Прошлое что не забыть

Мы собирались улетать домой. Вокруг было слишком много движения, из тех, что не имеют смысла, но создают ощущение порядка. Икраны расправляли крылья, щёлкали клювами, нетерпеливо переступали когтистыми лапами. Воины проверяли упряжь, подтягивали ремни, делали вид, что это срочно и важно. Прощались без слов, похоже. Здесь вообще редко обращаются словами, когда всё и так ясно. А я стояла и была… где-то мимо. Телом здесь, а головой ещё там. Между вчера и сегодня утром. Между его рук и дыханием... Его губ и не сказанных слов. Интересно, если я сейчас передумаю, пойду и поцелую еще раз, что тогда будет? И только тогда я не решительно посмотрела в сторону Нейтеама. Он был… Спокойный, как и подобает быть, старшему брату.  Сдержанный и собранный, как подобает вести себя сыну вождя. Отстранённый и закрытый, как подобает тому, кто совсем недавно нарушил границу дозволенного. И теперь даже не смотрит в мою сторону… Ни лишнего взгляда, ни лишнего жеста. Даже расстояние между нами выверенное, безопасное. Так и надо. После всего, что было… так и должно быть. Но внутри это ощущалось как холод. Особенно после ночи, контраста. После рук, тепла, поцелуя, который не должен был случиться, но случился. После того, как он держал меня так, будто мир мог рухнуть, но не сейчас. Теперь он снова был сыном Турука Макто, воином клана, и все еще моим наставником. Тем, кем его привыкли видеть. Все правильно, как и должно быть. Просто я… не успела еще остыть. Из бесконечного потока мыслей меня вывел, естественно Ло’ак. Не знаю благодарить его или же начать орать. — Домой, значит? — бросил он легко, но взгляд был цепкий. — После, теперь насыщенной богатым опытом жизни.  Перевод: «Я знаю что, что-то было. Только пока это догадки. Я прощупываю почву и реакцию» Единственный вариант в таком случае. Не выдавать эмоции, чтобы нельзя было прочесть мысли и лицо. Я натянула улыбку: — Да ладно тебе. Обычная прогулка…Чуть не умерли, подумаешь. Сарказм только меня и спасает по жизни. — Ага, — кивнул он. — Классика. Это было чем-то странным, Ло’ак впервые не лез, не подкалывал. Может перерос?  Наврятли…  Сколько нас там не было?  Дня 3-4. Может быть, он нас просто мысленно похоронил, и взял на себя роль осознанного? А сейчас просто еще не переключился?? Пытаясь переключится с этих загадок. Я снова посмотрела на Тсцарик. Ее звали Кайра, как я узнала от Джейка. Она мне не нравилась. Совсем... Такие люди не нравятся по определению. Слишком спокойно смотрят, слишком точно бьют, слишком легко принимают чужую смерть как возможный вариант. Но… Я её уважала, как не как она наверное не спроста у них тут главная. Она почти убила меня, а я почти умерла. Судя по всему, у них это и есть форма взаимного знакомства. Кайра стояла неподвижно, как камень, вокруг которого текла суета. Когда наши взгляды встретились, она не отвела глаза. Её взгляд был спокойный, внимательный, без угрозы. Она тоже это помнила, все что было вчера, доказано. И, наверное, признавала: я выжила не случайно. Наверное, в её системе координат это что-то значило. Она слегка кивнула мне, не как врагу и не как своей. Как той, кто прошла через что-то важное. Хотя сама не знает через что. Я кивнула в ответ, подумав: Ну что ж, рады были познакомиться и почти умереть у вас. После этого кивка Кайры я вдруг вспомнила, что… Вроде оставила ремень для упряжи у костра. Или флягу. Или вообще что-то важное и срочное, могла забыть. Настолько срочное, что ноги сами понесли меня в сторону палаток. Ложь. Мне просто нужно было на секунду выйти из этого круга. От взглядов, от шума крыльев и от воздуха, который вдруг стал слишком плотным, будто его можно было резать ножом. Я сделала несколько шагов, глубоко вдохнула и вдохнула. Не помогло. — Всё правильно, — сказала я себе. — Надо успокоится, мы как-никак летим домой. В нашу уравновешенную и правильную жизнь. Ха. Я почти поверила в это, пока не свернула за угол палатки и… врезалась. Буквально. Мир дёрнулся и остановился. Руки инстинктивно схватились за что-то твёрдое и живое, а в следующую секунду меня поймали. — Осторожно, — сказал он. Удар получился глухим, нелепым. Лоб в грудь. Как будто я решила проверить, из чего он сделан. Руки Нейтеама сомкнулись сразу. Рефлекс. Он успел меня словить раньше, чем я осознала падение. Его ладони легла там, где им быть не полагалось. На талии и спине. Уверенно, как всегда. Тепло сразу пробралось под кожу, будто тело сказало раньше разума: вот, тут... не отпускай… Где-то за спиной слышались голоса. Чей-то смех. Кто-то шутил, кто-то звал икранов. Жизнь шла дальше, будто ничего не происходило. А у меня внутри наоборот. — Эй, — коротко выдохнул Нейтеам. — Всё хорошо? Он не отпускал сразу. Всего доля секунды дольше нормы. Может, меньше. Но я почувствовала это кожей, позвоночником, всем телом сразу. — Да, — сказала я. Ложь. Он посмотрел на меня чуть внимательнее. Не в лоб, а ниже, в глаза, на дыхание. Как будто проверял не слова, а пульс. — Я…я… Просто… проверяла реальность на прочность. — произнесла я, единственное что пришло мне на ум. Отвлекаясь от его прикосновения. Естественно, молодец… Он фыркнул и почти улыбка. Та самая улыбка, не обычная от шуток Ло’ака, или от смешной истории, ситуации. Это была редкая и едва уловимая улыбка. И кажется особенная, для меня… — Реальность жалуется, — сказал он. — Говорит, ты сегодня с ней слишком жёстка. Его ладонь всё ещё была у меня на спине. Не там, где нельзя. Пальцы сжались чуть сильнее и тут же ослабли. Он убрал руки, шагнув назад ровно настолько, чтобы между нами снова появилась та самая правильная граница. Черт подери, а между нами вообще присутствует хоть что-то правильное?  — Смотри под ноги, — сказал он уже ровным, обычным голосом. — Сегодня много суеты. — Ага, — кивнула я. — Вечно она. Я опустила взгляд, чтобы он не увидел, как у меня дрожат ресницы. Не от слабости. От нехватки его... — Спасибо, что подстраховал, — сказала я, быстро поднимая взгляд, на него. — Было бы неловко разбиться перед вылетом. В моем голосе была нотка эмоций, для шутки. Отчаянная проба, ослабить напряжение между нами. Он уловил это сразу. Я видела по глазам. — Я бы всё равно поймал, — ответил он, пытаясь помочь мне. — Я в этом хорош. О да. Ты чертовски хорош… Я кивнула с улыбкой, будто мы говорили о погоде. — Хорошо… Тогда буду стараться не проверять это на практике. Он усмехнулся уже открыто, но без тепла. — Ценю заботу о моих нервах. Мы стояли слишком близко для «просто друзей» и слишком далеко для всего остального. И оба это знали и чувствовали, наверное… Я чувствовала, как во мне поднимается это желание взять и стереть границу. Сказать: Хватит! Мне плохо без тебя… И верни руки. Но это была моя граница, я её поставила. А теперь честно играю в собственную ловушку. — Нас уже ждут, — сказал он, кивая в сторону икранов. — Знаю, — ответила я, кивая согласительно. — Я шла… и похоже забыла, зачем именно. — Бывает, — сказал он мягко. — Когда в голове шумно. Вот это было нечестно. Слишком точно и заботливо. Под соусом шутки, как я и просила у вселенной, которая меня явно недолюбливает. — У меня всегда шумно, — пожала я плечами. — Характер. Он посмотрел на меня секунду дольше нормы. Потом кивнул с улыбкой, но без взгляда на меня. — Тогда лети впереди. Ветер лучше продувает мысли. — Советуешь или командуешь? — приподняла я бровь.  — Забочусь, — сказал он. И тут же добавил: — По-дружески. Я рассмеялась, чуть громче, чем надо. Явно чтобы скинуть стресс. — Ну конечно, — сказала я. — Как же иначе. Минута неловкой тишины. Я уже почти открываю рот, чтобы ответить Нейтеаму что-то, когда сбоку раздаётся знакомое, слишком бодрое: — Ну что, — тянет Рия, подходя ближе и окидывая нас взглядом с головы до ног, — Вы так и будете стоять, как два потерянных ремня от упряжи, или всё-таки собираемся? Вот. Спасибо.  Прямо в точку. — Мы собираемся, — ровно отвечает Нейтеам. — Всё готово. — Угу, — кивает она, и как непонятно к чему кидает. — Сразу видно. Очень… собранные вы сегодня. Я закатываю глаза. Рия усмехается и уже собирается что-то добавить, но к нам подходит Кири, вся светлая, и непросвещенная в эти драмы. — Оо, вы здесь! — она улыбается сразу нам троим. — Я искала вас. Икраны готовы, Джейк спрашивал, можем ли вылетать. — Можем, — отвечаем мы почти одновременно с ним. Мы переглядываемся, на долю секунды. И сразу же отводим взгляды. Отлично.  Так слаженно.  Как настоящие друзья прям. — Тогда пошли, — говорит Кири, ничего не замечая или может делая вид. Джейк уже ждёт у края, проверяя упряжь. — Все готовы? — спрашивает он громко. — Да! — отвечает Ло’ак, уже сидя в седле. — Готовы, — говорю я, забираясь к своему икране. Нейтеам снова рядом. Помогает молча, уверенно, без лишнего. Его рука касается моей меня ровно настолько, насколько требуется. Помогая усесться  — Держись крепче, — говорит он, проверяя ремешок, в последний раз. — Как всегда, — отвечаю я, смотря ему в глаза. Он кивает и уходит к своему икране, не оборачиваясь. Мы рассаживаемся. Крылья расправляются. Воздух натягивается, как струна. — Взлет, — говорит Джейк. И мы взлетаем. Лагерь под нами медленно отступал, растворяясь в зелени. Клан Ррайну исчезает между корней, как сон, который был слишком реальным, чтобы забыться. Лес уходит вниз, ветер врывается в мысли, и я позволяю ему это. Потому что если перестану смотреть вперёд, если позволю себе ещё раз оглянуться на Нейтеама, летящего позади. Я могу забыть, зачем вообще придумала эти границы. Наверное, так и должно быть. Наверное, всё, что было… останется там. Но сердце, предатель, билось иначе. Живо, помня обо всем. Я помню, как он обрабатывал мне раны. Его пальцы были осторожными, слишком сосредоточенными, будто если он ослабит внимание хоть на миг, со мной что-то случится. Я тогда позволяя себе сама смеялась и убеждала, что у меня туманный мозг. Что яд всё ещё гуляет по крови. Что я могу и имею право говорить все что вздумаю. Я помню его взгляд в тот момент. Как он замер. Как будто боролся сам с собой.  А потом его губы... Тёплые, настоящие и желающие мои в ответ.  Такой поцелуй не бывает случайным, даже если ты убеждаешь себя в обратном. Я помню, как мы легли рядом, слишком уставшие особенно он, чтобы спорить с тем, что между нами. Его рука легла мне на талию будто случайно. Будто просто так. Но она осталась там всю ночь, и я засыпала, считая его дыхание. Утро было хуже... Утро было ясным. Не туманным, не отравленным, а чистым и беспощадным. Я помню, как проснулась на его груди. Как поняла, что хочу остаться. Как каждое движение, каждый вдох кричал о том, что стереть это - значит стереть часть себя. Это будет не просто больно. Это будет невозможно. Меня выводит из мыслей, тень слева, другой икран подлетает ближе. Я узнаю сразу.  Ло’ак.  Конечно… Пять минут тишины, и вот она. — Эй, — голос Ло’ака снова рядом, уже без смеха, но всё ещё с тем самым ленивым нажимом, от которого хочется насторожиться. — А что ты с ним сделала? Я даже не сразу поворачиваю голову. — Ты о чем вообще? — отвечаю раздраженно. — А ты не заметила? — перекрикивает он ветер, или по крайней мере пытается это сделать.  — Ло’ак поконкретнее, я не умею читать мысли, — кричу в ответ, смотря и реально не вьежая что он от меня хочет. — Он чего такой… — Ло’ак подлетает еще ближе, чуть прищурившись, — напряжённый в полете? Я сжимаю поводья чуть сильнее, чем нужно. — Он всегда такой, — отвечаю я автоматически. Лоак фыркает. — Не всегда. Я делаю вид, что не слышу.  Очень профессионально. Ветер свистит в ушах, икран плавно держит курс, а мысли… мысли совсем не там. После слов Ло’ака я все же оборачиваюсь, ищя его взгляд. И не нахожу… он не смотрит. Больно. Но да он летит, напряженно. И я знаю что это не как всегда… Просто у него новый стиль полёта. В честь почти-мой смерти. Или почти-нашего поцелуя. Или почти-нас. Я отворачиваюсь, но понимаю: некоторые поцелуи не забываются. Некоторые ночи не стираются. И некоторые утра навсегда меняют траекторию полёта. И я вдруг осознаю, самую больную правду: Самое сложное испытание было не там, в Ррайну, оно начнется уже дома.