Связанный огнем

Хоранги сидел напротив Кёнига, скрестив руки на груди и ухмыляясь с явной самоуверенностью. Они уже какое-то время находились на базе, и Кёниг явно проявлял слишком большой интерес к тому, чтобы узнать его получше. Слишком большой, если спросить самого Хоранги. — Итак, — начал Кёниг, откинувшись на спинку стула и с любопытством разглядывая Хоранги. — Как тебя зовут на самом деле? Хоранги приподнял бровь, явно не ожидая такого вопроса. Его губы изогнулись в ухмылке, но не в забаве, а скорее в раздражении. — Ты серьёзно? — пробормотал он, его голос был пропитан сарказмом. — Можешь просто называть меня Хоранги. Кёниг кивнул, но не отступил. — Я хочу знать твоё настоящее имя. Ухмылка Хоранги на мгновение поблекла. Ему не нравилась мысль о том, чтобы кто-то знал о нём слишком много. Но что-то в тоне Кёнига заставило его замешкаться. Он вздохнул и нехотя пробормотал: — Ким Хон-джин. Кёниг нахмурился — явно не самое простое имя для него. — Ким… Хон-джин? — попытался повторить он, его немецкий акцент изуродовал произношение, сделав имя ещё более чужеродным. — Ким… Хон-гэин? Хоранги сжал кулаки, его терпение уже начало истощаться. — Что ты только что сказал? — раздражённо выпалил он по-корейски, его голос повысился на октаву. — Это Ким Хон-джин, — повторил он холодным, жёстким тоном. Кёниг снова попытался, но имя снова прозвучало как беспорядочный набор звуков. Ноздри Хоранги раздулись. — Безнадёжен! — рыкнул он, со злостью ударяя ладонями по столу. — Ты серьёзно не можешь это выговорить? Ким Хон-джин, а не эта херня, что ты тут несёшь! Кёниг моргнул, но в его глазах мелькнул лёгкий оттенок веселья. Он не мог отвести взгляд от Хоранги, который буквально пылал раздражением — напряжённые черты лица, резкие движения губ, вся его язык тела… Всё это заставило сердце Кёнига стучать немного быстрее. Он усмехнулся. — Дай мне ещё шанс. Ким Хон-джин, — сказал он снова, намеренно исковеркал имя с преувеличенной экспрессией. — Ким… Хо-нгэин? Хоранги закатил глаза, его злость вспыхнула с новой силой. — Черт возьми, — пробормотал он, покачав головой. — Зачем я вообще пытаюсь? Он уже собирался уйти, когда Кёниг вдруг произнёс его имя абсолютно правильно. Хоранги замер, уставившись на него с лёгким потрясением, его губы приоткрылись от удивления. Кёниг сделал это. Он сказал всё идеально. Кёниг подался вперёд, его взгляд вдруг стал опасно внимательным. — Кажется, я начинаю врубаться, — сказал он с лукавой ухмылкой. — Может, буду звать тебя Ким? Или… просто Джин? Хоранги прочистил горло, вдруг ощутив жар, который уже не был просто раздражением. — Тьфу, — фыркнул он, переминаясь на месте. — Только не зазнавайся. Он нахмурился, пытаясь вернуть себе самообладание. — Просто зови меня Хоранги. И не смей снова это портить. Ты ещё легко отделался — мог бы и по башке получить. Кёниг ухмыльнулся, откинувшись на спинку стула. — Хоранги, так Хоранги. Хоранги метнул в него убийственный взгляд, чувствуя, как лицо снова начинает гореть. — Чёрт возьми, — пробормотал он, качая головой. — Вы, немецкие идиоты, все одинаковые. — Австриец, вообще-то. Хоранги показал ему средний палец и развернулся, уходя прочь с явной раздражённой походкой. Хотя в его голове крутилось что-то совсем другое, не только злость. Кёниг лишь смотрел ему вслед, ухмыляясь во весь рот.