Между строк

      Хёнджин не знал, как можно быть постоянно счастливым. Нет, правда. Никогда не понимал. Это даже раздражало. Феликс будто родился с этим светом внутри, который невозможно потушить. В любую секунду, когда ты чувствуешь себя подавленным или раздражённым, он подойдет, улыбнётся своей фирменной улыбкой и скажет что-то настолько простое, что должно, по его мнению, всё исправить.       «Неужели у него всё настолько прекрасно, что он может быть таким?», — размышлял Хёнджин, нервно постукивая пальцами по краю стола. Да нет, невозможно. Никто не может быть таким идеальным. Такие люди… Такие люди всегда бесили его.       Наверное, его раздражало даже не то, что Феликс всегда улыбался, а то, что он был настолько искренним в своей доброте. Казалось, что Феликс воспринимал мир иначе, будто видел что-то, чего Хёнджин никогда не замечал. И, чёрт возьми, это раздражало больше всего. Почему? Почему кто-то мог быть настолько лучезарным в мире, который, по мнению Хёнджина, всегда требовал борьбы и силы?       Его мысли прервал звук хлопка двери. Феликс вошёл в комнату, держа в руках две чашки чая.       — Я думал, тебе стоит отдохнуть, — сказал он своим привычным тёплым голосом, протягивая одну из чашек Хёнджину. — Ты выглядишь уставшим.       «Как ты это делаешь?» — Хёнджин мысленно закатил глаза. — «Как можно быть настолько… идеальным?»       Он не ответил, лишь взял чашку и уткнулся взглядом в окно.       — Всё нормально? — продолжил Феликс, присаживаясь рядом.       — Почему ты всё время улыбаешься? — вдруг вырвалось у Хёнджина. Феликс слегка удивился, но его улыбка никуда не исчезла.       — А почему бы и нет?       «Вот оно», — подумал Хёнджин. — «Ответ ни о чём, как всегда».       — Это странно, — бросил он, не отводя взгляда от окна.       Феликс тихо рассмеялся, словно это был самый обычный вопрос, и поставил свою чашку на стол.       — Может быть, странно. Но разве плохо, когда у кого-то есть что-то хорошее, чем можно поделиться?       Эти слова снова вызвали у Хёнджина странное чувство. Что-то между раздражением и… чем-то, что он не хотел признавать. Хёнджин фыркнул, ставя чашку на стол с заметным стуком.       — Поделиться? Ты думаешь, что твоя улыбка — это что-то, что всем нужно?       Феликс перестал улыбаться, его лицо слегка напряглось, но он старался не подавать виду.       — Хёнджин, что ты хочешь этим сказать? — его голос звучал мягко, но в нём уже чувствовалось напряжение.       — Ничего, — резко ответил Хёнджин, наконец глядя прямо на Феликса. — Просто интересно, сколько ещё ты будешь пытаться быть таким… идеальным?       — Идеальным? — Феликс нахмурился, его голос стал холоднее. — Это так ты видишь меня?       — А как иначе? Ты ведёшь себя так, будто у тебя вообще нет проблем. Будто весь мир — это радужная картинка. Это раздражает, Ликс.       Феликс почувствовал, как что-то внутри него ломается. Он поднялся со стула и скрестил руки на груди.       — Раздражает? Ты думаешь, я улыбаюсь, потому что мне легко? Потому что у меня всё идеально?       — Ну да, а что ещё? — Хёнджин пожал плечами, словно это было очевидно. Феликс усмехнулся, но его голос дрогнул.       — Ты даже не пытаешься понять, что происходит на самом деле. Может, я улыбаюсь, потому что это всё, что я могу делать, чтобы не сойти с ума. Потому что мне некуда деваться, кроме как спрятаться за этим.       Хёнджин молчал, но в его взгляде не было сожаления — только замешательство.       — Знаешь, что? Забудь. Если это тебя так раздражает, я перестану быть для тебя таким «идеальным», — Феликс развернулся к двери, но прежде, чем уйти, обернулся. — Может, сначала разберись в себе прежде, чем осуждать других.       Он вышел, хлопнув дверью, и тишина заполнила комнату.

Следующий день

      В комнате отдыха повисло странное напряжение. Обычно Хёнджин и Феликс вместе обсуждали планы или болтали с остальными, но сегодня они сидели на разных концах комнаты, уткнувшись в телефоны, игнорируя друг друга.       — Что с ними? — прошептал Чонин, наклоняясь к Чанбину.       — Без понятия, — ответил Чанбин, сжимая плечами. — Вчера вроде всё было нормально.       — Может, поругались? — предположил Сынмин, делая глоток воды.       Чан оглядел комнату и нахмурился. Они давно не видели их такими — Феликс был непривычно молчалив, а Хёнджин избегал даже случайных взглядов в его сторону.       — Ладно, раз они не говорят, мы не будем лезть, — сказал Чан, словно подводя итог. — Но если это затянется, придётся разобраться. Мы не можем позволить этому испортить динамику группы.       Хёнджин присел на диван и закрыл глаза, чувствуя, как усталость медленно овладевает его телом. Он проваливался в сон, почти не замечая, как шум в комнате растворился.       В его сне всё было иначе. Он стоял в полутёмной комнате, где свет откуда-то сверху падал мягкими бликами, создавая уютную, почти интимную атмосферу. Комната казалась незнакомой, но в то же время странно родной.       — Хёнджин?       Он обернулся. Голос, который он узнал бы среди тысяч, прозвучал так близко, что его сердце пропустило удар. Феликс стоял перед ним, немного смущённо улыбаясь, но в глазах читалось что-то новое — не привычная доброта, а нечто более глубокое, даже опасное.       — Ты здесь… — тихо произнес Хёнджин, хотя сам не знал, почему это кажется таким важным.       Феликс шагнул ближе, их расстояние сокращалось с каждым его движением.       — Я всегда здесь, — ответил он, а затем мягко прикоснулся к его руке. Это прикосновение будто прожгло кожу, заставляя сердце Хёнджина стучать быстрее.       Он хотел что-то сказать, но слова застряли в горле. Вместо этого он почувствовал, как Феликс приближается, их дыхания смешиваются. Тёплые пальцы Феликса коснулись его лица, осторожно, словно проверяя, действительно ли это Хёнджин перед ним.       — Ты тоже это чувствуешь? — прошептал Феликс, его голос дрожал, как струна на пределе натяжения.       — Чувствую что? — ответил Хёнджин, хотя ответ был очевиден.       Но прежде, чем он успел что-то ещё сказать, Феликс наклонился ближе, их губы встретились. Это было неожиданно — нежно, но в то же время наполнено скрытой страстью, которая угрожала вырваться наружу. Хёнджин почувствовал, как его ноги подкашиваются, но он не отступил.       Сон становился всё ярче. Они оказались на мягком покрывале, Феликс притянул его к себе, их поцелуи становились глубже, горячее. Его руки медленно скользили по телу Хёнджина, вызывая тепло, которое он никогда раньше не испытывал.       Феликс смотрел на него, глаза блестели в полумраке.       — Почему ты всегда борешься с собой, Хёнджин?       Эти слова пробудили в нём вихрь эмоций: страх, влечение, нежность. Его сердце билось так сильно, что он боялся, что оно вот-вот выскочит из груди. Он хотел ответить, хотел сказать что-то важное, но вместо этого Феликс вновь накрыл его своими губами. Всё остальное потеряло значение.       Внезапно комната начала тускнеть. Всё вокруг стало расплываться, а тепло исчезло, оставив только холод.       Хёнджин резко проснулся, задыхаясь. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что это был сон. Его сердце всё ещё бешено колотилось, а тело ощущало тепло, которое оставил этот сон.       — Чёрт… — прошептал он, закрывая лицо руками.       Он сидел на диване, пытаясь выровнять дыхание, но мысли не отпускали. Всё это было таким ярким, реальным, будто это произошло на самом деле.       — Такие сны же ничего не значат, правда? — пробормотал он, убирая волосы с лица. — Тем более, он мне не нравится.       Он медленно встал, будто опасаясь, что сон снова накроет его. Затем, будто пытаясь убежать от странного ощущения, добавил:       — Просто нужно сходить в клуб. Развеяться.       С этими словами он направился к двери, всё ещё ощущая странную тяжесть в груди.       Хёнджин быстро оделся, стараясь не думать о странных остатках сна, которые, казалось, всё ещё тяготили его разум. Он надел чёрную футболку, кожаную куртку и немного рассеянно поправил волосы перед зеркалом.       — Развеяться. Просто выпить и послушать музыку, — пробормотал он, надевая ботинки.       Он взял ключи и вышел, не сообщив никому из ребят, куда направляется. Вечерний воздух был прохладным, но это его не беспокоило. Всё, чего он хотел — это заглушить этот странный комок эмоций, вызванный сном, и забыться.       Когда он вошел в клуб, его встретила громкая музыка, разноцветные огни и толпа танцующих людей. Здесь было шумно, оживлённо, и это как раз то, что ему нужно. Он направился к бару, заказал коктейль и облокотился на стойку, глядя на танцующую толпу. Люди казались ему далёкими, почти чужими, но он заставил себя улыбнуться.       — Почему ты такой мрачный? — спросил бармен, протягивая ему напиток.       — Просто устал, — ответил Хёнджин, сделав глоток. Алкоголь приятно согрел горло, и он почувствовал, как напряжение немного спадает.       Несколько минут он просто сидел, наблюдая за толпой, пока к нему не подошла девушка. Она выглядела уверенно: блестящее платье, яркая помада, уверенная улыбка.       — Ты тут один? — спросила она, чуть наклоняясь ближе, чтобы перекричать музыку. Хёнджин мельком взглянул на неё и, почувствовав желание отвлечься, слегка улыбнулся.       — Кажется, уже нет, — ответил он.       Она рассмеялась, и они начали разговор. Сначала это было приятно — лёгкий флирт, шутки, коктейли. Но чем больше он слушал её, тем больше его мысли возвращались к тому сну. Её прикосновения были слишком резкими. Её смех — слишком громким. Её улыбка — совсем не той, что он видел во сне. В какой-то момент девушка предложила выйти на танцпол, но Хёнджин отрицательно покачал головой.       — Прости, мне нужно отойти, — сказал он, оставляя её у стойки.       Он пробрался через толпу и вышел из клуба. Холодный воздух ударил в лицо, но это только немного прояснило его мысли.       — Чёрт… — он провёл рукой по волосам, чувствуя, как раздражение накатывает волной.       Он направился обратно к общежитию, не замечая, как быстро он шагает. Ему хотелось вернуться в привычное окружение, хотя бы в тишину своей комнаты.       Когда он открыл дверь, в гостиной горел свет. Феликс сидел на диване с книгой в руках, словно дожидаясь кого-то.       — Поздновато вернулся, — заметил он, не отрывая взгляда от страниц.       Хёнджин замер. Ему казалось, что он всё ещё во сне, настолько странно было видеть Феликса вот так — таким спокойным, настоящим.       — А ты всё ещё не спишь, — ответил он, стараясь звучать безразлично.       Феликс наконец поднял взгляд. Их глаза встретились, и Хёнджин почувствовал, как его сердце снова начинает колотиться.       — Тяжелый день? — спросил Феликс, его голос был мягким, но в нём чувствовалась осторожность.       Хёнджин закусил губу, стараясь подавить все эмоции, которые нахлынули. Он просто кивнул, а затем, не сказав больше ни слова, прошел мимо него в свою комнату, закрыв за собой дверь.       Когда он сел на кровать, голова гудела от мыслей. Феликс снова оказался ближе, чем он хотел бы. «Это ничего не значит», — подумал он, проваливаясь в подушку. Но он знал, что сам себе лжёт.

***

      Наутро Хёнджин проснулся с ощущением тяжести на душе. Его сон и последующий вечер всё ещё висели над ним, будто густой туман, который он не мог развеять. Почему он так остро отреагировал? Почему его мысли снова и снова возвращались к этому?       Он провёл рукой по лицу, стараясь собраться с мыслями. «Это просто усталость», — уверял он себя. — «Слишком много работы, слишком много всего. Такие мысли и сны — просто результат переутомления».       Но что-то внутри него не давало покоя. Феликс. Его улыбка, его голос, его прикосновения в том сне… Всё это казалось таким реальным. Настолько реальным, что он почти ощущал тепло его рук даже сейчас. «Нет», — Хёнджин резко поднялся с кровати, пытаясь отбросить эти мысли. — «Я не могу думать об этом. Тем более о нём. Это просто… привычка видеть его рядом, вот и всё. Мы ведь в одной группе. Это естественно». Но каждое оправдание, которое он придумывал, только усиливало его раздражение. Ему казалось, что он запутался в собственных чувствах, которые не хотел признавать.       Он взглянул на часы: пора было вставать и присоединяться к остальным на тренировке.       Когда он зашёл на кухню, Феликс уже там был. Он сидел за столом с чашкой кофе, просматривая что-то на телефоне.       — Утро, — тихо бросил Хёнджин, проходя мимо, чтобы налить себе воды.       — Утро, — ответил Феликс, не поднимая взгляда.       Хёнджин почувствовал облегчение от того, что Феликс не пытался начать разговор. Но в то же время его раздражала эта непринужденность. Как будто Феликс даже не замечал, как всё внутри Хёнджина бурлит.       — Ты вчера куда-то уходил? — спросил Феликс, наконец взглянув на него.       — А тебе зачем знать? — резко ответил Хёнджин, оборачиваясь к нему. Феликс нахмурился, его спокойствие начало уступать место раздражению.       — Просто спросил. Забудь.       Молчание повисло в комнате. Феликс вновь уткнулся в телефон, но было видно, что он напряжён. Хёнджин сделал глоток воды, но не мог удержаться от того, чтобы не бросить ещё одну реплику:       — Ты вообще когда-нибудь злишься? Или твоя улыбка действительно твой единственный ответ на всё?       Феликс опустил телефон и посмотрел на него. На этот раз его взгляд был холодным.       — Ты хочешь, чтобы я разозлился? Отлично, поздравляю, у тебя получилось.       Хёнджин почувствовал, как внутри что-то сжалось. Он не хотел этого, но не мог остановить себя.       — Просто ты всегда такой… правильный. Это нереально.       Феликс резко встал из-за стола.       — Знаешь, Хёнджин, может, ты слишком много времени тратишь на то, чтобы придумывать, кто я, вместо того, чтобы просто спросить.       Он развернулся и вышел из кухни, оставив Хёнджина в полном замешательстве.

***

      Весь день между Хёнджином и Феликсом висело напряжение, настолько ощутимое, что остальные ребята не могли его не заметить. Они избегали взгляда друг друга, стараясь находиться в разных углах зала. Хёнджин делал вид, что сосредоточен на своих движениях, но его раздражение мешало ему сосредоточиться.       — Стоп, Хёнджин! — громко сказал Бан Чан, прерывая тренировку. — Ты сбиваешься с ритма уже третий раз подряд.       — Я просто устал, — буркнул Хёнджин, бросая короткий взгляд на Феликса, который стоял неподалёку.       Феликс, в свою очередь, никак не отреагировал, но его лицо было напряжённым. Он стоял молча, будто пытался изо всех сил сохранять спокойствие, хотя внутри него бушевала буря. Затем он быстро развернулся и, ничего не сказав, вышел с комнаты.       — Может, сделаем перерыв? — предложил Минхо, пытаясь разрядить обстановку.       Чан вздохнул и кивнул:       — Ладно, пятнадцать минут.       Хёнджин вышел из зала, хлопнув дверью так, что звук эхом раздался по всему коридору.       — Ну, что это было? — пробормотал Сынмин, глядя ему вслед.       — Что бы это ни было, — сказал Джисон, — они явно не в настроении обсуждать.       Когда Хёнджин вернулся из коридора в надежде перекусить, он вновь наткнулся на Феликса. Тот сидел за столом, держа в руках чашку с кофе. Он поднял взгляд, и их глаза встретились на мгновение.       — Если ты пришёл опять испортить мне настроение, можешь даже не пытаться, — холодно сказал Феликс, первым нарушив молчание. Хёнджин хмыкнул, наполняя стакан водой.       — Это ты так думаешь, что тебе его можно испортить. Ты же всегда такой жизнерадостный, — произнёс он с ядовитой ноткой в голосе.       — Ты опять за своё? — Феликс поставил чашку на стол и встал, глядя на Хёнджина. — Знаешь, Хёнджин, иногда мне кажется, что тебе просто нравится спорить.       Хёнджин обернулся, глядя на него с вызовом.       — А тебе нравится всё сглаживать, да? Притворяться, что у тебя всё под контролем и всё идеально.       Феликс скрестил руки на груди.       — Может, дело в том, что я не бегу от своих эмоций, как ты?       Эти слова задели Хёнджина сильнее, чем он ожидал. Он не смог сдержать вспышку гнева.       — А ты, значит, всё о себе понимаешь? Ты знаешь, что творится внутри тебя? Или ты просто настолько боишься, что прячешься за своей фальшивой улыбкой?       Феликс сжал кулаки, стараясь сохранить спокойствие.       — Если ты хочешь продолжать кричать, пожалуйста, но я не собираюсь слушать твои оскорбления.       С этими словами он развернулся и вышел, оставив Хёнджина стоять в полном замешательстве.

***

      Вечером Феликс сидел в общей комнате с Чонином и Джисоном, пытаясь отвлечься от мыслей о Хёнджине. Но даже их разговоры не могли заглушить то раздражение, которое всё ещё кипело внутри него.       — Ликс, ты в порядке? — спросил Чонин, заметив его напряжённость.       — Да, всё нормально, — отозвался Феликс, хотя его голос звучал неубедительно.       — Правда? Потому что у вас с Хёнджином какая-то странная энергия, — добавил Джисон с улыбкой, но с долей серьёзности. Феликс вздохнул и покачал головой.       — Просто… не спрашивайте, ладно?       Чонин и Джисон переглянулись, решив не настаивать, но их беспокойство оставалось.

***

      Чуть позже ребята решили устроить небольшой отдых после напряжённого дня. Джисон подключил приставку к телевизору, и почти все собрались в общей комнате, чтобы немного развеяться.       — Ну что, кто сегодня станет королём гонок? — с энтузиазмом заявил он, вытягивая геймпады.       — Точно не ты, — хмыкнул Минхо, усаживаясь на диван рядом с Чаном.       — А вот это мы сейчас и проверим, — засмеялся Джисон.       Феликс сидел в углу дивана с подушкой в руках. Он старался выглядеть вовлечённым, но его улыбка была не такой яркой, как обычно. Напряжение в комнате было почти осязаемым, и все знали причину — Хёнджин и Феликс.       Хёнджин зашёл в комнату чуть позже всех с бутылкой воды в руке. Он молча сел в кресло, подальше от Феликса, но его взгляд скользнул в его сторону. Феликс сделал вид, что не заметил.       — Ладно, кто первый? — спросил Джисон, размахивая геймпадом.       — Я! — крикнул Чанбин, вырывая контроллер.       — Ну всё, готовьтесь проигрывать! — поддразнил его Минхо.       Игры начались. Ребята смеялись, поддразнивали друг друга, спорили о том, кто нечестно играет. Только Хёнджин и Феликс сохраняли отстранённость. Когда настала очередь Хёнджина, он встал и взял геймпад, пытаясь сосредоточиться. Но Феликс не смог удержаться от саркастичного комментария:       — Надеюсь, хоть в этом ты не проиграешь.       Хёнджин замер, крепче сжав геймпад. Его взгляд устремился прямо на Феликса.       — Может, ты тоже попробуешь, вместо того чтобы сидеть и язвить?       Феликс усмехнулся, откинувшись на спинку дивана.       — Не переживай, у тебя есть шанс хотя бы здесь почувствовать себя лучше.       В комнате повисла напряжённая тишина. Остальные участники переглянулись, явно не зная, как сгладить ситуацию.       — Эй, ребята, расслабьтесь, — неловко сказал Бан Чан, пытаясь разрядить обстановку. — Это всего лишь игра.       — Да, игра, — бросил Хёнджин, резко отворачиваясь. — Не стоит её так серьёзно воспринимать.       Но настроение в комнате уже изменилось. Даже Хёнджин и Феликс теперь чувствовали себя неловко. Феликс встал с дивана, всё ещё сдерживая злость.       — Я пойду. Кажется, не очень подходящее время для веселья.       Он вышел из комнаты, не глядя ни на кого.       — Ну, и зачем ты так? — тихо спросил Сынмин, глядя на Хёнджина.       — Как «так»? — резко ответил Хёнджин.       — Ты ведь понимаешь, что обстановка между вами испортила весь вечер, — добавил Чанбин.       Хёнджин ничего не ответил. Вместо этого он положил геймпад на стол и ушёл в свою комнату.