Вымирающий вид

Арсений сидел на холодном камне, уткнувшись взглядом в искореженный остов параплана. Мысли текли вяло, тягуче, как вода, сочащаяся по стенам пещеры. Разбитые панели, погнутый каркас – обломки мечты, которая когда-то несла его над океаном. Он даже не заметил, как Антон отвлёкся от параплана. Только когда со стороны послышался скрип откидываемой крышки и неразборчивый бубнёшь, Арсений поднял голову. Островитянин сидел на корточках перед деревянным ящиком, тем самым, который парень заметил ещё когда они только вошли, но не придал значения. Теперь ящик был открыт, и Антон, запустив в него обе руки, что-то перебирал с выражением сосредоточенного удовольствия на лице. – Ты чего там делаешь? – Спросил Арсений, чуть поворачиваясь. – Сейчас увидишь. – Отозвался Антон и в глазах его блеснул огонёк озорства. – У каждого тайного места должны быть сокровища, верно? Он выпрямился наконец и развернулся к Арсению всем корпусом. В руках у него была целая охапка каких-то предметов, которые островитянин вывалил прямо на гладкий каменный выступ, служивший импровизированным столом. – Гляди. Арсений придвинулся ближе и пробежался взглядом по разложенным перед ним "сокровищам". Ракушки, десятка два, не меньше. Большие, с ладонь, и совсем крошечные. Они переливались в тусклом свете пещеры всеми оттенками морской волны. Арсений протянул руку и осторожно коснулся одной из них. Поверхность оказалась идеально гладкой, будто отполированной. – Красивые. Сам собирал? – Ага. – Кивнул Антон, явно польщённый таким интересом. – По всему побережью. Их после прилива можно целое ведро насобирать, но здесь только избранные. Дальше пошли украшения. Несколько ниток с нанизанными на них мелкими камешками и кусочками кости. Пара грубоватых браслетов, сплетённых из кожаных шнурков. А потом Антон с особой осторожностью достал нечто, завернутая в маленькую тряпочку. – А это – моя гордость. – Он положил на камень ожерелье. На толстый, потемневший от времени кожаный шнур были нанизаны шесть или семь крупных, чуть желтоватых, острых зубов. – Медвежьи. – Пояснил Антон, проводя рукой по украшению. – Я сам не добывал, конечно. Это папа...ну, Тимур. Он когда-то, ещё до знакомства со мной, спас одного охотника с горного поселения. Тот в благодарность отдал ему эти зубы. А Тимур потом мне подарил. За храбрость. – За храбрость? – Да так. – Антон неопределённо махнул рукой, явно давая понять, что подробности не будет. – А вот это моя коллекция... Он отложил ожерелье и пододвинул ближе горстку камней. Галька всех форм и оттенков: серая, коричневая, желтоватая, в крапинку. Арсений скользнул по ним взглядом, не испытывая особого интереса и вдруг замер. В груде камней, среди тусклых и невзрачных собратьев, лежал один. Насыщенный зелёный цвет, тёмные разводы по всей поверхности, словно кто-то хаотично разлил по нему баночку чернил. – Откуда у тебя это? – Спросил Арсений, чувствуя, как напряжённо зазвучал собственный голос. Антон, перебиравший ракушки, поднял голову, не сразу поняв, о чём речь. – А, этот. У грота нашёл, там таких целая куча. А что? Он красивый, правда? Арсений не ответил. Он смотрел на камень и чувствовал, как внутри что-то сжимается. Зелёный, с тёмными разводами. Точно такой же...только меньше. Совсем крошечный, оправленный в металл и висящий на тонкой цепочке. Той самой, которую Аргентор перебирал пальцами, когда говорил о великой миссии. Той, что мелькнула всего на секунду и скрылась под рукавом формы. – Арсений? – Антон нахмурился и легонько ткнул парня в плечо. – Ты чего? – Я уже видел такой. – Проговорил Арсений, не поднимая глаз. — Только меньше...у Арге́нтора. – У кого? – У правителя...ну как у вас старейшины. – Арсений наконец оторвал взгляд от камня и посмотрел на Антона. – Это должность так называется. Он...он главный, управляет всем Материком. Я видел у него украшение с точно таким же камешком. Антон долго молчал, переводя взгляд с камня на Арсения и обратно. – Подожди. – Медленно проговорил он. – Ты хочешь сказать, что у вашего главного...такая же штука, как у меня? Может, просто похож? – Может быть. – Арсений вспомнил холодные глаза Аргентора, его пальцы, механически перебирающие цепочку. Откуда у правителя Материка камень, который находят на островах? Случайность? Трофей? Или что-то, о чём не знают ни островитяне, ни жители Материка? – Ну... – Антон нарушил тишину первым. – Хочешь, я тебе его подарю? – А? Что? – Арсений поднял на него ошеломлённый взгляд. – Ну, камушек этот, если он для тебя что-то значит... – Он не значит. Просто странно всё это. – Но он же тебе понравился. Бери, мне не жалко. – Улыбнулся Антон и без всяких церемоний вложил камешек в руку парня. Арсений смотрел на подарок, лежащий в ладони. Тёплый от пальцев Антона, гладкий, с этими загадочными тёмными разводами. – Спасибо. – Тихо произнес он, сжимая камешек в кулаке. – Да не за что. Антон уже отвернулся обратно к ящику, собирая оставшиеся предметы. Он будто не придал этому подарку никакого значения, просто так отдал то, что называл своим "сокровищем". И от этого было только страннее. – Ну что, пошли обратно? – Захлопнул крышку, произнёс Антон, оглядывая пещеру быстрым, хозяйским взглядом. – Если Димка раньше нас вернётся, опять ворчать начнёт, что я тебя из дома выпустил. Арсений кивнул. Он осторожно убрал камешек в карман и потянулся за костылём. Выбираться из пещеры оказалось чуть проще, чем заходить. Антон шёл впереди, указывая дорогу через узкий проход. Арсений, стиснув зубы, пробирался следом, стараясь не задевать больной ногой острые камни. Снаружи их встретило солнце. Оно светило ярко, практически ослепляюще после пещерного полумрака. Арсений зажмурился, прикрывая лицо ладонью. А вот обратный путь дался тяжелее. Нога, потревоженная падением со склона, ныла теперь при каждом шаге. Антон, заметив, что Арсений начал отставать, сбавил темп. Он больше не шёл впереди, как раньше, а держался рядом, словно готовясь в любой момент подхватить парня под локоть. К тому времени, как в просветах между стволами показались знакомые очертания охотничьего домика, солнце уже перевалило за полдень. Воздух прогрелся, наполняясь запахом душной хвои и сухой травой. Арсений взмок, пока ковылял по двору, и мечтал только об одном: сесть наконец на лавку и дать покой больной ноге. Но о спокойном отдыхе видимо речи не шло. У крыльца стояла знакомая повозка с запряжённой в неё лошадью. Дверь была приоткрыта, а изнутри доносились взволнованные голоса. Антон переглянулся с Арсением и нахмурившись, первым шагнул через порог. – О! Ну наконец-то! – Всплеснула руками Ангелина, едва завидев их в проходе. Она сидела за столом, напротив Димы, и судя по раскрасневшемуся лицу, разговор шёл уже давно и был не из приятных. – Здрасьте, тётя Геля. – Поздоровался Антон, на ходу стягивая лук с плеча и прислоняя его к стене. – Что-то случилось? – Случилось. – Она бросила на него серьёзный взгляд. – У восточного мыса видели механизмы. Дозорные доложили, три штуки...это так близко к общине. Арсений, уже успевший опуститься на лавку, замер. Сердце пропустило удар, но через мгновение забилось быстрее, гулко и очень тяжело. Три "механизма", совсем рядом. Его ищут? Или это разведка перед новой атакой? Насколько близко они к поселению? Он перехватил быстрый, острый взгляд Димы. Тот смотрел на него в упор, будто пытаясь прочитать мысли. – Но это ещё не всё. – Продолжила Ангелина, понижая голос. – Нужна помощь с оборонительной вышкой. Старая, совсем разваливается, а после сегодняшнего... – Она не договорила, махнув рукой. – В общем, я еду в общину прямо сейчас. Нужны рабочие руки. Антон, Дима, вы со мной. Она перевела взгляд на Арсения, и лицо её смягчилось. – А тебе, милый, придётся недолго побыть одному. – Проговорила женщина, кивком указав на травмированную конечность. – С такой ногой от тебя на стройке толку мало, сам понимаешь. Отдохни пока, мы через пару часов вернёмся. Арсений открыл рот, но Ангелина уже не слушала, она повернулась к Антону и Диме, подгоняя их: – Давайте, мальчики, собирайтесь. Времени мало. Островитяни засуетились. Антон проверил колчан, попутно бормоча что-то про еду в котелке и что-бы Арсений "без необходимости ничего не трогал". Дима молча натянул сапоги, проверяя что-то в карманах. Он дождался, пока остальные выйдут на крыльцо, обернулся к Арсению и бросил короткий, предупреждающий взгляд. – Мы запрём дверь. – Сказал он глухо. – Так что даже не надейся. Спустя всего пару минут на домик опустилась тишина. Такая глубокая, что слышно было, как в камине потрескивают дотлевающие угли, а в клетке у стены ворочается во сне заяц. Арсений сидел на лавке и смотрел на запертую дверь. "Механизмы". Три штуки, у восточного мыса. Ангелина сказала об этом таким тоном, будто речь шла о самом страшном стихийном бедствии на свете. Да, для островитян так и было. А для Арсения? Кто именно были эти "механизмы"? Соколы? Буревестники? Отец? При мысли об отце внутри что-то болезненно сжалось. Он ведь наверняка думает, что сын погиб. Что Арсений сгорел вместе с парапланом, разбился о деревья или отравился ядовитым воздухом. Мама...мама, наверное, уже оплакала его. А ведь он жив! Сидит в чужом доме, в чужой одежде и не может дать о себе знать. Почему не может? Арсений нахмурился и, медленно доводя мысль до пугающего решения, повернул голову к окну. Оно было небольшим, но достаточным, что-бы мог пролезть человек. Простая деревянная рама со стеклом, которую даже не запирали изнутри. Если он выберется сейчас, что дальше?...Сарай! Антон говорил, что спрятал его снаряжение там. Может быть удастся дойти до побережья, к восточному мысу, где видели парапланы. Может быть, они всё ещё там. Арсений поднялся. Костыль привычно лёг под мышку. Нога отозвалась тупой, уже привычной болью, не такой острой, как в первые дни, но всё ещё достаточно сильной, чтобы напоминать: далеко он не уйдёт. Но парень не простит себя, если не попробует. Арсений доковылял до окна и выглянул наружу. Двор пустой, залитый послеполуденным солнцем и длинными тенями от деревьев. Ангелина, Антон и Дима скрылись за опушкой и не вернутся раньше, чем через пару часов. Арсений решительно выдохнув, рывком поднял деревянную раму вверх. Он перекинул костыль через проём, упёрся руками в узкий край и, стиснув зубы, подтянулся. Ещё одно усилие и парень уже сидел на подоконнике, свесившись наружу. Спуск вышел неловким, но быстрым. Арсений приземлился на здоровую ногу, пошатнулся, с трудом успев ухватиться за стену. Сердце колотилось так громко, что заглушало все остальные звуки. Сарай был в нескольких метрах от дома. Арсений, подняв с земли костыль, захромал туда, стараясь не задерживаться на открытом пространстве. Дверь поддалась с тихим, протяжным скрипом. Внутри пахло пылью и чем-то влажным, не особо приятным. На полу, прямо у его ног валялся моток верёвки и какой-то ржавый инструмент. Вдоль стены стояли бочки, за которыми Арсений сразу заметил поблёскивающий, округлый предмет. Вот оно, его снаряжение. Шлем с треснутым стеклом, но, кажется, целыми фильтрами; Защитный костюм, сложенный аккуратными складками; Броневые пластины, снятые с груди и спины; Аптечка, почему-то пустая; Прислонённый к стене автомат. И маячок, который Арсений тут же взял в руку. Маленький металлический цилиндр с единственной кнопкой на боку и крошечным индикатором, который всё ещё тускло светился зелёным. Заряд есть. И вот тут, только тут, когда маячок оказался в его руке, на Арсения обрушилось осознание. Он ведь может отправить сигнал. Прямо сейчас. Одно нажатие – и его координаты уйдут на ближайшее подобное устройство, указав местоположение. Его быстро найдут, спасут! Но это означало ещё кое-что – найдут не только его! Обнаружат общину, дома, в которых живут люди. Место которое так долго не удавалось отыскать бойцам элитных отрядов. Но ведь это его единственный рабочий вариант... Палец нерешительно потянулся к кнопке и завис всего в миллиметре от неё, чуть подрагивая от напряжения. В этот момент свободная рука словно сама по себе скользнула в карман штанов, наткнувшись на что-то прохладное и гладкое. Камешек. Арсений вытащил его и посмотрел на обе свои ладони. Маячок – быстрый путь домой, ценой обманутого доверия, почти предательство. Зелёный камешек – подарок человека, который должен был быть врагом, человека, который сохранил ему жизнь. Арсений вновь попытался поднести палец к кнопке...и не смог, рука не слушалась. Парень зажмурился, стиснул зубы и медлено, словно преодолевая сопротивление собственного тела, убрал оба предмета в карман, так и не нажав на заветную кнопку. Арсений встряхнул головой, прогоняя оцепенение и лишнии мысли. Времени мало. Антон и Дима могут вернуться в любой момент, а он до сих пор сидит в сарае. Он потянулся к снаряжению, первым подобрав шлем. Сейчас, без формы, в чужой рубахе и штанах, со спутанными волосами, он ничем не отличался от островитян. Если он встретит своих, они увидят просто ещё одного мутанта. И выстрелят раньше, чем парень успеет открыть рот. Шлем был единственным доказательством того, кто он на самом деле. Арсений перехватил его поудобнее и наклонившись к автомату, тут же встал перед ещё одним выбором. В одной руке костыль, в другой шлем – автомат нести не получится. Ремень порван ещё при падении. А бросить костыль, значит не пройти и нескольких метров. Решение пришло быстрее, чем в первый раз. Арсений вынес автомат наружу. У задней стены дома, под старым кустом, земля была рыхлой, не утоптанной. Парень опустился на колено, положил автомат на траву и начал разгребать землю ладонями – быстро, неумело, постоянно оглядываясь. Спустя несколько минут в земле образовалась достаточно глубокая ямка. Он уложил оружие в неё, забросал сверху землёй и присыпал листьями. Пробежавшись глазами по уж слишком заметной куче, Арсений тяжело вздохнул, поднялся, стряхивая грязь с ладоней и двинулся вперёд. Путь лежал мимо большой деревянной бочки у стены дома, той самой, из которой они с Антоном умывались по утрам. Вода в ней была тёмной, чуть затхлой, с плавающими поверху листьями. Внезапная мысль заставила Арсения остановиться. Он сунул руку в карман и вновь достал маячок. Недолго покрутив его в руках, буд-то прощаясь, парень решительно разжал пальцы. Маячок упал в воду с тихим всплеском. Зелёный огонёк мигнул, замерцал и погас. Вода сомкнулась над ним, и несколько крупных пузырей поднялись на поверхность. Теперь точно всё. Пути назад нет. Сейчас или никогда!