Вымирающий вид

Темнота казалась бесконечной, вязкой, почти осезаемой. Она обволакивала Арсения, обещая безопасность. Парню так хотелось остаться в этом забытье как можно дольше, спрятаться от всего, что случилось, от всего, что могло ждать впереди. Но боль оказалась сильнее. Она буквально вырвала его из сна без предупреждения. Травмированная нога ныла, изогнутая под неестественным углом. Арсений попытался повернуться, чтобы хоть немного выровнять положение и тут же осознал: тело не слушается. Конечности стянуты чем-то грубым, плотным, не дающим сдвинуться ни на миллиметр. Он дёрнулся сильнее – бесполезно. Вокруг было темно, какая-то плотная ткань накрывала его с головой. Он чувствовал её вес на всём своём теле. Воздух был спёртым и тяжёлым, но сквозь покрывало всё равно пробивались "ароматы". Нотки чего-то сладковато-пряного смешивались с неприятным запахом пыли и пота. Лёгкие ждали свежего воздуха, но каждое глотательное движение давалось с трудом. Горло пересохло, губы потрескались и болели, во рту чувствовался мерзкий, металлический привкус крови. Где-то совсем рядом послышались голоса. Сначала Арсений принял их за слуховые галлюцинации, но звуки повторялись, становясь чётче. Двое разговаривали где-то совсем рядом. – Ты что... голову ему оторвал? – Первый голос был молодой, с явными нотками испуга и удивления. – Да нет, что ты. – Ответил второй, в его голосе слышалась лёгкая усмешка, но под ней так же угадывалась искренняя растерянность. – Это не голова, это... это что-то вроде маски. – Маски? – Ну да... Я её снял. Эту маску. Думал, там пустота или железо... А там... там лицо. – Что значит лицо? – Обычное лицо. – Голос второго стал значительно тише, будто посвящая собеседника в страшную тайну. – Человеческое... Наступившая после этих слов тишина длилась, кажется, целую вечность. Арсений сидел, боясь пошевелиться, и слушал, как испуганно колотится собственное сердце. – Что ты несёшь? – Наконец нарушил тишину первый голос. – Как так "человеческое"? Арсений прислушался, ожидая, что же ответит другой. Но вместо слов до него донеслись звуки скрипа и мягкого шуршания. Кто-то двигался прямо в его сторону. Арсений сжался всем телом, готовясь к самому страшному. Рывок и ткань сдёрнули. Свет ударил в глаза – не слишком яркий, но после длительной темноты показавшийся ослепительным. Арсений зажмурился и часто заморгал, привыкая. Расплывающиеся перед глазами образы стали чуть чётче. Он находился в просторном помещении, стены которого были сложены из толстых, грубо обработанных брёвен. Вокруг, куда ни глянь, лежали большие пучки сухой травы. Её было много, она пахла резко и терпко, заполняя воздух тем самым сладковато-пряным запахом, который Арсений чувствовал ещё сквозь ткань. У дальней стены выстроились в ряд огромные ёмкости с толстыми деревянными боковинами. В нескольких шагах от Арсения застыл тот, кто видимо и сдёрнул с него ткань. Высокий, худощявый парень. Арсений сразу узнал это лицо: русые взлохмаченные волосы, бледная кожа, зелёные глаза, которые тогда, в лесу, смотрели на него с ужасом. Сейчас в них было что-то другое. Настороженность? Любопытство? Чуть поодаль, ближе к центру, стоял ещё один. Невысокий, полноватый, с короткой стрижкой. Его лицо было круглее, чем у первого, а карие глаза широко раскрыты от изумления. В руках он сжимал разбитый шлем Арсения. Несколько секунд все трое молчали. Полный парнишка очнулся от шока первым. Он буквально подлетел к своему товарищу, схватив его за рукав и оттягивая в сторону. – Какого... – Выпалил он. – Антон, что это такое?! – Я... я сам не понимаю. – Голос Антона дрогнул. Он не отводил взгляда от Арсения, будто пытался разглядеть в нём что-то, что объяснило бы происходящее. – Дим, я нашёл его в лесу. Он упал с неба... Я думал... – Ты думал? – перебил Дима, всё ещё не выпуская рукав Антона. – Ты притащил сюда ЭТО? Ты хоть понимаешь, как это опасно?! – А что я должен был сделать? Оставить его там? – Антон наконец отвёл взгляд от Арсения и повернулся к другу. Голос его зазвучал громче. — Дима, он ранен, он живой. Он человек. Ты слышишь? Человек! – Это он хочет, чтобы ты думал, что он человек... – Проговорил Дима и снова уставился на Арсения. Теперь в его взгляде было не только удивление, но и страх. Настоящий, животный страх. – Как тебе только в голову пришло притащить его в общину?! – Ну как же? Да посмотри на него. – Антон высвободил рукав и указал на Арсения. — У него кровь... Дима остался стоять на месте. Хмурый, задумчивый, всем своим видом показывающий настороженность и злость. Это чувствовалось в том, как он сжимал шлем, как взгляд, снова и снова как буд-то оценивал Арсения. Шлема. Арсений только сейчас полностью обратил внимание на шлем. Его сломанный шлем. Единственная защита от верной, мучительной смерти. От ядовитого воздуха. Сколько времени он уже провёл без него? Волна дикой паники накрыла парня. Он попытался вдохнуть и...не смог. Горло сжалось спазмом, лёгкие бешено забились в поисках воздуха, но тот не проходил. Паника ударила в голову, затмивая всё, заставляя тело действовать раньше, чем мозг успел что-то придумать. Арсений дёрнулся, пытаясь то ли вскочить, то ли схватиться за грудь, но верёвки впились в запястья, сломанная нога отозвалась ослепительной болью, и из сидячего положения он просто рухнул на пол, бессильно ударившись плечом о землю. Он лежал на полу, извиваясь, отчаянно пытаясь вдохнуть хотя бы частичку воздуха, но каждый вдох только усиливал удушье. – Он что... умирает?! – Завопил Антон. В его голосе было столько ужаса, что Дима, секунду поколебавшись, рванул вперёд, упал на колени и схватил Арсения за лицо, ладонью закрывая нос и рот. Арсению казалось, что до этого он не мог дышать. Но нет, сейчас ладонь полностью перекрыла кислород. Тьма перед глазами сгустилась, паника достигла предела, тело перестало подчиняться. Забыв про верёвки, про боль, про всё на свете, он забился в чужой хватке, пытаясь вырваться. Но пальцы мутанта держали крепко, не давая ни миллиметра свободы. Голова закружилась, тело начало холодеть, сознание поплыло. И вдруг ладонь исчезла. Арсений судорожно, всем телом, втянул воздух. Лёгкие наполнились с хрипом, грудную клетку разорвало кашлем. Он кашлял и дышал, кашлял и дышал, не в силах остановиться. Этого хватало, чтобы не умереть прямо здесь, на грязном полу, под взглядами врагов. — Вот чёрт... — Тихо проговорил Дима, отходя в сторону. — Как такое вообще возможно... Арсений скосил глаза, из-под спутанных волос было видно немного: Дима замер у стены, уставившись на свою руку. – Дима, что с ним такое было? – Обеспокоенно спросил Антон, косясь в сторону лежащего на полу Арсения. – Я... – Дима моргнул и растерянно замямлил. – Он чуть не задохнулся. Это спазм, из-за паники, такое бывает. У людей... – Вот видишь, я же говорил! – Антон повысил голос, но тут же сбавил, глянув на дверь. – Он человек. Дима не ответил. Он стоял, облокотившись о стену, и смотрел на распластанное тело. – Дима? – Это ничего не меняет. – Наконец выдавил Дима. – Нужно отвести его к старейшинам, пусть они решают. — И что они сделают? Дима вновь не ответил, лишь отвёл глаза. – Вот именно. – Тихо сказал Антон. – Поэтому давай сначала...поговорим с ним. – Поговорим? – Переспросил Дима и в голосе его вдруг проступила горькая усмешка. – О чём, Антон? С чего ты взял, что он будет отвечать нам? С чего ты взял, что он вообще умеет говорить? – Я слышал! – Резко ответил Антон, делая несколько смелых шагов в сторону Арсения. – Ну же... Механизм... скажи что-нибудь. Арсений лежал на полу, едва соображая, что происходит. Голова гудела так, что он слышал голоса словно сквозь толщу воды. Он попытался открыть рот, но из груди вырвался только сиплый выдох. – Ну? – Антон осторожно подался ближе. – Ты же говорил, там, в лесу. Я слышал. Арсений попытался снова. Ничего. Только тихий, свистящий звук при каждом вдохе. В глазах Антона заметалась растерянность и он вполоборота обернулся к другу. – Он говорил, я клянусь! – И что же он тебе сказал? – Нахмурился Дима. – Не важно... – Антон запнулся, будто подбирая слова. – Дима, он ранен, он долго был без сознания. Сейчас очухается, заговорит, вот увидишь. – А если нет? – Дима покачал головой. – Сколько мы будем ждать? Пока кто-нибудь не зайдёт и не увидит его? Антон, он не игрушка. Он враг! Арсений слушал их сквозь шум в голове. Слова долетали обрывками, но основной смысл он прекрасно понимал. Эти двое сейчас решали его дальнейшую судьбу, а он был не в силах ничего сделать. – Я схожу к старейшинам, пусть они решают. – Твёрдо объявил Дима, разворачиваясь к двери. Антон шагнул было за ним, открыл рот...но ничего не сказал. Просто замер на месте, печально взглянув на Арсения. Дима уже взялся за ручку, но дверь его опередила, распахнувшись с громким скрипом прямо перед носом. – Дима? – Послышался звонкий голосок и в проёме появилась голова маленькой девочки. – О, Антоша, ты тоже здесь. Девочка бесцеремонно протиснулась внутрь. Шлёпая босыми ногами по земленому полу, она миновала замершего от неожиданности Диму и вцепилась в ноги Антона. – Там наши вернулись с дозора! Механизмы улетели обратно на небо! – Защебетала она. – Да? Хорошо как... – Рвано проговорил Антон и шагнул назад, попытаясь заслонить собой Арсения. Но было поздно, глаза девочки уже нашли его. Они округлились, впиваясь в парня жадным, детским любопытством. – Ой, а это кто? – Вдохнула девочка. – И чего он связанный? Он плохой? – Он... – Начал Дима, но голос его дрогнул. – Это мой знакомый! – Выпалил Антон, не давая Диме договорить. – С западного острова. Приплыл помочь нам. – А почему он связан? – Девочка склонила голову набок, смешно свесив две светлые косички. – Это... – Антон судорожно забегал глазами. Было видно как напряжённо он подбирает правдоподобное объяснение. – Это игра у нас такая. Тренировка. Надо быстро освободиться из верёвок. Ну, чтобы если враги свяжут, уметь выбираться. Девочка перевела взгляд на Арсения, будто ожидая подтверждения. Парень сглотнул, безуспешно пытаясь выпрямиться в сидячее положение. – А как тебя зовут? – Девочка подошла ближе, почти вплотную, разглядывая его с ног до головы. – Арсений. – Машинально ответил Арсений. Краем глаза он заметил, как вздрогнул после его ответа Дима. – Асений? – Переспросила она. – Странное имя. А почему у тебя кровь? – Она ткнула пальцем в его разбитую губу. – Тебе больно? – Нормально, не больно. – Прохрипел парень, стараясь звучать как можно твёрже. – Врёшь. – Уверенно заявила девочка. – Когда палец порежешь, больно. А у тебя вон сколько крови. – Леночка...– Антон мягко взял девочку за плечи, отводя её в сторону, подальше от пленника. – Ты чего пришла-то? – А! – Леночка всплеснула руками и засуетилась, запуская ладошку в карман своего платьица. – Дима, это тебе! Она дёрнула его за рукав, заставляя обратить на себя внимание, и сунула ему в руки маленький, перевязанный бечёвкой мешочек. – Мама сказала отдать твоему папе, в благодарность за микстуру. Дима взял мешочек, заглянул внутрь, понюхал, и его напряжённое лицо вдруг чуть смягчилось. – Передай маме спасибо и скажи, что папа будет рад. – Ладно. – Кивнула Леночка и снова уставилась на Арсения. – А вы долго ещё играть будете? Я хочу посмотреть, как он освобождается. – Леночка. – Антон подталкивал её к двери. – Тебя, наверное, мама ищет. Беги домой, а то ругаться будет. – Ой, точно. – Она приготовилась выбежать наружу, но Антон схватил её за руку. – Подожди. У меня есть к тебе просьба. – Какая? – Про этого мальчика никто не должен знать. – Антон кивнул в сторону Арсения. – Почему? – Леночка захлопала глазами. – Потому... Потому что это секрет. Ты же умеешь хранить секреты? – Конечно! – Выпалила она, одёргивая подол платьеца. – А ты нарвёшь мне колокольчиков с горы? – Нарву. Когда пойду на охоту, обязательно нарву. – Улыбнулся Антон. – Договорились! Леночка кивнула, пожимая маленькой лодошкой протянутую Антоном руку. Косички подпрыгнули, и она довольная умчалась в темноту. Антон закрыл дверь и прислонился к ней спиной, шумно выдыхая. – Ты понимаешь, что ты сейчас сделал? – Голос Димы прозвучал тихо, но до того серьёзно, что у Арсения по спине побежали мурашки. – Ты втянул в это Леночку. Если кто узнает, что она знала и молчала... Антон опустил голову, не находя слов. Арсений видел, как побелели его костяшки на сжатых кулаках. Дима опустился на кучу сухой травы и устало провёл пальцами по вискам. – Его нельзя здесь оставлять. – Проговорил он. – Если кто-нибудь ещё зайдёт... – Я знаю. – Оборвал Антон, не оборачиваясь. – Надо перепрятать...к нам. – Ты совсем? К нам? – Вновь вспылил Дима. – Ты предлагаешь притащить его в наш дом? – А ты предлагаешь оставить его здесь, чтобы Леночка завтра прибежала смотреть, как он "освободился"? – Антон тоже повысил голос. – Или чтобы дозорные вернулись и нашли его? Дима молчал, сжимая и разжимая кулаки, и смотрел куда-то в угол. – У нас хотя бы дверь закрывается. И никто лишний не ходит. – Добавил Антон уже тише. – Это ненадолго. Пока не поймём, что с ним делать. Или пока не оклемается настолько, чтобы можно было его нормально допросить. Дима задумчиво посмотрел на Арсения. Парень лежал, не шевелясь, и ждал приговора. – Если он тронет кого-нибудь... – Начал Дима. – Мы будем следить. По очереди. – Антон шагнул к другу. – Дима, посмотри на него. Он еле дышит. Ну куда он денется? – Если моя мать узнает, что я притащил в дом это... Если кто-нибудь из общины прознает...Нас выпнут отсюда быстрее, чем эти твари летают. – Не узнают! Если что, мы сами сможем от него избавиться. – Твёрдо ответил Антон. Дима молчал так долго, что Арсений успел досчитать до ста, прежде чем тот шумно выдохнул и, с силой потерев лицо ладонями, махнул рукой. – Чёрт с тобой. – Бросил он. – Только как его через деревню провести? Вместо ответа Антон выглянул в щель двери, прислушиваясь. – Повозка стоит за сараем...Бочки... Если уложим его между ними и накроем покрывалом... – А если кто встретится? – Перебил Дима. – Скажем, что за припасами ездили, – Не моргнув глазом, ответил Антон. – Или что рыбу ловили. Да хоть что! – Ладно, но нужно действовать быстро. – Шумно выдохнул Дима, поднимаясь на ноги. Антон отступил от двери и, не теряя времени, присел рядом с Арсением. Лицо его стало сосредоточенным. – Сейчас будет больно. – Сказал он тихо. – Терпи. Арсений не успел понять, что это значит. Антон уже развязывал верёвки на его ногах, не до конца, просто так, чтобы можно было сдвинуть. Боль вернулась сразу. Нога, которая была в одном положении слишком долго, отозвалась дикой, выкручивающей судорогой. Арсений застонал и закусил губу так, что во рту снова стало солёно. – Я же сказал, терпи. – Пробормотал Антон, перехватывая его под мышки. – Дима, помогай! Дима взлял Арсения за здоровую ногу, и они вдвоём рывком приподняли его над землёй. Арсений зажмурился. Мир поплыл, закружился, к горлу подкатила тошнота. Он не видел, куда его тащат, только чувствовал, как меняется под спиной поверхность: шероховатая земля, потом пустота, потом что-то ровное и твёрдое... – Осторожно! – Шикнул Дима. – Не задень бочки. Арсений приоткрыл глаза, пытаясь хоть немного сориентироваться. Он лежал в окружении тех самых деревянных сосудов. Над ним склонился Антон, поправляющий верёвки на руках. – Лежи тихо. – Шепнул он, накидывая ткань сверху. – Что бы ни случилось, молчи. Это в твоих же интересах. Спустя несколько секунд повозка качнулась, заскрипели колёса, и она тронулась с места. Арсений лежал в темноте, накрытый тканью, и чувствовал, как под ним ходит ходуном деревянное дно. Где-то над головой звучали голоса Антона и Димы, но Арсений их почти не слышал. По началу повозка громыхала: колёса бились о камни и каждый стык отдавался в теле Арсения новой волной боли. Потом ход стал тише, видимо съехали с основной дороги. Колёса зашуршали по земле, и тряска стала мягче, позволяя Арсению хоть немного расслабиться. И вдруг голос. Незнакомый, громкий, мужской голос раздался откуда-то сбоку: – Стоять! Повозка дёрнулась так резко, что Арсения мотнуло в сторону. Парень замер, вжимаясь в деревянное дно. – Пацаньё, вы куда это бочки повезли? Сердце Арсения пропустило удар. Он сжался сильнее, боясь выдать себя собственным дыханием. – Дядя Витя! – Голос Димы прозвучал неестественно бодро. – А мы это... в штольню. – В штольню? – Мужской голос приблизился. – Затемно? – Так мы с утра на охоту собирались. – Подключился Антон. – Звери к штольням ближе к рассвету подходят. Хотим пораньше засаду сделать, приманку разложить. – А бочки-то зачем? – Приманку везти надо в чём-то. – Быстро нашёлся Антон. – В сумках неудобно, проливается, а в бочках, в самый раз. Пауза затянулась. Арсений так и лежал без движения, чувствовуя как под тканью становится жарко. – Что-то вы оба подозрительные. – Медленно проговорил мужчина. – Димка, а ну глянь на меня. Шаги приблизились, замерли где-то рядом. Арсений почувствовал, как чья-то рука стукнула по дереву, всего в нескольких сантиметрах от его лица. – Чего глаза бегают? – Голос теперь звучал почти над самым ухом. – Чего скрываете? – Ничего мы не скрываем, дядь Витя. – Голос Димы чуть дрожал. – Просто торопимся. Пока свет не сел совсем. – Торопяться они... – Мужчина хмыкнул. – Ладно, валите. Но чтобы завтра мне рассказали, сколько взяли. А то знаю я вас, охотнички... – Конечно, дядя Витя! – Весело отозвался Антон. Повозка качнулась и снова поехала. Арсений зажмурился, с трудом сдерживая всхлип. – Чтоб тебя... я чуть не обделался. – Шумно выдохнул Дима. – Тише ты! – Прошипел Антон. – Услышит кто. – Да не ори сам. – Огрызнулся Дима, но голос его звучал уже спокойнее. Ехали долго, муторно. Каждый камень, каждая кочка отдавались в Арсения. Его и так мучило головокружение, но подобная езда делала состояние просто невыносимым. Всё тело ныло, тошнота мерзким комом застыла где-то в груди, голова была тяжёлой и туманной. Все звуки сливались в один продолжительный гул. Арсений с трудом держался, чтобы не провалиться в темноту. Сознание металось между сном и реальностью. Не спать! Нельзя спать! Это слишком опасно...слишком...