Враги, обреченные любить

От лица Райден. Я стояла в этом зале, окружённая охотниками, но ощущала себя как в пустыне — выжженной и одинокой. Перед глазами продолжал мелькать его образ. Джо Хён. Но не тот, кого я помнила. Не тот, кто когда-то смеялся со мной в подворотнях. Кто прятал мне мороженое за спиной и делал вид, что "ничего не видел". Кто защищал меня тогда, в самом начале, когда я была слишком слаба, чтобы защищать себя сама. Нет. Передо мной был другой человек. Чужой. Холодный. Слишком сильный. Слишком далёкий. И от этого казалось, что я теряю опору. Словно все воспоминания о нас — фальшивые. Словно я не того Джо Хёна помнила, не того держала в сердце. И теперь он смотрел на меня, как на незнакомку. Гул голосов охотников сливался в шум. Их взгляды — колкие, пустые — будто даже не касались меня. Я ощущала себя прозрачной. Уязвимой. Что-то внутри меня дрогнуло. Сердце сжалось. Я сжала руки в кулаки, но дрожь не исчезла. Она нарастала с каждым вдохом. Мои пальцы предательски слабеют, дыхание сбивается, грудная клетка будто сжимается со всех сторон. — Прекрати, — шепчу сама себе, но ком в горле не даёт сказать ничего громче. Слеза — одна, потом вторая — стекает по щеке. Я даже не осознала, когда они появились. Горячие, как будто душа расплавилась и потекла наружу. Я резко провожу рукой по лицу, стараясь стереть их. Но это глупо. Они уже здесь. Глупо. Слабо. «Что ты творишь? Тебя же видят», — злость на саму себя вспыхивает, но тут же тонет в новой волне беспомощности. Я сжимаю зубы. Нет. Я не могу оставаться здесь. Не могу позволить себе быть такой. Перед глазами снова мелькнул его взгляд. Пустой. Не мой Джо Хён. Не тот, кого я искала в чужих лицах все эти годы. Я чувствую, как земля уходит из-под ног. Шаг назад. Второй. Не думая, я резко разворачиваюсь и практически вырываюсь из зала. Меня охватило одно — бежать. Я не вижу лиц охотников, не слышу ни одного слова. Всё будто склеилось в сплошной шум, который хочется заглушить криком, но даже воздуха для этого нет. Прохожу мимо тяжёлых дверей Ассоциации. Холодный воздух ударяет в лицо, и только тогда понимаю, что выбежала наружу. Мои ноги сами ведут меня прочь. От лица Джинву Я смотрел ей в спину, пока она убегала. Каждое её движение будто эхом отзывалось у меня внутри. В груди было тяжело. Она сжалась, закрылась — и исчезла за дверью, не оставив ни шанса сказать хоть слово. Её слёзы... Я увидел их. Даже если она быстро попыталась их стереть, они не исчезли от моего взгляда. И этот момент, когда по её щеке скатилась первая — сжало мне грудную клетку, будто что-то обрушилось на голову. Я должен был что-то сделать. Сказать. Подойти. Но я остался стоять. Злость? Нет. Неловкость. И... вина? Почему? Почему я чувствую себя так, будто это моя ошибка? Я ведь не тот, кто вернулся из её прошлого. Не тот, кто оставил её тогда. И всё равно это ощущение давит. «Ты победил его», — холодно стучит мысль в голове. — «И теперь она смотрит так, будто снова потеряла». Что за дурацкие выводы? Я сжал кулаки. Мне не свойственны эти эмоции. Ни ревность, ни сожаление — тем более после победы. И всё же... я смотрел ей вслед, и это было больнее, чем любой удар, который мог нанести Джо Хён. Я хотел шагнуть за ней. Хотел догнать. Сказать что-то. Хоть что-то. Но ни одна мысль не собралась в цельную фразу. Что я мог сказать? "Не плачь?" — это не про неё. "Он не стоит твоих слёз?" — ещё хуже. "Я с тобой?" — я даже не уверен, что она приняла бы это сейчас. Чёрт. Это впервые со мной. Я чувствовал себя бессильным. Даже сильнее, чем в момент, когда уловил её шёпот перед боем: "куда ты пропал..." Секунда, и зал снова опустел. Остались только охотники Ассоциации, переговаривающиеся в углу. А я — стоял на месте, опустив руки и глядя на закрытые двери, в которые она ушла. Я знал, что найду её позже. Но почему сейчас я стою и впервые за долгое время думаю не как охотник, не как боец. А как тот, кто увидел, что даже такие, как Райден, могут вдруг стать хрупкими.