыдания стихали. Он чувствовал, как руки Тэхёна обнимают его. Он не мог оторваться, его тело инстинктивно искало тепла и защиты. — Я... я думал, что умру. Я думал, что ты... ты не придешь. Я подумал, что я не заслуживаю помощи, — прошептал Юнги. — Ты заслуживаешь всего, Юнги, — сказал Тэхён, целуя его в макушку. — Я всегда приду. Я же обещал. Я пришел к тебе с дождем. Юнги поднял голову и посмотрел на Тэхёна. Его лицо было окровавлено от удара, на скуле наливался синяк, а руки были порезаны осколками стекла. Но в его глазах не было ни страха, ни сожаления, только стальная решимость и безграничная нежность. — Ты ранен, — прошептал Юнги, его собственный страх уступил место острой тревоге за Тэхёна. Тэхён осторожно отстранил Юнги. — Ничего. Порезы. Нам нужно действовать быстро. Он посмотрел на распростертого на полу Джунхо. Тот был без сознания, сломленный феромоном альфы, его воля временно подавлена. — Мы не можем ждать, пока он придет в себя, — Тэхён быстро достал свой телефон и набрал номер, который Юнги никогда раньше не слышал. — Отец. Мне нужна твоя помощь. Срочно. Я в деревне. Я поймал его. Он напал на Юнги. У нас взлом, нападение, элементы жестокого обращения. Он был с ножом. И он пытался его... запереть. Юнги слушал. Слова «Отец» и «помощь» от Тэхёна звучали как приговор для Джунхо. На другом конце провода Юнги услышал низкий, властный голос. — Хорошо. Ничего не трогай. Немедленно фотографируй всё: замок, разбитое окно, наручники, его машину, его лицо. Я вылетаю. Я привезу команду. Он больше не посмеет к нему приблизиться. А ты позаботься о Юнги. Он в шоке. Тэхён закончил разговор и посмотрел на Юнги. — Это мой отец. Он решит эту проблему навсегда. Он... он не музыкант. Он юрист. Один из самых влиятельных в стране, и он ненавидит, когда богатые ублюдки думают, что могут купить закон. Он сгноит его. Юнги почувствовал невероятное облегчение. Это был не просто альфа-спаситель, это был план. Это была справедливость, которую он думал, никогда не получит. — Твой отец... — прошептал Юнги, пораженный. — Ты никогда не говорил... — Я не хотел, чтобы это было частью нашей истории. Но теперь это часть твоего спасения. Он выше отца Джунхо, Юнги. Он не купится. А теперь, — Тэхён взял телефон и начал фотографировать всё, что приказал отец. — Нам нужно согреться и обработать раны, пока не вернулся Сонхун. Он нас убьет. Они прошли в ванную. В доме было холодно из-за разбитого окна, но они были вместе. Тэхён посадил Юнги на край ванны и начал осматривать его тело. — Он тебя сильно ударил? — голос Тэхёна был нежен, но полон скрытой ярости. Юнги отрицательно покачал головой. — Больше всего болит от наручников. Он... он не хотел сильно бить. Он хотел меня сломать. — Он больше никогда тебя не тронет. Тэхён аккуратно обработал порезы на своих руках, а затем принялся за Юнги. Он осторожно смазал места ушибов и ссадин, его прикосновения были невесомыми и теплыми. — Когда ты смотрел на окно... — тихо начал Юнги. — Ты... ты знал, что делать? — Нет, — признался Тэхён, накладывая пластырь на ладонь Юнги. — Я знал только одно: я должен был добраться до тебя. Я услышал твои крики, Юнги. И я понял, что единственный способ спасти тебя — это разрушить то, что тебя держит. Разбить стену. Разбить стену. Физически и метафорически. Юнги смотрел на Тэхёна, чувствуя, как его сердце наполняется любовью. Не той, что была продиктована феромонами, а той, что была рождена общим травматическим опытом и бесстрашным спасением. Когда они вышли из ванной, Юнги нашел старое одеяло Сонхуна и завернул в него Тэхёна. Разбитое окно прикрыли плотной занавеской, чтобы не привлекать внимание и не впускать дождь. Они сидели на диване, прижавшись друг к другу. Тэхён, сильный альфа, спасший его от кошмара, теперь был хрупким, израненным и уставшим. Юнги прислонил голову к плечу Тэхёна и вдохнул его запах. Кедр. Чистый, яростный и теперь навсегда ассоциирующийся со спасением. В этот момент в замке двери, которую Тэхён починил на скорую руку, раздался щелчок. Вернулся Сонхун. — Юнги? Тэхён? Почему здесь такой запах? И что, черт возьми, случилось с окном?! — раздался его сердитый голос. Тэхён и Юнги посмотрели друг на друга. Их история только что завершила драматический виток и вышла на новый уровень: уровень защиты, семьи и справедливости.