***
Музыка делала ночной воздух мягким, а звук инструментов казался почти колыбельным, тот окружал их нотками вальса, плавно и монотонно притупляя их чувства. Тёплый свет фонарей и яркий свет луни, отбрасывал на мраморные плиты сада золотистые блики, словно звёзды опустились на землю. Лёгкий ветер шевелил лепестки роз, и те кружились в воздухе, как алые снежинки.***
Вару чувствовал, как его пальцы медленно сжимаются вокруг ладони Пикового короля. В ту же секунду его прикосновения казалось тёплыми, почти утешительными. Пик вёл его в ритме музыки, плавно и непринуждённо, будто их танец был чем-то естественным, предрешённым. — А ты неплох… — тихо произнес Пик, его голос звучал как мягкий шелест листьев. Его улыбка была почти искренней, и Вару на миг даже поверил, что всё происходящее — это лишь часть прекрасного сна. Но в один момент всё изменилось. Ладонь Пика, что так нежно держала руку Вару, вдруг сжалась крепче. Не больно, но достаточно чтобы ощущение комфорта сменилось лёгким напряжением. — Надеюсь ты и дальше будешь таким разумным — произнёс он, и хотя его тон оставался всё таким же мягким, в глазах блеснуло нечто острое, как лезвие ножа. — Я не люблю, когда мои подданные делают глупости. У Вару пересохло в горле. Он заставил себя улыбнуться, но его сердце колотилось, словно пойманная птица. Ему казалось, что лёгкость танца теперь лишь маскировка, что каждый шаг подчиняется невидимым нитям, за которые дёргает Пик. Они кружились в центре сада, и толпа наблюдала за ними, будто это был спектакль. Вару видел, как Ромео, Король Червей, всё так же добродушно улыбается, но его глаза оставались прищуренными. Как Данте, Король Бубен, отвёл взгляд, словно не хотел быть свидетелем того, что происходило. Как Куромаку, Король Треф, стоял неподвижно, скрестив руки на груди, словно ожидая, когда маскарад подойдёт к своему кульминационному моменту. Каждое движение Пика теперь казалось Вару продуманным до мелочей. Его пальцы скользили по спине Вару, задавая ритм. Их ноги переплетались в изящных движениях, и казалось, что Вару уже не шёл за Пиком — он плыл, ведомый невидимой волей. — Ты же не подведёшь меня, верно? — шёпот Пика был едва слышен, но каждое слово впивалось в сознание Вару, оставляя глубокие шрамы. — Я и Создатель ведь выбрали тебя не просто так. Ты умный. Не разочаруй меня. Вару заставил себя кивнуть. Его дыхание сбилось, но он старался сохранить лицо. С каждой секундой атмосфера становилась всё гуще, воздух — тяжелее, а музыка — более пронзительной. Казалось, что весь сад следит за их танцем, что каждый шорох листьев — это шаг к неизбежному финалу. Когда музыка наконец стихла, Пик медленно отпустил руку Вару. Его лицо снова озарила мягкая улыбка, но теперь Вару знал, что за ней скрывается. Теперь он понимал, что всё, что он видел раньше — только фасад, за которым прячется истинная сущность Пикового короля. — Благодарю за танец, Валет. — Пик сделал лёгкий поклон. — Надеюсь, ты и дальше будешь меня радовать. С этими словами он развернулся и мягким шагом направился к остальным гостям, оставив Вару стоять посреди сада. Мир снова начал казаться хрупким, словно треснувшее стекло, и холодная трещина в его душе стала лишь глубже. Теперь он точно знал: в этой игре каждый неверный шаг может стать последним. И он был прав…***
Когда короли направились к бокалам с вином, оставив своих Вальтов в компании Вару, неловкость повисла в воздухе, как густой туман. Вару не знал, что сказать. Четыре Вальта, каждый как отражение своего короля, смотрели на него пристально, изучающе. — Ну… — первым заговорил Валет Червей, его голос был мягким, но в глазах плясали искорки озорства. — Новичок, что.же делать теперь Вару кивнул, стараясь держать лицо. Он чувствовал себя так, будто попал в клетку к диким животным, которые только выглядели приручёнными. — Давненько у нас не было новых знакомств… — добавил Валет Треф. Его голос был слегка неуверенным и дрожащим. — Особенно тех, кого лично выбрали короли и наш создатель. Это странно… — А кто он такой? … — любопытно и непонимающе произнёс Валет Бубен, сделав вопросительное лицо. Вару не знал, что ответить. Слова застревали в горле, а каждый взгляд казался острым, как лезвие. — Габриэль, не пугай его — ответил мягко Феликс натягивая дружелюбную улыбку, но его глаза оставались холодными. — Мы же не монстры какие-то, он же ещё совсем зелёный, а ой, кажется это в прямом смысле слова. — Мне кажется или мы с ним уже где-то встречались? — произнёс боязно Зонтик. — Хм… Мне кажется ты просто устал, я лично не помню ничего подобного _ отвечал Феликс, на достаточно странное и громкое заявление Зонтика.***
Вару не чувствовал облегчения. Его ноги казались ватными, и единственным его желанием было покинуть этот сад и это общение. Он чувствовал, как за его спиной стягивается невидимая сеть, как каждое слово вплетается в неё, затягивая петлю. И он не ошибался. — Я пожалуй пойду… — Жаль, будь осторожен… — отвечал растерянный Феликс ему в след. Когда он, наконец, покинул банкет, ночь встретила его звоном тишины. Луна, что так ярко светила над садом, теперь казалась чужой и равнодушной. Вару сделал несколько шагов по мраморным плитам, и внезапно почувствовал резкую боль. Его тело обмякло, колени подкосились. Последнее, что он увидел — это тени, скользящие по стенам. И чей-то шёпот, холодный, как утренний иней: — Блять, Вару! Держись! Не засыпай — кричал чей-то знакомый голос, однако уже совершенно тихий и затуманенный. — Он потерял слишком много крови, похоже он снова умрёт… — отвечал ещё один знакомый для него голос. Однако силуэт Вару увидел, конечно не так ясно, но даже так, было понятно что у его цвета волос был такой же оттенок как и у Ромео… Темнота сомкнулась над ним, и тишина настала мгновенно, перед тем как свет ярко озарил его глаза снова. . . . . . Продолжение следует