Вымирающий вид

Арсений не знал, сколько прошло времени. Пара секунд? Минут? Мутант отошёл, или всё ещё стоял над ним? Парень просто продолжал сидеть на полу, не поднимая головы. Он смотрел на половицы, на пыль между щелями, на собственные босые, грязные пальцы. Боль в ноге пульсировала ровно, тяжело, в такт отчаявшемуся сердцу. Арсений не слышал, как открылась дверь, не слышал шагов. Поток мыслей в голове был таким плотным, что, казалось, придавил все органы восприятия. Голос ворвался в сознание неожиданно. Незнакомый, будничный, он зазвучал откуда-то сбоку: — Антош, я тут подумала, может ты со мной поедешь? Арсений дёрнулся, будто поражённый молнией, голова сама собой повернулась к источнику звука. На пороге, у входной двери, застыла женщина. На вид лет сорок, чуть полноватая, в простом фартуке, с небрежным пучком русых волос, завязанным на затылке. Она с открытым ртом уставилась прямо на него, часто моргая. – Что здесь происходит? – Наконец нарушила прилично затянувшуюся тишину женщина. – Теть Геля, я... это не то, что ты думаешь... – Арсений, не видел лица Антона, но слышал, как тот колеблется, как неестественно высоко зазвучал его голос. – Он... это... мы просто... Ангелина словно не слушала его объяснения. Она молча прошла в комнату, направляясь прямо к застывшему на полу Арсению. – Господи, кто тебя так? – С придыханием проговорила она, хватаясь за грудь. Взгляд её на мгновение скользнул к Антону. – Это не я! – Тут же выпалил мутант. – Я его таким нашёл! – Что значит нашёл? – Глаза женщины и так казавшиеся огромными блюдцами, расширились ещё сильнее. – Я вчера силки п-проверять пошёл, а наткнулся на него...уже такого. – Запинаясь пролепетал Антон. – Наверное напал кто-то...может...может м-механиз-мы... Арсений сидел ни жив ни мёртв, с трудом осознавая происходящее. Лёгкие горели, он даже не заметил, как перестал дышать. Женщина села на корточки, совсем рядом. Так близко, что запах чего-то сладкого перебил вонь пота и пыли. Парень дёрнулся назад, вжимаясь в стену, но отступать было некуда. – Тише-тише. Всё хорошо, ты в безопасности. – Прошептала Ангелина, разглядывая его лицо. – Ты не местный, да? С севера что-ли? – Что? – Только и смог выдавить из себя Арсений. – Нет, он с западного...с западного острова. – Вмешался в разговор Антон, делая несколько шагов вперёд. – С запада? – Ангелина вопросительно выгнула бровь. – Как же ты тут оказался? Арсений окончательно растерялся. Взгляд сам собой обратился к Антону. Что сказать? Что сделать? – Я... – Начал Арсений, но голос сорвался. – По воде добрался... – Шторм. – Быстро подхватил Антон. – Его лодку разбило, он еле доплыл. – Ох бедняжка.– Запричитала Ангелина, протягивая руку вперёд. Она аккуратно, почти невесома провела ладонью по его макушке. Арсений замер. Он ожидал чего угодно, но это...это действие было слишком неожиданным и таким непривычным. Его никогда, никто так не касался. Мама – да, когда он был совсем маленьким. Но не чужие, не враги. – Почему ты сразу ничего мне не рассказал? А Дима, он выходит тоже знал? – Напала с вопросами Ангелина, переводя взгляд на Антона. В её глазах мелькнуло что-то похожее на укор. – То-то я думала, что он такой странный сегодня. Весь напряжённый, даже Тимур подметил. – Да я...да мы думали, что сами справимся, зачем вас лишний раз беспокоить. – Ответил Антон, опуская голову. – Тем более у дяди Тимура столько работы сейчас. Ангелина цокнула и покачала головой, возвращая свой взгляд Арсению. Она повторно оглядела его с головы до ног и лицо её стало ещё более сосредоточенным, почти суровым. – Ой, как плохо выглядит...похоже на перелом... – Она не договорила, прикрывая рот рукой. – Антон, ты что, совсем рехнулся? Ему же к Тимуру нужно, срочно! – Я… я хотел… – Что ты хотел? – Ангелина уже не спрашивала, а почти приказывала. Она посмотрела прямо в глаза Арсения, голос её чуть смягчился, но нотки не терпящие возражения никуда не делись: – Послушай меня, милый: мой муж – папа Димы, он главный лекарь в нашей общине, золотые руки. Поехали со мной, он посмотрит твою ногу. Арсений похолодел. Поехать, куда? Туда, где живут все эти мутанты, где его увидят, где он рискует стать пленником по-настоящему. В самый центр логова врагов? – Нет. – Проронил он, даже не успев подумать. Но Ангелина его словно не слышала или не приняла всерьёз. Она вздохнула, коротко, сердито, и подхватила парня под руку. – Антон, не стой столбом, помогай. Антон не двинулся с места. Арсений сквозь пелену страха заметил это краем глаза – фигура мутанта застыла, переминаясь с ноги на ногу. – Антон! – Почти прокричала женщина. – Может, не надо? – Голос у Антона был тихий. – Может, мы здесь... ну, сами как-нибудь... – Какое "сами"? Давай, не выдумывай тут. – Отрезала Ангелина. – Бери его под руку, только осторожно, ногу не задень. Антон неохотно подошёл ближе, присел с другой стороны, не глядя на Арсения. Пальцы его дрожали, их холод чувствовался даже сквозь рукав плотной рубахи. – На счёт три. – Скомандовала Ангелина. – Раз, два... Они приподняли его одновременно. В глазах потемнело, нога отозвалась такой болью, что Арсений, закусив губу, еле сдержал вскрик – Тише, тише. – Проговорила Ангелина. – Антон, поддерживай, не отпускай. Антон ничего не ответил. Арсений чувствовал, как напряжёна каждая мышца его тела. И это явно не от тяжести, мутант просто был начеку. Как они оказались в повозке, Арсений не запомнил. Только боль, чьи-то руки, скрип досок под тяжестью тела. А потом повозка качнулась и поехала, над головой вместо деревянного потолка нависло голубое, чистое небо. Арсений бросил взгляд вперёд, и только тогда заметил лошадь. Настоящую, живую лошадь, совсем не похожую на пластиковые фигуры в городском парке. Арсений замер, глядя, как под кожей перекатываются мышцы. – Так как говоришь называется твоё поселение, милый? – Вырвал парня из оцепенения вопрос Ангелины. – Я не знаю... – Эти слова вылетели изо рта прежде, чем Арсений успел осознать, что только что сказал. – Теть Геля, он...плохо соображает. – Резко вклинился в разговор Антон. – Когда я его нашёл, он вообще не помнил, как оказался в лесу. Только имя своё назвал и...про шторм упомянул. – Ох, кошмар! Бедный ребёнок. – Покачала головой Ангелина. – Это наверное из-за ушиба головой. Такое бывает, от удара воспоминания просто вылетают. Арсений невольно выдохнул. Напряжённые плечи опустились, будто с них сняли тяжёлый мешок. – А зовут тебя как? – Внезапно, почти весело спросила Ангелина. Арсений открыл рот и... завис. Сказать правду? Солгать? Мозг, измученный нервным страхом, работал медленно, как заржавевший механизм. Секунда, две, пауза становилась слишком опасной. – Арсений. – Кое-как вытолкнул из себя парень. – Арсений...Необычное имя. – Проговорила женщина и лицо её вновь приобрело задумчивый вид. – Знаешь, с таким редким именем будет проще найти кого-нибудь из твоей родни. У нас живут пару людей с западного архипелага, я их поспрашиваю. У Арсения упало сердце, пальцы похолодели. Спросит, начнёт искать, и что тогда? Никакой родни с "западного архипелага" нет и в помине. Его ложь рассыплется, как карточный домик, стоит только этой деятельной женщине открыть рот. – Не надо. – Выдохнул он, сам не узнав своего голоса. Слишком быстро и явно испуганно. Ангелина удивлённо обернулась. – Не надо... никого искать. – Арсений заставил себя посмотреть ей в глаза. В горле пересохло, но он продолжил, стараясь говорить ровнее. – Моих... моих всех унесло штормом. Я один остался. Он не врал. Впервые за всё время на этом проклятом острове он сказал что-то очень близкое к правде. Он действительно был один. Совсем один. Без отряда, без отца, без помощи... Ангелина замолчала. Взгляд её, только что бывший любопытным, стал печальным, даже виноватым. Она ничего не ответила, только мягко сжала его холодные пальцы своей тёплой, шершавой ладонью и отвернулась к лошади. Повозка качнулась, выезжая из-под навеса деревьев, и мир вокруг внезапно раздвинулся. С двух сторон потянулись поля: неровные, рыжие, с пожухлой травой. Перелесок отступил назад и Арсений впервые увидел дома. Десятки приземистых, вросших в землю строений из тёмного, будто обугленного дерева. Ни одной прямой линии – всё кривое, невзрачное, как будто ненастоящее. Среди домов суетились фигуры. Арсений сжался, ожидая криков, топота, свиста стрел. Но ничего не произошло. Вот девушка с подоткнутым подолом тащит ведро, совершенно не глядя в их сторону. Старик на ступеньках дома щурится на небо, перебирая пальцами какую-то верёвку. Двое мальчишек гоняют по пыльной дороге самодельный, кожаный мячик. Никто не обернулся, не закричал: "Чужой! Враг! Хватайте его!" Арсений перевёл взгляд на Антона. Тот сидел неестественно прямо, как буд-то проглотил кол. Пальцы так крепко сжимали вожжи, словно он боялся, что те ускачут вместе с лошадью. Повозка, проскрипев мимо ещё нескольких зданий, остановилась у широкого крыльца. Этот дом был заметно больше соседних: крепкий, с тяжёлыми ставнями и пристройкой сбоку. Ангелина слезла с повозки, одёргивая фартук, и по-хозяйски направилась к крыльцу. – Антош, помоги ему слезть. Я пока папу предупрежу. Дождавшись, пока женщина скроется за дверью, Антон спрыгнул на землю, обошёл повозку и остановился напротив Арсения. – Руку давай. – Бросил мутант сквозь зубы. Арсений, помявшись секунду, протянул ладонь. Антон с силой рванул его на себя, совершенно не заботясь об осторожности. Арсению кое-как удалось удержать равновесие, вцепившись в чужое плечо. И тут Антон наклонился к самому уху, горячее дыхание обожгло кожу. – Ты хоть представляешь, как подставил меня? – Прошипел он. – А я разве просил меня прятать? – Арсений оттолкнул мутанта и пошатнулся, больно ударяясь спиной о край повозки. – Ты сам себя подставил! Антон замер, медленно выпрямляясь, и посмотрел на Арсения прямо в упор. – Хорошо. – Тихо произнёс он. – Я это запомню. Антон подхватил парня под руку, на этот раз не так грубо, и потащил к крыльцу. Арсений, прихрамывая, заковылял рядом, чувствуя, как ноет при каждом движении нога. Дверь оказалась тяжёлой, обитой чем-то тёмным: не то кожей, не то жёсткой тканью. Сразу за ней открылась просторная комната. Вдоль стен тянулись полки с пузырьками, пучками сушёных трав, какими-то деревянными коробочками. В углу стояла огромная то ли каменная, то ли глиняная печь. Пахло здесь резко, но не неприятно: смесью чего-то растительного и удушающе горьковатого. – Ну чего вы так долго? – Раздался из соседней комнаты голос Ангелины. Антон, не отвечая, поволок Арсения дальше. Они миновали узкий коридор и оказались в небольшой комнате. Здесь было светлее: окно без занавесок впускало яркий дневной свет. У стены располагалась широкая кровать, застеленная шерстяным одеялом. У окна, спиной к вошедшим, стоял мужчина. Он неторопливо перебирал рассыпанные по подоконнику сухие травы, и от этого будничного жеста Арсений почему-то напрягся только сильнее. Мужчина обернулся. Тимур оказался невысоким, худощавым, даже щуплым. Но взгляд карих глаз был цепким, внимательным, совсем не стариковским. Лицо покрывали глубокие морщины, а под глазами темнели синяки, такие большие, будто он не спал несколько суток. Он окинул Арсения коротким, оценивающим взглядом, задержался на распухшей ноге и кивнул на кровать. – Сядь здесь. – Тимур вытер ладони о рубаху и обернулся к жене. – Иди, Гель, я позову, когда закончу. – Я могу помочь. – Начала женщина, делая шаг вперёд. – Подержать, если надо... – Я справлюсь.– Тимур посмотрел на жену так, что она замолчала на полуслове. – И Антона забери, пусть воды согреет. Ангелина кивнула, тронула Антона за плечо. Тот дёрнулся, но всё же пошёл за женщиной к двери. У порога мутант обернулся, взглянув на Арсения быстро, тревожно, и вышел. Парень остался сидеть на краю кровати, один на один со своим страхом. Тимур подтащил к нему грубый деревянный стул, расположился напротив и жестом указал на травмированную конечность. – Закатай штанину повыше и вытяни ногу. Арсений помедлил, потом, стиснув зубы, подтянул плотную ткань, оголяя распухшую, багрово-синюю голень. Тимур подался вперёд, осторожно, но уверенно ощупывая ногу. Арсений зашипел, сильнее вцепившись в одеяло. – Как так получил? – Спросил Тимур, не поднимая глаз. – Шторм... Лодку разбило... Тимур хмыкнул. Убрал руки, выпрямляясь на стуле, и посмотрел Арсению прямо в глаза. – Лодка, значит...Ну да, мне жена тоже что-то подобное рассказала... Только вот травма у тебя такая, будто ты с высоты упал, прямо на ногу. Арсений молчал, чувствуя, как горят кончики ушей. В голове было пусто, ни одной связной мысли, ни одной правдоподобной лжи. Он сглотнул и выпалил первое, что пришло в голову: – Я... я не помню, толком. Всё как в тумане. – Да, Ангелина и об этом упомянула. – Проговорил лекарь задумчиво. – Голова кружится? – Да.– Честно ответил Арсений. – Тошнота? Рвота? – Немного... Тимур кивнул, будто получил именно тот ответ который ожидал, и снова склонился к ноге. – Сотрясение, скорее всего, тоже есть. Этим и объясняется твоя... забывчивость. Странно только, что память полностью отшибло. Но ладно, спишем на шок... Лекарь замолчал, опуская взгляд обратно к распухшей голени. Арсений ждал, то ли нового вопроса, то ли приговора. Но мужчина только вздохнул и снова осторожно взял его ногу обеими руками. – С головой потом разберёмся. Сейчас главное кость на место вставить. – Сказал он буднично. – Задержи дыхание, и лучше отвернись к окну. Арсений послушно отвернулся. За окном, в проёме без занавесок, качалась тонкая ветка, должно быть, от ветра. Парень уцепился за неё взглядом, как за якорь. – Дыши. – Напомнил Тимур. – Задержи. Арсений втянул воздух и замер. А потом мир взорвался болью. Что-то хрустнуло – не снаружи, а внутри, в самой глубине кости, выбивая из груди дикий вопль. Перед глазами всё поплыло, ветка за окном распалась на две, на три, на десять... – Всё, всё, тихо. Уже всё! – Донёсся откуда-то издалека громкий голос Тимура. – Дыши. Медленно. Вдох – выдох. Арсений не мог. Его трясло, зубы стучали, по щекам текло что-то горячее, то ли пот, то ли слёзы. Он безвольно откинулся на кровать, что-то бессвязно бормоча. Тимур что-то делал с ногой. Арсений чувствовал прикосновения, но они доходили словно сквозь густой туман. Боль уже не была острой, просто тупой, разлитой, вездесущей. Он слышал, как лекарь проговаривал что-то себе под нос: не то ругается, не то успокаивает. Потом стало легче, совсем чуть-чуть. Тимур отстранился, поднимаясь на ноги, и заглянул Арсению в лицо. – Живой? – Спросил он без улыбки. – Ногу я зафиксировал. Теперь лежи, отдыхай. Арсений хотел ответить, но из горла вырвался только сиплый выдох. Он прикрыл глаза. Ветка за окном всё ещё качалась, парень знал это, даже не глядя. Арсений слышал как лекарь захлопнул дверь, оставляя его одного. Парень лежал, чувствуя, как ноет зафиксированная нога, как саднит сорванное горло, как медленно отпускает дрожь. Где-то на краю сознания билась мысль: неясная, тревожная. Но додумать её не было сил, Арсений просто позволил темноте забрать себя.