Тень хранителя

Холод обрушился на них как стена. Темнота была абсолютной. Не той, к которой привыкают глаза — а вязкой, всепоглощающей. Элиот чувствовал, как вода обвивает его тело, будто тысячи нитей тянутся к коже, к разуму. Где-то рядом — шорох, голос… женский? Нет… нет, это… — Мама? — прошептал он. Звук рассыпался пузырями. Он потянулся — и рука наткнулась на Сириуса. Тот сжал его пальцы, сильно, словно боялся отпустить. Но голоса продолжались. Легкие, убаюкивающие, и в то же время пугающие. «Ты же знаешь, Элиот. Он лжёт. Всегда лгал. И снова предаст». Элиот резко замотал головой, захлёбываясь. Сириус потянул его вверх — нет, вниз? Здесь не было направления, не было верха и низа. Всё плавало. — Не слушай их! — прохрипел Сириус. — Это иллюзии. Они берут из твоих страхов! «А ты, Сириус», — теперь голос звучал уже у него в голове, чужим, мертвым, «Ты же знаешь, кого убил. Знаешь, чью душу оставил здесь». Сириус сжал челюсти, дыхание вырвалось хрипом. Пальцы Элиота обхватили его щёку — он заставил того посмотреть на себя. — Слушай… Эй, Сириус! Это не она. Это не они. Мы вместе. И я здесь. Чёрт возьми, я здесь ради тебя! Глаза Сириуса дёрнулись, в зрачках мелькнула тоска — но он кивнул. Поток вокруг них завращался быстрее, сгустился. Из темноты вдруг вынырнула фигура — обнажённая, но искажённая. Женщина с пустыми глазницами и зубастой улыбкой. — Не двигайся, — прошептал Сириус. — Кто это?.. — Это Хранительница Входа. Она решает, достойны ли мы пройти. Фигура вытянула руку. Между её пальцев пульсировал крошечный свет — фрагмент артефакта. — Чтобы получить, — произнесла она чужим голосом, — вы должны отдать. — Что? — выдохнул Элиот. Она не ответила. Только развернулась, скрываясь в потоке. — За ней! — крикнул Сириус и рванулся вперёд. Элиот последовал, не отпуская его руки.