Тени в воде

      Сынмин вновь оказался на том самом кладбище. Вокруг стелилась густая, влажная мгла, цепляясь за покосившиеся надгробия, а воздух был пропитан запахом сырой земли. Луна, наполовину скрытая облаками, тускло освещала тропинку, по которой он шагал. Каждый его шаг отдавался глухим эхом, словно кто-то невидимый следовал за ним. Ему не нужно было искать нужное место — ноги сами привели его к могиле, которую он уже видел в снах. Надгробие, покрытое мхом, казалось древним, но имя на нём было слишком знакомым, слишком личным. Он опустился на колени, чувствуя, как холод пробирается сквозь одежду. Сынмин поднял дрожащую руку, едва коснувшись надгробия, и в тот же миг земля под ним вздрогнула. Его сердце сжалось. Из-под почвы донёсся странный звук, похожий на плеск воды. Он резко отдёрнул руку, но было уже поздно — в следующий миг чья-то холодная, склизкая ладонь вырвалась из-под земли и сжала его запястье. Сынмин вскрикнул и дёрнулся назад, но хватка была неумолимой. Из земли поднималось нечто, что не должно было находиться здесь. Ему не хватало воздуха, в ушах гулко стучала кровь. Мир вокруг поплыл, и последним, что он услышал, прежде чем проснуться, был хриплый шёпот: — Я жду тебя.

***

      — Нет! — громко выкрикнул Сынмин, вскакивая с кровати. Его сердце бешено колотилось, дыхание сбилось. — Сынмо? Что случилось? Я слышал, как ты кричишь. — в дверях появился Эрик, обеспокоенно вглядываясь в друга. — Эрик! — Сынмин, всё ещё дрожа, подбежал к нему и, не сдержав эмоций, разрыдался. — Ну-ну, всё хорошо. Я рядом. — тут же обнял его Эрик, мягко поглаживая по спине. — Это был всего лишь сон. — Мне страшно, Эрик. — сквозь слёзы произнёс Сынмин. — Пойдём, я тебе чаёк налью, ты успокоишься, и мы поговорим. — предложил Эрик, мягко ведя его на кухню. Сынмин дрожал, пока Эрик наливал горячий чай и ставил перед ним кружку. Несколько минут он просто сидел молча, обхватив её ладонями, пока наконец не набрался храбрости заговорить: — Эрик… Ты мне не поверишь, но я должен рассказать. Я видел русалок. Дважды. Эрик посмотрел на него с лёгким удивлением, но не перебил. — В детстве. — Сынмин сделал глубокий вдох. — и в день, когда я приехал. Я видел их. Точнее его. Хенджин. Эрик внимательно смотрел на него, будто не зная, как отреагировать. — Это было не просто наваждение. Он настоящий. Я не знаю, почему, но мне кажется, что он не хочет зла. Он такой красивый. Эрик медленно кивнул, отставляя кружку. — Хорошо. Тебе этот Хёнджун снился? — спросил он. — Нет, мне снилось кладбище. Уже две недели. Это могила бабушки, она меня зовёт. — с трясущимися руками и дрожащим голосом произнёс Сынмин. — А ещё… его зовут Хёнджин, не Хенджун. — Кевину об этом говорил? — обеспокоенно спросил Эрик. — Нет, я сказал это только Томое и получается тебе. — покачал головой Сынмин. — Думаю, нам нужно втроём сходить на кладбище. Чтобы если на нас кто-то напал, мы им Кевина кинули, а сами убежали. — попытался разрядить обстановку Эрик, ухмыляясь. — Он тебя первым кинет, — хмыкнул в ответ Сынмин. — Видел, как он подкачался? — Ну вот на кладбище и узнаем. Я сейчас ему позвоню. — с воодушевлением заявил Эрик, выскакивая из кухни с телефоном в руках. Вернувшись, он уже набирал номер Кевина. После нескольких гудков послышался хриплый от сна голос: — Эрик, чёрт тебя дери. Ты на время смотрел? — И я тоже тебя люблю, Кев. — радостно протянул Эрик. — Собирайся и топай к Сынмину. Дело есть. — Ага, бегу и падаю. — с сарказмом пробормотал Кевин, но, судя по шороху в трубке, всё же начал собираться. — Ждём тебя! — с восторгом отозвался Эрик, сбрасывая звонок.

***

      Решивший подышать свежим воздухом Сынмин сейчас стоял у моста, смотря в даль. Ночь была прохладной, но не ледяной. Воздух пах солью и чем-то влажным, словно море дышало вместе с ним. Он выдохнул, позволяя лёгкому бризу коснуться его щёк, и шагнул вперёд. Последние дни кружились в голове клубком мыслей: кошмары, русалки… Всё это было таким нереальным, что он начинал сомневаться, не сошёл ли он с ума. И тут, вдали, на границе света и тени, он увидел силуэт. Фигура замерла у воды, но не исчезла, не скрылась. Сынмин знал, кто это. Даже не видя лица, он понял. — Я не причиню тебе вреда. — его собственный голос прозвучал спокойно, почти отстранённо. Он не собирался убегать. — Просто хочу поговорить. Силуэт не двигался, но Сынмин чувствовал, что тот его слушает. — Всё это… — он провёл ладонью по волосам, глядя на море. — Это странно. Но я хочу понять. Ветер шевельнул волны. — Я журналист. Мне довелось увидеть слишком много ужасного. Всё это… — он на мгновение замолчал, подбирая слова. — всё это, возможно, страшит меня меньше, чем то, на что способны люди. Где-то в глубине воды Хёнджин слышал его. Он не мог не слышать. Слова доходили до него, словно пропитанные самой ночью. Он не понимал, почему вообще задержался здесь, почему не ушёл сразу, но теперь не мог оторваться. Человек, тот самый человек, которого он сперва просто хотел изучить, говорил то, о чём Хёнджин редко задумывался. О людях. О страхе перед их жестокостью. О желании понять. «Зачем?» Вопрос застрял у него в голове, но он не спешил искать на него ответ. Он просто остался, чуть ближе к берегу, продолжая слушать. — Сынмо, с кем ты разговариваешь? — раздался за спиной голос Кевина. Сынмин резко обернулся, встретившись с обеспокоенным взглядом друга. Он отвёл глаза, снова посмотрел на океан… Но силуэта, который был там секунду назад, больше не было. Лишь волны мерно катились на берег, словно ничего и не происходило. — Да так… ни с кем. — наконец ответил он, отводя взгляд. — Пойдём в дом. Всё объясню. Они едва успели переступить порог, как Эрик взвыл: — Только не эти брюки! Сынмин моргнул, не понимая, о чём речь, пока его взгляд не опустился вниз. Ах да… Эти. Брюки Кевина со змеиным принтом. — Что с моими брюками не так? — возмутился Кевин, сделав демонстративный поворот на месте. — Мне не нравятся змеи. — нахмурился Эрик, скрестив руки на груди. — Змее ты тоже не нравишься. — усмехнулся Кевин. — Ну всё, хватит. — устало прервал их Сынмин, потирая виски. — Ты же не для этого его звал. Эрик раздражённо выдохнул, но спорить не стал. — Да, ты прав. — Он посмотрел на Сынмина, выражение лица сменилось на более серьёзное. — Рассказывай. Сынмин уселся в кресло, устало откинувшись назад. Кевин плюхнулся рядом, вытянув ноги, а Эрик остался стоять, скрестив руки на груди. — Ну? — подбодрил его Кевин, ожидая объяснений почему его вытащили в три часа ночи из дома. Сынмин провёл рукой по лицу, собираясь с мыслями. Он глубоко вдохнул, собираясь с мыслями. Не зная, с чего начать. Всё звучало настолько странно, что он сам едва верил в происходящее. Но Кевин смотрел на него внимательно, ожидая объяснений. Эрик тоже не прислушивался, хотя делал вид, что его больше волнуют брюки Кевина. — Это случилось впервые в детстве. — начал Сынмин, сцепив пальцы в замок. Кевин вопросительно выгнул бровь. — Ну, тогда я… встретил его. — Кого? — Кевин нахмурился. — Хёнджина. Русала. В комнате повисла тишина. — Русала? Ладно, допустим. Почему ты вспомнил о нём сейчас? Как вы вообще с ним встретились? — Я тогда был совсем ребёнком. Помню, как гулял у воды, и вдруг увидел его. Он был не таким, как люди. У него был хвост, длинные светлые волосы… Я тогда даже не испугался. Скорее, заворожился. — И что было дальше? — тихо спросил Кевин. — Он запутался в сетях. Маленький я ему помог и сказал, что мы теперь друзья. После он уплыл. Я никому об этом не рассказывал, потому что подумал, что мне показалось. Он на секунду замолчал, прокручивая в голове события последних дней. — А потом я вернулся сюда. И он снова появился. Кевин и Эрик молча переваривали услышанное. — Поэтому ты вспомнил об этом сейчас?— наконец произнёс Кевин. — Это было ваша последняя встреча? — Нет. Перед твоим приездом, я снова его встретил. — сказал Сынмин. Судя по расширенным от шока глазам Эрика, тот находился в непонимании, как не заметил это. — Но теперь он… он меня слушал. Не знаю почему, но я уверен, что ему было интересно. — Интересно что? — спросил Эрик. Сынмин немного помолчал, прежде чем ответить: — Я говорил, что не боюсь его. Что хочу понять их. Потому что люди, которых я видел в своей жизни, были куда страшнее. Кевин нахмурился. — Ты про свою работу? Сынмин кивнул. — Я видел, на что способны люди. Войны, преступления, ложь. После этого бояться русалов… кажется даже глупым. Эрик прислонился к стене, тяжело вздохнув. — И что? Ты хочешь продолжать с ним встречаться? — Я не знаю. Но мне кажется, что это ещё не конец. Кевин с минуту молчал, потом сказал: — Но это же ещё не всё. Вы меня не для этого в три часа ночи вызвали. С учетом того, что русалку ты встретил только после звонка мне. Сынмин напряжённо сжал челюсть. — Мне начали сниться кошмары. Они начались, как только я приехал. Сначала я не придавал этому значения. Но Эрик предложил решить проблему. Поэтому мы идем на кладбище. — Кладбище? — переспросил Кевин. — Да. Мне снится одно и то же место. Я знаю, что оно реально, потому что был там. Это могила моей бабушки. Я не знаю, почему мне снится именно она… но ощущение, будто мне что-то пытаются сказать. Кевин провёл рукой по волосам, переваривая услышанное. — Это слишком… странно.— пробормотал он. — Знаю. — вздохнул Сынмин. — Но нас странности никогда не пугали. Пойдем сейчас? Сынмин посмотрел на него. — Да.

***

      Ночь выдалась безлунной, и даже звёзды, казалось, спрятались за плотной завесой облаков. Воздух был густым, неподвижным, давящим, словно сам мир затаил дыхание. Сынмин шагал впереди, фонарь в руке слабо освещал дорогу, но свет казался недостаточным — тьма за его пределами словно сгущалась, сопротивляясь. Кевин и Эрик шли за ним, не произнося ни слова. Их присутствие успокаивало, но не избавляло от тревоги, прочно засевшей в груди. Чем ближе они подходили, тем тяжелее становилось дышать. Сынмин знал, что место, которое он искал, находится впереди. Каждый шаг отзывался в груди глухим эхом. Он пытался держать себя в руках, но пальцы, сжимавшие фонарь, слегка дрожали. — Если что, мы рядом. — негромко сказал Кевин. Сынмин коротко кивнул, не оборачиваясь. Здесь он не был с детства. Тогда всё казалось другим — не таким давящим, не таким… живым. Теперь же кладбище дышало чем-то невидимым, каким-то древним знанием, которое было сокрыто от людей. И вот она. Та самая могила. Сынмин остановился, не решаясь подойти ближе. Земля перед ним казалась чужой, не такой, как вокруг. Как будто даже трава здесь росла иначе. Он не знал, что именно его пугало, но сердце отчаянно твердило одно: уходи отсюда. — Это она? — осторожно спросил Эрик. Сынмин кивнул. Он пытался дышать ровно, но грудь сдавило так, будто невидимая рука легла на его плечи. Он никогда не боялся бабушки. Даже когда был маленьким, её присутствие всегда казалось тёплым, родным. Но сейчас… Сейчас могила внушала страх. — Здесь что-то… — Кевин замялся, подбирая слова. — Что-то не так. Сынмин невольно шагнул назад. — Я это чувствую. — пробормотал он. Эрик молчал, но Сынмин знал, что и он ощущает то же самое. Ночь сгустилась. Воздух сделался холоднее, резче. И тогда Сынмин понял: он не просто так видел это место во снах. Здесь что-то было. Что-то, что ждало его. — Откопай у надгробия. — донесся до него шепот. — Что? — обернулся он на друзей. — Что? — удивлено посмотрел на него в ответ Эрик. — Вы ничего не говорили? — спросил он друзей.. — Ничего… — покачал головой Кевин. Сынмин сглотнул, снова переводя взгляд на могилу. Шёпот прозвучал так ясно, словно кто-то стоял у него за спиной. “Откопай у надгробия.” Эти слова продолжали звучать в его голове, вызывая холодные мурашки по спине. — Нам… нам лучше уйти. — выдохнул Эрик, напряжённо озираясь. Будто не он был инициатором всего этого. — Подожди. — остановил его Сынмин, не отрывая глаз от земли у надгробия. Что, если голос не просто так привёл его сюда? Что, если там действительно что-то есть? Он глубоко вдохнул, чувствуя, как страх сжимает его лёгкие, но всё же шагнул вперёд. — Ты серьёзно? — Кевин схватил его за запястье, заставляя остановиться. Сынмин посмотрел на него. — Я должен знать. Кевин колебался, но, увидев решимость во взгляде друга, тяжело выдохнул. — Тогда мы поможем. — твёрдо сказал он. — Ч-что?! — Эрик округлил глаза. — Ты же не хочешь, чтобы он один тут копался в могиле? — усмехнулся Кевин, хотя в его голосе чувствовалось напряжение. Эрик что-то пробормотал, но спорить не стал. Сынмин, сглотнув, опустился на колени и осторожно провёл рукой по земле у надгробия. Она была мягче, чем ожидалось, как будто что-то мешало ей слежаться. — Ладно, только давай быстрее, пока мне совсем не стало жутко. — пробормотал Эрик, становясь рядом. Сынмин глубоко вдохнул и начал разгребать землю. Пальцы проваливались в рыхлую, холодную землю. Она была влажной, липла к коже, забивалась под ногти. Сынмин работал быстро, не давая себе времени на сомнения, но сердце стучало в груди так громко, что, казалось, его могли услышать даже мёртвые. Кевин и Эрик тоже присоединились, помогая руками разрывать слой за слоем. — Если после этого на нас падёт какое-то проклятие, я тебя прибью, а потом себя. — пробормотал Эрик, отбрасывая очередную горсть земли. — Уже поздно, мы в любом случае встряли. — отозвался Кевин, но в его голосе не было и намёка на шутку. Сынмин продолжал копать, пока его пальцы вдруг не зацепились за что-то твёрдое. Он замер. — Здесь что-то есть. — хрипло выдохнул он. Кевин и Эрик настороженно переглянулись, но продолжили помогать, расчищая землю вокруг. Через несколько секунд из-под земли показался предмет. Он был небольшим, но определённо древним. Запачканный землёй, с гладкой поверхностью, на которой угадывались странные узоры. Сынмин осторожно вытянул его наружу. Как только его пальцы сомкнулись на находке, что-то внутри перевернулось. По телу пробежала странная дрожь, и на мгновение воздух вокруг сгустился, стал тяжёлым, словно что-то невидимое только что пробудилось. Где-то вдалеке пронёсся порыв ветра, завывая в темноте. Кевин судорожно выдохнул. — Чувствуете это? Эрик медленно кивнул. — Что бы это ни было… — его голос дрогнул, — мне это совсем не нравится. Сынмин не слушал. Он смотрел на находку в своих руках, чувствуя, как внутри растёт странное чувство… Ощущение, будто он нашёл то, что искал. Хотя он даже не знал, что это.