Лучшая новогодняя ночь

      Ричард в шоке смотрел на своего нового напарника, на своего гавайского любовника. Каково совпадение?! Каков случай?! Что за отвратительное чувство юмора у вселенной, что вот так нос к носу его столкнула с самым большим разочарованием начавшегося года. — …Это твой напарник — Гэвин Рид, — представил новый капитан. — Детектив с приличным стажем, с хорошим послужным списком. Поможет тебе освоиться. По городу сориентирует опять же, да, Гэв?       Тот аж вздрогнул, когда рука капитана на плечо опустилась.       Узнал или нет?       Гэвин моргнул, дежурно улыбнулся, протягивая руку: — Приятно познакомиться, детектив Стерн.       Не узнал. Это сильно по самолюбию резануло. Второй раз за этот месяц. — Взаимно, детектив Рид, — пожал сухую ладонь.       Эта ладонь не так давно член Ричарда сжимала, а теперь её владелец будто и не узнавал вовсе. Какого чёрта?!       Но Ричард на то и был профессионалом — лицо держать умел, быстро себя в руки взял. Улыбнулся уголками губ.       Проследовал за новым напарником, который буднично ему уже описывал, что и как в департаменте устроено. Взгляд почти на автомате скользнул по широкой спине, обтянутой чёрным пуловером, по изгибу поясницы, застыл на заднице в серой джинсе. С усилием заставил себя оторваться от крепких, на сколько помнил, ягодиц. «С ямочками», — напомнил глупый мозг… — Тут у нас опенспейс. Все вместе работаем. Привыкаешь к шуму. Там камеры для задержанных, — Рид махнул рукой направо, — там допросные, — налево указал. — Кафетерий есть с вендинговыми и кофейным. Такой себе, конечно, кофе выдаёт, но рядом есть закусочная — там получше… — Я кофе не люблю. Чай лучше.       Гэвин через плечо оглянулся. Нахмурился будто больше, но кивнул: — Чай вроде тоже был. Не пью. Твой стол. Я тебе пришлю текущие наши дела. Почту дали? — Да, Стерн.Р.К… — По адресной посмотрю. Сиди, осваивайся. Тут мой, — грубо оборвал Рид. Прошёл и уселся за стол напротив. Исчез тут же за пластиковой перегородкой. Ничего не оставалось, как его примеру последовать и за своим столом разместиться.       Совсем по другому тут курортный любовник выглядел. Слишком собранный, слишком серьёзным, слишком отстранённым. А Ричард его другим помнил: с расслабленной полуулыбкой на безмятежном лице. А ещё грудь умеренно волосатую помнил, и белые росчерки шрамов, и тёмную соблазнительную дорожку под впалым пупком, и член обрезанный с пунцовой головкой… Солоноватую от пота кожу помнил. Чуть глухой от возбуждения голос, что всякое наговаривал. Запах, что пропитал постельное бельё. И глаза. Их лучше всего запомнил: такая тоска в них виделась под хмурыми бровями, такой ранимостью отдавали. Чудилось в них «пожалуйста не обижай меня», считывалось в них «пожалуйста, будь добр ко мне». Они словно взывали к чему-то внутри Ричарда, когда после поцелуя курортный Гэвин в лицо вглядывался. Искали что-то в Стерне. И это откликалось где-то внутри. Даже страшно было. Поэтому отвернулся в коленно-локтевую, чтобы совсем в этом зове не пропасть, чтобы не утонуть в зелени зрачков, чтобы совсем голову не потерять…       Воспоминания бурным видеорядом в голове неслись, пока в шоке переваривал внезапную встречу, сидя за своим новым рабочим столом.       Когда набрался смелости в новогоднюю ночь заговорить с крепким мужиком, которого в отеле несколько раз встречал в одиночестве, то по началу чисто алкоголь сработал — всегда от него Ричард в меланхолию какую-то впадал, на поговорить тянуло. Обрадовался, что и собеседник откликнулся, и разговор как-то плавно и естественно пошёл. И дальше продолжать хотелось. Всё сидел и залипал то на пальцы крепкие с ухоженными ногтями, то на грудь под футболкой в обтяжку, то на губы обветренные в ухмылке наглой. Такой красивый мужик ещё и таким заботливым оказался: «не тороплю», «дыши» до сих пор в голове звучало, когда в кровать ложился, «на меня посмотри», «Риччч», когда собственный член перед сном стискивал. Какой же тягучий голос, пробирающий до нутра, был у курортного любовника. Как сам на себя злился, что так поздно познакомились. Как же на Гэвина злился, что сбежал так подло…       Сморгнул воспоминания, включая компьютер.       В целом, на очень дотошную экскурсию по департаменту Ричард не рассчитывал. План здания он уже накануне дома изучил, даже место своё знал. В раздевалке шкафчик ему приятный молодой офицер показал, а также немного по офису провёл по пути к кабинету капитана. Дружелюбнее Гэвина себя вёл.       А тот — действительно не узнал? Или узнал, но смутился и оттого вёл себя так отстранённо?       Ричард и сам до конца не понимал, какой реакции ожидал от такой внезапной встречи. Вряд ли в кабинете у капитана Фаулера детектив Рид бы признался, что уже встречал будущего напарника. Но вот когда вышли — мог бы хотя бы улыбнуться, мог же и напомнить…       Сам о себе напоминать Ричард не хотел. Неприятно было проснуться после такого волшебного во всех смыслах вечера и чудесной ночи в полном одиночестве. Гэвин сбежал же. Даже записки никакой не оставил. А ведь Ричард искал — номер перерыл, но ни одного огрызка бумаги с кратким «спасибо, надеюсь увидимся» не нашёл. И сообщений в телефоне не было. А номерами же обменялись. Мог написать. И должен был. Он же сбежал!       Ричард пришёл к неутешительному выводу, что ночь та не на столько Гэвину понравилась, как ему. Обидно было.       Стерн в отпуск поехал, чтобы перед переездом в новый город слегка нервы успокоить, мысли в порядок привести, расслабиться, так как жизнь круто свой вектор меняла. В ЭсЭф никакого шанса для роста в карьере ему не предоставлялось: даже не смотря на сданный тест на детектива, начальник полиции ему в лицо заявил, что такие принципиальные сотрудники тут не нужны. И всем этим свалившимся дерьмом за арест сына мэра будущий детектив был сыт по горло. Выбраться хотелось, сбежать. Чего бы и не на другой конец страны? Запросы сразу после сданного теста в разные департаменты разослал. Получил несколько предложений, с особой тщательностью изучил рейтинги и перспективы. В Детройте самый интересный вариант оказался. Тут у них даже был случай, когда лейтенанта получил детектив до сорока лет. Хэнк Андерсон. С ним Ричард мечтал поработать, но пока даже шанса не выпало познакомиться.       Аккуратно делал заметки в новом блокноте, изучая скинутые Ридом дела. Давно такую рабочую привычку заимел и не планировал бросать. Ему прислали дело о погроме, с ожидающими суда нарушителями спокойствия, случай о домашнем насилии, где Гэвин на полях сделал пометку, что заявление заберут, о пойманном дилере с попыткой выйти на поставщиков наркотиков…       Последнее дело показалось Ричарду наиболее интересным, с особой тщательностью изучил его, так как детектив ещё не успел допросить тощего пацана, что мариновался в камере. Скрупулёзно Стерн выписал несколько интересных фактов из дела подозреваемого в блокнот.       На экране всплыло уведомление о поступившем вызове, что направили детективам Стерну и Риду. — Погнали, — Гэвин бодро вскочил со своего кресла, стаскивая со спинки коричневую кожанку. — Мне надо пальто забрать. Я в раздевалке оставил. Не знал, где стол, — пояснил Ричард. — Серый Форд, 5998. Поторопись.       Ричард без проблем нашёл на парковке нужный автомобиль. Не служебный, личный. Сразу обратил внимание на сумку с эмблемой спортивной одежды на заднем сиденье, на кончик рекламного буклета, торчащий из бардачка, на пыль на передней панели, на маленького розового единорога, висящего на ключах… Почти сразу руки зачесались, так захотелось протереть панель и уголок бумажки запихнуть в бардачок. А ещё – про брелок узнать. Что на курорте, что тут Гэвин не производил впечатление любителя таких вот штучек. От него больше нарочитой брутальностью веяло, что Ричарда всегда привлекала. Вся эта показушная символика, яркие цвета и желание выделиться, чем во Фриско многие злоупотребляли, такую скуку навевали. То ли дело грубая маскулинность, сдержанность и внешнее спокойствие в сочетании с внутренней почти животной страстностью. На такое западал. О таком думал, слушая, как Гэвин уточняет по переговорному у диспетчера детали вызова.       «Гэвин». С этим тоже что-то надо было делать. Слишком тёплые воспоминания это имя вызывало. Слишком долго с придыханием его внутри себя повторял. Казалось, что голос сорвётся, если вслух произнесёт. Твёрдо решил никак иначе кроме «детектив Рид» нового напарника не называть. И на «вы». Максимально дистанцироваться хотел от той ночи. — Женщина, 20-25 лет, ножевое ранение, попытка ограбления. Сейчас в закусочной «У Мэри». Скорая в пути. Оказывают помощь. Нападение произошло рядом. Видели убегающего мужчину, — Ричард делал пометки в блокноте. — Сто десятый выехал на место. — Принято, — Гэвин выключил переговорное. — Первое дело, детектив Стерн. Порядок действий? — Опросить жертву, если в сознании и некритичном состоянии, свидетелей, камеры просмотреть, место преступления… — перечислил Ричард. — Квалифицировать преступление, — перебил Гэвин. — Сначала квалифицировать: ограбление или драка, или попытка изнасилования. Прежде всего понять, с чем имеем дело. — Диспетчер сказал, что попытка ограбления, — нахмурился Стерн, сверяясь с записями. — В службу звонят свидетели. Сообщают то, что видели или о чём подумали. Ненадёжные источники… — Прибывшие офицеры разве не установят ход событий? — вспомнил о своём опыте работы. — Хочешь перекладывать свою работу на патруль? Знаешь, что там за офицеры? Уверен в их профессионализме? — быстрый взгляд в сторону собеседника, с вопросом поднятая бровь.       Ричард промолчал: любой его ответ выставил бы его или не верящим в местную полицию болваном, или наивным сопляком. — У нас ребята тут, в основном, место преступления оцепляют, зевак успокаивают, да экстренную помощь оказывают. А причины-следствия — под нашу ответственность. Сбор улик тоже. — В ЭсЭф офицеры участвуют в сборе.       Гэвин будто ухмыльнулся уголком рта. Кивнул. — Ну, значит, ты — на опыте у нас. Продемонстрируешь…       А час спустя Ричард с фонариком осматривал мусорные баки в поисках оружия — один из свидетелей в кафетерии видел, как убегающий мужчина что-то выкинул. Повезло, что нож ещё не так глубоко провалился в зловонную жижу на дне — воткнулся в старый пакет тетрапака. С тихими ругательствами Стерн почти наполовину в бак залез и достал оружие с бурыми пятнами, в пакет для улик сложил. Недовольно попытался некогда чистое пальто оттереть от грязи. Не получилось. Это раздражало.       Детектив Рид ждал уже у машины. Ричард нож ему продемонстрировал, пояснил, где нашёл. — Отлично. И запись имеется, как его сбросили, — напарник флешку с записью камер в пальцах крутил. — Пройдёмся по пути его отхода, вдруг ещё есть, где лицо видно. В департаменте запрос оформить надо… — …если кредиткой воспользуется, — договорил Ричард. Всё же ограблением этот вызов оказался. Девушка не хотела сумку отдавать, за что её грабитель и ранил. Не смертельно, судя по заверениям врачей, но легче ей от этого не было.       Камеру они с напарником обнаружили только на частной стоянке в квартале от места преступления. На ней фигура в капюшоне мимо ворот пробежала. Особо это видео помочь не могло, так что приняли решение вернуться в участок.       Перед тем, как сесть в машину, Ричард пальто снял, чтобы сиденье не запачкать мусорным пятном. Аккуратным свёртком на колени сложил, пристёгиваясь. Детектив Рид ничего не спросил: молча покосился и лишь окна приоткрыл в машине на обратном пути. Стерн подозревал, что запах от него исходил пренеприятный. — Улики оформлю, а с тебя — запрос в банк и отчёт, — самое нудное новый напарник скинул.       Только вот Ричард любил формы заполнять — это намного интереснее было, чем по помойкам ползать. Да и работать с бумагами было намного проще, чем с людьми. В отчётах был порядок, спокойствие заполняемых строк и ячеек. Бумага не врала, не истерила, не ругалась. Знай себе, впечатывай в нужные абзацы данные да в нужные адреса рассылай. С удовольствием Стерн погрузился в такой уже привычный мир бумажной волокиты.       Криков в первый день тоже хватило: был вызов на место убийства с последующим самоубийством и бьющейся в истерике горничной, обнаружившей тела, ещё одно крупное ограбление алкогольного склада, владелец которого поносил охранную фирму и несработавшую сигнализацию до хрипоты. Был и допрос того самого наркодилера, который благим матом тут же орать начал о полицейском произволе стоило Ричарду совместно с детективом Ридом зайти в допросную. К концу дня уже голова гудела, а от пальто несло не только помойкой, но и алкогольными испарениями из разбитого ящика, который офицеры случайно опрокинули рядом со Стерном.       В целом, неплохо первый рабочий день прошёл. Ричард перезнакомился почти со всеми сотрудниками департамента кроме отсутствующего лейтенанта Андерсона, исписал несколько страниц своего блокнота, заполнил и разослал дюжину запросов по разным делам, выяснил, что микроволновка в кафетерии не работает и что коллеги предпочитают обедать в закусочной неподалёку.       О напарнике своём опять же больше узнал. Детектив Рид был немногословен, по крайней мере с Ричардом. А вот с офицером Чен — «можно Тина» — болтал много, раза два точно отлучался к кофейному аппарату, перехватывая девушку на ходу. Кофе из аппарата пил часто, хотя сам говорил, что в департаменте он невкусный. Куда-то уехал на обед, предупредив, чтобы в случае ЧП напарник на телефон звонил из подписи в письме. Никаких признаков о том, что узнал Ричарда не подавал, ни о чём личном не спрашивал. Только по делам говорили, ещё пару раз о порядке действий детектива полиции. Стерн и сам только о работе спрашивал. И старался максимально немного спрашивать, а то этот голос…       Решил, что такими темпами сработаться не смогут, а объективных причин просить капитана Фаулера поменять напарника у него не было. Да и как такое просить, когда только пришёл. Кем себя Ричард выставит такой просьбой? Какое он право имел требовать перевода?! Тут решать надо было, обдумать всё хорошенько, линию поведения выстроить, но уже дома на холодную голову… — Детектив Стерн, — голос с хрипотцой из собственных мыслей выдернул. Ричард устало оторвался от экрана компьютера. Гэвин за своим столом стоял, задумчиво смотрел на напарника, — ты ж безколёсный, да? Подбросить до дома?       Ричард аж замер с такого внезапного предложения. Не ожидал. Хотя это тоже в рабочие нормы укладывалось — он не местный, без машины, вот напарник и предложил подвезти. А второй напарник мог бы поблагодарить за предложенную помощь и отказаться. На автобусе домой поехать. — Да, спасибо, детектив Рид.       А мог бы ещё немного проехаться с напарником, попробовать связь наладить. Так как связь между будущими напарниками — очень важная штука. Профессиональная связь, конечно. Им тут предстоит работать рука об руку, спины друг другу прикрывать. И важно знать, что за человек у тебя под боком. Чисто в профессиональном смысле.       Так Ричард думал, пока молча ехали в машине детектива Рида по названному адресу. По радио играла современная смесь хип-хопа с кантри напевами на бэк-вокале, за окном мельтешили ночные огни Мотауна.       Большим город оказался. Серым и грязным – всё как курортный Гэвин и описывал. Совсем не таким, каким Сан-Франциско был. Но так Ричарду даже больше нравилось: о прошлом не напоминало, не давило. С чистого листа в бывшем центре автомобильной промышленности начинал. В маленькой и чистой студии в Роял Оук, что снял, прочитав около сотни отзывов в интернете про район и местность. Те районы, которые курортный Гэвин называл, оказались слишком дорогими для съёма, хотя пользователи о них хорошо отзывались. — Тебе тачку надо взять, — внезапно подал голос детектив Рид. — Тут общественный транспорт херово работает, а на Убере разоришься ездить. — Я планирую. Уже присмотрел подержанную, — Ричард уже дня три как обживался в пригороде Детройта и автомобиль приобрёл. Со дня на день собирался забрать из монтажки с зимней резиной. — Район у тебя тут неплохой, спокойный. — Да, приятный. Зоопарк там находится… — Стендап клуб, где Тим Аллен и Дэйв Кулье выступали, — кивнул напарник. — Не знал. Работает ещё? — Вроде да. Я как-то давно не выбирался. — Гэвин уверенно вёл машину, даже на карту особо не смотрел. — Вот зоопарки не уважаю. Не был ни разу. — Я тоже не люблю, но на всех сайтах городка он первым упоминается. А ты где живёшь? — Ричард себе мысленную оплеуху отвесил. Ведь собирался дистанцироваться, собирался на «вы» общаться. Какого чёрта сорвался? — Бирменгем. У нас там ничего такого нет, только парки. Ярмарки да выставки иногда проходят. Спальный городок. — Звучит хорошо. Далеко отсюда? Крюк надо будет делать? — Не, десять минут по Вудворд-авеню. По пути даже. Могу подвозить, пока машину не заберёшь.       Легко предложил. Из вежливости. Ричард из вежливости согласился на следующее утро, а вечером как раз собирался за своим автомобилем. Немного о машинах поболтали. И всё ещё не понятно было из разговора, помнит ли Гэвин Гавайи или нет. Но так хотя бы уже какое-никакое человеческое общение вырисовывалось. С таким можно было дело иметь, не волнуясь, что не сработаются. Немного легче становилось. — Приехали, — детектив Рид припарковался у трёхэтажного здания с ярким фонарём возле входа. По тротуару спешили местные жители, кутаясь в куртки под пронизывающим январским ветром. Даже снега Ричард пока не видел тут — это удивляло, не так себе представлял север страны. Вот тебе и последствия глобального потепления.       Поблагодарил и выбрался из машины. Вонючее пальто натянул. Услышал, как сзади дверца хлопнула. — Слушай, Рич, — детектив Рид зачем-то из машины вышел, — раз рабочее время кончилось, то я тут сказать хотел.       Где-то в районе груди сердце гулко ритм свой отбило. Ричард медленно повернулся, всеми силами сохраняя спокойное выражение лица. Напарник даже не смотрел на него — боковое зеркало поправлял. — В общем, не знаю, помнишь ли ты, но мы с тобой в Кайлуа встречались, в новогоднюю ночь. Там виски, пляж… — «Крепкий орешек», — подтвердил Стерн. — Точняк! — детектив Рид кивнул, отпустил многострадальное зеркальце и прямо на Ричарда взглянул. — Я, честно, совсем не ожидал, что вот так увидимся. Сказать хотел, что на рейс спешил, если что. Ну чтоб недомолвок не было между нами. — Ага. — Точно! Гэвин же тогда говорил, что улетает. Хотя мог бы и написать. Но, чёрт побери! Хотя бы набрался смелости сказать, а то Стерн целую вечность уже голову ломал. — А я немного удивился тогда. Забыл, что у тебя отлёт был, — соврал, сильно удивился. Обиделся даже. — Ага. Ну вот прояснили, — Гэвин как-то печально ухмыльнулся. — Ну, и у меня правило имеется: «не гадь, где ешь». Понял?       У Ричарда в голове будто стекло треснуло. Громкий звук по перепонкам резанул. Не то, чтобы он на что-то надеялся, но… — Надеюсь, неловкости не будет, — голос Гэвина будто откуда-то издалека раздавался. — Нам же работать вместе… — Да-да, — поспешно согласился и закивал. — Я тоже так подумал. Нелепо бы было. Не хотелось бы быть, как Чендлер и Моника с Лондоном. Я про «Друзей»… — Я понял, — теперь Рид по настоящему улыбнулся. — Смотрел. Да, не хотелось бы такой ерундой страдать. А то пиздец неловко… — Согласен. Было и было. — Ага.       Оба замолчали. Наверно, Гэвин — детектив Рид — прав был: к чему эти заморочки, когда у Ричарда тут новая жизнь начиналась, карьера новая. К чему осложнять жизнь этими трудностями в виде романа на работе? Ну ерунда же полная! А ерундой ему совсем некогда заниматься. — Ну, до завтра, напарник, — кивнул детектив Рид, открывая дверцу машины. — Ага, до завтра, — Ричард самую бодрую улыбку выдал, на которую сейчас был способен. — Кстати, я думаю, что у Джо с Фиби пара бы получше вышла, — ляпнул зачем-то о своём давнишнем мнении, что частенько споры вызывало в кругу любителей старого сериала. — Ну у них химия покруче была, — внезапно согласился напарник. — Он — такой простой и наивный, она — с придурью… — Идеальный дуэт! — Идеальный, — Гэвин с интересом таким посмотрел, словно ещё что-то добавить собирался. Но лишь хмыкнул и в машину залез.       Ричард развернулся и домой направился одновременно и довольный, что всё на свои места расставили, и не довольный.       «Напарники - так напарники»…