Мой товарищ майор

      Свои новые обязанности на ближайшую неделю я так и не понял до конца. Однако очень надеялся, что мне все объяснит сам майор. Командир долго вел меня в какую-то глушь. Лагерь, так сказать, начальников находился далеко от нашего, и все дело было в том, что они не принимали участие в учениях, а лишь наблюдали со стороны, какие вариации действий будут выбирать солдаты, что будет происходить. Я назвал эти учения «голодными играми». Ну похоже же было по концепции. - Рядовой Сомов прибыл, товарищ майор, громко отрапортовал я, зайдя в нужную палатку.       Мужчина перевел на меня взгляд, и я смог нормально его рассмотреть. В свете тусклого свечения лампы тени легли на его лицо несвойственной усталостью, к концу дня щетина ярко выражалась на его подбородке и шее. - Вольно, - отдал приказ комбат и я смог слегка расслабиться, хотя прямо нутром чувствовал, как зажаты мои булки. Отпустив капитана, мы остались в палатке одни. – Слушай, твоя задача будет простая: таскаться за мной и записывать все, что я тебе скажу, потом к концу вечера формировать это в отчет и сделав подпись, отдавать мне. Понял? - Понял, товарищ майор. - Спать будешь в спальнике там, - он указал в левую часть палатки, и сейчас я смог рассмотреть все вокруг: палатка была выше роста майора, вмещала в себя два спальника с разных сторон и походный стол со стульями. На столе стояла походная лампа и лежало кучу бумаг. Объяснив все, майор сел на стул, я все так же продолжал стоять, ожидая приказ. – Все понял? - Понял, товарищ майор, - кивнул я.              Комбат чему-то усмехнулся и прошелся взглядом по мне вдоль и поперек. Что он нашел – я не знаю, но мне почему-то неожиданно стало неловко.- Садись давай, знакомиться будем, - улыбнулся майор и я тут же сел на стул напротив него.Разговор без стопки у военных не разговор вовсе. Оттого я совершенно не удивился, когда спустя какое-то время на столе вместо бумаг оказалось две стопки, бутылка водки, соленные огурцы и прочая еда на закусон. Вот это прием, конечно. - Ну, будем, - чокнулся мужчина и залпом выпил стопочку, вдыхая огурец и откусывая его.       Спустя пару таких стопок у меня язык и развязался. Я рассказывал, как служится прекрасно, что парни в роте у нас прикольные, повезло мне в общем. - Звать то тебя как? – неожиданно выдал комбат, а я понял, что так и не представился. - Рядовой Семен Сомов, товарищ майор, - он довольно кивнул, а я неожиданно осмелел. – А вас..? - Майор Андрей Васильевич Журавлев собственной персоной. - Приятно познакомиться, - неожиданно выдал я, ответом мне послужило чоканье стопок.       Как добрался я до спальника – не понял. Утро встретило головной болью и криком «подъем». Комбат выглядел свеж и бодр, уже начисто выбрит и полностью одет в форму. Я быстро собрался, борясь с рвотными позывами и встал. Мужчина довольно хмыкнув, кивнул на бумаги и повел меня за собой. Наспех позавтракав армейской кашей, мы отправились на какое-то собрание.       Что в целом происходило, я не совсем понимал, еще и голова раскалывалась, но вида я не подавал, а все тщательно конспектировал. Правда, что именно – не понял тоже. И это как раз-таки стало проблемой, когда надо было подготовить сводный отчет. Сначала предстояло разобраться в своей тарабарщине. Не без труда это сделав, я предоставил отчет майору. Полистав бумаги с четким разборчивым подчерком он довольно кивнул. - Что ж, ты не плох, - удовлетворенно протянул он, а я зарделся, но сам так и не понял, отчего именно – от похвалы или от того, что это сказал комбат.       Второй день мучений пролетел также незаметно, как и первый. Вернувшись в палатку, мужчина сказал быстро собираться. Душа, на территории учений не предполагалось, однако майор сказал, что у нас будет возможность ополоснуться в озере, недалеко от базы.       Кто я такой, чтобы спорить со старшими? Поэтому быстро взяв вещи, посеменил за его атлетической фигурой.       Именно на озере, я понял второй раз, что пропал. Когда товарищ комбат снял футболку и в свете луны я увидел рельефное тело. Так быстро мое тело, мне кажется, ни на кого не реагировало. Так быстро и я не реагировал, чтобы скрыть следы армейского отчаяния и не занырнуть с головой в прохладную воду. Пока находился в воде я пытался себя успокоить и заверить, что все дело в том, что у меня давно никого не было, давно к себе не прикасался. Однако, почему-то, даже мне верилось в это с трудом. - Ты чего так быстро в воду сиганул? – удивился мужчина, всматриваясь в мое лицо. - По воде соскучился, - не придумав ничего умнее выпалил я, и майор пожав плечами забил на меня.       Прохладная вода вроде поумерила мой пыл, поэтому смыв с себя пот и усталость дня, я вылез из воды и наспех натянул одежду. Комбат вышел чуть позже, совершенно не стесняясь своей наготы.       Его член даже в расслабленном состоянии был не маленьких размеров, волосы покрывали все тело, особенная концентрация была на груди и от пупка вниз. Но черт побери, я словил себя на мысли, что с удовольствием бы запустил руки в его лобковые волосы, огладил бы грудь, цепляя за кудрявые волоски. - Пиздец, - выдал я свой диагноз, все еще не отводя взгляд от мужчины.       Он быстро одевшись, повернулся ко мне и вопросительно выгнул бровь, пытаясь понять к чему я привязал крепкое словцо. - Вспомнил, что утюг не выключил, - отмахнулся я, добавляя в голове у майора больше вопросов.       И действительно, какой я утюг мой не выключить в чистом поле? Поэтому просто отмахнувшись, следую вперед, сгорая со стыда от своих мыслей. Ой гореть мне в аду…Либо подумав, что я на солнце перегрелся, либо еще чего, майор не обращает на меня должного внимания, чему я безмерно благодарен.Так и заканчивается мой второй день. После отбоя я еще долго не могу заснуть. Смотрю в спину комбата, ворочаюсь и гоняю разные мысли перед сном. Его обнаженный образ снится мне потом всю ночь.