Сквозь занавес

— Да не мог он бросить имя в кубок. Как только половина профессоров вместе с Поттером скрылись в маленькой комнате зал загудел. — Ты, случаем, не давала никому кроме нас то зелье? - спросил Джордж. — Конечно, нет, - я достала из кармана пузырёк, - я его запечатала и больше не открывала. — Тогда как он бросил своё имя в Кубок? - задумалась Анджелина. — Не исключено, что Поттер мог попросить кого-то из совершеннолетних, - предложила я, - но зачем ему это? Ладно Рон, я бы не удивилась, если бы он кинул своё имя, но Гарри... Я осмотрелась. Весь наш стол сидел с удивлёнными лицами, в то время как остальные столы негодовали. Больше всех, как оказалось, возмущался Пуффендуй. — Бедняги, первый раз их факультет может проявить себя, а тут такое, - вздохнула Джонсон, принимая ненавистные взгляды. — Завтра весело будет, - протянул Фред, и в это же самое мгновение вернулась профессор Макгонагалл и разогнала всех по комнатам. Наутро вся школа гудела о том, что Гарри Поттер — четвёртый чемпион. Что меня удивило, так это Рон, который по школе ходил угрюмый и злой. Озадачившись этим, я решила спросить у Гарри. — Привет, - я подсела к нему в гостиной, - ты как? — Пойдёт, - ответил он, смотря в огонь, - а как должно быть? — Не знаю, ты же теперь чемпион, - невесело протянула я. — Я не бросал своё имя в Кубок. — А я не сказала, что ты сделал это, - я скрестила ноги, - а что с Роном? — Думает, что я бросил имя. — Ну он придурок, с этим нужно просто смириться. Поверь, после первого состязания прибежит как миленький, - Гарри вздохнул, после чего его примеру последовала и я, - писал Сириусу? — Нет ещё, - сказал он, - не хочу, чтобы его поймали, он же прибежит сюда. — Если ты не напишешь, он все равно узнает это от меня. — Я не хочу, чтобы он подвергался опасности. — Гарри, мы все за тебя переживаем. Хочу напомнить, что несовершеннолетним волшебникам не просто так нельзя участвовать. Делай что хочешь. В тот же день я написала письмо отцу.

Пап,

В «Хогвартсе» избрали чемпионов. Гарри — четвёртый. Не знаю, написал ли он тебе, но я посчитала это очень важным. В замке что-то происходит, напряжение витает в воздухе постоянно. Ко всему прочему, все считают, что Гарри сам закинул имя в Кубок (чему я не верю). Напиши, как ты себя чувствуешь.

Сара

Воспользовавшись совой Алисии, я отправила отцу письмо. В моей голове крутились сотни мыслей, начиная Турниром, заканчивая Каркаровым, подозрительно смотревшим на меня в первый день. В понедельник я с Алисией и Анджелиной шла с Истории Магии, пока Фред, Ли и Джордж только начинали просыпаться. — Если я ещё хоть раз увижу эти значки в коридоре, я вырву их и засуну в... — Тихо, - шикнула Алисия, когда мы проходили мимо Снейпа. Половина студентов «Хогвартса» ходили со значками, где было написано «Поттер — вонючка». Это безумно злило меня — Гарри вероятно тоже. — Забей ты на это, - пожала плечами Анджелина, - успокоятся. К тому же, это не совсем твои проблемы. Расслабься. — Гарри — крестник отца, поэтому он мне как брат. Так что я не позволю каким-либо образом задевать Поттера этими идиотскими значка... И тут я чуть не полетела вниз. Какой-то студент «Дурмстранга» шёл впереди меня и почти сбил меня с ног, благо, я схватилась за стену. — Я всё понимаю, но можно чуть-чуть смотреть по сторонам? - недовольно заявила я, наконец рассмотрев дурмстрангца. Он был немного ниже Фреда, с короткой, как у Крама, стрижкой. У него были яркие голубые глаза, чёрные волосы — типичная славянская внешность. — Извиняюсь, - с акцентом сказал он, - тут... очень узкие лестницы. — Идти можно ровно, - я закатила глаза, дальше спускаясь. — Но я же извинился, - парень пошёл за мной и девочками, круто развернувшись. — Отлично, я тебя прощаю. — По тебе не видно. — Всё, отстань. — Ладно, - он резко обогнул нас и стал передо мной, - мне очень стыдно, - он слегка улыбнулся, - кстати, я Сава. Сава Данков. А ты? — Спасибо за информацию ,Сава, до свидания, - я прошла мимо него с девочками, после чего скрылась в одном из коридоров, - придурок какой-то. — Ну он же извинился, - сказала Анджелина, - а ты раздула из мухи слона. Остынь. Я вздохнула, после чего мы молча дошли до гостиной. Там я увидела Гарри, держащего два письма. Я подошла к нему, и он протянул мне одно из.

Сара, опасно писать то, что мне хочется. Письмо от Гарри я получил. Нужно переговорить с глазу на глаз. Сделай так, чтобы мы могли встретиться у камина в гостиной в час ночи с 21-го по 22-е ноября. Гарри будет с тобой. По-прежнему сообщай мне обо всех странностях, что происходят в «Хогвартсе», даже если Гарри молчит.

Сириус

— Что значит «с глазу на глаз»? - озадачился Поттер. - Он же не полезет в замок? — Надеюсь, что нет, - сказала я, с беспокойством смотря на письмо. Постепенно приближался день первого состязания. В «Хогвартсе» эта тема стала чуть ли не единственной, которую обсуждали. В основном всё шло как обычно — огромная куча домашнего задания, переписка с Римусом насчёт происходящего (ему я также написала про четвёртого участника, на что он мне прислал «Ежедневный пророк» с интервью Риты Скитер), а также прогулки с Фредом. Также быстро приблизилось двадцать второе ноября. Поэтому в субботу вечером я допоздна засиделась с Фредом, смеясь с чего-то, после чего он ушёл спать. В гостиной остались только я и Гарри, вот-вот вернувшийся откуда-то. — Драконы, - прервал тишину Поттер. — Что «драконы»? — Первое состязание. — Откуда ты знаешь? - спросила я, подняв бровь. — Я только что ходил с Хагридом в Запретный лес, он сказал мне. Помнишь, тогда в Хогсмиде он попросил меня встретиться с ним? Я вздохнула, обдумывая происходящее. Не думаю, что даже я справилась бы с драконом, а тут Гарри... Вдруг из раздумий меня вывел треск огня. Я подняла взгляд и увидела голову отца, после чего вместе с Гарри села на корточки перед камином. — Привет, пап, - сказала я, широко улыбнувшись. — Сириус, ты как? - спросил Поттер. Я соврала бы, если бы сказала, что не заметила изменений во внешности отца. Он подстригся, его лицо округлилось и помолодело, по сравнению с тем разом, когда я его видела. — Про меня не будем. Вы как? — Пойдёт, - ответила я. — Я... - Гарри вдруг прорвало. Он говорил обо всём: никто не верит, что он не по собственной прихоти стал участни­ком Турнира; Рита Скитер наплела о нем с три короба в «Пророке», и теперь, куда бы он ни пошел, его осыпают градом насмешек. А главное, ему не поверил лучший друг, позавидовал его славе, - и вот только что Хагрид пока­зал мне драконов, наше задание во вторник. Это поги­бель, - в отчаянии закончил он. Сириус с состраданием смотрел на Гарри. Глаза у него все еще не утратили мертвого, загнанного выражения, подаренного Азкабаном. Дав крестнику выговориться до конца, он начал: — С драконами справиться просто, объясню через минуту. У меня совсем мало времени. Я проник в дом не­знакомых волшебников, воспользовался их камином, но хозяева могут вернуться в любую минуту. А надо кое о чём предупредить вас обоих. — Предупредить? - спросил Гарри с досадой. — Каркаров был Пожирателем Смерти. Ты ведь знаешь, что это такое? — Кто? Каркаров? — Он сидел со мной в Азкабане, но его выпустили. Даю голову на отсечение, Дамблдор потому и пригласил в этом году в «Хогвартс» мракоборца Грюма, чтобы он глаз с него не спускал. Грюм раскрыл Каркарова. И того от­правили в Азкабан. — Почему его выпустили? - спросила я. — Он пошёл на сделку с Министерством магии, - отец нахмурился, - сказал, что раскаивается. И готов назвать несколько имен. Многие оказались в Азкабане по его милости. Там его ненавидят, я это знаю. С тех пор он преподает в «Дурмстранге», учит своих учеников тёмным искусствам. Так что будь осторожен с его чемпионом, Гарри. — Буду… Так ты думаешь, это Каркаров бросил моё имя в Кубок? Но тогда он классный актер. Он взбеленился, ус­лыхав, что будет четвёртый участник. Требовал, чтобы ещё раз зажгли Кубок. — Да, его актёрский талант известен. Удалось же ему убедить Министерство в искреннем раскаянии. И ещё, всё это время я внимательно следил за публикациями в «Ежедневном пророке». — Римус тоже, - тихо добавила я. — Читая в прошлом месяце статью этой Скитер, я сквозь строчки узнал, что перед приездом в «Хогвартс» Грюм подвергся ночному нападению. Знаю, она пишет, это его очередной бред, - поспешно прибавил Сириус, видя, что Гарри хочет возразить, - но я так не думаю. Кому-то нежелательно его присутствие в «Хогвартсе», оно может мешать. Но никого это не насторожило: ведь Грю­му всюду мерещатся происки врагов. Нет, ему не мере­щится. Грюм был лучший мракоборец в Министерстве. — Так ты думаешь, это Каркаров хочет меня убить? Но почему? - озадаченно спросил Гарри. Отец немного помедлил. — До меня доходят тревожные слухи. В последнее вре­мя Пожиратели Смерти очень оживились. Подтвержде­ние этому — Чемпионат мира по квиддичу. Кто-то послал в небо Тёмную Метку… И ещё. Вы слышали об исчезнове­нии одной ведьмы из Министерства? — Берты Джоркинс? - вспомнила я знакомое имя. — Да. Она пропала где-то в Албании. По слухам, имен­но там находится последнее убежище Волан-де-Морта. А ведь она знала, что готовится Турнир Трёх Волшебни­ков. — Каркаров может быть к этому причастен? — Ну, - отец раздумывал, - вполне возможно. Не исключаю этот вариант. — В первый день он явно узнал меня, - хмыкнула я. — Наши с тобой фотографии висели чуть ли не на каждом шагу. Да и Каркаров не сильно меня любил. Но об этом не сейчас. Так, о чём я? А! Точно! Я хорошо знаю Берту. Мы учились в «Хогвартсе» примерно в одно время. Берта на несколько лет старше меня. Она круглая дура. Любопытная и безмозглая. Не­дурное сочетание, правда? Её проще простого заманить в ловушку. — Вот как Волан-де-Морт мог узнать про Турнир! Ты считаешь, Каркаров исполняет его приказ? -говорил Гарри. — Не знаю... Уж чего не знаю... Каркаров, похоже, чело­век, который мог бы снова перекинуться к Волан-де-Морту, но при одном условии: если у того опять будут сила и влия­ние. Но кто бы ни подложил в Кубок твоё имя, Гарри, у него были на то причины. По-моему, Турнир — самый подходящий спо­соб уничтожить тебя и списать всё на несчастный случай. — Если Каркарова не любят, смысл ему возвращаться к Волан-де-Морту? Это из-за него сидит половина узников, - задумалась я. — Не знаю... возможно, он чувствует, что Волан-де-Морт обретает мощь. Он прекрасно понимает, что его убьют. Он, в какой-то степени, похож на Хвоста, только не такой трусливый. Поэтому сейчас помогает Волан-де-Морту убить Гарри и выйти сухим из воды. — Хороший план, - содрогнулся Гарри, - драконы своё дело сделают, а убийцы окажутся ни при чём. — Против драконов есть оружие, - Сириус говорил теперь очень быстро, - Усыпляющее заклятие не при­меняй. Драконы очень сильны, их волшебная мощь ог­ромна. Одному волшебнику не справиться, нужно одно­временное заклятие нескольких волшебников... — Знаю. Видел собственными глазами. — Но ты можешь справиться с драконом один. Есть простое заклятие. Все, что требуется... Но Гарри взмахом руки остановил его. Моё сердце вдруг заби­лось так, словно хотело выскочить. С винтовой лестни­цы донеслись шаги. — Уходи, - шепнул Поттер Сириусу, - сейчас же уходи. Я повернулась в сторону лестницы. Мне показался Рон в своей клетчатой пижаме, из кото­рой он давно вырос. Увидев нас в гостиной, он при­рос к полу и огляделся. — С кем вы разговаривали? - спросил он. - Я слышал третий голос. — А тебе какое дело? Что ты по ночам бродишь! - воскликнул Гарри. — Я просто подумал, где ты... Ну, ладно, пойду спать. — Ты шпионишь за мной! - крикнул Гарри. Я не понимала, что с ним происходит — казалось, что Гарри смотрит не на Рона, а на злейшего врага. — Прости, пожалуйста, - лицо Рона залилось гнев­ным румянцем, - как это я не подумал, что тебе сейчас нельзя волноваться! Не буду больше мешать! Готовься к следующему интервью! Гарри схватил со стола значок, над которым потру­дились братья Криви, и запустил им в Рона. Значок уго­дил прямо в лоб и упал на пол. — Это тебе на память! Надень его во вторник. Глядишь, ещё и шрам на лбу появится. Ты ведь о нём мечтаешь! Гарри гневно зашагал в сторону спальни. Я вопросительно посмотрела на Рона. — Всегда вы так? — Почти, - угрюмо ответил Рон, - кусок придурка. — Его можно понять, - тихо сказала я, - он не кидал имя в Кубок, Рон. Он не хочет участвовать в Турнире. Он знает, какое первое состязание, - я вздохнула, - ему нужно прийти в себя. — Он ведёт себя как идиот, - Рон потёр место, куда угодил значок. — Ты тоже хорош. — А если серьёзно, я слышал третий голос. Да и вообще, что вы делали в час ночи здесь? — Если ты помиришься с Гарри, он тебе расскажет, - я направилась в сторону спальни, - спокойной ночи. *** — Более тупой идеи я от вас не ожидала. Мы сидели в Большом зале и завтракали. Воскресенье должно было быть спокойным, пока Фред с Джорджем не сказали о новом способе заработка денег — ставок. — Клянусь, вы стали похожи на Бэгмена, - скептически сказала я. — Что в этом такого? - пожал плечами Фред. - Лучше так, чем никак. От дальнейшего комментария на эту тему меня отвлёк Гарри, подошедший к столу и севший рядом со мной. — Нужна помощь, - тихо сказал он, садясь рядом со мной, - в библиотеке. Ты свободна после завтрака? — Хорошо, я подойду, - я отпила сока. — Спасибо огромное, - Гарри просиял и встал, уходя из Большого зала. Фред поднял бровь, смотря то на Гарри, то на меня. — Послезавтра первое состязание, - пояснила я, - Гарри узнал про него. Видимо, ему нужна помощь в подготовке. — У него Грейнджер есть, чтобы помочь, - недовольно сказал Фред, - а я с тобой хотел погулять. — Не думаю, что это займёт много времени, - я отпила ещё сока, - ладно, я пойду. Только я хотела встать, как меня потянула обратно Алисия и наклонилась к моему уху. — Помнишь дурмстрангца, который тебя сбил на лестнице? — Ну, - я вопросительно посмотрела на Анджелину и Алисию. — Он с тебя глаз не сводит, - тихо сказала Джонсон. Я повернулась к слизеринскому столу и увидела того Саву, действительно смотрящего на меня. — А мне какая разница? - я закатила глаза. - Если что, расскажу Фреду. Ладно, я пойду. Я встала, скользнув взглядом по Саве, после чего вышла из Большого зала и направилась в сторону библиотеки. Там уже сидели Гарри и Гермиона, листая какие-то книжки. — Привет, - поздоровалась я, после чего осмотрела книги. Все они были на тематику драконов, потому мне было нетрудно догадаться о чём меня хотят попросить. — Привет, - поздоровалась, - ты знаешь какие-нибудь контрзаклинания против драконов? Мы перерыли весь отдел, но ничего не нашли. — Честно, не знаю, - я посмотрела на стеллаж, - но я помогу вам найти что-то годное. Как оказалось, это было непросто. Попадались тяжёлые и смешные заклинания, была даже тёмная магия. В библиотеке я провела точно не меньше часа, листая страницы. Казалось бы: лёгкое заклинание, тогда почему его так сложно найти? Я не слушала, о чём переговаривались Гарри с Гермионой, сосредоточившись на самых различных заклинаниях. Вдруг я подняла взгляд и увидела Крама, прошедшего мимо нас и севшего в угол с книгой, и Саву, слегка улыбнувшегося мне и севшего с Крамом. — Он опять здесь! Что ему у себя в корабле не сидится? - разозлилась Гермиона. - Пойдёмте отсюда. Позанимаемся лучше в гостиной. Сейчас сюда сбегутся поклонницы и начнут верещать. Гермиона оказалась права. Как только мы выходили, я увидела болгарский флаг у одной из девочек. Весь оставшийся день я провела с путаницей в голове, что не мог не заметить Фред. — Драконы? Гарри, считай, труп, - сказал он, когда мы сидели на Астрономической башне и пили какао с кухни. — А я так не хочу считать, - я отпила немного, - отец говорил про лёгкое заклинание. Но я не могу вспомнить ни одно из заклинаний... хотя Римус достаточно подробно рассказывал нам о драконах в прошлом году. — Да, - протянул Фред, - в любом случае, не думаю, что допустят его смерть. — Однако её шанс есть, - подчеркнула я, - ещё и с этим Каркаровым вопросы... смотрит на меня, будто я ему жизнь испортила. — Все дурмстрангцы, как и он, с приветом, - хмыкнул он, но тут посуровел, - кстати о них. Что за парень, который с Крамом часто рядом сидит и в Большом зале смотрел на тебя? — А, он сбил меня, когда мы спускались с Истории Магии, - пояснив, я отпила ещё какао, - не нравится он мне, подозрительный какой-то. — Я тебя понял, - Фред вдруг ухмыльнулся, - давай я ему подсуну несколько конфет, которые мы ещё не тестировали? А то первокурсники всё не решаются, а тут такая возможность. — Фред! — Да? Фред притянул меня к себе, уткнувшись носом в мои волосы и смотря на горизонт. Я ничего не говорила, только пробормотала что-то вроде «придурок» и смотрела на то, как заходит солнце. Привычный аромат кофе с корицей и апельсина заполнил мои лёгкие. Именно сейчас я чувствовала себя в безопасности, где меня не беспокоили ни драконы, ни Каркаров. *** Мы сидели на квиддичных трибунах вшестером. Близнецы уже приняли ставки, потому сидели довольные и с карманами галеонов. — Как ты думаешь, Гарри придумал что-то? – обеспокоенно спросила я у Фреда. — Должен был, - он пожал плечами, - в любом случае, ему хорошо бы выжить. Один слизеринец поставил на смерть Поттера. Я пихнула Фреда, после чего началось состязание. Первым был Седрик. Он превратил камень в собаку, намереваясь отвлечь дракона, но последний заподозрил что-то неладное и в конце слегка поджог его. Практически все студенты «Хогвартса» болели за него, и когда тот забрал яйцо, я похлопала вместе с остальными. Затем была Флёр Делакур, применившая мощные Сонные Чары, но когда дракон всхрапнул, то обжог её юбку. Потом был Крам направивший какое-то заклинание в глаза дракону, но дракон от боли растоптал половину яиц. — Точно, - я досадливо вздохнула, - самое слабое место у драконов — глаза. Затем, наконец, показался Гарри. Я беспокойством наблюдала за тем, что он собрался делать. — Акцио «Молния»! - крикнул Гарри, после чего я с облегчением вздохнула. — Что? - вопросительно посмотрел на меня Фред. — Гарри отлично летает, - пояснила я, - хоть ты это и сам знаешь. Видимо, он заберёт яйцо на метле, будто яйцо — это снитч. — Логично, - кивнул он, продолжая смотреть игру. Все застыли в ожидании, я очень надеялась, что всё будет хорошо. Но сомнения были зря, метла со свистом рассекая воздух. Летит вдоль опушки, уже в загоне, зависла позади него, ожидая наездника. Зрители зашумели сильней... Гарри взмыл высоко вверх. Спикировал. Голова хвосторога за ним. Гарри будто это предвидел и вовремя вышел из пике — там, где он был секунду назад, хлестнула огненная струя. Не привыкать, от бладжера уворачиваться не легче. Зрители взревели. — Вот это да!!! Ну и полет!!! - комментировал Бэгмен. - Видели, мистер Крам?! Гарри взлетел выше, описал круг; хвосторога следила за ним, вращая головой на длинной шее. Хвосторога разинула пасть, а Гарри нырнул вниз. На сей раз повезло меньше. Избежал пламени, но дракониха махнула хвостом, Гарри ушел влево, длинный шип за­дел плечо и порвал мантию. Плечо как ужалили. Трибу­ны зашлись в беззвучном крике. Я сглотнула, после чего Фред взял меня за руку. Гарри развернулся, подлетел к хвостороге и стал кружить у неё над спиной. Хвосторога не взлетает, стережет яйца. Извивается, расправляет, сжимает крылья, держит Гарри под прице­лом желтых, устрашающих глаз. Но отойти от яиц боит­ся. Он летал то в одну сторону, то в другую, соблюдая рас­стояние. Голова драконихи крутилась за ним, вертикальные зрачки наблюдали, клыки ска­лились. Он взмыл выше. Шея у хвосторога удлинилась, голо­ва поднялась, как у змеи по велению заклинателя. Гарри взлетел еще метра на два, дракониха издала вопль отчаяния. Он муха, которую она жаждет прихлоп­нуть. Хвост ударил еще раз, но Гарри вне досягаемости. Стрельнула огнем, он увернулся... дракониха широко рас­крыла пасть. — Давай, давай, - едва услышала я, как дразнил её Гарри, то приближаясь, то отлетая, - я здесь. Схвати меня. Лови! Вот так... И дракониха не выдержала, расправила черные кры­лья размером с небольшой самолет. Гарри среагировал мгновенно. Не успела дракониха понять, в чём дело, куда делся враг, а он уж стремглав мчался вниз к гнезду яиц, незащищённому когтистыми лапами. Оторвав руку от «Молнии», он схватил золотое яйцо и на огромной скорос­ти взмыл вверх. Он пролетал над трибунами, держа в здоровой руке тяжёлое яйцо. Я с облегчением вздохнула, на что Фред усмехнулся. Казалось, что все на трибунах одновременно радостно закричали. Гриффиндорцы аплодировали сильнее всех, все кричали и радовались. — Нет, вы только посмотрите! - кричал Бэгмен. - Самый юный чемпион быстрее всех завладел яйцом! У него есть все шансы на победу! Я наблюдала за тем, как к нему сбежались Рон и Гермиона. — Он должен занять первое место, - сказал Джордж, - он лучше всех справился. — Не забывай, что Каркаров судит, - мрачно добавила Алисия, - не думаю, что он поставит все десять баллов. Однако она оказалась права. Мадам Максим отдала Гарри восемь баллов, Дамблдор с Краучем поставили по девять баллов, Бэгмен, к моему удивлению, все десять, а Каркаров раскошелился на четыре. — Что?! - воскликнул Ли. - Какие четыре? Да твой придурок растоптал половину яиц! — Засранец, - прошипела Алисия. — Согласна, подонок, - гневно добавила я. Однако это не испортило дух победы. Вечером близнецы притащили кучу еду, а однокурсник Гарри Дин Томас, признанный художник, нарисовал несколько плакатов — Гарри на «Молнии» кружится над хвосторогой. Еще на двух — Седрик, с головой, объятой пламенем. — Черт, тяжелое! - Ли взвесил на ладони золотое яйцо, оставленное Гарри на одном из столов. - Открой его, Гарри! Посмотрим-ка, что там внутри! — Гарри должен сам отгадать загадку золотого яйца, - тут же вмешалась Гермиона, - согласно пра­вилам Турнира... Однако Гарри что-то шепнул ей, и та виновато улыбнулась. — Открой, Гарри! - несколько человек поддержа­ло Ли. Тот протянул Гарри яйцо, опоясанное тонень­ким желобком, Гарри открыл ногтями: яйцо было полое и совершенно пустое. Комнату тут же прорезал жуткий, пронзительный вой. Я тут же прижала руки к ушам. — Закрой! - зажал уши Фред. Гарри захлопнул. — Что это такое? - посмотрел на яйцо Симус Финниган, тоже однокурсник Гарри. - Похоже на ведьму-банши. Может, тебе с одной из них предстоит сразиться? — Словно кого-то пытают! - пролепетал побледнев­ший Невилл, опрокинув на пол сосиски. - Наверное, к тебе применят заклятие Круциатус! — Глупости, Невилл. Это противозаконно, - заявил Джордж, - они не посмеют использовать Круциатус на чемпионах. Этот звук, клянусь, точь-в-точь пение Перси! Гарри, не с ним ли тебе предстоит сразиться? Представ­ляю, та еще сценка! Перси поет в душе, а Гарри терпит его рулады! Я посмеялась после чего взяла одну из помадок и поднесла ко рту, как тут Фред выхватил её у меня из рук. — Не-а, их лучше остерегаться, - он положил помадку обратно в тарелку. А Невилл как раз отправил в рот помадку. Услышав слова Фреда, он поперхнулся и выплюнул нежное слад­кое кушанье. — Шутка, не переживай, Невилл! - рассмеялся Фред, после чего наклонился ко мне. - Честно, я не помню, над чем постарался из сладкого. Тут рядом с нами прозвучал голос Гермионы. — Фред, ты всё это принёс с кухни? — А то! - просиял Фред и тоненько пропищал, изо­бражая домашнего эльфа. - «Сэр! У нас есть для вас всё! Всё, всё, всё!» Чертовски услужливы. Скажи я, что у меня живот от голода подвело, жареного бы гуся точно отва­лили! — А как ты туда проник? - невинным голосом поин­тересовалась Гермиона. — Проще простого. Там есть картина, корзинка с фруктами, за ней потайная дверь. Пощекочи грушу, та хихикнет, и... - Фред остановился и вопросительно по­смотрел на Гермиону. - А чего это тебя так интересует? — Ничего, - быстро сказала Гермиона. — Собираешься вывести их через эту дверь? Органи­зовать забастовку? - хмыкнул Джордж. - Надоело во­зиться с дурацкими листовками и хочешь теперь под­стрекать их к восстанию? — О чём вы? - спросила я. — Гермиона стала на защиту прав эльфов после Чемпионата, - пояснил Джордж. Кое-кто хихикнул, Гермиона промолчала. — Пожалуйста, не читай домовикам лекции о пользе одежды и зарплаты! Не расстраивай их! - воззвал к ней Фред. - Собьёшь с толку бедняг, и они перестанут готовить! Обстановку разрядил Невилл — превратился в здоро­венного кенаря. — Прости меня, Невилл! - перекрывая всеобщий хохот, крикнул Фред. - Мы именно помадки заколдо­вали! — А если бы я съела? - спросила я, с ухмылкой смотря на Фреда. — Тогда ты была бы самой прелестной канарейкой из всех, что мне довелось видеть, - лукаво протянул Фред, на что Рон сморщился, - я в тебя запульну этой же помадкой, если не сделаешь личико попроще. Чары оказались мимолетные. Невилл недолго красо­вался в золотом оперении. Минута-другая, и он уже сме­ётся вместе с другими. — Канареечные помадки! - торжественно объявил Фред. - Наше с Джорджем изобретение! Семь сиклей порция — налетай!