Thrown to the Wolves

Лисса

      Высотное здание, к которому мы подъезжаем, выглядит именно так, как описывал источник Джонни де Луки. Я поднимаю взгляд на внушительное строение, его темные окна, как пустые глаза, смотрят на меня. Один из наших людей только что отключил электричество, а другой работает над системой сигнализации.       Мы стараемся быть как можно более незаметными, потому что не хотим, чтобы в дело вмешался закон. Но что-то подсказывает мне, что они будут держаться в стороне, даже если им позвонят. Эта мрачная высотка — из тех зданий, на которые они обычно смотрят с опаской, как и на отель «Эмпайр Гранд», да и на «Элизиум» тоже.       Нет, я думаю, они скорее позволят нам уничтожить друг друга, а потом уберут мусор. Это их обычная игра. И я надеюсь, что ради их блага они будут следовать той же схеме и сегодня.       Рядом со мной Адрия являет собой образ холодной решимости, ее челюсть сжата, а глаза сужены. Она отрывисто кивнула, когда хакер, что-то набирая на ноутбуке, сообщил: «Системы отключены».       — «Вперед!» — приказывает она Марко, и я наблюдаю, как он и его отборные люди начинают колотить тараном по двери, и воздух наполняется звуками раскалывающегося дерева и визгом металла, выкручивающего замки.       Дверь срывается в считанные мгновения, и мы с Адрией входим в здание вдвоем. Первый этаж пуст, и я имею в виду не только отсутствие людей, но и отсутствие всего. В холле нет мебели. Ни компьютеров. Вообще ничего. Воздух пыльный, почти затхлый. Я киваю головой в сторону пожарной лестницы, и Адрия следует моему примеру.       Лестничная клетка холодна и безлюдна, когда мы начинаем подъем. Бабушка жила на последнем этаже здания, в котором я выросла, и держу пари, что она будет жить на последнем этаже этого пентхауса, так что подъем будет долгим. Лифты, разумеется, не работают, да и стратегически это было бы не очень разумно. Я крепче сжимаю пистолет, адреналин начинает бурлить в моих жилах, когда знакомое чувство битвы настигает меня.       Но сегодня у меня нет того ощущения веселья, которое обычно бывает.       Нет. Это будет совсем не весело.       Мы доходим до очередного поворота лестницы, дверь справа солидно возвещает о шестом этаже, на ней нарисована гигантская цифра «6». Я пытаюсь войти в эту дверь, как и во все другие, но она заперта, как и все остальные. Мы замираем, напрягая уши в поисках любого звука. Здесь по-прежнему мертвая тишина.       Здание больше похоже на гробницу, чем на убежище. Я бросаю взгляд на Адрию, которая, похоже, разделяет мою настороженность.       Мы поднимаемся по лестнице, уверенно, быстро и бесшумно. Еще и еще, пока не попадаем на десятый этаж, и на этот раз⁠…       На этот раз ручка поддается под моими пальцами. Открыв рот, я смотрю на Адрию. А затем вопросительно поднимаю бровь. Рискнем ли мы, попадем ли в эту очевидную ловушку? Или продолжим подниматься по лестнице — узкому месту, которое может оказаться для нас не менее опасным?       Когда мы рассматривали возможность проникновения сюда, хороших вариантов не было. Мы знали это с самого начала. Нужно было выбрать наименее плохой путь.       И тут до нас доносится ритмичный стук сапог по бетону, доносящийся откуда-то сверху. Я напрягаюсь, приказывая Адрии отойти за спину. Я ни за что на свете не позволю ей оказаться на линии огня.       Судя по звукам, их много. А справа от меня — открытая дверь, за которой ждет Бог знает что.       Я оборачиваюсь к Адрии, решение принято.       — «Возвращайся вниз», — шепчу я. — «Я справлюсь». — Ее глаза сужаются, однако я пресекаю ее протест прежде, чем она успевает его высказать. — «Возвращайся вниз, Адрия. Я серьезно. Это моя проблема, которую я должна устранить».       — «Мы же пришли к тому, что сделаем это вместе».       — «Так и поступим. Ты будешь ждать внизу, чтобы к чертовой матери вытащить миссис Джи отсюда, когда я приведу ее вниз. А потом я вернусь наверх и позабочусь о Скарлетт и Бабушке». — Она не рыпается. — «Послушай, я не хочу, чтобы Сьюзи надрала мне задницу, если ты пострадаешь», — уговариваю я.       — «Я не пострадаю», — насмехается она.       Хватит с меня шуток.       — «Пошла нахер отсюда. Это наставление вашего секунданта, босс, хотите вы его слышать или нет. Ты должна быть в безопасном месте на случай, если…»       На случай, если я не успею вернуться.       Невысказанные слова повисли между нами, и на лице Адрии мелькнуло что-то близкое к уязвимости.       — «У нас нет времени спорить об этом», — шиплю я. — «И ты знаешь, что я права».       На мгновение мне кажется, что она снова откажется. Но затем выражение ее лица смягчается, всего на долю секунды. Она протягивает мне руку, и я сжимаю ее, словно мы два воина, желающие друг другу удачи на поле боя.       — «Тебе лучше вернуться живой, ‘Волчица’. Это приказ».       — «Ты знаешь меня, Аид. Я всегда выполняю приказы».       А потом она поворачивается и направляется обратно вниз, пока я раздумываю над своим следующим шагом. Я точно знаю, что ждет меня внизу, поэтому, пожалуй, выберу вариант с загадкой — дверь номер «10».       Я осторожно вхожу и оказываюсь в коридоре, похожем на гостиничный или многоквартирный дом, с множеством дверей, ведущих в жилые помещения. Я быстро, но тщательно прочесываю их, чувствуя себя в полной боевой готовности к любой засаде.       Но здесь нет ничего — буквально ничего. Все эти квартиры абсолютно одинаковы: пустые, совершенно без мебели, никаких признаков жизни, только слой за слоем пыли.       Только тишина и пустота окружают меня, давя на сознание, когда в голове проносятся воспоминания из детства, проведенного под руководством Бабушки. Хоть я и не выросла здесь, но все равно все до боли знакомо. Все эти комнаты, лишенные каких-либо удобств…       И этот постоянный страх, свербящий в моем нутре…       Я стискиваю зубы, дыхание становится коротким и резким, а воспоминания бьются о края моего сознания. Только не сейчас. Я не могу позволить себе зацикливаться на прошлом, не сейчас, когда на кону жизнь миссис Грейвс. Не тогда, когда Скарлетт⁠…       Мысль о ней, о предательстве и запутанном клубке эмоций, которые она во мне вызвала, закаляет мою решимость. Я заставляю себя сосредоточиться, дышу медленно и ровно, пока нервная система моего тела снова не придет в норму.       Двигаясь обратно по коридорам, я ищу путь наверх, самый быстрый путь на верхние уровни. Но когда я уже подхожу к лифтам, и у меня начинает складываться план, я замечаю движение на периферии.       Я поворачиваюсь, поднимаю пистолет и смотрю на⁠…       Себя.       Нет. Не на себя. Хотя маска волка слишком знакома, она скрывает верхнюю часть лица. Нижняя часть открыта, и женщина в ней насмешливо улыбается, когда я делаю осторожный шаг назад.       Смертоносная грация в ее позе напоминает мне Скарлетт, и на долю секунды я подразумеваю, что это и есть Скарлетт, но какая-то предательская часть меня содрогается от… чего-то. Облегчения? Предвкушения?       Это быстро гаснет, когда женщина бросается на меня.       Это не Скарлетт, и от разочарования я медленнее, чем обычно, настолько медленнее, что мои удары проходят мимо цели. Я отражаю ее несколько первых ударов, инстинктивно защищаясь и оценивая ее навыки. Она хороша, по-настоящему хороша, и, бьюсь об заклад, что знаю, кто она такая.       Уклоняясь от сильного удара, я окликаю:       — «Ариадна, верно? Та, что убила Адама?»       Если мои слова и смущают ее, она этого не показывает. Мы обмениваемся молниеносными сериями атак, ее свирепость придает каждому удару весомость.       Хотя ей не хватает точности.       — «Я убила десятки людей», — наконец вымолвила она, отступив немного назад, чтобы оглядеть меня. — «Тебе придется уточнить, кого из них ты имеешь в виду».       — «Брата Скарлетт».       Впервые ее движения затормозились, всего на долю секунды.       — «Да, это была я». — В ее признании есть что-то вроде дикой гордости, но оно звучит фальшиво. — «Семья — это всего лишь бесполезное развлечение».       — «Это Бабушка тебе это вдолбила?» — Я смеюсь. — «Она говорила мне то же самое. И она ошибалась. Чертовски ошибалась «. — Я отпрыгиваю назад, едва ли избегая ее кулака, летящего мне в челюсть. — «Ты довольно хороша», — хвалю я, уворачиваясь и лавируя в ограниченном пространстве коридора.       Да. Однако она не так хороша, как я. Просто она еще не понимает этого.       — «Я лучшая», — поправляет она меня. — «Это меня должны были послать устранить тебя. Скарлетт слабачка». — Еще один шквал атак отбрасывает меня назад, но я не уступаю, нанося ей сильный удар по ребрам, который, кажется, поражает ее. Однако она быстро приходит в себя. — «Я убью тебя сейчас и получу от этого огромное удовольствие», — выдыхает она.       — «Если Скарлетт так слаба, почему Бабушка отправила ее вместо тебя?»       ‘Колючка’ попадает в цель — Ариадна не отвечает, ее внимание ослабевает, когда гнев берет верх, и она прыгает на меня.       Я позволяю ей впечатать меня в стену, а затем наношу сильный удар локтем прямо в позвоночник, отчего она отпускает меня и отступает. Я наношу серию мощных ударов, от которых она отшатывается, увлекая меня дальше по коридору.       Ах. Она просто тянет время.       Я усмехаюсь, когда мы обе перестраиваемся.       — «Так ты здесь, чтобы замедлить меня, да?»       Ее ответ — бессловесный крик гнева, ярость ее атак усиливается, когда она отбрасывает меня назад.       Хорошо, сообщение получено. Но теперь я становлюсь нетерпеливой. Время идет, а мне нужно попасть к миссис Грейвс, потом к Бабушке.       И затем к Скарлетт.       Я перестаю сдерживаться и, воспользовавшись возможностью, когда один из ее ударов проходит мимо, перехожу в наступление, нанося удар за ударом.       Ариадна пошатнулась и попятилась назад, когда я пробила ее защиту. Она разочарованно рычит, понимая, что теряет позиции.       А потом она срывает что-то с пояса и бросает в меня. Густой, удушливый дым вырывается наружу, окутывая коридор непроницаемой серой дымкой. Я кашляю и быстро отступаю назад, едкий дым щиплет глаза, пока я пытаюсь проследить за движением Ариадны. Я слышу безошибочный звук захлопывающейся двери пожарной лестницы.       Обильно ругаясь, я обмахиваюсь, пытаясь разогнать дым. Классический ход Скарлетт — точно такой же, как та ерунда, которую она выкинула во время нашего первого боя.       Скарлетт. От одной мысли о ней у меня защемило в груди. Злость, решимость, которые я видела в Ариадне… они так похожи на Скарлетт, и, как и в первые несколько нападений Скарлетт на меня, это чувствовалось…       Как что-то личное.       Но сейчас я не могу на этом зацикливаться. Я должна двигаться дальше.       Я должна была ожидать этого трюка с дымовой шашкой. Мне нужно быть чертовски умнее в этом деле.       Я делаю глубокий вдох, прикрываю глаза рукой и пробегаю сквозь дым, держась другой рукой за стену, чтобы направиться к лифтам.       Дым уже рассеивается, и возле лифта довольно свежо. С небольшим усилием мне удается раздвинуть двери и заглянуть вниз в шахту, а затем вверх, в глубокую, всепоглощающую темноту.       Лифт находится надо мной, потому что, включив фонарик у плеча и высунувшись в пространство, я могу разглядеть только дно шахты внизу, а лифта там нет.       Если лифт начинает спускаться, пока я поднимаюсь…       Что ж. Нет смысла думать об этом, пока это не случится. Электричество, во всяком случае, отключено, так что шансы приличные.       Расправив плечи, я хватаюсь за лестницу для технического обслуживания и начинаю карабкаться, таща себя вверх. То тут, то там лестница обрывается или переходит на другую сторону, и мне приходится использовать строительные леса самой шахты, чтобы продолжить подъем. Металл впивается в мои руки, напряжение жжет мышцы, но я не сдаюсь.       Наверху меня ждет миссис Грейвс. Она наверняка знает, что я приду. И я не собираюсь ее подводить.       Бабушка тоже там.       И Скарлетт.       Именно эта мысль заставляет меня подниматься все быстрее и быстрее.