The Taming / Укрощение

Снейп нахмурился. — Ты в порядке? Этот вопрос вернул Сириуса к реальности. Он вдруг осознал, что уже какое-то время молча таращится на слизеринца с открытым ртом. — Эм… да, просто… ты пришёл, — выдохнул он. Сириус хотел стукнуть себя за то, как отчаянно это прозвучало. — Ну, меня заставили, — отозвался Снейп, скрестив руки на груди и бросив красноречивый взгляд на человека рядом. И тут Сириус вспомнил, что они были не одни. Он проследил за взглядом Снейпа и увидел Регулуса, который с невинной улыбкой смотрел на полукровку. У Сириуса внутри всё перевернулось. — Понятия не имею, о чём ты говоришь, — ухмыльнулся Регулус. Затем он повернулся к Сириусу и приподнял бровь — словно бросая вызов. — Я пойду, — сказал он Снейпу, который, казалось, слегка напрягся. Регулус сжал его руку. Сириусу не понравилось, как естественно Снейп позволил его брату к себе прикоснуться. Регулус уверял, что между ними ничего нет, но старший Блэк всё равно почувствовал укол ревности. Может, дело было в том, что у его брата всё выходило так легко, тогда как сам Сириус из кожи вон лез чтобы привлечь внимание полукровки? Да, точно, это не ревность — просто зависть к тому, как ловко Регулус мог бы справиться с его «миссией». И ничего больше. — Найди меня, когда будешь готов уходить, — бросил Регулус напоследок, смерив Сириуса пристальным взглядом, и скрылся внутри зала. Как только он ушёл, между ними повисла напряжённая тишина. Сириус всё ещё не сводил глаз со слизеринца, который, в свою очередь, упорно избегал встречаться с ним взглядом. В голове Бродяги уже была заготовлена целая тирада о том, как тот его опозорил и выставил дураком. Но теперь, когда полукровка стоял прямо перед ним, все слова застряли в горле. — Я… Ты хочешь войти? — спросил Сириус, не найдя лучшего способа разрядить неловкую тишину. Снейп наконец встретился с ним взглядом. — Ладно, но не вздумай приглашать меня на танец. Развернусь и уйду. — Как скажешь. Но однажды ты скажешь «да», — поддразнил Сириус. Снейп ничего не ответил, лишь закатил глаза и направился к двери. Сириус поспешил обогнать его, чтобы открыть дверь. Просто хотел показать, что он джентльмен. Только поэтому. И он точно не разглядывал зад Снейпа, пока тот проходил мимо. Слизеринец, наконец, надел одежду по размеру. И кто бы мог подумать, что под этими балахонами он скрывал такое… — Ты идёшь или нет? — резко спросил Снейп, оборачиваясь к Сириусу, который продолжал тупо пялиться на него. — О… да, — пробормотал тот, давая двери закрыться за собой. Он быстро догнал слизеринца. — Тебе что-нибудь принести? Еду или, может, выпить? — Нет, — коротко отрезал Снейп, видно было, что он напряжён. Полукровка осматривал зал, словно выискивал потенциальную угрозу. — Ладно… Значит, ты не хочешь танцевать, не хочешь пить. А что ты хочешь? — немного расстроенно спросил Сириус. Его раздражало, что слизеринец его отталкивает. Да Снейпу ещё повезло, что Сириус вообще соизволил уделить ему внимание! — Я хочу знать, зачем ты меня пригласил, Блэк. И почему ведёшь себя так странно, — прошипел Снейп, его тёмные глаза подозрительно сузились. Сириус раздражённо фыркнул. — Потому что ты мне нравишься, — сказал Сириус настолько тихо, что только Снейп мог его услышать. — Для тебя это настолько безумная мысль? Снейп скрестил руки на груди, упрямо глядя на него. — Да, Блэк, настолько. Но я всё равно выясню, что ты задумал, скажешь ты мне правду или нет. Чёрт. Он начинал подозревать что-то неладное. Это не к добру. Сириус сглотнул. — Хочешь знать правду? — его голос стал еще тише. Лицо Снейпа смягчилось… совсем чуть-чуть. Он явно был заинтригован. — Да. Сириус шагнул ближе, и, к его удивлению, Снейп не отступил. — Дело в том… — Мистер Блэк! Я вас повсюду искал! — жизнерадостный голос Слизнорта разорвал напряжённую тишину, и парни мгновенно отпрянули друг от друга. Сириус с трудом удержался, чтобы не одарить профессора зелий злобным взглядом. Слизнорт сиял ему в ответ широкой улыбкой. Рядом с ним стоял незнакомый мужчина — судя по восторженному настроению преподавателя, явно кто-то важный. — Это Сириус Блэк. Мистер Блэк, познакомьтесь, Дамокл Белби, — он указал на человека рядом. — Мистер Блэк — один из моих лучших студентов. Без сомнения, один из самых блестящих умов! За все годы моей работы в Хогвартсе я не встречал столь чистой сыворотки правды, как та, что приготовил мистер Блэк. Сириус моргнул, сбитый с толку. Почему он полностью игнорировал Снейпа? Полукровка был лучшим на курсе, причем с большим отрывом. И к тому же стоял прямо тут, рядом с ним. Сириус покосился на Снейпа. Тот выглядел немного разочарованным. Но не так, как бывает, когда тебя внезапно обошли вниманием. Это было разочарование человека, который уже заранее знал, что так и произойдет. Который переживал подобное такое множество раз, что давно привык. Сириус быстро взял себя в руки. — Ну, я-то почти ничего не сделал, если честно, — сказал он, пожав плечами. — Всё благодаря Сне… Северусу. Я просто следовал его указаниям. Он сделал жест в сторону Снейпа, который уставился на него с широко раскрытыми глазами. Брови Белби удивлённо поднялись. — Правда? — наконец произнёс он, переводя взгляд на Слизнорта, который внезапно смутился. — Да! Вам бы только взглянуть на его учебник по зельям — он весь заполнен улучшениями! Он потрясающий! — горячо воскликнул Сириус. Раз Слизнорт не собирался воздать должное Снейпу, Сириус сделает это сам. У Сириуса даже не возникло других мыслей — он просто знал, что должен исправить эту несправедливость. Мужчина перевёл взгляд на Снейпа, лицо которого заметно порозовело после всех комплиментов Сириуса. Белби протянул ему руку: — Очень приятно познакомиться, Северус. Слизеринец несколько секунд ошарашенно смотрел на его руку, прежде чем прийти в себя. — Это мне очень приятно с Вами познакомиться. Я большой поклонник ваших работ, — сказал он, пожимая руку Белби. Сириус удивлённо приподнял брови. Он и не знал, что этот гад в принципе способен говорить приятные вещи. И теперь его немного бесило, что ему Снейп ничего приятного не сказал. Мастер зелий заметно воодушевился: — Правда? Тогда, может, у вас есть какие-то предложения, как улучшить мои разработки? Глаза Снейпа слегка расширились от неожиданности. — Я… эм… ну… — он замялся, но затем, словно щёлкнул тумблер, и он принялся с воодушевлением рассуждать о зельях. Сириус не вслушивался. Вообще. Всё его внимание было приковано к лицу Снейпа. К тому, как тот оживился, как уголки его губ чуть приподнялись в слабой, едва заметной улыбке. В глазах появилось тепло, он буквально светился, пока говорил. Сириус всегда считал его тенью — незаметным спутником, скрытым в чужом свете. Он был таким с Эванс, с Малфоем… Но сейчас он сиял сам. И это было… приятно. Пока Сириус не вспомнил, что это сияние и теплый взгляд обращены к другому мужчине. Ревность вернулась. Блэк поймал себя на мысли, что хотел бы, чтобы однажды слизеринец посмотрел так на него. Он даже не заметил, что Слизнорт и Белби ушли, пока Снейп не повернулся к нему. Его глаза всё ещё сияли. — Не могу поверить, что встретил его. Я выглядел глупо? Мне кажется, я выглядел глупо, — забормотал он, расправляя мантию, но потом, немного придя в себя, нахмурился. — Подожди, почему я тебя об этом спрашиваю? Прежде чем гриффиндорец успел ответить, Снейп уже развернулся и зашагал прочь. Сириус быстро схватил его за локоть, не давая уйти. Когда взрослые покинули зал, вечеринка стала ещё оживлённее. Музыка заиграла громче, ученики начали выходить на танцпол. Вот почему Слизнорта так любили студенты. Сириус попытался перекричать гул праздника: — Ты выглядел ослепительно. Снейп нахмурился. — Что? — переспросил он, явно не расслышав. И именно в этот момент домовые эльфы перевернули страницу с нотами для следующей мелодии. Музыка внезапно оборвалась. — Ты выглядел чертовски сексуально! — крикнул Сириус. Весь зал замер. А затем взорвался хохотом. Сердце Сириуса сжалось, когда он увидел боль на лице Снейпа. Тот мгновенно покраснел, резко выдернул руку из хватки гриффиндорца и, не говоря ни слова, бросился в толпу, игнорируя крики Сириуса. xxxxxxxxxxxxxxxxxxx Лицо Северуса пылало, когда он пробирался сквозь толпу студентов, пытаясь как можно быстрее покинуть вечеринку. К счастью, как только домовые эльфы заиграли новую мелодию, все вновь переключили внимание на музыку. Но волна унижения всё ещё душила его. Он был глупцом. Конечно, он ведь прекрасно знал, что ему тут не место. Но на мгновение, разговаривая с Белби, он наивно подумал, что мог бы вписаться. Но реальность тут же напомнила ему: как бы он ни старался, он всегда останется уродливым маленьким полукровкой. Он уже почти добрался до выхода, когда кто-то схватил его за запястье. Северус тут же приготовился пустить в ход заклинание, но замер, встретившись взглядом с знакомыми серо-голубыми глазами. — Нам надо уходить, — сказал Регулус, его лицо было бледным. Северус обеспокоенно нахмурился. — Что случилось? Регулус, явно отвлечённый своими мыслями, моргнул и слегка качнул головой. — Ничего. Просто нужно уйти. Но прежде чем Северус успел что-то ответить, раздался чей-то голос: — Северус. Оба слизеринца одновременно обернулись. Перед ними стояла Лили. Северус замер, дыхание перехватило. Что она здесь делает? Лили явно нервничала. — Мы можем поговорить? — спросила она. Несколько секунд Северус переводил взгляд с Регулуса на Лили и обратно. Уже было собрался отказать, но тут заметил в её глазах отчаянную мольбу. — Эм… ладно, — выдавил он. Он повернулся к Регулусу и тихо, чтобы только он услышал: — Встретимся в подземельях, — сказал он, сжимая его руку. — Потом расскажешь, что случилось. Регулус выглядел настороженно, но всё же кивнул и ушёл. Лили, не теряя времени, схватила Северуса за руку и повела его на балкон. Ощущение её ладони было таким знакомым, будто ничего не изменилось, даже несмотря на то, что с пятого курса они не общались. Их сцепленные ладони были словно два кусочка мозаики, которые наконец встали на место. Как только они вышли на свежий воздух, Лили отпустила его руку и шагнула к перилам. Она вцепилась в холодный металл, словно это была единственная опора, удерживающая её на ногах. Она не смотрела на него. Луна освещала её пылающие рыжие волосы. Тишина между ними сгущалась, но Лили не спешила начинать разговор. — Так о чём ты хотела поговорить, Эванс? — наконец произнёс он, подходя к перилам. Лили поморщилась и обернулась к нему: — Значит, теперь я Эванс? — Ты стала Эванс, когда я стал Снейпом. Чего ты хочешь? — резко спросил он. Он не хотел давать себе ложных надежд. Не хотел снова открывать своё сердце. Лили сжала губы, будто хотела сказать всё и сразу, но в то же время ничего. — Я… я хочу извиниться, — сказала она. Северус слегка удивился. Он не ожидал этого услышать. — За что? — Я… я была неправа насчёт тебя. Я думала, что ты становишься одним из них, но теперь, когда ты и Блэк встреча… — Я не встречаюсь с Блэком, — перебил её Северус. — Тем не менее, ты ему нравишься. Он бы не стал за тобой ухаживать, если бы ты был одним из них, — твёрдо продолжила Лили. У Северуса зазвенело в ушах, будто ему дали оплеуху. — «Одним из них»? Кто эти «они», Лили? — его голос дрожал от напряжения. — Кровавые фанатики? Любители Тёмных искусств? Последователи Волдеморта? Лили вздрогнула. — Не произноси его… — Я буду говорить, что захочу, чёрт возьми! — взорвался Северус. — Почему ты так злишься? Я пытаюсь извиниться! — вспыхнула она. — Я не принимаю твои извинения, — процедил он. — Почему нет? Ты же умолял меня простить тебя, а теперь, когда я пришла помириться, ты не хочешь? Северус усмехнулся, но в его глазах не было ни капли веселья. — Это дерьмовые извинения. — Что? Так ты хочешь, чтобы я караулила у твоего общежития и днями напролёт доставала тебя, пока ты не примешь мои извинения? — её слова резанули по живому, и Северус с трудом сдержал дрожь. В пылу ссоры она всегда умела бить по самым больным точкам. Справедливости ради, Северус тоже мог быть резким, но он всегда сдерживался, чтобы не ранить её. Он сорвался только один раз, и вот чем это закончилось. — Нет, — его голос звучал холодно. — Я подожду, пока тебе понадобится мнение гриффиндорца, чтобы решить, хороший я человек или нет. Лили фыркнула, будто он нёс какой-то бред: — Перестань! Ты хоть на секунду можешь забыть про свою дурацкую ненависть к гриффиндорцам? — Я не ненавижу их, Лили. Я ненавижу то, что ты всегда ставишь их мнение выше моего. Мы были друзьями ещё до всей этой межфакультетской чепухи. Ты была мне как сестра, — последние слова он произнёс почти шёпотом. Её лицо смягчилось. — Мы можем всё вернуть! — сказала она, и в её голосе проскользнула отчаянная надежда. — Нет, не можем. Это исчезло в тот момент, когда ты начала оправдывать их поведение. В тот момент, когда ты перестала проводить со мной время, потому что твои «друзья» считали меня странным. В тот момент, когда они раздели меня перед всей школой, а ты улыбнулась! — Я не… — Ты улыбнулась! Я видел! Это был самый унизительный момент в моей жизни, а ты… ты смеялась над этим. А теперь ты встречаешься с ним. — Он изменился! И если тебя настолько задел тот розыгрыш, то почему ты сейчас общаешься с Сириусом? Северус на секунду замолчал. Он бросил взгляд в зал и сразу же нашёл Блэка. Тот выглядел, как побитый щенок. К нему подошла симпатичная ведьма, но он тут же отмахнулся от неё и снова принялся угрюмо изучать толпу. Он искал что-то. Их взгляды встретились и Сириус слегка улыбнулся. Не той самодовольной ухмылкой, которую он бросал девушкам, когда с ними заигрывал. Нет. Эта улыбка была мягче. Теплее. Она была доброй. Северус снова повернулся к Лили. — Как он изменился, Лили? Почему именно ты можешь это решать? — его голос был твёрдым. — Знаешь, он ни разу не пытался извиниться передо мной. А Блэк… По крайней мере, Блэк пытается. Он не мог поверить, что сейчас защищает этого придурка…Но после того, что тот сделал сегодня… Северус был в долгу перед ним. Конечно, Блэк всё ещё раздражал, но… с начала этого года он ни разу не был жесток по отношению к нему. Лили молчала, глядя на него сквозь слёзы. Ей нечего было сказать. — Прощай, Эванс, — тихо сказал Северус и развернулся, чтобы уйти. Это было больно Он больше всего на свете хотел просто принять её извинения, сделать вид, что ничего не было. Снова стать друзьями… Но он заставил себя уйти. xxxxxxxxxxxxxxxxxxx Как только Северус вошёл в зал, перед ним тут же возник Розье, держа в руках два стакана. Один он без церемоний сунул Северусу и лениво окинул его взглядом из-под полуопущенных век. — Смотрю, привёл себя в порядок. Пойдём. И не позорь меня, — прошипел он, цепко хватая Северуса за локоть и утаскивая его в круг слизеринцев. — Что происходит? — спросил Северус, стараясь, чтобы голос не выдал беспокойства. — Мы говорим о Сам-Знаешь-Ком, — буднично бросил Розье. Северус побледнел. — Ну, мне, пожалуй, пора спать… — пробормотал он, делая шаг назад. Пальцы Розье сжались на его руке сильнее. Северус едва сдержался, чтобы не поморщиться. — Ты остаёшься с нами, — процедил тот. — Думаешь, я не видел тебя с ней? — он скривил губы в презрительной ухмылке. — Даже не вздумай сбежать сейчас, после всего, что Малфой для тебя сделал. Северус сглотнул, но промолчал. Розье втянул его в круг, и Северусу не оставалось ничего, кроме как слушать их разговоры о встрече с Тёмным Лордом и о том, когда им предстоит принять Метку. Он сделал глоток из своего стакана. Это помогало хоть на чём-то сосредоточиться, а ещё было отличным способом избежать участия в разговоре. Вопреки тому, что думали остальные слизеринцы, он не собирался принимать Метку. По крайней мере, по собственной воле. Стоило ему допить напиток, как Розье с ухмылкой протянул ему свой стакан. Северуса это немного смутило. Когда они впервые заговорили о том, чтобы стать Пожирателями, это казалось чем-то далёким, почти недостижимым. Тёмный Лорд был для них мессией. Богом. Легендой. Но с возрастом легенда стала реальностью. И теперь они собирались встретиться с ним. В Хогсмиде. По спине Северуса пробежал холод. Он слышал, на что способен Тёмный Лорд. Видел в Пророке ужасы, которые тот творил. И не хотел быть частью этого. — Он желает встретиться с тобой, — вдруг сказал Мальсибер, повернувшись к Северусу. Будто вся кровь в его жилах разом превратилась в лёд. — Что? — он, наверное, ослышался. Музыка хоть и стихла, но всё ещё была довольно громкой. — Люциус очень лестно о тебе отзывался, — добавил Розье. А затем его рука плавно скользнула к талии Северуса, притягивая его ближе. — Что ты такого с ним сделал, чтобы поёт тебе дифирамбы? Может, сделаешь то же самое со мной? — он горячо выдохнул эти слова прямо в ухо Северуса. Компания взорвалась хохотом. Северус резко оттолкнул его. Щёки горели от ярости и смущения. — Наверное, то же самое, что и с Блэком! — добавил Мальсибер. Хохот стал ещё громче. Северус развернулся и ушёл, сославшись на то, что ему нужен новый напиток. На самом деле ему просто нужно было уйти. Если бы он остался, то сорвался бы. Проклял бы их всех. Он должен был уйти с Регулусом, когда тот звал. А теперь он за это расплачивается. Северус начал чувствовать себя странно, но был слишком занят своими мыслями, чтобы это осознать. xxxxxxxxxxxxxxxxxxx Сириус приглядывал за Снейпом с того момента, как тот убежал. Бродяга не хотел навязываться, но в то же время нужно было убедиться, что со слизеринцем всё в порядке. Блэк всегда мог найти его, даже в толпе студентов, одетых в одинаковую форму. Снейп выделялся. Сириус жадно ловил каждый его жест, каждый взгляд — словно человек, изнывающий от жажды, наконец получивший воду. И всё же ему приходилось постоянно напоминать себе, что это всего лишь похоть. И ничего больше. Но, по крайней мере, он мог немного повеселиться со слизеринцем, прежде чем им придется всё это закончить. Да, всё, что он чувствовал к этой летучей мыши из подземелий, было исключительно сексуальным влечением. У него не было чувств к слизеринцу. Совсем. Он был уверен, что стоит им только разок оказаться вместе — и все эти эмоции исчезнут. Сириус всегда был таким. Он любил охоту, азарт преследования, радость победы. Но обладание — никогда. Как только он получал желаемое, ему становилось скучно. Может, Регулус был прав насчёт него... Стоило ли расстраиваться из-за этого? Наблюдая, как этот придурок общается с группой слизеринцев, Сириус был уверен: он один из них. Враг. Этот зелёный факультет порождал лишь зло! Но… в происходящем было что-то… что-то не так. Снейп стоял слишком напряжённо, молчал, никак не участвовал в разговоре — совсем не так, как с Белби. А ещё рука Розье, сжимающая его локоть. Крепко, цепко. Как кандалы, удерживающие пленника. Сириус старался сохранять спокойствие, но едва не вышел из себя, когда увидел, как чистокровный схватил Северуса за бедро и притянул к себе. Розье сказал что-то, и компания взорвалась смехом. Все, кроме Снейпа. Тот выглядел так, словно его вот-вот стошнит, но всё же резко оттолкнул чистокровного. Сириус наконец решил вмешаться, когда Снейп второй раз за вечер направился к чаше с напитком. — Тебе следует прекратить пить, — сказал он, слегка обеспокоенно. Разве он не ненавидел, когда люди пили? Почему же тогда пил сам? Какой же он, чёрт возьми, лицемер. Снейп поднял на него взгляд, его лицо покраснело, а брови были нахмурены. — Почему? — спросил он, прежде чем споткнуться. Сириус молниеносно подхватил его, спасая не только слизеринца, но и целый стол с напитками и закусками. — Воу! Ты в порядке? — обеспокоенно спросил он. Снейп еще больше нахмурился. — Да, всё нормально. Кто вообще решил заставить зал вращаться? Сириус огляделся — зал был совершенно неподвижен. — Эм… никто? Сколько стаканов ты выпил? — спросил он, внезапно всерьёз обеспокоившись состоянием слизеринца. — Четыре. А что? — его глаза сузились. — Ты что, полиция соков? Сириус ошарашенно вытаращился на него. — Четыре?! Мерлин, Снейп, ты же знаешь, что там полно алкоголя, да? Ну, теперь было понятно, почему он едва стоит на ногах. А ещё он, кажется, не ужинал. И выпил всё это на пустой желудок. Все краски стремительно сошли с лица Снейпа. — Что? — спросил он. — Ты не знал? — удивлённо спросил Сириус. Все прекрасно знали, что, как только взрослые уходили, в чаши с «соком» добавляли щедрую порцию спиртного. Но, судя по выражению лица Снейпа, он и понятия не имел. Слизеринец выглядел так, словно сейчас либо потеряет сознание, либо его стошнит. Сириус не был уверен, чего именно ождать, поэтому просто усадил его на стул и налил стакан воды. — Пей. Всё до последней капли, — сказал он тоном, не допускающим возражений. — А я пока принесу тебе что-нибудь поесть. Что ты хочешь? Снейп не ответил. Вместо этого он неуклюже поставил стакан на стол, расплескав воду на скатерть, а затем уронил голову на ладони и тихо застонал. Сириус положил руку ему на спину и начал медленно гладить, стараясь успокоить. И, к его удивлению, Снейп не отстранился. — Я не могу быть пьяным, — пробормотал Снейп в свои ладони. — Боюсь, что можешь. Но я помогу тебе протрезветь, — весело отозвался Сириус. — Веришь или нет, я кое-что знаю о том, как случайно перебрать. — Я не могу быть пьяным, — повторил Снейп. — Я… я не чувствую злости. Мне просто… странно. Рука Сириуса замерла на его спине. Он нахмурился. — Алкоголь на всех действует по-разному. Он просто убирает все запреты. Некоторые называют его сывороткой правды, — задумчиво произнёс он. Сразу после этих слов Снейп поднял на него глаза… В них было что-то невыносимо болезненное. Этот душераздирающий взгляд заставил сердце Сириуса сжаться. Он не хотел, чтобы слизеринец когда-либо снова так на него смотрел. — Правда? — голос Снейпа дрогнул, и он чуть не свалился со стула. Сириус быстро положил руку ему на плечо и мягко, но уверенно усадил обратно. Он уже собирался ответить, когда знакомый голос прорезал шум вечеринки: — Бродяга. Сириус резко обернулся и встретился взглядом с разъярённым Джеймсом. — Нам нужно поговорить. Он бросил взгляд на Снейпа, который, казалось, уже засыпал. Его голова лежала прямо на руке Сириуса. — Я тут кое-чем занят, — прошипел он в ответ. Он не мог позволить слизеринцу уснуть, пока тот не поест. — Это важно. Насчёт плана, — Джеймс понизил голос, чтобы услышал только Сириус. Бродяга раздражённо вздохнул. — Ладно! Только дай мне секунду. Сириус осторожно похлопал Снейпа по щеке. Слизеринец медленно открыл глаза и одарил его злобным взглядом за то, что его разбудили. — Не смотри на меня так. Я ненадолго отойду. Что бы ты ни делал, не засыпай, — строго предупредил он, затем схватил со стола стакан воды и попытался вручить его Снейпу. Снейп даже не попытался его взять. Вместо этого он рассеянно моргнул, уставившись на гриффиндорца. Сириус аккуратно поднёс стакан к его губам, заставляя сделать глоток. И, к его удивлению, Снейп подчинился. Пока слизеринец пил, их взгляды встретились, и Сириус ощутил, как тепло заполнило низ его живота. Когда он решил, что Снейп выпил достаточно, то поставил стакан обратно. — Хорошо. А теперь не двигайся, пока я не вернусь. Слизеринец посмотрел на него и что-то раздраженно пробормотал себе под нос, но всё же ответил: — Ладно. Сириус повернулся к Джеймсу, который всё это время молча наблюдал за ними с каким-то странным выражением лица. — Что ты хотел мне сказать? — спросил он. Голос прозвучал резче, чем ему бы хотелось. Джеймс сглотнул и повёл Сириуса в тихий угол зала. Сириус был слишком сосредоточен на Снейпе, чтобы заметить это раньше, но теперь он увидел, насколько напряжён был его друг: сжатая челюсть, покрасневшее лицо. — Я всё отменяю, — выдохнул Джеймс. — Что отменяешь? — спросил Сириус, сбитый с толку его странным поведением. — Этот план. Всё. Мы прекращаем. — Что? Почему? — Сириус смотрел на него в полнейшем непонимании. Он серьёзно? Джеймс раздражённо выдохнул: — Я только что поругался с Лили. Она не хочет со мной разговаривать какое-то время. Я старался, Бродяга. Годами. Пытался её завоевать, пытался привлечь внимание, но… видимо, я ей просто не нравлюсь. Он выглядел разбитым. — Если бы ты был ей безразличен, то она бы не согласилась пойти с тобой на вечеринку, — заметил Сириус. — Зачем флиртовала в ответ? Почему рассказала, как её завоевать? Он сам не понимал, зачем подбадривает Джеймса. Он никогда раньше этого не делал. Наоборот, обычно он только громко страдал, когда друг заводил разговор об Эванс. Джеймс промолчал, и Сириус продолжил: — Вы просто поссорились. Дай ей немного времени, а потом всё обсудите. Он сделал шаг назад. — Мне нужно идти... Спокойной ночи. Не дожидаясь ответа, он развернулся и пошёл обратно к Снейпу. Сердце колотилось. Голова была забита мыслями. Когда он только согласился на всё это, то мечтал лишь об одном: Чтобы Джеймс отвязался. Чтобы бросил Эванс, нашёл себе другую и оставил Сириуса в покое. Чтобы ему самому больше не приходилось общаться с этой грёбаной змеюкой. Но теперь… Теперь всё было по-другому. И он понятия не имел, почему.