Хранение секретов

По крайней мере, когда Люси проснулась после сна в своей гостевой комнате в Императорском дворце, она не напряглась так, словно на этот раз на нее собирались напасть. И не было никакой неловкой конфронтации/разговора, чтобы она могла воспользоваться чьей-то ванной комнатой - на этот раз ее номер был с собственной ванной. Она воспользовалась этим, погрузившись в долгую, горячую ванну. Это, конечно, сняло напряжение в ее мышцах, но не успокоило бурю, бушевавшую в ее мыслях. Вытеревшись и переодевшись в простой халат, который она нашла висящим на двери, она обнаружила, что сидит на кровати и рассеянно перебирает пальцами ключи. Ей нужно было с кем-то поговорить. И, может быть, получить какие-то ответы. Нацу, Зереф и этот Якоб уже могли использовать пространственную магию, несмотря на то, что рядом был Марин... может быть, он сможет разрешить исключения для своих союзников. Хотя она и не была его союзником, возможно, он больше не считал ее угрозой. Стоило попробовать. Глубоко вздохнув, она подняла три своих ключа: «Откройте! Врата Льва, врата Девы, врата Козла! Локи, Дева, Козерог!» Ее магия усилилась, комнату наполнил золотой свет, и перед ней материализовались три знакомые фигуры. "Люси!" Локи тут же шагнул вперед, его обычная ухмылка исчезла, сменившись искренней заботой. "Ты в порядке? Мы пытались дозвониться до тебя, но что-то нам мешало!" Дева поклонилась. «Принцесса, пожалуйста, направьте меня к виновному, они заслуживают наказания». Козерог поправил солнцезащитные очки. «Учитывая, что ты снова можешь нас призвать, я полагаю, что угроза миновала?» Люси вздохнула, проведя рукой по лицу. «Боже, с чего бы мне начать...» Она снова выдохнула, прежде чем сказать: «Ну, начну с того, почему ты не смог до меня дозвониться. Тот парень Марин из Альвареса вернулся и снова заблокировал мою магию... а потом империя взяла меня в плен». Глаза Локи расширились. «Ч-что? Но как ты сбежал?» «Я не сбегала», — решительно сказала она. «Мы в Вистарионе. Это гостевая комната в Императорском дворце». Все три духа уставились на нее. «Подождите... гостевая комната ?» — спросил Локи, и его солнцезащитные очки слегка съехали на нос. Дева моргнула. «Во дворце Зерефа?» Козерог покачал головой. «И они позволили тебе оставить ключи? Очень любопытно». Люси снова вздохнула. «Да, ну, полагаю, это одно из преимуществ дружбы с принцем». Ее духи снова уставились на нее, на этот раз глаза были шире. Локи скрестил руки на груди. «Ладно, теперь я знаю, что ослышался». «Принц?» — повторила Дева, склонив голову и приложив палец к губам. «Друзья?» — добавил Козерог с недоверием в голосе. Люси уставилась в ответ. «Подождите... вы, ребята, действительно не знали?» Она думала, что после того, что она увидела в зале воспоминаний, они должны были знать правду об отношениях Зерефа и Нацу. В конце концов, ее предок Анна помогала с планом. Она думала, что они могли быть наняты, чтобы молчать. Но их замешательство казалось искренним. Она схватилась за простыни под собой, заземляясь. «Один из убийц драконов, которых ты привел в будущее... на самом деле был младшим братом Зерефа». Их реакции были разными. Локи напрягся, Козерог приподнял бровь, а Дева нахмурилась в раздумьях. «Я чувствую, как будто... Я почти помню...» — пробормотал Локи, прижимая руку к виску. Люси поняла , что их воспоминания были изменены . «Судя по внешнему виду... это Роуг?» — спросила Дева. Люси издала сухой, короткий смешок. «Нет... вот, это поможет». Она встретилась с ними взглядами. «Фамилия Зерефа — Драгнил». Воздух в комнате стал тяжелым, когда осознание, казалось, охватило все ее чувства одновременно. "Ни за что... погодите-ка, конечно! Теперь я вспомнил!" Локи ахнул, сжимая кулаки. "После того, как мы отправили их через Врата Затмения, Зереф запечатал наши воспоминания - о нем и Нацу! Он не хотел, чтобы кто-то знал, что они с Нацу связаны. Он пытался защитить Нацу, чтобы убедиться, что у него будет нормальная жизнь и чтобы на него никогда не охотились ради него самого". «Итак, сэр Нацу... принц Нацу?» — неуверенно спросила Дева, словно проверяя титул. Выражение лица Каприкорна стало жестким. «Если это так, то это будет означать...» Люси кивнула, ее голос был тихим. "Нацу... никогда не похищали. Он никогда не был пленником. Он помогал Зерефу с тех пор, как тот обрел свою собственную память. Он помог Альваресу забрать Сердце Феи, а затем... они использовали его, чтобы запитать восстановленную R-систему, и вернули свою мать из мертвых". Тишина. Вес ее слов давил, как гравитация. Локи выглядел ошеломленным. «Ты... серьезно?» Люси устало посмотрела на него. «Ты думаешь, я бы шутила об этом?» «Хм. Ну, если ничего другого, то это, безусловно, объясняет, почему Зереф всегда отдавал предпочтение Нацу перед остальными», — сказала Дева. В комнате снова повисла тяжелая тишина, тяжесть откровения Люси все еще висела в воздухе. А затем, словно прорвало плотину, Локи взорвался. «Ты, должно быть, шутишь!» — рявкнул он, сжав кулаки и сверкнув карими глазами от гнева. «После всего — после всех переживаний, через которые он нас заставил пройти — он просто взял и предал гильдию? Он был грязным предателем все это время?» Люси вздрогнула от слов «грязный предатель». Сначала она, конечно, чувствовала то же самое. Но, выслушав доводы Нацу, ее убежденность начала рушиться. «Я тоже так сначала думала, Локи», — тихо призналась она. «Но после того, как я поговорила с ним... я не думаю, что все так просто». Локи резко выдохнул и начал ходить взад-вперед, как зверь в клетке. «Не все так просто? Люси, он помог Зерефу напасть на гильдию! Он украл Сердце Феи!» Он повернулся к ней, ткнув пальцем в ее сторону. «Ты говоришь мне, что это не предательство?» Люси крепче сжала простыни. «Вот почему он нам не сказал. Он боялся такой реакции». Локи усмехнулся, но Люси продолжала: «Не поймите меня неправильно, от всего этого испытания у меня сводит живот». Ее голос слегка дрожал. «Но... теперь я вижу, что он действительно пытался использовать свое положение, чтобы помочь нам». Козерог задумчиво кивнул. «Понятно. Приказ «не убивать», о котором упомянула леди Брандиш, теперь стал более понятен». Люси кивнула. «Он пытается спасти своего брата. И как бы меня ни беспокоило, кто его брат... Я понимаю. Если бы у меня был шанс спасти маму или даже папу... Я бы это сделала». Ее голос звучал убежденно. Но затем она добавила, более нерешительно: "Но также... Нацу изменился . Его отношение к вещам, то, как он говорит о магии, теперь другое. Он сказал... его это не беспокоило, использование Райской Башни, потому что именно маг делает магию хорошей или плохой". Тише она продолжила: «Он... гораздо больше похож на Зерефа, чем на Нацу, которого мы знали». Она сглотнула, заставляя себя признать правду. «И это пугает меня. Я хочу верить ему, поддерживать его... но это просто слишком » . Дева наклонила голову. «Ну, Принцесса, если ты боишься потерять Нацу из-за тьмы... то разве ты не можешь быть той, кто вытащит его обратно к свету?» Локи усмехнулся, проводя рукой по волосам. «Все на самом деле не так просто, Дева». Выражение его лица потемнело, когда он повернулся к Люси. «Нацу перешел черту — нет, черту — и из того, что ты сказала, похоже, он ясно дал понять, что не хочет, чтобы его спасали, тянули назад, что угодно». Его голос немного смягчился, но тяжесть в нем осталась. «Тебе нужно понять, Люси, если ты хочешь поддержать его или встать рядом с ним... тебе придется следовать за ним и в этих вопросах». У Люси перехватило дыхание. «Я знаю, что... Я просто...» Она судорожно вздохнула. «Я не знаю, что делать». Выражение лица Локи дрогнуло. Очевидно, он не ожидал, что она признает это. По тому, как расширились его глаза, он думал, что его предупреждение поколеблет ее решимость, но вместо этого оно лишь подтвердило, насколько глубоко она борется с выбором. Люси обхватила себя руками. «Это кажется неправильным. Как будто это противоречит всему, чему меня когда-либо учили — о магии, морали, правильном и неправильном. Но… то, что говорили Нацу, Зереф и другие…» Ее голос был тихим, противоречивым. «Они действительно имели смысл». Локи на мгновение уставился на нее, ошеломленный. Он сделал шаг вперед, готовый спорить, но Козерог поднял руку. «Как бы странно это ни звучало... Я согласен с магами Альвареса». Локи повернулся к нему. «Ты что ?!» «Заклинатель определяет цель своей магии», — спокойно сказал Козерог. «Добро или зло полностью зависит от того, кто ею владеет». «Как ты можешь так говорить?» — огрызнулся Локи. Козерог спокойно поправил солнцезащитные очки. «Леди Анна и Врата Затмения». Локи напрягся. «Леди Анна была соратницей Зерефа и даже считала его другом. Леди Лейла также помогала ему». «Это другое! Это было...» «Спасти мир?» — закончил за него Козерог, скрестив руки на груди. «Да. Но это все еще зависело от магии Зерефа, в частности от Врат Затмения. И я не сомневаюсь, что Магический Совет назовет это «черной магией». Табу. Злом». Он на мгновение замер, его взгляд был тверд. «Если вы согласны, кем мы являемся?» Губы Локи приоткрылись, но слов не было. Козерог повернулся к Люси, выражение его лица было непроницаемым. «В конце концов, леди Люси, это только моя точка зрения. Так же, как и у Локи. Только ты можешь решить, по какому пути ты пойдешь, и что все это значит для тебя». Дева шагнула вперед, нежно положив свою руку на руку Люси и одарив ее теплой, ободряющей улыбкой. «Что бы ты ни выбрала, мы будем на твоей стороне». Локи издал долгий, разочарованный вздох и потер затылок. «Верно. То, что она сказала». Он посмотрел на Люси, тон его был более расслабленным. "Так что если нам в конечном итоге придется надрать задницу Нацу, то ладно. Или, с другой стороны..." Его голос дрогнул, выражение лица исказилось почти болезненным. "Мы будем рядом с тобой во время того, что будет очень неловким разговором с остальной частью гильдии..." Это вызвало у Люси небольшой смешок. «Спасибо вам. Всем вам». Она улыбнулась. «Я чувствую себя лучше, зная, что вы все меня поддерживаете». Локи отсалютовал двумя пальцами. «В любое время, принцесса». Дева внезапно оживилась, в ее глазах появился озорной блеск. «О, это заставляет меня кое о чем задуматься». Она наклонилась к Люси, лукавым голосом. «Если ты признаешься в своих чувствах Нацу, принцесса, и он ответит тебе взаимностью, поскольку он настоящий принц… ты будешь настоящей принцессой!» Локи рассмеялся. «О, да! Думаю, она бы так и сделала!» Даже Козерог выглядел удивленным. Люси тем временем стала ярко-красной. «Ладно, хватит, пока!» Когда она закрыла ворота, ее настроение все еще явно веселилось.

______________________________________

Люси повторила процесс с другими духами. Мнения о том, что сделал Нацу, разошлись, но каждый из них заверил Люси, что поддержит ее, какой бы путь она ни выбрала. Поговорив со всеми, она откинулась на подушки с долгим вздохом. Она все еще не знала, какой путь выберет, но голова ее прояснилась, словно какой-то груз наконец-то свалился с ее плеч. Это заставило ее осознать, что она голодает. Сползая с кровати, она направилась туда, куда бросила одежду, раздевшись для ванны... и обнаружила, что ее там нет. В замешательстве ее взгляд упал на соседний стол, где лежала аккуратно сложенная стопка одежды с небольшой запиской, засунутой сверху. - Ваша одежда стирается. Пожалуйста, примите эти бесплатные замены, пока ждете. «Ну», — пробормотала она, держа рубашку и приподняв бровь. «Эффективно, я полагаю…» Ей определенно не нравилась идея, что персонал зайдет к ней в комнату, пока она будет в ванной, но, по крайней мере, они были осторожны. И тщательны. Она сморщила нос, разглядывая новый наряд: черную футболку и такие же брюки. Серьёзно, все чёрное? Осознание пришло, когда ее пальцы сжали ткань. Конечно, они были бы все черными, в конце концов, это империя Зерефа. Даже Нацу теперь был одет во все черное. Она быстро переоделась, затем встала перед зеркалом, натягивая рубашку на место и проводя пальцами по волосам. Рак высушил их для нее, когда она позвала его поговорить, но она подумывала снова позвать его, чтобы он уложил их как-то для нее. Только колебалась. Нацу, скорее всего, просто спит в своей комнате, в кафе его не будет. Зачем беспокоиться? Она вздохнула, а затем, мгновение спустя, замерла. Подождите, с каких это пор это стало для меня решающим фактором в заботе о том, как я выгляжу?! Ее лицо горело. Отвернувшись от зеркала, она схватила ключи с тумбочки и бросилась к двери. Ее настроение испортилось, она попыталась отвлечься мыслями о чем угодно, только не о Нацу. В конце концов она нашла охранника и спросила дорогу. В тот момент, когда он просканировал ее значок, его поведение изменилось — он напрягся, выпрямился и посмотрел на нее с чрезвычайным профессионализмом. Видимо, звание «особого гостя» принца Нацу подразумевало особое отношение. «Я пошутила насчет привилегий за дружбу с принцем» , — сухо подумала она. Но, похоже, я не ошиблась. После нескольких минут блужданий по головокружительному лабиринту коридоров и лестниц охранник наконец открыл для нее пару двойных дверей. Кафетерий был огромным, что имело смысл, если он был предназначен для питания всего дворцового персонала. Судя по тому, сколько времени потребовалось, чтобы просто дойти сюда, она не могла даже представить, насколько велик этот дворец на самом деле. Проходя с подносом в руке через очереди за едой, Люси впитывала все это — солдат, бюрократов, дворцовый персонал, гражданских служащих — людей всех мастей, наполнявших комнату разговорами и смехом. Она даже увидела мужчину, который выглядел так, будто пригласил на ужин всю свою семью, его дети хихикали, жуя еду, пока теплые вечерние лучи заходящего солнца проникали через высокие окна позади них. Они все просто... ели. Смеялись. Жили. Конечно, не было ощущения, что они только что воевали с Ишгаром. Люси сидела одна за пустым столиком в углу кафетерия и начала есть, пытаясь разобраться в своих мыслях. «Вы все просто злые приспешники Зерефа!» Она покачала головой, вспоминая это. Шокированная и обиженная или нет, она начала чувствовать себя виноватой за то, что низвела целый континент, полный обычных людей, до этого . Не все они были безжалостными солдатами или убийцами — многие были просто обычными людьми, живущими своей жизнью, проживающими свои дни, как и любой, кого Люси знала в Ишгаре. Посреди ее раздумий в ее мыслях раздался голос: «Ну, ну, ну. Посмотрите на этого бедного маленького подавленного енота». Люси моргнула, когда Брандиш скользнула в кресло напротив нее, на ее лице застыла раздражающая ухмылка. "Хм?" «Либо у тебя самые ужасные тени для век, которые я когда-либо видела, либо этот день просто надрал тебе задницу. У тебя ужасные темные круги под глазами». Лицо Люси вспыхнуло. «Заткнись! Очевидно, что это был сумасшедший день». Она ткнула в курицу на своей тарелке и пробормотала с возмущением: «Я даже не пользуюсь тенями для век». Брандиш усмехнулась, хотя выражение ее лица немного смягчилось. «Да, полагаю, так и есть. Но все же, королевское отношение после всего этого фиаско с похищением не может быть таким уж плохим». Ее понимающая ухмылка внезапно вернулась: «А может, твое горе больше связано с определенным принцем? Должно быть, больно знать, что ты не единственная, кто теперь положил на него глаз…» «Н-н-н-нет! Я уже сказал тебе-» «Бла-бла-бла, «Мне это неинтересно, идиот!» — издевалась Брандиш, драматично изображая Люси. «Продолжаешь эту надоевшую рутину цундэрэ, и обнаружишь, что сидишь совсем одна, красная и называешь его идиотом, но на самом деле думаешь, как сильно ты его любишь. А я тем временем в его комнате, и мы...» "С-стоп!" Люси вскинула руки, сдаваясь. "Я не цундэрэ! И как ты можешь просто сидеть там и говорить такие вещи с серьезным лицом!?" «Потому что в отличие от тебя я могу признаться в том, чего хочу. И я не собираюсь сидеть и притворяться скромницей, пока кто-то налетит и уведет его, как ты». Она отпила из своего напитка. «Позволь мне сказать так — если бы он посмотрел на меня и поцеловал, рискнул он или нет, ни за что на свете я бы не стала использовать его говорящего друга-кота в качестве щита, потому что я была слишком взволнована. Вот что называется полным провалом». Лицо Люси вспыхнуло еще сильнее. «Он тебе это сказал?» — пропищала она. «Конечно, так и было». Брандиш ответила, пожав плечами. Затем, с более искренним вздохом, она добавила: «Я вообще-то обычно так не разговариваю. Я же не Димария, в конце концов». Она снова ухмыльнулась. «Но я быстро понимаю, как весело возиться с тобой по этому поводу, и это перевешивает любую неловкость, которую я могу почувствовать позже. И честное предупреждение, если ты когда-нибудь встретишь Димарию? Если ты считаешь меня плохой, она съест тебя на завтрак». «Димария, королева воинов. Она маг и рыцарь». Она вспомнила, как Макаров говорил о ней, когда он инструктировал гильдию о том, что он знал о 12 Спригганах. Даже в самых смелых мечтах Люси не думала, что ей придется говорить с этой женщиной, особенно о том, что ее будут дразнить из-за ее личной жизни. «Фу. Приятно знать, что кто-то хорошо проводит время». Люси пожаловалась. Брандиш на мгновение сосредоточилась на еде. Затем тихо сказала: «Ну, друзья ведь друг друга путают, да? А ты говорил, что хочешь дружить... Это привлекло внимание Люси. В глазах Брандиш была мягкость, но она быстро исчезла, когда она сказала: «Если только это не то, что ты сказала в пылу момента...» Люси выглядела искренне удивленной. «Н-н-н-нет. Я имела в виду то, что сказала». Она твердо сказала, ее голос становился ровным. Брандиш улыбнулась. «Ну, хорошо. Но не думай, что это значит, что я сдамся и отдам тебе Нацу только потому, что мы теперь друзья». «О, нет, я определенно так не думала», — раздраженно ответила Люси. «Ты ясно выразила свои чувства к нему». «Рада, что мы поняли друг друга. Не смотри так уныло, Хартфилия. Здесь есть люди и похуже, с которыми можно дружить». «Эй! Мы тут заводим друзей?» — вмешался голос, который Люси была бы рада больше никогда не слышать. Брандиш усмехнулся. «Говори о дьяволе». Шакал громко бросил поднос на стол и плюхнулся на сиденье рядом с Люси. Его лицо засияло, как у возбужденного щенка. «Так ты теперь хочешь быть друзьями?» Люси поморщилась. «Да, нет, мне придется отказаться». Шакал выглядел искренне обиженным. «Что?! Почему?! Я оказал тебе услугу! Я воссоединил тебя с боссом!» Люси пришло в голову, что этот неземной дух действительно думал, что ее похищение было своего рода одолжением для нее и Нацу. Часть ее была в ярости и хотела вбить его в землю. Остальная часть ее была просто истощена. Она провела рукой по лицу. «Ты серьезно думала, что это сделает нас обоих счастливыми?» Шакал моргнул, растерянно. «Подожди, что? Ты не...» Его вопрос был прерван, когда кто-то ударил его по голове, прямо между ушей, заставив его вскрикнуть от боли. «Пожалуйста, перестаньте говорить», — раздался сухой, невыразительный голос. «Остальные из нас могут выносить только определенное количество вашего идиотизма за раз». Мужчина по имени Расти отодвинул стул Шакала от стола и поставил пустое место между Шакалом и Люси. «Боже мой, Расти», — заскулил Шакал, потирая голову. «Если бы ты тоже хотел завести друзей, ты мог бы сказать это гораздо приятнее!» Расти фыркнул. «Не читай мне лекцию о доброте, когда ты думал, что делаешь этой бедной фее одолжение, взяв ее в заложники и приставив к ее горлу взрывное проклятие». Шакал фыркнул, скрестил руки и отвернулся, прижав уши к голове. «Но я на самом деле не собирался его использовать!» Расти прищурился, глядя на Шакала. «Знаешь, мне будет очень весело придумать тебе наказание за весь этот провал». Шакал выглядел самодовольным. "Пфффф. Мечтай дальше, фруктовая петля. Босс не позволит тебе ничего сделать со мной!" Расти ухмыльнулся, поправляя очки на переносице. "О, правда ". Он вытащил из кармана прямоугольную слезу, очень похожую на те, что разработал Уоррен. Он постучал по ней несколько раз, и она отпустила, а затем протянул ее Шакалу. Люси мельком увидела сообщение: От Нацу: Придумайте наказание, чтобы Шакал больше никогда не выкинул такую ​​глупость. Если нужны идеи, спросите Инвела. Уши Шакала снова прижались, и он уставился на слезу Расти, словно она предала его. «Что? Нечестно!» — простонал он, ударившись головой о стол. Люси чуть не рассмеялась, увидев эту сцену. «Кстати», — внезапно сказал Расти, вставая со своего места с размахом. Он вскинул руки, пальто драматично развевалось за его спиной, словно он выступал на сцене. «По-моему, я так и не представился как следует!» Люси моргнула, когда он застыл, словно театральный актер, ожидающий аплодисментов. «Я Растироуз! Обладатель Арки Воплощения — одного из самых изящных затерянных волшебств в мире!» — провозгласил он, и его голос эхом разнесся по кафетерию. К удивлению Люси, мало кто обратил на него внимание. «Ваш друг — Его Высочество — спас меня от жизни, полной жалости к себе, и показал мне истину высшего магического мира! После того, как я по глупости перешел дорогу Его Величеству во время моего… ошибочного времени с Сердцем Гримуара, принц Нацу так любезно предоставил мне второй шанс! Теперь я с гордостью служу его начальником штаба!» Он низко поклонился, прижав руку к груди, явно довольный собой. Люси смотрела, пытаясь найти правильные слова, чтобы отреагировать на это... зрелище. «Эм... привет. Люси Хартфилия. Маг небесных духов и член Хвоста Феи». Она нахмурилась. «Подожди, ты только что сказала, что ты начальник штаба НАЦУ?! Я думала, ты из 12 Спригган!» «Нет!» — радостно вмешался Шакал, видимо, оправившись от недавнего опустошения. «Я и Расти здесь? Мы — щиты саламандры! Я как собственный Август босса!» Расти тут же нахмурился. «Не позорь лорда Августа, сравнивая себя с ним». Уши Шакала прижались, а лицо исказилось от ярости. «О, да? Ты правда думаешь, что ты намного лучше меня, подражатель Инвела?» «Я не...» Их препирательства переросли в взаимные оскорбления, и Люси откинулась назад, чтобы не попасть под их огонь. Напротив стола Брандиш хихикнула в свою чашку, явно развлекаясь. С искренней улыбкой она сказала: «Они — это что-то, да?» Люси только покачала головой. Тот факт, что у Нацу вообще были «щиты», был… странным. Даже если бы он был принцем сейчас, это было странно. Это был Нацу, в конце концов, который всегда бросался вперед, который никогда не позволял никому другому сражаться за него. Мысль о том, что кто-то будет его защищать или сражаться вместо него, была почти комичной. Но больше всего ее терзал Шакал. Как бы бодро он сейчас ни действовал, Люси беспокоило то, что Нацу так тесно сотрудничал с похожим на собаку этериасом. Она не забыла, что он сделал во время битвы Хвоста Феи с Тартаросом. Воспоминание о его садистском смехе, когда он пытал ее, было выжжено в ее памяти. Ужасная боль от проклятий взрыва, освещающих ее кожу... Честно говоря, это было очень обидно. Но все же, наблюдая, как Шакал и Расти спорят, словно ссорящиеся школьники, прямо перед ней... каким-то образом это имело странный смысл. Эти два полных придурка были так называемыми щитами Нацу? Да, это проверено. Ее ход мыслей резко оборвался, когда кто-то на дальнем конце стола вышиб стул и тяжело рухнул на него. Он сидел, опустив голову, крепко скрестив руки, излучая разочарование и горе. Брандиш взглянула, веселье исчезло из ее глаз. «Как дела у Димарии?» — спросила она мягким голосом. Мужчина сначала не ответил. Когда он ответил, его голос был тихим и хриплым от эмоций, как будто он плакал. «Она будет жить», — сказал он, сжимая кулаки. «Но они не смогли пришить ей руку. Она никогда больше не будет сражаться так, как прежде!» Его кулаки ударили по столу, его голос надломился. «Я должен был остановить их. Я должен был защитить ее, но я слишком увлекся своей собственной борьбой. Я был без сознания и даже не знал, что происходит, пока ее крики не разбудили меня. Я-я-я неудачник». Брандиш вздохнула. «Если бы она была здесь прямо сейчас, она бы посмеялась над тобой за то, что ты плачешь из-за этого». Несмотря на ее поддразнивание, ее голос теперь был мягче. «Это может быть нелегко, но она крепка. Я не сомневаюсь, что она оправится от этого». Когда он повернулся к ним лицом, Люси сразу узнала его. Азир. Король пустыни, член 12 Спригган, который чуть не похоронил их заживо, когда они сбежали из Вистариона после спасения мастера Макарова. Он был безжалостным. Беспощадным. Опасным. Кровожадным. Но сейчас? Сейчас он не был ни тем, ни другим. Он был просто человеком, полным эмоций, опустошенным из-за того, кого он явно любил. Кто-то, кто, судя по всему, едва вернулся домой. Чувство вины снова зашевелилось в груди Люси . Ее прежние мысли, ее заявление на мостике дирижабля о том, кем были эти люди, казались все более и более неправильными. Империя Альвареса, 12 Спригганов — не были мультяшными злодеями, замышляющими способы напугать мир... Они были просто людьми. Людьми, которые по воле случая оказались в оппозиции к той стороне, на которой была Люси. Она помедлила мгновение, закусив губу, а затем тихо произнесла: «Надеюсь, с ней все будет в порядке». Азир кивнул. «Спасибо», — пробормотал он, опустив глаза на свой нетронутый поднос с едой. Но затем его брови нахмурились, и он снова взглянул на нее. «Подожди, кто ты?» Прежде чем Люси успела ответить, вмешалась Брандиш. «Одна из подруг Его Высочества из Хвоста Феи. Шакал любезно привез ее сюда в качестве «гостя» после того, как мы отступили из штаб-квартиры Магического Совета». Она ухмыльнулась, и ее обычно монотонный голос едва скрывал веселье. «И да, та, на которой он повесил трубку». Люси открыла рот, чтобы возразить, но ее проигнорировали. Глаза Азира расширились, а затем он искренне и тепло рассмеялся. "Ух ты. Молодец, Шакал". Отвернувшись от теперь кипящего эфира, он обратился к Люси, его настроение заметно улучшилось. "Йоу, я Азир. Они называют меня-" «...Король Пустыни». Люси резко вмешалась. «Я помню. Вы любезно дали нам знать, когда пытались убить меня и моих товарищей по гильдии около Вистариона около месяца назад». Азир почесал затылок, выглядя смущенным. "О, да, это... эй, слушай, извини, ничего личного. Полное недопонимание!" Люси нахмурилась. «Ты, кажется, ужасно развлекался из-за недоразумения. Знаешь, с этой убийственно-песчаной бурей». Азир рассмеялся. "Ну, что я могу сказать? Я просто следовал приказам, и я воспринимаю угрозы в адрес моего дома всерьез! Я просто не осознавал, что приказы, которые мне отдал Его Величество, были полной ерундой. Так что да, я виноват". Брандиш фыркнула. «А я думала, что произвела плохое первое впечатление на Люси». Она повернулась к небесному магу, ухмыляясь. «Так кто же здесь произвел худшее первое впечатление?» Люси не колеблясь посмотрела мимо Брандиш и Азира на некоего угрюмого этериаса через стол. «Шакал, даже не сомневайся». «Что?! Как?!» — пробормотал Шакал. Люси подняла палец и начала считать. «Давай посмотрим, ты пытался взорвать меня, Нацу, Венди и Хэппи. Потом ты пытался заставить меня выбирать между убийством бывшего члена Магического совета и беременной женщиной. Потом ты пытался взорвать весь город. А после этого ты пытал меня на кубе...» За столом повисла ошеломленная тишина. Через мгновение Азир издал недоверчивый смешок, прежде чем сказал: «Боже мой, чувак, это полный бред». «Да, ну, я же сказал, что мне жаль!» — рявкнул Шакал, кипя от злости и скрещивая руки на груди. Он снова повернулся к Люси. «Если я такой ужасный, кто из вас произвел лучшее первое впечатление?» Люси указала прямо на Растироуза. «Он единственный здесь, кто не пытался убить меня, когда мы впервые встретились. Он побеждает по умолчанию». Расти самодовольно поправил очки. «Видите ли, я помню свое воспитание и знаю, как быть настоящим джентльменом, когда того требует время». «О, пожалуйста. Не зазнавайся, чертова королева драмы. Я уверен, ей было наплевать на все твои разговоры о «совершенном волшебном мире» или чем-то подобном», — парировал Шакал. Расти выглядел оскорбленным. «Тебе, возможно, не хватает интеллекта, чтобы понять, ты, глупый болван, но я уверен, что мисс Люси, как и другие наши уважаемые коллеги здесь, полностью понимает мою любовь к высшему магическому миру? Ладно-» Он выжидающе поднял глаза и увидел, что Азир, Брандиш и Люси тупо смотрят на него. "Эй, Хартфилия. Здесь действуют негласные правила, но никогда не упоминай о высшем волшебном мире Расти. Теперь он будет вести монологи до конца ночи", - сказала Брандиш. Расти выглядел испуганным. «Леди Брандиш, вас наверняка не беспокоит ...» Азир фыркнул, прерывая просьбу Расти. «Спорим, ты хотела бы, чтобы я сейчас предложил это антимонологическое правило Его Величеству, а, Брандиш?» Впервые с тех пор, как начался этот провал, Люси рассмеялась — по-настоящему рассмеялась — вместе с остальными.

______________________________________

После еще нескольких дебатов о монологах, абсолютном волшебном мире и явном отсутствии интеллекта у Шакала, Люси быстро сбежала из кафетерия. Она понятия не имела, куда идет, — только то, что это должно быть где-то тихо... «Хартфилия». Люси остановилась и обернулась, увидев позади себя Брандиш, скрестившую руки на груди и с непроницаемым выражением лица. «Пойдем со мной», — сказала она, махнув рукой Люси. «Хочу показать тебе одно из моих любимых мест во дворце». Ухмыльнувшись, она добавила: «Кроме того, наши другие очаровательные гости за столом не приглашены». Этого было достаточно, чтобы стимулировать. Люси быстро кивнула и последовала за ней. Казалось, они шли целую вечность, петляя по коридорам и поднимаясь по большему количеству ступенек, чем Люси могла сосчитать. Она собиралась обвинить Брандиш в том, что она ведет ее по ложному следу, пока Спригган не толкнула дверь наверху лестницы. За ними был балкон, залитый сиянием заката, с которого открывался захватывающий вид на Вистарион. Люси выдохнула, не осознавая, что задержала дыхание. «Ух ты...» Брандиш устроилась в кресле-шезлонге. «Да, идти сюда отстойно, но вид того стоит, не думаешь?» Люси кивнула. «Это прекрасно». Она села в кресло рядом с Брандиш. Брандиш мягко улыбнулась. «Похоже, тебе нужно было тихое место после того, как ты столкнулась с этими шутами в кафе. Я также купила мороженое по дороге». Она замялась, ее голос стал нехарактерно серьезным. «Ну, как ты себя чувствуешь сейчас?» Люси была почти удивлена ​​вопросом Брандиш, пока не вспомнила, что сказал Спригган о желании подружиться до того, как придут остальные и начнется хаос. "Эм... Я... в порядке..." Брандиш прищурилась. «Правда? Ты все еще выглядишь так, будто через две секунды развалишься на части». Люси вздохнула и откинулась назад. «Нет, правда, я чувствую себя лучше, чем раньше, просто…» Она замолчала, пытаясь распутать путаницу эмоций в груди. «Я не знаю, что мне теперь делать. Часть меня просто хочет вернуться домой, но… часть меня чувствует, что неправильно оставлять Нацу позади…» «Тебе следует уйти». Брандиш тут же невозмутимо ответила: «Это было бы хорошо для...» «Да, внезапно я почувствовала, что твой совет не исходит из бескорыстных побуждений», — невозмутимо ответила Люси. «О? Ты правда не против оказаться рядом с Его Величеством и нами, злыми приспешниками?» В голосе Брандиш звучала игривость, но Люси все равно было больно это слышать. Она застонала. «Ты никогда этого не забудешь, правда?» Брандиш усмехнулся. «Нет. Но... судя по всему, твое мнение действительно так быстро изменилось?» Люси вздохнула. "Послушав Нацу... и увидев, как вы все смеетесь и шутите друг с другом в кафетерии... Я признаю, что была неправа. Кажется, что я предаю все, что когда-либо знала, говоря это, но, видя все это... еще более неправильно называть вас всех злом". Брандиш утвердительно промычала. "Полагаю, логично, что ты изменила свое мнение после разговора с Нацу. Кстати... Мне любопытно. Что заставило тебя влюбиться в него?" Люси покраснела. « В-влюбиться в него?!» «О, моя вина, я забыла, он тебе явно не интересен». Она рассмеялась, пока Люси заикалась в ответе. «Тогда, думаю, я пойду первой». Выражение ее лица изменилось на что-то задумчивое. «Кроме того, что он привлекателен — а он очень даже привлекателен — больше всего мне в нем нравится его доброта. Невозможно подделать то, как он освещает комнату. Это как — видит лучшее в каждом, даже если они сами этого не видят». Люси поймала себя на том, что кивает, думая о том теплом чувстве, которое она испытывала, когда Нацу врывался в гильдию с этой своей широкой улыбкой на лице, и о том, как он всегда подбадривал ее, особенно когда она была новенькой в ​​гильдии, неуверенной в себе и своем месте. «Да... Я бы согласилась с этим». Она помолчала, затем добавила с застенчивым смешком: «Не знаю, как ты, но это действительно заставляет тебя задуматься, как он и... твой император являются братьями». Ей пришло в голову через несколько секунд, что она только что согласилась с тем, что Нацу привлекателен. Ее лицо мгновенно вспыхнуло, снова. Брандиш хихикнула, но больше ничего не сказала, к большому облегчению Люси. «Ты не представляешь, как сильно Его Величество оживился, когда Нацу был рядом». Она вздохнула, прежде чем продолжить, голосом мягким и почти задумчивым. «Я знаю, что все в Ишгаре видят в нем этого монстра — Черного Волшебника, тирана, вестника смерти и все такое... но позволь мне высказать тебе свою точку зрения, как человека, выросшего рядом с ним. Я никогда не видела его злым. Иногда прагматичным и холодным, конечно. Но в основном он просто... отстраненный. Руки прочь. Честно? Он немного скучный. Отстраненный, как будто он просто дрейфует по миру, ожидая, когда он закончится... что, я полагаю, так и было». Она слабо улыбнулась. "Но когда появился Нацу... что-то изменилось. Это было видно по нему. Его пустые выражения лица превратились в настоящие улыбки — сначала маленькие, но настоящие. И его глаза перестали выглядеть такими пустыми. Вам может быть трудно в это поверить, но я всегда считала Его Величество добрым человеком. Но в этом году я впервые услышала, как он смеется". Люси моргнула, новое осознание пришло к ней. Она была так сосредоточена на том, что влияние Зерефа сделало с Нацу, что даже не задумалась о том, какое влияние оказало присутствие Нацу на Зерефа. Откинувшись назад с понимающей улыбкой на лице, Брандиш добавила: «Знаешь, Нацу даже однажды ночью пригласил Его Величество и остальных Двенадцать в бар?» Люси наклонила голову, внезапно вспомнив странную, хаотичную фотографию поющих Зерефа и Нацу. "Это была ночь караоке? Я видела фотографию в комнате Нацу на дирижабле". Брандиш фыркнула. «Если бы то, что они делали, можно было назвать пением, но я бы так не сказала». Люси искренне рассмеялась. «Так плохо?» «Хуже». Улыбаясь, пока Люси продолжала смеяться над изображением Нацу и Зерефа, пытающихся (и не имеющих успеха) петь караоке, Брандиш добавила: «Нет, серьезно. Леди Ирен вышла из здания, зажав уши руками. И Бог Серена — благослови его сверкающее маленькое сердечко — несмотря на свою неугасимую преданность Нацу, едва смог изобразить улыбку во время этого. Она была такой напускной, что я думала, его лицо треснет». Смех Люси был немного подавлен упоминанием Ирен. Думая об этой женщине, после того, как она обошлась с Эрзой, упоминание о ней оставило кислый привкус во рту. "Кстати об Ирен... кто она, собственно?" Брандиш скрестила руки за головой. «Самая могущественная чародейка империи. Никто — кроме императора и дедушки Августа — не может сравниться с ее силой. Даже среди 12 Спригган она ужасает». Люси нахмурила брови. «Просто... когда мы покидали Эру, на том дирижабле, она была больна, вместе с Богом Сереной...» Брандиш наклонила голову. "Да, она тоже убийца драконов, я думаю. Никто об этом не говорит. Не спрашивай меня почему, я не знаю". Люси помедлила, прежде чем продолжить: «Просто... то, что она говорила моей подруге Эрзе... это было более чем жестоко... это звучало так, будто это было что-то личное». Брандиш посмотрела на нее понимающе. «Ну, так оно, наверное, и было, учитывая, что это была ее дочь». Глаза Люси расширились. «Дочь?!» Брандиш пожал плечами. «Неужели это так удивительно? Они выглядят почти одинаково». Это было действительно так, когда Люси думала об этом. Те же алые волосы, похожие черты лица... это имело смысл. Будто предчувствуя ее следующий вопрос, Брандиш вздохнула. «Я не знаю, в чем между ними дело, но полагаю, само собой разумеется, что оно плохое». Люси почувствовала укол печали за Эрзу. Она так много перенесла — росла сиротой, была рабыней в башне Небес, наблюдала, как Джерар сходит с ума. И теперь узнала, что мать, о которой она не знала, работала на ее врагов и унижала ее, словно она была не более чем насекомым. Не зная, что еще сказать по этому поводу, Люси отбросила свои мрачные мысли. Но затем что-то еще из сказанного Брандиш пробудило ее любопытство. «Подожди... что ты имел в виду, говоря о вечной преданности Бога Серены Нацу?» Брандиш расхохоталась — настоящий, искренний смех застал Люси врасплох. «А, это». Она сказала, когда отдышалась, вытирая слезу с уголка глаза. «Когда Нацу впервые прибыл в Империю, Бог Серена вызвал его на битву. Что-то вроде доказательства того, кто лучший убийца драконов. Ну, Нацу победил». Люси пошатнулась. «Ты хочешь сказать, что бывший святой маг номер один Ишгара проиграл Нацу?» Брандиш усмехнулся. «Он, конечно, сделал это. И последняя атака, должно быть, что-то поджарила в его мозгу, потому что с тех пор он стал самым большим фанатом Нацу. Я не преувеличиваю. Если вы думаете, что Шакал плохой, вы не видели, как Серена следует за ним, как потерянный щенок с искорками в глазах. Честно говоря, я в шоке, что Его Величество до сих пор не перевел его в «щиты саламандры», как их назвал Шакал». Люси могла только смотреть. Нацу всегда был сильным — один из самых свирепых бойцов Хвоста Феи — но победить лучшего мага в Ишгаре? Это было не просто впечатляюще. Это было потрясением мира. Но это начинало обретать странный смысл. С Зерефом в качестве брата — такой силой в его крови — было бы разумно предположить, что потенциал Нацу был зашкаливающим. Может быть, даже больше, чем он осознавал. Прежде чем Люси успела что-то подумать или сказать, раздался новый голос: «Два мороженого для моей самой любимой леди в империи!» Люси обернулась и увидела Марина, ухмыляющегося от уха до уха, когда он поставил мороженое перед Брандиш, словно вручая корону. Затем его взгляд упал на нее. Его ухмылка исчезла. «И, э-э... что ты здесь делаешь?» Люси вздохнула. О, Боже, вот и все. «Я просто не могу понять, что такая третьесортная ученица, как вы, будет делать в присутствии такой отличницы, как леди Брандиш!» Бровь Люси дернулась. «Простите?» Марин подняла одну руку с напускной невинностью, а другой погрозила ей пальцем, словно неодобрительный учитель. "Ну, ты достаточно симпатичная, я полагаю. Может быть, при правильном освещении и хорошем платье ты могла бы быть В... но честно говоря? Находясь здесь, прямо рядом с леди Брандиш... Я вижу, что присвоить тебе оценку A+ на Караколе было не более чем мимолетной прихотью. Будем честны, по сравнению с моей леди, у тебя нет шансов с принцем..." «ЧТО?» — вскрикнула Люси так громко, что вспугнула несколько птиц с соседнего балкона. Марин снова подняла руку. "Эй, ничего личного! Я просто говорю, если бы я был принцем Нацу, и мне пришлось бы выбирать между тобой и леди Брандиш..." «Марин», — резко бросила Брандиш, ее резкий тон прорезал воздух. « Можете ли вы это сделать ? У нас тут личный разговор. Отдайте Люси ее мороженое и идите приставать к кому-нибудь другому». Марин тут же поклонилась. «Конечно, моя леди, тысяча извинений!» Он поставил перед Люси мороженое с преувеличенной заботой, прежде чем повернуться к Брандиш с влюбленной улыбкой. «Кстати, я тебе говорил, как ты сегодня сияешь? Потому что...» « Прощай , Марин». «Ухожу, ухожу!» — прощебетал он, быстро кланяясь и убегая. Люси смотрела ему вслед и покачала головой в недоумении. «Он когда-нибудь останавливается?» «Нет». — Брандиш ответила категорически, не отрываясь от своего мороженого. «Но он полезен, поэтому я держу его при себе». «Я не думаю, что я вообще смогу с ним справиться...» — сказала Люси, глядя на свое мороженое. Брандиш пожала плечами. «К этому привыкаешь. Или, по крайней мере, учишься не обращать на него внимания. Но в любом случае... хватит обо мне и моих проблемах». Она понимающе посмотрела на Люси. «Теперь. Твоя очередь. Что заставило тебя влюбиться в Нацу?» "Ах!" Люси в этот раз подавилась мороженым. Вот тебе и уход от вопроса . Похоже, мне отсюда не выбраться... С другой стороны, если Брандиш смогла открыто взглянуть своим чувствам в лицо, она тоже могла бы попытаться это сделать. «Ну... Я не знаю, где именно проходит грань между другом и чем-то более размытым», — тихо сказала Люси, откладывая ложку. «Нацу был особенным для меня с первой минуты нашей встречи. Все наше знакомство было связано с тем, что он освободил меня от чар. Он был тем, кто привел меня в Хвост Феи, так что без него у меня не было бы никого из тех, кого я сейчас считаю своей семьей». Она слабо улыбнулась. «До этого года я даже не делала работу без него. И когда мой отец заплатил Фантому Лорду, чтобы тот «вернул» меня ему, я спрыгнула с крыши их гильдии, чтобы сбежать… потому что я верила, что он будет там, чтобы поймать меня. И он это сделал». «Ух ты», — невозмутимо произнесла Брандиш, откусывая кусочек мороженого. «Похоже, он был твоим очаровательным принцем с самого первого дня». Люси усмехнулась. "Ни в коем случае! Для начала, они с Хэппи чуть не разорили меня, когда я впервые повела их на обед. А потом он просто врывался в мою квартиру, когда хотел, ел мою еду, забирался в мою постель и даже врывался ко мне в ванную! А еще он обманом заставил меня надеть костюм горничной на нашу первую миссию! Он был угрозой!" Но затем ее голос смягчился, глаза затуманились более нежными воспоминаниями. «Но также... он принес радужное дерево сакуры к моему порогу, когда я была слишком больна, чтобы посетить городской фестиваль ханами. Да, притащил все дерево к моей двери, просто чтобы я не пропустила его». Люси замолчала, ее голос стал еще кротче. «Думаю, впервые я поняла, что чувствую что-то большее, чем дружба, во время битвы с темным магом, он сказал мне уйти, и я поняла — я бы предпочла быть там, рядом с ним, даже если бы мне пришлось страдать, чем покинуть его...» Она улыбнулась про себя яркому, трогательному воспоминанию. Но затем ее выражение лица дрогнуло. Та сторона Нацу — теплота, дикая радость — казалась теперь далекой. «Ранее ты говорила о том, как он освещает комнату, когда входит... но сегодня я этого от него не видела. Он кажется таким подавленным. Как оболочка самого себя». Брандиш рассеянно помешивала мороженое, ее взгляд был отрешенным. «Ну, а чего вы ожидали? Ему просто пришлось вести войну против людей, которые ему дороги». Люси медленно кивнула. Это имело смысл. Нацу сказал ей, что не может просто вернуться в гильдию и притворяться тем же беззаботным убийцей драконов, которого они всегда знали... и хотя Люси хотела верить, что эта его сторона все еще там, теперь она могла понять, что он имел в виду. Груз, который он нес, изменил его — и здесь, по крайней мере, люди, казалось, понимали это. Как бы больно ни было признавать это, Люси не была уверена, как бы отреагировали остальные члены Хвоста Феи, если бы Нацу вернулся и рассказал им всю правду, особенно ту часть, где он хотел спасти Зерефа. Она все еще верила, что они могли бы найти способ, могли бы поговорить, но сказать, что гильдия разделилась бы по этому вопросу, было бы мягко сказано. Здесь же... ему не нужно было скрывать это. Ему не нужно было носить маску или притворяться, что это не разрывает его изнутри. Здесь он мог говорить правду о том, что он чувствовал — без страха, без осуждения. Через несколько долгих мгновений Люси озвучила неловкий вопрос, который молча терзал ее разум. «Что ты думаешь о R-системе? Что ты думаешь о том, что Зереф и Нацу используют ее?» Брандиш просто пожала плечами. «Она для них». Люси моргнула, застигнутая врасплох тем, насколько небрежным был ее ответ. «Правда?» Брандиш откинулась назад, невозмутимая. "Ты должна понять, Люси, стигма вокруг заклинаний Его Величества в Ишгаре... здесь ее нет. Нет Магического Совета, который бы нагнетал страх, говоря о том, что "черно" или "запрещено". Нет архаичных законов, которые говорят нам, какие заклинания слишком "опасны", чтобы к ним прикасаться". Она зачерпнула еще кусочек мороженого, но ее тон остался серьезным. «Так почему бы им не использовать его? Его Величество создал заклинание, поэтому он заслужил право использовать его первым. Но, честно говоря, надеюсь… когда его мама проснется, и все будет хорошо? Я надеюсь, что больше людей смогут использовать его». Глаза Люси расширились. «Еще люди?» Брандиш кивнула без колебаний. «Я бы вернула свою маму в мгновение ока». Люси напряглась, вцепившись в ткань брюк. «Даже ценой чужой жизни?» Брандиш с тихим звоном положила ложку. Когда она встретилась взглядом с Люси, ее глаза были тверды, убежденность абсолютна. «Человек, которого они принесли в жертву, чтобы вернуть мать императора Сприггана, не был человеком. Это было чудовище в человеческом обличье». У Люси скрутило живот. «Но...» «Но ничего, Люси. Ты же слышала, какие обвинения против нее зачитал Инвел». Голос Брандиш не дрогнул. «Скажи мне честно. Ты правда думаешь, что эта заключенная заслужила право продолжать дышать после того, что она сделала, когда кто-то невинный, как мать императора, остался мертвым?» И вот он снова — тот же самый тяжелый вопрос. Даже с короткой передышкой с момента последнего появления, его вес не уменьшился, давя на нее теперь так же яростно, как и прежде. «Позвольте мне сказать это так», — сказала Брандиш, глядя на закат, ее голос был тихим, но не менее резким. «Если бы Его Величество повернулся и предложил вернуть вашу мать… используя жизнь того заключенного… неужели вы действительно настолько благородны, что отказали бы ему? Вы считаете, что эта тварь заслуживает того, чтобы жить, пока ваша мать остается в могиле?» Ее слова поразили Люси сильнее, чем все остальное, что было сказано. «Тебе нужно понять, Люси, если ты хочешь поддержать его или встать рядом с ним... тебе придется последовать за ним и в этом вопросе». Слова Локи, сказанные ранее, прозвучали в ее голове. Она знала, что ей придется принять решение по этому поводу... но она не ожидала, что это произойдет так скоро. И если быть честной... она уже чувствовала, как ответ формируется в ее сердце. Помолчав немного, она выдохнула. «Нет. Я бы ему не отказала».