Интервью с Мирандой Пристли

— Что вы здесь делаете? Этот вопрос вырвался сам собой. Привычные дни сменяли друг друга, а затем время остановилось, как резко затормозившая машина. — У меня есть приглашение, — довольная и немного веселая улыбка блестит в свете ламп и мягких огней. Взгляд сам по себе скользнул вдоль шоколадного платья из шелка с тонкими бретелями. Эту ночь нельзя назвать теплой, хотя в помещении гораздо приятнее, конечно. И все же столь тонкая ткань кажется вызывающей. — «Плюс-один»? — ядовито поинтересовалась Пристли, почти уверенная в ответе на свой вопрос. Это не то мероприятие, на которое попадают обычные журналисты. Эдна вряд ли уделила бы внимание кому-то меньшему, чем главному редактору газеты. — Не угадали. Мое личное, — усмехнулась девушка. — Вам нравится вечер? — Откуда Эдна знает вас? — разумеется Миранда беззастенчиво проигнорировала заданный вопрос. Сейчас её интересует совсем не светская беседа. — Ну, знаете, полезные знакомства то там, то здесь… — Андреа, не играйте со мной в эти игры. Вы знаете, как я люблю повторяться, — тон женщины заледенел. Была ли рациональная причина у её любопытства? Наверняка. Вернее, вполне возможно. — У девушки должны быть свои тайны, верно? Кстати, вам понравился выпуск? Он произвел фурор у нашей аудитории. — После вашей любительской съёмки мне не дают прохода, — мрачно ответила Пристли, сделав шаг в сторону. Это позволило ей скрыться за спинами гостей: в комнате появилась Донна, а сейчас Миранда не хотела прерывать разговор. — Всем хочется знать, чем я завтракаю и какой маникюр предпочитаю. — Так было всегда, даже когда я на вас работала, — покачала головой девушка. — Но вы, конечно, можете подать иск. Пристли отвернулась, поджав губы. Она бы хотела, но адвокат заявил, что никакие её права не нарушаются, никто её не оклеветал, и вообще интервью получилось крайне позитивным и выставляющим Миранду в хорошем свете. Здесь не к чему придраться. — Я не настолько мелочна, — надменно выговорила женщина, поймав весёлый взгляд в комбинации с насмешливой улыбкой. — Наше счастье, — ответила Андреа. Миранда ощущала кожей, что её дразнят. Сердце начало стучать чаще от яркого раздражения. — Вы слишком смелы для вашего же блага, Андреа. То, что я не занесла вас в черный список тогда, ещё не значит, что я не сделаю это сейчас. Вы танцуете по лезвию ножа. Холодный тон заземлял, давал надежду на то, что контроль всё ещё в её руках, а не в теплых ладонях девушки. И почему она так уверена, что они теплые? — За год работы с вами я привыкла, — улыбнулась Сакс. — Я слышала, Жаклин подала в отставку? — Да. Бренд Джеймса едва не развалился под её руководством, — после недолгого молчания Миранда приняла смену темы. Никакие тактики воздействия больше не работали на Андреа, что ставило в тупик. Она теряет хватку? Или дело в девушке, которая никогда не перестает преподносить ей сюрпризы? — Ожидаемо. — Полагаю так, — Пристли бросила бессмысленный взгляд в толпу, только делая вид, что ищет кого-то глазами. — Ваша карьера продвигается, не так ли? — В некотором смысле, — девушка усмехнулась, и отпила апельсиновый сок из своего стакана. — Моя команда скоро отправляется в Милан. Мы должны снять сюжет подростке, который признался в тройном убийстве членов своей семьи. Услышав эту новость, Миранда на мгновение ощутила лёгкую растерянность. Андреа не была похожа на криминального журналиста, который расследует преступления. Со стороны она казалась слишком мягкой, ранимой, даже… нежной, чтобы заниматься чем-то подобным. — Разве вы не занимаетесь светскими темами? — с сомнением поинтересовалась женщина, ещё не успев определить свою реакцию на такого рода информацию. — Вы правы, но моя роль в этом сюжете скорее декоративная. Мое участие повышает интерес зрителей. Брюнетка мягко улыбнулась, отчего в уголках её глаз появились мимические морщинки. Странное ощущение кислоты появилось на языке. С возрастом девушка станет ещё красивее, чем сейчас. Черты лица станут более плавными и гладкими, глаза приобретут лёгкую искру превосходства, а движения начнут казаться текучими, словно вода. Миранда не раз видела женщин, которые стареют красиво, но Андреа явно станет самым исключительным примером из всех, встречавшихся ей когда-либо. — И долго будут проводиться съёмки? — Пристли спрятала мысли о чертах лица девушки где-то среди фотосессий для июльского выпуска прошлого года. Нельзя допустить, чтобы это чувство в груди отразилось в её глазах. — Около двух недель. Стандартный срок командировки. Ах, да, к слову… Месье Валентино просил передать, что заочно восхищён вашим сегодняшним нарядом. — Прошу прощения? Брюнетка издала тихий смешок, увидев непонимание в глазах бывшей начальницы. На лице расцвела веселая улыбка. — Мы с месье Валентино случайно пересеклись в начале вечеринки, но ему потребовалось уехать ещё до того, как вы прибыли. Поэтому он попросил передать вам комплимент. В карих глазах Андреа плясали чертята. Два года в дали от «Подиума» прошли для девушки совсем не зря. Ну а после того напряжённого разговора после интервью Сакс и подавно потеряла любой страх и волнение в разговоре с Пристли. Видя это новое отношение к себе, Миранда не могла определить нравится ли ей поведение девушки или скорее оно её раздражает. Отчасти даже волнует. — Не знала, что вы с ним в столь теплых отношениях. — Я тоже. Но, как оказалось, он запомнил меня в Париже, когда вы представили меня. Это даже мило, — Сакс снова сделала глоток из стакана. — Он бабник, Андреа. И втрое старше вас, — тихое чувство насмешки и удовлетворения вспыхнуло в её груди, когда девушка едва не поперхнулась соком. — Не думаю, что вы с ним составите гармоничную пару. — Кхм, месье не в моем вкусе, — коротко кашлянув, ответила брюнетка хриплым голосом. — Зато вы очень даже в его вкусе. — Я во вкусе многих, — легкомысленно ответила Андреа, что почти заставило Миранду усмехнуться. Как минимум девушка больше не страдала неуверенностью в себе. — Пожалуй так. — О, Миранда, это почти комплимент. — Вряд ли. Скорее вы просто не умеете понимать сарказм. В разговоре повисло лёгкое молчание, похожее на невесомую полупрозрачную ткань, сквозь которую можно было угадать движения собеседника, но не выражение его лица. Глаза Андреа как всегда были глубокими и блестящими, словно гладкая поверхность в сосуде из соснового дерева. Запах леса почти проник в лёгкие Миранды вопреки всякой логике. — Я рада увидеть вас сегодня. Слова девушки мягкие, почти нежные. Это тревожит, даже пугает. Тёплые сети охватили её сердце, мешая дыханию. Одним лишь усилием воли Пристли заставила лёгкие работать. — Мне всегда казалось, что вы рады видеть почти каждого человека на любом мероприятии. Поддерживаете полезное знакомство, Андреа? Не особо тонкий намёк на лицемерие никак не отразился на доброй улыбке девушки. — Вы же знаете меня достаточно хорошо, чтобы понимать, что это совсем не так. — Я вас не знаю, — твёрдый, жалящий холодом тон. — Когда-то думала, что знаю, но в итоге ошиблась. Девушка промолчала, уже без улыбки глядя на Пристли. Да, именно так все и должно быть. Все, даже чрезмерно добросердечные люди когда-нибудь устают от её острых фраз. — Вы всё ещё обижаетесь на меня? Из-за Парижа? Миранда не сдержала презрительный смешок. Обижается? Она? Это просто нелепость. Прошло больше двух лет с того дня, с чего бы ей вообще думать об Андреа? Может быть, порой у неё действительно проскакивают мысли, но это совершенно случайно. Всего лишь ассоциативный ряд, вот и всё. — Не будьте смешной, Андреа. Вы не доросли до того, чтобы обидеть меня. Мелкая рыбёшка, по сравнению со мной. Миранда хищно улыбается, прекрасно зная, как неприятно выглядит эта гримаса для людей. Некоторые деловые партнёры, особенно неуверенные в себе, начинают нервничать после такой демонстрации. — Я думала, что объяснила вам, почему ушла. Мне не хотелось идти по вашему пути. — И чем же плох мой путь? — сделав шаг вперёд, интересуется Пристли. — Не хотите марать руки, м-м-м? Боитесь, что чей-то недобрый взгляд запятнает ваши нимб и крылья? — Миранда, пожалуйста, — тихо говорит девушка. — Если вы хотите признания, то хорошо. Я бы не смогла пройти вслед за вами, я не смогла бы делать то, что делаете вы. И это даже не связано с конкуренцией, соперничеством и прочим. Я просто осознала, что у меня недостаточно воли, чтобы идти вместе с вами по одному пути, понимаете? Услышав эти слова, Пристли почти ощутила боль на своей щеке. Это было подобно пощёчине. Эта девушка не хотела даже находиться рядом с ней? Испытывала ли она омерзение и ненависть?.. — Ясно. Даже её саму поразил вековой лёд, который отчётливо хрустнул в этом слове. Была ли у неё надежда, что когда-нибудь при чудесных обстоятельствах она и Андреа найдут общий язык? Да, определенно была. Но теперь и это болезненно теплое чувство погребено во влажной земле её воображаемого кладбища несбывшихся ожиданий. — Мне кажется, вы не совсем правильно поняли мои слова… — начала было Андреа, но Пристли не хотела больше не слушать. — От чего же? Я всё прекрасно услышала. Может быть вы думаете, что у меня каменное сердце, но уши мои в полном порядке. Так что я отчётливо услышала ваше мнение. — Нет, я не это- — До свидания, мисс Сакс. Желаю успеха в вашей карьере. Стук собственных шагов гулко отдавался где-то в сердце. Хотя, правильнее будет сказать, в том, что от него осталось.

***

— Всем спасибо, за работу! Встречаемся в понедельник в семь утра! Андреа позволила техникам снять с неё записывающее оборудование, а затем поправила одежду. Ей всё ещё не давала покоя та не-совсем-ссора с Мирандой почти месяц назад. К сожалению, после этого мероприятия у неё совсем не было времени, чтобы как-то встретиться с Пристли, так как на носу была командировка в Милан. Вернувшись через две недели, девушка могла только вспоминать о своих словах, сказанных совершенно без злого умысла. Разве не должна была Миранда сказать что-нибудь ехидное вроде «Я и без ваших признаний знаю, что вы слишком слабая, Андреа»? Не Миранда ли говорила, что никто не может делать то, что она делает? Так почему же в её глазах, в которых едва-едва появилась искра тепла, тут же разверзлась мрачная пучина океана? Этот вопрос мучил Андреа уже довольно долго. Она знала о характере Пристли не так уж мало, но реакция на вполне безобидные вещи могла быть совершенно непредсказуемой. Порой Сакс даже казалось, что сама Миранда тоже не знает, чего от себя ожидать. Прощаясь с коллегами, Энди шла на встречу загазованному воздуху улицы. Где-то вдалеке уже слышались мигалки полицейской машины, а совсем рядом со входом в здание, где она работала, рекламировали очередной магазин косметики. Рыжая девушка с ярко желтыми тенями для век решительно шагала вместе со встречным движением нью-йоркцев. Несколько секунд недоумения, а потом мгновенное узнавание. — Эмили! Девушка с недовольной гримасой нашла взглядом источник звука, и выражение её лица дрогнуло от неожиданности. Андреа рассмеялась не то от облегчения, не то от забавного почти испуга в глазах бывшей коллеги. Теперь у Эмили была более короткая стрижка, но все ещё шикарно уложенная. Энди всегда было интересно сколько же времени та проводит перед зеркалом. — Привет, Эмили, — Сакс подошла к Чарлтон. Теперь они стояли посреди широкого тротуара, по которому в разные стороны спешили нью-йоркцы. Они огибали их, словно преграду, которую видели каждый день. — Что тебе нужно? — Хей, я просто поздоровалась. Не нужно быть такой грубой, — Энди ощутила, как в груди заворочалось что-то знакомое и почти забытое. Эмили оглядела её с ног до головы, определенно пытаясь подражать убийственному взгляду своего кумира. — …Привет. Так что тебе нужно? На лице брюнетки сама собой появилась усмешка. Порой её бывшая коллега раздражала подобным поведением, но сейчас это казалось забавным, как ссора из-за пластиковой лопатки в песочнице. — Хотела узнать, как у тебя дела. Классная прическа, кстати. Эмили закатила глаза, но потянула Андреа за запястье, заставляя идти за собой. Почти как в тот день, когда Энди поднялась на второй этаж таунхауса, ведомая ложью близнецов. — Ничего особенного. Тебе бы тоже следовало обновить стиль. — Я учту, — Андреа усмехнулась. — Так как дела? — Безумие, безумие, сон, снова безумие. Нужно ли мне продолжать? К слову, я слышала, что у тебя неплохо идут дела. Они вместе перешли дорогу на одном из пешеходных переходов. Немного покосившийся светофор приветливо мигал своими лампочками. Вечерний город ярко пестрел огнями, пока они вместе брели по улице. Несмотря на то, что Чарлтон, как и всегда, общалась довольно своеобразно, Энди видела, что девушка рада видеть её спустя столько времени. Возможно, сыграли роль те платья, юбки и жакеты, которые она отдала ей после Парижа, а может и что-нибудь другое, но тем не менее Эмили не извергала проклятия, а это уже успех. Болтая по пути в никуда, Сакс снова задумалась о том, что же всё-таки было такого в её словах, что Миранда восприняла это так остро? Что-то обидное? — Послезавтра вечеринка у Кристофера. Весь офис дрожал от стресса, пока не пришло платье Миранды, — поделилась Эмили, поправив чёлку. Её черные лакированые босоножки хлестко стучали по брусчатке. — Что с ним? — Какие-то проблемы с курьерами. К счастью, я больше не имею к этому отношения, но выходить в коридор все равно не стала. Брюнетка ощутила, как её губы сами собой складываются в понимающую усмешку. Она ещё помнит, как по офису в одно мгновение проносился слух о лёгком раздражении начальницы. Ведь это легко могло вылиться в чьё-нибудь увольнение. — Понимаю. Миранда невыносима как обычно? — Ты же знаешь, что мы так не говорим, — немного помедлив, заметила Эмили, упрямо глядя перед собой. — Да, но все именно так и думают. Уж я-то знаю. После некоторого молчания Чарлтон с неохотой кивнула. — В этом есть доля правды. В последние недели она даже более невыносима, чем обычно. Или мне так только кажется. Хорошо, что она тебя не видит. Я представляю, как проходило то интервью с тобой. — Наоборот, во время интервью всё было чудесно, — Андреа покачала головой, глядя на ботинки впереди идущего мужчины. — Миранда была милой, насколько это возможно. — Ты уверена, что мы говорим об одном и том же человеке? Андреа не сдержала усмешки, посмотрев на Эмили. Так странно, что эта девушка работает гораздо дольше неё, но все ещё замечает лишь то, что Миранда показывает всему миру. Разве никто кроме неё не видит той глубины, что скрывается за фасадом? — Да, Эм. Но я чем-то обидела её и сама не знаю чем. Мы говорили на той вечеринке у Эдны Пикарди и... — Стоп. Та вечеринка, которая была три недели назад? — вновь остановившись, жёстко спросила Эмили. В ответ на такой напористый вопрос, Сакс молча кивнула. — Срань Господня, Эндрия, ты понимаешь, что из-за тебя она чуть не угробила весь офис? — Не думаю, что моя персона так для неё важна, — пожала плечами Андреа. Эмили же смотрела на неё взглядом человека, который смирился с тем, что он умрет из-за тупости другого человека. — Ты ошибаешься. Я не знаю почему, но твои слова расстроили её настолько сильно, что она довела до слез Патрика! Эндрия, ради всего остального мира, просто не говори с ней никогда больше. Сакс не сдержала недовольный смешок. Не говорить с Мирандой? Просто потому что она не так поняла её слова и в итоге устроила «Подиуму» кровавую баню? Вряд ли. — Уверена, что причиной была не только я. Может она сломала ноготь? — Это не смешно. После твоего побега в Париже Миранда стала придирчивой, вечно недовольной и ужасно презрительной. Я вижу закономерность, поэтому говорю тебе: не заговаривай с ней. Мы все хотим пожить ещё немного.