Искупление молодого барона.

Когда рано утром инквизитор открыл глаза, его взору предстала удивительная картина: в его комнате царил хаос, слуги сновали туда-сюда без видимой системы. Было непонятно, что происходит. Инквизитор, одетый лишь в брэ, вышел из комнаты и столкнулся с молодым бароном, который был немного смущён его видом. Телосложение инквизитора было превосходным: идеально скомплектованные и подсушенные мышцы, могучий каркас, покрытый шрамами и вязями святых знаков. Эти знаки, выжигаемые на теле инквизитора, служили основной защитой от всевозможных повреждений, которые могла нанести нечисть или заклинание. Также инквизиторы не могли быть заражены какой-либо болезнью, а знаки защищали их даже от смертельных проклятий. — Что здесь происходит? — произнёс инквизитор. — Наш старый маг устроил суматоху с самого утра. Слуги говорят, что он уже полтора часа бегает по двору, собирает куриные кости, оставшиеся с пира, и чертит ими знаки на земле. Говорит, что проводит какой-то магический эксперимент. Но, судя по тому, как он четыре раза подскользнулся и упал в грязь лицом, мне кажется, что он вчера перепил - старик умял целый бочонок южного вина. — Из-за этого старика, который давно уже в маразме, подняли такой скандал, что даже у меня в комнате происходит нечто непонятное. — А что происходит в вашей комнате, господин Инквизитор? — Как минимум то, что в моей комнате суета, из-за которой я не могу принять утреннее омовение и вынужден ходить по залу в неблагопристойном виде. Это довольно прискорбно, учитывая, что уже через пару часов мне нужно выдвигаться на осмотр деревенского кладбища. — Мы постараемся уложиться в кратчайшие сроки и не смеем вас задерживать. Наконец, утренние приготовления были почти завершены. После лёгкого перекуса хлебом и вином, оставшимися со вчерашнего пира, инквизитор приступил к облачению в свою броню, в чём ему помогали два оруженосца-монаха. Сначала он надел чепец и стёганый подкольчужник, которые закрепил завязками. Затем на его ноги натянули шоссы. Когда вся одежда, необходимая для ношения доспехов, была надета, начался следующий этап. На плечи инквизитора накинули кольчугу, которую закрепили ремнями на груди и поясе. Центровку рубахи также закрепили на поясе, а затем ему помогли надеть кольчужные шоссы, которые также закрепили на одежде и поясе, после чего надели сапоги с ремешками на носке, предназначенными для крепления сабатонов . Следующим этапом было надевание кирасы - её закрепили ремнями с боков и на плечах. Наплечники закрепили к кольчужным рукавам и к самой кирасе, точно так же как и наручи. Надели кольчужные поножи, состоящие из нескольких сегментов: коленной, предколенной и основной частей. Внизу к ним прикрепили сабатоны, надёжно укрывшие верхнюю часть сапога инквизитора. Накинув на плечи кольчужную бармицу, на голову надели шлем. Инквизитор был готов к выходу. На боку был закреплён моргенштерн, лёгкий топор и цеп. На противоположном боку меч - символ статуса, и небольшой фальшион. На груди расположилась перевязь с четырьмя небольшими метательными ножами. На боку левой ноги был закреплён малый арбалет с заряженным в него одним болтом. Ещё четыре болта были закреплены в специальных креплениях на левой части пояса. Это было сделано для того, чтобы в случае необходимости не нужно было долго заряжать арбалет, а можно было сразу его выхватить и сделать выстрел. За спиной инквизитора висел огромный щит, напоминающий павезу, только намного больше. Взяв в руки свой увеличенный клеймор, инквизитор был готов выдвигаться. Общая масса брони составляла 25000 эре, но не сковывала движения могучего воина, обеспечивая ему идеальную защиту против практически любого оружия. Инквизитор, взяв с собой четырёх монахов и шесть кнехтов, отправился в пешее путешествие к ближайшим деревням. Расстояние до них было небольшим, но поездка на лошади могла быть опасной: в любой момент можно было столкнуться с нечистью, и тогда лошадь могла понести. Наконец, Инквизитор добрался до деревни и начал расследование. Однако ожидаемых результатов оно не принесло. Кладбище оказалось ухоженным, всё было сделано по стандартам Святого ордена, даже с некоторым избытком. Например, вместо двух положенных святых знаков на каждом из 19 столбов было по три. Из-за этого обновлять знаки приходилось не раз в три года, а каждые два года. Но жители, судя по качеству знаков, исправно соблюдали правила и не скупились на обновление знаков и замену столбов. Видимо, они понимали, чем грозит им небрежность в этом вопросе. Инквизитор был доволен: ереси не обнаружено. В деревне он встретил пару колдунов, которые называли себя таковыми. Также к нему обратились два подозрительных крестьянина с просьбами проверить их деятельность. Однако проверка показала, что подозрения крестьян были безосновательны. В деревне жили два ведуна, которые собирали травы и некоторые ядовитые грибы для лечения крестьян. Ещё была знахарка, которая занималась тем же самым, но использовала слабые ведовские нашептывания. Орден не одобрял такие вещи, но и не устраивал гонений, ведь чем больше крестьян, тем больше золота в казну. Орден беспокоился только в случае крайней ереси, например, если ведун призывал каких-либо существ, пытался уничтожить храмы или учинял разбой. В основном крестьяне могли спать спокойно, пока не появлялся особо ретивый служитель веры. Таких было мало, но они были способны сжечь несколько деревень просто за то, что там живут ведуны. Однако в самом ордене такие не задерживались и были бы казнены, при наличии доказательств, как еретики и нарушители слова Святого ордена. Обратный путь занял гораздо больше времени. К тому же, уже стемнело. Нужно было быть осторожным, чтобы не поскользнуться и не упасть в придорожную канаву, заросшую кустарником. Инквизитор обратил внимание на что-то необычное. Сначала он не придал этому значения, но потом увидел в темноте леса красный огонёк. Он был один. Инквизитор подумал, что это, возможно, отблеск от чего-то, например, от масляной лампы, которой монах подсвечивал путь остальным. Но, попросив прикрыть лампу, он понял, что это именно красный огонёк. Он был небольшим, не больше половины ладони, но светил ярко в кромешной тьме ночи. Инквизитор должен был проверить, что это такое. Он начал осторожно спускаться с насыпи, а за ним последовали два монаха и два стражника. Когда ему показалось, что он приближается к огоньку, тот внезапно потух и снова появился, но уже дальше. Инквизитор ускорил шаг и на всякий случай достал щит и меч. Когда непонятный красный огонёк перемещается по тёмному ночному лесу, это вряд ли что-то обычное. Особенно если он перемещается так быстро. Огонёк начал кружить вокруг Инквизитора. Тот застыл на месте, держа оружие наготове и прикрывая себя от возможного удара. Но ничего не происходило. Внезапно монахи начали смеяться - истерично с надрывом, падая на колени. У обоих стражников на земле растекались лужи крови, которые впитывались в землю. Монахи стояли на коленях и смеялись. Их разум, казалось, был сломлен за считанные мгновения. Инквизитор почувствовал волну каких-то странных образов, но устоял. Его воля была крепка, а знаки, расположенные по всему телу, защищали его от воздействия на разум. Он ощущал сильное давление, но понимал, кто он и где находится. Монахи же с радостными улыбками достали ножи и перерезали себе горло. Что за чертовщина здесь происходит?! — подумал Инквизитор и громко воскликнул: — Покажись, выйди бой со мной! В ответ ему раздались десятки, если не сотни голосов, каждый из которых звучал по-своему. Внезапно он почувствовал, как рядом хрустят ветки, и взмахнул клеймором, снося несколько кустов на своём пути. Послышались визг и крики, а Инквизитор бросил на землю масляную лампу, закреплённую у него на поясе. горящее масло растеклось, подсвечивая силуэты, снующие вокруг него в темноте. Многие из них были похожи на людей, другие же не имели ничего общего с человеческими существами. — Бесенячьи отродья смеют бросать мне вызов?! — Взревел Инквизитор, взмахнув мечом разрубил силуэт по диагонали. Ещё одно движение щитом — и ещё один противник падает в грязь. Инквизитор не церемонясь, просто раздавил его череп, наступив сверху. Ещё одно движение мечом — и сразу несколько силуэтов лишаются рук, а некоторые — ног. В мгновение всё замирает. Инквизитор видит впереди себя огонь. — Что здесь творится?! — снова восклицает он. Инквизитор тратит ещё несколько минут на бесплодные попытки догнать огонь и понять, что это такое. На ходу он отбивается от нападающих на него существ. Кажется, они больше не смеются, понимая, что нападать на инквизитора — плохая идея. Либо по какой-то другой причине, может они хотят усыпить его бдительность. Но воин Святого Ордена не для того, чтобы сгинуть в безызвестном лесу, тренировался всю свою жизнь и пережил множество испытаний. Когда огонь снова перемещается от него, в сознании Инквизитора внезапно возникает мысль: кажется, он знает, с чем столкнулся. Не раздумывая, он резко разворачивается и без особого размаха бьёт щитом позади себя, а затем вонзает меч в трепыхающееся тело лежащего на земле существа. В тот же миг все окружающие его бесы исчезают. «Так вот он какой, богинка...» — тихо произносит Инквизитор, глядя на пронзённое тело. С таким существом он никогда не сталкивался ни на обучении, ни на испытаниях. Это было связано с тем, что пленить это существо невозможно — оно может перемещаться куда угодно в пределах знакомого леса. Поэтому он видел его ранее только мёртвым. А ещё он знал описание его действий, но как победить его вспомнил только сейчас. И как только он это сделал, сразу же победил его. Почему же эта простая мысль не пришла ему в голову раньше? Всё просто. Хоть он и защищён от большинства воздействий на разум, но всё же некий морок может оказать на него сильное ментальное воздействие. Например, демон не пытался сломить его волю — он просто подменил понятия, заставив использовать чистую святую ярость. Вот только ему не хватило силы, чтобы полностью сбить с толку Инквизитора. Где можно лучше всего скрыться, когда твоя жертва смотрит за блуждающим огоньком? Правильно — у неё за спиной. Вернувшись к дороге, он увидел, что монахи и стражники стоят в ожидании. Они стояли в центре Святого Круга разложенного из серебряных монет специальной огранки. Инквизитор спокойно перешагнул через него, и только тогда стражники расслабились. — Были ли какие-то причины для создания Святого Круга? — спросил Инквизитор у монаха. — Да, были, — ответил монах. — Когда вы ушли, к нам приблизились существа, похожие на заблудших. Как известно, никто, кроме инквизитора, не может с ними справиться, поэтому и пытаться бесполезно. Вот мы и поставили круг для защиты от них. Когда звуки битвы стихли, они исчезли, как будто растворились в воздухе. Инквизитор записал "Заблудшие не могут проникнуть в святой круг" в книгу о нечисти и убрал её под кирасу в специальный карман. — Давайте ускорим шаг, пока на нас не напали, — сказал он. Один из монахов вдруг сказал: — У меня странное чувство. Может быть, не будем убирать Святой Круг и подождём ещё несколько минут для гарантии? — Хорошо, мы подождём, — согласился Инквизитор — Можешь ли ты сказать, с чем связаны твои опасения? — спросил он у монаха. — Просто посмотрите туда, — монах указал за спину Инквизитора. Инквизитор повернулся и увидел, как в лесу загораются красные огоньки. Два, три, пять — с разных сторон, в разных местах. Инквизитор присмотрелся и понял, что с другой стороны леса происходит то же самое. Он насчитал больше тридцати огоньков. — Господин Инквизитор, мне показалось странным это место. С одной стороны всё идеально, но с другой... Как такое возможно? Мы же посетили множество мест, знали, как обычно бывает, но здесь всё иначе. Мы ходили там, как слепцы, и думали, что всё идеально, а теперь... Смотрите туда, — монах указал на дорогу, ведущую в деревню. Инквизитор увидел, как к ним медленно приближаются тёмные силуэты. Они шли к инквизитору и его отряду...