Сквозь занавес

ТОТ-КОГО-НЕЛЬЗЯ-НАЗЫВАТЬ ВЕРНУЛСЯ В кратком заявлении, сделанном в пятницу вечером, министр магии Корнелиус Фадж подтвердил, что Тот-Кого-Нельзя-Называть вернулся в нашу страну и вновь принялся за старое. — К моему величайшему сожалению, я вынужден сообщить, что чародей, называющий себя Лордом, — вы понимаете, кого я имею в виду, — возродился и снова находится среди нас, — сказал усталый и расстроенный министр окружившим его репортерам. — Почти столь же глубокое сожаление вызывает то, что азкабанские дементоры подняли мятеж и отказались в дальнейшем состоять на службе у Министерства. Мы полагаем, что в настоящее время дементоры подчиняются указаниям вышеупомянутого Лорда. Мы призываем всех, кто нас услышит, проявлять бдительность. Сейчас Министерство готовит к изданию справочник «Как защитить себя и семью: элементарные методы обороны»; в течение ближайшего месяца он будет бесплатно разослан всем волшебникам по домашнему адресу. Заявление министра было встречено волшебным сообществом с тревогой и недоумением — ведь еще в прошлую среду представители Министерства уверяли нас, что «упорные слухи о том, что Вы-Знаете-Кто снова творит среди нас свои черные дела, не имеют под собой никакой почвы». Подробности событий, заставивших чиновников столь резко изменить свое мнение, по-прежнему не ясны, однако можно утверждать, что в четверг вечером Тот-Кого-Нельзя-Называть и банда его ближайших приверженцев, известных как Пожиратели смерти, прорвались внутрь Министерства. Альбус Дамблдор, восстановленный в должности директора Школы чародейства и волшебства «Хогвартс», а также на посту Верховного чародея Визенгамота, пока никак не прокомментировал происшедшее. В течение всего прошлого года он настаивал на том, что Вы-Знаете-Кто, вопреки широко распространенному мнению, не мертв, а снова набирает сторонников, готовясь к очередной попытке захвата власти. Тем временем Мальчик, Который Выжил... Дальше читать газету я не стала. Я устало смотрела в потолок. Если Гарри, Рона, Гермиону, Невилла, Джинни и Полумну уже выпустили, то я делила больничное крыло с Амбридж, которая сейчас спала. Мои мысли крутились вокруг отца. Я до сих пор не могла поверить. Казалось, что он просто куда-то уехал и вот-вот вернётся. По моей просьбе мадам Помфри никого ко мне не пускала. Я не хотела расспросов, жалости, сожаления. Я просто смотрела в потолок и думала. Много думала. Я жалела, что почти всё время считала отца виновным. Жалела, что провела с ним так мало времени. Летние и рождественские каникулы, которые я провела с ним, были лучшими в моей жизни. Я так гордилась, когда мне говорили, что я переняла его модель поведения. Сердце снова защемило. Как и все выпускники, мы должны были отпраздновать окончание года. Хотела ли я праздновать его? Нет. Не хотела. Без Фреда и Джорджа это не имело никакого смысла. Однако Макгонагалл удалось меня переубедить. — Мадам Помфри сказала, что ты просила никого не пускать. Я удивлённо повернула голову и увидела абсолютно здоровую Макгонагалл. Она прошла к моей кровати и села рядом. — Не очень хотела видеть кого-то, - призналась я. — Оно и понятно, - она вздохнула и посмотрела на меня, - твои друзья переживают за тебя. — Знаю. — И закрыться от них не поможет тебе пережить утрату. — Знаю. Макгонагалл с грустью посмотрела на меня, после чего встала. — Сегодня вечером, после пира, я выдам седьмому курсу Гриффиндора аттестаты. Не публично, в гостиной. Я бы очень хотела, чтобы ты туда явилась. Выздоравливай. В тот же день меня выписали. Я шла по коридору среди учеников, слушая шёпот за спиной и любопытные взгляды. Но я словно была не здесь, а где-то по другую сторону. Я не ощущала себя в «Хогвартсе». Я будто в тумане дошла до гостиной, и когда я туда вошла, на меня сразу бросилась Анджелина. — Сара! Она сжала меня в объятиях так крепко, что мне показалось, она готова меня задушить. С другой стороны меня обняла Алисия. — Ещё раз скажешь Помфри, чтобы она нас не пускала, я выломаю дверь в больничное крыло и задушу тебя, - тихо сказала она. Я вздохнула. Мне снова захотелось плакать, но слёз не было. — Мы очень переживали, - сказал Ли, - когда потеряли тебя после экзамена, когда узнали эту историю... — Мне очень жаль, - чуть ли не плача, говорила Анджелина, - я думала, что места себе не найду. — Ты бы знала, какие слухи пошли, - сказала Алисия. — Знать не хочу, - мрачно сказала я. — Не будем о плохом, - добавил Ли, за что я была ему безумно благодарна, - скоро пир. — Надо вещи тебе собрать, - Анджелина потащила меня в сторону спальни, а Алисия увязалась за мной, - твоя фигурка очень сильно потемнела. Когда я зашла в комнату, я увидела, что девочки ничего не трогали. Я медленно прошла к кровати и посмотрела на мини-фигурку. Она сильно потускнела, лицо было мрачным, грустным; там, где находилось сердце, было темнее всего. — Мы наблюдали за ней почти всю ночь, - тихо сказала Алисия, - она так менялась...То боялась, то радовалась... — А один раз меня даже передёрнуло, - пробормотала Анджелина, - она была... немного красной. Такой... злой. Сумасшедшей. Я поняла, когда это было, сразу. В моей голове появилась картинка Беллатрисы, которую я пытала Круциатусом. — Я пытала свою тётушку, - безразличным голосом сказала я и сложила фигурку в сундук. — Круциатус? - спросила Алисия. — Да. Повисло молчание. Я принялась складывать свои вещи в сундук, упорно игнорируя переглядывания девочек. Когда я почти закончила, я почувствовала две разные руки на плечах. — Даже если бы ты её убила, - начала Алисия, слегка улыбнувшись, - мы бы не осудили. — Мы защитили бы и сказали, что так ей и надо, - сияя, сказала Анджелина. Я повернулась к ним, после чего впервые за всё это время улыбнулась. *** — Как быстро пролетело семь лет, - сказал Ли, потягивая огневиски. Было уже далеко за полночь. Мы вчетвером сидели в гостиной Гриффиндора с аттестатами и отмечали конец нашей учёбы. Все ученики уже лежали в постелях, пока мы болтали и вспоминали школьное время. — А помните, как мы познакомились? - спросил Ли. — С Сарой я познакомилась в магазине, - сказала Анджелина, улыбаясь, - а с Алисией мы познакомились в поезде. — А с тобой и близнецами мы познакомились, когда вы взорвали котёл у Снейпа, а я с вами поделилась ингредиентами, - улыбнулась я. — Было дело. А помните Квирелла? Я думала, он того, - хмыкнула Алисия. — А я помню того вампира, - ухмыльнулась я, - он ещё укусил девочку с седьмого курса. Интересно, как она? — Явно не рада исходу, - сказал Ли, - а помните, когда все думали, что ты с Гарри открыла Тайную комнату? — Я помню, что Сару считали Наследницей Слизерина и сторонились, - хмыкнула Анджелина. — Но в итоге это оказалось правдой, не так ли? Подумать только, - усмехнулась я, - и Гарри победил этого василиска. — Да, было дело, а помните Святочный бал? — То ещё было зрелище, - хмыкнула Алисия, - и сам Турнир помню. Ещё эти дурмстрангцы ходили по «Хогвартсу». — Да, я ещё помню, как Фред побил одного из них, когда тот хотел позвать меня на Святочный бал, - я растянулась по дивану. — И я всё ещё считаю, что ему мало досталось, - раздался безумно знакомый голос позади меня. Я резко обернулась и увидела Фреда, а за ним Джорджа. Я оторопело уставилась на первого, удивлённо поморгав, после чего рывком вскочила с дивана и прыгнула Фреду на руки. Мерлин, как же мне его не хватало! — Я тоже очень скучал, - сказал он, прижав меня к себе и поцеловав в макушку. — Вы как тут оказались? - удивлённо спросила Анджелина, обнимая Джорджа. — Трансгрессировали в Хогсмид, а потом через потайной ход зашли в «Хогвартс», - объяснил Джордж. — Нас чуть не поймал Филч, - довольно сказал Фред и опустил меня на землю, после чего все принялись обниматься. — Не могли же мы пропустить последний вечер в «Хогвартсе», - усмехнулся Джордж. — Ни за что в жизни, - подхватил Фред. — Кто-нибудь знает об этом? - спросила я. — Может быть, Дамблдор догадывается, но больше никто, - ответил Джордж и присвистнул, - откуда у вас огневиски? — Отец прислал, - гордо заявил Ли. На слове «отец» я слегка помрачнела, но этого никто не заметил, кроме, как мне показалось, Фреда. — Ну что ж, - Джордж потёр руки, - наливай, Ли! За окончание «Хогвартса»! Мы легли спать ближе к четырём часам утра, чтобы мозги встали на место после огневиски. Фред с Джорджем ушли сразу же, когда мы пошли спать. Всё время Фред сидел и обнимал меня, за что я ему была безумно благодарна. Он вытеснил из моей головы мысли о смерти отца, может, и сам того не зная. В Лондон мы ехали все немного сонные, но счастливые. Странное чувство ностальгии нахлынуло на меня. Возможно, я ещё вернусь сюда, но уже не как ученица, а как профессор. Я не думала о предложении Дамблдора, решив обдумать это позже. Платформа, поезд... нахлынула такая волна воспоминаний, что мне хотелось плакать от счастья. По знаку контролера, по прибытию, наша четвёрка миновала волшебный барьер между девятой и десятой платформами, и тут оказалось, что по другую его сторону были люди, которых я вообще не ожидала увидеть. Здесь был Грозный Глаз Грюм, облаченный в просторный дорожный плащ и сжимающий в шишковатых пальцах длинную трость; в котелке, низко надвинутом на волшебный глаз, он выглядел отнюдь не менее устрашающе, чем с непокрытой головой. Рядом с ним стояла Тонкс в заплатанных джинсах и фиолетовой майке с эмблемой «Ведуний» — ее ярко-розовые волосы блестели на солнечном свету, льющемся сквозь грязную стеклянную крышу вокзала. Следующим был Римус — бледное лицо, седоватые волосы, длинный потертый плащ, с грехом пополам прикрывающий старые штаны и джемпер. А возглавляли компанию мистер и миссис Уизли в своих лучших магловских нарядах и Фред с Джорджем, оба в новых с иголочки куртках из какого-то чешуйчатого ядовито-зеленого материала, которых я вчера не видела. — Ну, - Анджелина крепко обняла меня, начиная плакать, - я так буду скучать... — Ну чего ты плач... - Ли был также затянут в объятия. — Сейчас и я заплачу, - шмыгнула носом Алисия, присоединяясь к нам. К нашей четвёрке присоединились и близнецы, поэтому сейчас мы скорее походили на огромную гору одежды, чем на людей. — Мы ещё увидимся, летом, обязательно, - сказал Ли, - со всеми вами. — Спишемся... - Анджелина шмыгнула носом. - Ой, там уже родители мои... я вас так всех люблю... увидимся! И, вытирая слёзы, Анджелина ушла. Я переглянулась с Алисией. — Меня тоже ждут, - грустным голосом сказала она, - адрес напишите в письмах, чтобы я приходила. Пока всем. Алисия всхлипнула и ушла к родителям. — Ну, - Ли крепко обнял нас всех, - Анджелина права, пишите, живы вы вообще или нет. — Обязательно, - улыбнулась я, и он ушёл. На душе стало как-то тоскливо. Больше не будет наших совместных посиделок, уроков... мы не будем засиживаться в библиотеке и гостиной, я не буду с Фредом сидеть в Астрономической башне... больше не буду переживать из-за экзаменов... — Приступ меланхолии? - ткнув меня в плечо, спросил Джордж. — Наверное. — Ладно, пойдём к нашим, они уже заждались, - кивнул Фред, и мы направились к Ордену. — Сара, милая! - миссис Уизли заключила меня в крепкие объятия. - Как ты? — Пойдёт, - я улыбнулась, осле чего обнялась с Римусом. Я невольно вспомнила Отдел Тайн, и в груди снова болезненно защемило. Затем я обняла Тонкс, - рада, что с тобой всё хорошо. — Рон, Джинни! - миссис Уизли поспешила крепко обнять своих детей, которые только пришли. - Гарри, дорогой, ты тоже здесь! Ну как дела? — Нормально, - сказал Гарри. Миссис Уизли наградила сердечным объятием и его. Поверх ее плеча я увидел, как Рон таращится на новые костюмы близнецов. — Это еще что такое? - спросил он, кивая на них. — Самая лучшая драконова кожа, братишка, - Фред слегка поддернул молнию, - бизнес процветает, вот мы и решили себя побаловать. — Привет, Гарри, - сказал Римус, когда миссис Уизли отпустила его и повернулась к Гермионе. — Здравствуйте, - отозвался Гарри, - я и не ожидал... Что вы все тут делаете? — Ну, - губы Римуса тронула легкая улыбка, - мы решили немножко поболтать с твоими дядей и тетей, прежде чем они увезут тебя домой. — По-моему, не стоит, - тут же вырвалось у Гарри. — А по-моему, стоит, - проворчал Грюм и, приволакивая ногу, подошел чуть ближе, - это ведь они, правильно, Поттер? Он ткнул большим пальцем через плечо; очевидно, его волшебный глаз следил за тем, что происходит сзади, прямо сквозь затылок и котелок. Заглянув к нему за спину, я увидела родственников Гарри — они с явной опаской взирали на окружившую его делегацию. — Ну вот, Гарри! - сказал мистер Уизли, отвернувшись от родителей Гермионы, которых он только что горячо приветствовал, и предоставив им по очереди обнимать дочь. - Приступим, пожалуй? — Давай, Артур, - согласился Грюм. Мы первыми двинулись в сторону Дурслей, которые точно приросли к перрону. Гермиона мягко высвободилась из материнских объятий и пошла следом за остальными. — Добрый день, - вежливо произнес мистер Уизли, останавливаясь прямо перед носом у дяди Вернона, - наверное, вы меня помните? Мое имя Артур Уизли. Поскольку два года назад мистер Уизли собственноручно разнес вздребезги всю обстановку Дурслевской гостиной, я была бы очень удивлена, если бы он забыл его. И действительно, лицо Вернона приобрело еще более густой кирпичный оттенок, и он ответил мистеру Уизли свирепым взглядом, однако предпочел промолчать — возможно, еще и потому, что Дурслей было вдвое меньше, чем волшебников. Петунья выглядела одновременно смущенной и испуганной; ее глаза шныряли по сторонам, точно она боялась, что ее заметят в этом сомнительном обществе. Дадли же пытался казаться маленьким и незначительным, хотя такой подвиг был ему явно не под силу. — Мы хотели бы потолковать с вами минутку насчет Гарри, - по-прежнему улыбаясь, продолжал мистер Уизли. — Да, - рыкнул Грюм, - насчет того, как вы с ним обращаетесь у себя дома. Усы Вернона встопорщились от гнева. Возможно, под влиянием полностью ошибочного впечатления, что котелок свидетельствует о некоем духовном родстве между его обладателем и им, Верноном Дурслем, он решил обратиться прямиком к Грюму: — Я не знал, что мои домашние дела касаются вас! — Если записать все, чего вы не знаете, Дурсль, получится целая библиотека, - прорычал Грюм. — Все это неважно, - вмешалась Тонкс, чьи розовые волосы, похоже, возмущали Петунью больше всего остального, вместе взятого: она даже закрыла глаза, чтобы их не видеть, - суть в другом. Если мы узнаем, что вы плохо обращаетесь с Гарри... — А мы обо всем узнаем, можете не сомневаться, - дружелюбно вставил Римусом. — Да, - добавил мистер Уизли, - и даже если вы не позволите Гарри воспользоваться фелетоном... — Телефоном, - прошептала Гермиона. — Так вот, если мы хоть краем уха услышим, что Поттеру приходится несладко, вы нам за это ответите, - заявил Грюм. Вернон стал зловеще раздуваться. Видимо, его ярость перевесила даже страх перед этой бандой ненормальных. — Вы мне угрожаете, сэр? - рявкнул он так громко, что несколько прохожих удивленно обернулись. — Именно так, - ответил Грозный Глаз, очень довольный тем, что Вернон так быстро ухватил самую суть дела. — По-вашему, я похож на человека, которого можно запугать? - пролаял Вернон. — Ну... - протянул Грюм, сдвигая назад котелок и открывая свой дико вращающийся волшебный глаз. Вернон в ужасе отскочил назад и больно ударился о багажную тележку. - Думаю, что похоже, Дурсль, - он повернулся к Гарри: - Итак, Поттер... когда мы тебе понадобимся, дай знать. Если от тебя не будет известий три дня кряду, кого-нибудь пришлем... У Петуньи вырвался звук, напоминающий жалобное поскуливание. — Ну, бывай, Поттер, - Грюм на мгновение сжал плечо Гарри своей костлявой рукой. — Береги себя, Гарри, - негромко сказал Римус, - не пропадай. — Мы заберем тебя отсюда, как только сможем, - шепнула миссис Уизли, снова обнимая его. — Скоро увидимся, дружище, - в голосе Рона звучала тревога. Они обменялись рукопожатием. — Правда скоро, Гарри, - серьезно сказала Гермиона, - обещаем. Я подошла к Гарри и крепко его обняла. — Пиши, если будет грустно, одиноко, - улыбнулась я, - или совет будет нужен. Я теперь тоже в Ордене, - шепнула я и отпустила его. Он с грустью и надеждой посмотрел на меня, после чего ушёл с Дурслеями прочь. — Так, - Грюм повернулся ко мне, - теперь ты. — А что я? - я вопросительно посмотрела на него. — Дамблдор сказал нам, что он предложил тебе вакансию, - объяснил Римус, - Грюм имел ввиду, куда ты сейчас собираешься идти? Об этом я не думала. — Ну, я рассчитывала до этого вернуться на площадь Гриммо, а теперь... - я запнулась, совершенно сбитая столку. — Никто не мешает тебе вернуться, - пожал плечами Грюм, но миссис Уизли откашлялась, - точно, извиняюсь. — У нас есть квартира, - предложил Фред, - там хватит места на... — Фред, - упрекнула его миссис Уизли. — Я вернусь на площадь Гриммо, всё хорошо, - кивнула я, чувствуя, как нервный ком начинает расти внутри живота, - и Орден может его использовать как штаб, - я повернулась к Римусу, - я могу вернуться и забрать все вещи? — Да, само собой, - кивнул он, - мы будем на площади Гриммо. Нужно обсудить пару вопросов. Я кивнула и, попрощавшись со всеми Уизли и Гермионой, трансгрессировала домой к Римусу. Я не была в своей комнате год. Как только я принялась собирать остатки вещей, я невольно вспоминала время с Римусом, моё детство с ним. Вот на этой кровати он читал мне сказки, за этим столом я нарисовала себя и крёстного, будучи ребёнком. Я подошла к столу и открыла полку. Тот рисунок всё ещё лежал здесь. Я аккуратно взяла его в руки. Тогда я не знала, что Римус оборотень. На моём лице невольно появилась улыбка. Рядом лежал старый-старый фотоальбом, который мне подарил Римус, когда я засмотрелась на маму с папой, будучи ребёнком. Я взяла его и принялась листать. Вот Джеймс с Лили, молодые, ещё не знают про пророчество. Вот Питер Петтигрю, сидит на плечах у отца и Джеймса. Отца... Я сглотнул комок слёз и перелистнула страницу. Вот мама с папой и мной. Я на руках у мамы, пока отец виновато на неё смотрел. Сразу стало понятно почему: у двухлетней меня всё лицо было в шоколаде. Не в силах больше смотреть, я сложила альбом в сундук. Окончательно собрав вещи, я осмотрелась. Пустая комната. В глазах будто начали мелькать картинки с прошлого. Вот я бегаю от Римуса, звонко смеясь. Я смотрела на комнату и не понимала, куда делось время? Почему оно так быстро прошло? Вздохнув, я выключила лампочку и вышла из комнаты. Снова воспоминания. На этом диване я узнала, что еду в «Хогвартс», что отец сидит в тюрьме... отец... Когда потекла первая слеза, я смахнула её и мгновенно трансгрессировала на порог дома номер двенадцать на площади Гриммо. Темно. Как в первый раз. Однако не тихо: на кухне слышались голоса. Я поставила сундук и уже хотела зайти на кухню, как чуть не споткнулась об Кикимера. — Хозяйка вернулась, Кикимер готов выполнять поручения, - эльф поклонился. Кикимер. Меня внезапно окатила такая волна ярости, что я чудом сдержалась от нападения на него. Из-за него отца больше нет. Это он смеялся, говоря Дамблдору правду. Я вздохнула, после чего выдавила из себя спокойным тоном: — Мы с тобой потом поговорим, Кикимер. Он явно почувствовал нотку гнева в моём голосе, но услужливо поклонился и пошёл наверх. Я вздохнула, чувствуя, как гнев отступил, и зашла на кухню. Там была Тонкс, Грюм и Римус. — Долго ты, вроде бы все твои вещи здесь были, - заметил крёстный, когда я пустилась на стул. — Засмотрелась на фотографии, - спокойно ответила я. Я невольно вспомнила, как мы здесь праздновали Рождество. Весёлые Уизли, отец... я закусила губу, чувствуя, как сердце начало безумно стучать. — Ну что, Блэк, - начал Грюм, - добро пожаловать в ряды Ордена Феникса. Дамблдор с Макгонагалл тебя очень нахваливали, говорили, ты сильнее некоторых мракоборцев. — Это всё палочка, - оправдалась я. — Чтобы держать палочку в узде, нужен сильный волшебник, - улыбнулась Тонкс. — Дальше, - продолжил Грюм, - я хочу, чтобы ты уяснила сразу одну вещь: реальный мир — не уроки по Защите от Тёмных Искусств. Это реальная опасность, когда тебя в любой момент могут грохнуть! — Я уже в этом убедилась, - мрачно сказала я, вспомнив Отдел Тайн. — К сожалению, такое теперь будет часто, - заметил Римус. — Да, так что мирись с этим, - Грюм уселся на стул, - Дамблдор сказал, что тебе пока нужен отдых месяцок. Поэтому на вылазках ты не будешь присутствовать. — Я что, как отец буду сидеть взаперти? - немного раздражаясь, спросила я. — Нет, ты что, - Тонкс покрутила палочку в руках, - выходи куда хочешь. Ты пока не будешь участвовать в миссиях без крайней необходимости. — Так что будем снабжать тебя информацией, - добавил Грюм, - и ещё. Кроме членов Ордена сюда никого не води. Хоть это и твой дом, но это ещё и штаб-квартира. — Я и не собиралась. — На всякий. И ещё один момент. Если на тебя нападут, постарайся не убивать. И не пытать. На последних словах у него появилась ухмылка, и я растерянно посмотрела на него. — Снейпу рассказала Беллатриса, - объяснил Римус, - и ещё она сказала, что у тебя получилось очень, очень неплохо. — Я неспециально, - попыталась оправдаться я. — Тебя никто не винит, - успокоила меня Тонкс, - я бы и сама не сдержалась. — Ладно, - Грозный Глаз поднялся, - оставим тебя тут. Случится что — рассказывай. Скоро увидимся ещё. Я кивнула, после чего они встали и вышли с кухни. Дом будто давил на меня. Теперь я осталась одна с Кикимером, как своё время отец. Я разрыдалась.