Боясь желать тебя

— Не боишься? Морте улыбается, его хитрый взгляд блуждает по Луканису, лениво разминающегося с легким прищуром от проступающих световых лучей, от которых прятался в его привычной маленькой комнате, скорее даже кладовой, с очередной чашкой кофе. А Рук же пытался придумать тысячу и одну причину для того, чтобы вытащить его. В сугубо оздоровительных целях, конечно же. Де Рива невольно залипает на движения пальцев, которыми Делламорте разминает свои плечи, уже жалея, что сам предложил эту авантюру днем раннее. Ему очень уж сильно хотелось на себе ощутить всю ту славу Демона Вирантиума, о котором слишком часто говорил Виаго, а теперь раз уж выдался шанс… Грех не воспользоваться.  «Только Виаго забыл упомянуть, что тот еще и красив до невозможного», — ворчит про себя Морте, подавляя в себе восхищенный вздох, который обычно не сдерживали жительницы Тревизо, стоило лишь Луканису пройти мимо них на рынке.  — Любопытно, чему тебя успел обучить Виаго. И насколько ты хорош.. Без своей магии, — Луканис обращает свой взгляд на него, и Морте еле успевает отлипнуть, делая вид, что рассматривает свою броню и стряхивает невидимую пыль. — Да и размяться… Я никогда не прочь. Особенно в такой хорошей компании.  — Значит, я хорошая компания все-таки? — Рук не сдерживает довольной улыбки, доставая два кинжала. Первый — подарок Виаго в честь Посвящения, второй же… Сувенир с одного из заказов. Откладывает их в сторону, дабы взять обычные, тренировочные. Магическая сфера была, конечно, намного привычнее и удобней, но раз они решили играть без козырей… — Тогда чур без крыльев. Я не брал лук.  Луканис смеется, но соглашается, добавляя только тихо: «Если Спайт не захочет сам принять участие».  Чуть поодаль собрались немногочисленные зрители: Беллара, которая желает увидеть мастерство хваленных Воронов, и Даврин, подбадривающий репликами а-ля «Покажи ему, Рук!», которого перебивает разве что Ассан, перенимая бодрствующее настроение хозяина и прыгая вокруг него.  — Готов, вороненок? — Луканис принимает боевую стойку, обнажая свои тренировочные клинки. Рук делает последний протяженный выдох, кивает и следует его примеру. Пальцы подрагивают то ли от предвкушения предстоящей битвы, то ли от… Того, насколько Делламорте хорош, когда в нем просыпается настоящий убийца. Действующий всегда точно, быстро, без сожалений и промедлений. Сосредоточенный взгляд оценивает обстановку, каждый шаг точно выверен, а каждое движение клинком — искусство, стремящееся вонзиться в твою плоть.  «Это точно было плохой идеей».  Они обходят друг друга по кругу, не стремясь нападать. Выжидают удобного момента, каждый из них не готов отдавать победу даже в шуточной тренировке, тем более когда между ними царит не только напряжение, а нечто… Большее. Еще непонятное, почти эфемерное, но крепкое и страстное, как в любимых романах Хардинг.  — Ну же, Луканис. Представь, что я Гиланнайн, — Рук фыркает со смеху, а одной рукой старается показать щупальца с характерным таким чавкающим звуком. Поймав тяжелый и недоуменный взгляд Луканиса, то прокашливается, отводя смущенный взгляд в сторону. Буквально на секунду… И это было его первой ошибкой. Делламорте резко поддается вперед, в один прыжок оказываясь подле Рука. Бьет поддых точным ударом локтя, заставляя согнуться от недостатка воздуха, хватает одну из его рук, подло сжимая в попытке заставить бросить один из кинжалов.  — Одно твое слово, и мы закончим… На моей победе, — шепот обжигает ухо, заставляя волосы на затылке встать дыбом. Рук уже готов согласиться, он согласен на что угодно, лишь бы Луканис не отходил от него, но берет себя в руки. Победу он так просто не отдаст.  — Извини, джентельмены не в моем вкусе, — Рук очаровательно улыбается, с силой наступая на ногу Луканиса, заставляя того от неожиданности отступить назад. Это дает Руку шанс обойти демона за спину, чтобы попытаться сбить его с ног и нанести один точный удар. Точнее, сделать вид… Морте в принципе слишком часто просто делает вид. К примеру, делает вид, что не раздумывает над тем, как бы еще вывернуться и украсть у Луканиса минутку его свободного времени.  — Грязный прием, — Делламорте цокает, уходя от атаки Рука одним прицельным уворотом, тупым кинжалом проводя по боку де Рива. — Ранил.  — В самое сердце, — хрипло почти шипит Рук, скрещивая свои кинжалы с чужими. Корпус вперед, парирование, ответная атака, уворот, шаг вправо, назад, атака… Все, как учил его Виаго. Тренировки у Воронов всегда заканчивались только на первой крови и то не всегда, если результат неудовлетворительный. По крайней мере так было у самого Пятого Когтя, который учил еще совсем маленького эльфа лично, до изнеможения и нередких переломов.  Зато он смог стать сильнее, упрямее и со внутренним стержнем, который как раз и нужен их самоубийственной миссии. Возможно, не самый примерный Ворон, вряд ли ему стоит хотя бы мечтать о звании Когтя, зато с семьей, которая от него не отвернется.  Луканис же словно предугадывал все его приемы и шаги, вовремя уходя от них и парируя. Не спешил наступать, как Рук, явно ожидая удобного момента. Разгоряченный, с тяжелым и сбитым дыханием, выступающей капелькой пота на лбу… Ничего сексуальнее Морте в своей жизни точно не видел и вряд ли уже увидит.  — Ты… В отличной форме, — Рук удовлетворенно кивает, привлекая внимание Луканиса, а когда удается, то направляет на него серию мощных ударов и пинает, заставляя того пошатнуться, потеряв опору. Слышится громкий крик Даврина: «Добивай его, Рук!», прежде чем сам де Рива приставляет кинжал к горлу Луканиса с довольной улыбкой. — Победил!  Но тот не реагирует, что заставляет нахмуриться. Рук не успевает понять, что же могло произойти, как тут… — Я. ТОЖЕ. ХОЧУ. ДРАТЬСЯ. С. РУКОМ! — громкий крик Спайта почти оглушает. Он с легкостью отталкивает от себя Морте, а сзади же постепенно проявляются черные, с фиолетовым отливом крылья.  — Спайт! Ты не можешь просто так брать и… — нравоучительную речь Рука прерывает рычание Спайта. Взмах крыльев, и тот обрушивается на него, словно волна, заставляя обороняться. Беллара и Даврин пытаются вмешаться, но Морте произносит твердое: «Не смейте!», уходя от атак. — Кому-то я подровняю крылышки сегодня.  — Ты занимаешь много места. В нашей голове. Это мне не нравится! Спайт рычит и, схватив Рука за запястье, взмывает в воздух, что… Совершенно не нравится самому Морте. Он еле сдерживает в себе истеричные писки, глядя как Беллара и Даврин превращаются в расплывчатые точки. Пытается грозно приказать отпустить его, на что получает злорадное: «Как скажешь».  Они оказываются на пустом островке, совсем недалеко от центра Маяка. Рук группируется и, сделав кувырок, встает на ноги, гневно уставившись на взбунтовавшегося Спайта. Что только на него нашло?  — Ты очень плохой демон, — Морте шутливо грозится пальцем, но тут же отбрасывает один из кинжалов, чтобы в руке тут же угрожающе вспыхнули маленькие молнии. Магия без посоха или сферы не так сильна, но… Рук справится. Должен справиться. — Я не хочу портить милую мордашку Луканиса, Спайт, так что выкладывай лучше, что ты задумал.  — Драка! — Спайт угрожающе бежит прямо на Морте, и тот старается остановить его, кидая под ноги молнии, но тот уворачивается, делая легкие прыжки с помощью крыльев и почти настигая Рука. Тому приходится сделать рисковый рывок в сторону, но Спайт, раззадоренный и, кажется, и впрямь желающий его крови, все равно настигает свою цель, с силой впечатав тупой кинжал ему в щеку. Грубо, с явным удовлетворением, так, что рана все равно проступает на щеке, а тоненькая струйка крови тянется до подбородка, пачкая и шею. Рук морщится, но игнорируя боль, кастует заклинание, отбрасывая Спайта мощным магическим толчком назад, а в глазах: раздражение, настолько сильное и грозное, словно Морте прямо сейчас попытается буквально выдавить демона из Луканиса.  — Привязываешь. К себе. А я хочу СВОБОДЫ, — Спайк встает на ноги, но Рук отбрасывает в сторону оставшийся кинжал и выставляет руки вперед, капитулируя. Это заставляет демона остановиться, сжав кулаки, что удивляет Морте. Уже неплохой знак.  — Давай просто поговорим, — на выдохе произносит Рук, плюхаясь на землю и пытаясь отдышаться. Будничная тренировка… Превратилась почти в спиритический сеанс. С ноткой психологии.  — Хочу. На. Свободу, — повторяет Спайк через зубы, на что Рук кивает, пытаясь сделать самое сосредоточенное лицо из всех. — Убить. Ее. Вырвать. Плоть. Кости. УБИТЬ.  — Ее? Зару Ренату? — Рук чешет переносицу и задумчиво кивает. — Мы отомстим. Я же обещал помочь, Спайт, мы ждем подходящего момента, ты же знаешь… — Недостаточно. Он не хочет. Уходить. От тебя! — Морте удивленно вскидывает брови и еле сдерживает в себе самодовольную улыбку. Значит, он не один… Помешался.  — А зачем тебе уходить? Разве я не даю тебе и Луканису убивать магов? Антаам? Тебе мало? — Рук почти даже обиженно скрещивает на груди руки, глядя на демона исподлобья. Так хотя бы он может пялиться на Делламорте и не бояться, что это будет замечено… Разглядывать и подмечать каждую деталь его лица, даже маленькие синяки и морщинки под глазами из-за бессонных ночей… — Он не дает. Действовать. Нам. Из-за тебя. Страх. Из-за тебя! — Спайт ведет себя почти как капризный и обиженный ребенок, однако Рук пытается понять смысл всех сказанных демонов слов. Нельзя принимать все на веру, иначе… Есть шанс разочароваться. А разбитое сердце в планы Рука не входило. В ближайший год как минимум.  — Я помогу тебе, договорились? Сделаю все, чтобы Луканис.. Не связывал руки Вам обоим. Союз? — Морте тянет вперед руку, и Спайт долго смотрит, прежде чем пожать ее. — Вот так. Отлично. Вернешь Луканиса назад?  — Ты. Мне. Нравишься, — демон ухмыляется, носом утыкаясь в щеку Рука и вдыхая запах свежей крови. Прикрывает блаженно глаза, а сам Морте… Не знает, как выразить свое собственное ошеломление культурными словами. — Союз. Секрет. Твой. Со. Мной.  Демон отдаляется, и Рук впервые видит так близко, как Луканис приходит в себя. Как проступает осознанность вместе с растерянностью в глазах, как тело напрягается каждой клеточкой, но в каждом его движении пугливая осторожность, словно бы Спайт мог в любой момент снова перехватить контроль. Он моргает, потирая лоб, и только сейчас смотрит на Морте. На рану на его щеке и виновато сжимает губы, даже не хотя спрашивать.  — Рук… Прости. Он. Мьерда. Иногда я сам не понимаю, как это происходит, — шепчет виновато, беря Морте за руку, и разочарованно вздыхает. Разочарованность собой, своей слабостью перед демоном и не знанием, как же выбраться из этого болота под названием Спайт, не навредив никому. Особенно Руку. — Хэй, все хорошо. Это так, царапина. Луканис, посмотри на меня, — Рук, обхватив его подбородок, заставляет повернуться. Ему жаль, что Делламорте совершенно точно не послушает его и закроется сильнее прежнего, дабы свести к минимуму… Подобные появления Спайта. — Все правда хорошо. Он бунтует, потому что не хочет делить контроль и власть… И… Надо просто придумать, как Вам найти нужную точку соприкосновения… — Рук. Позволь, я сам с этим разберусь, — он сильнее сжимает ладонь Морте в своей, и вымучивает из себя улыбку. — В любом случае спасибо за тренировку. Виаго не прогадал с тобой. — Найдем более безобидное развлечение? — Пожалуй, — Луканис улыбается, помогая Руку подняться. Тот отряхивается, пытаясь не придавать большое значение чужой руке в своей. Подумаешь. Всего лишь. Обычный жест. — Рук?  — Да? — Спасибо. За веру в меня, — Делламорте подносит его ладонь к своим губам, оставляя на внешней стороне кроткий поцелуй.  И этому Рук уже не может не придавать большое значение.  Если бы он вел дневник, то обвел бы этот день красными сердцами. По всему листу.  — А… Да, пустяки. Всегда… Пожалуйста.  — Вернемся назад. Мне точно нужен отдых.  День, обещавшийся быть спокойным впервые за долгое время, внезапно обогатился новым союзом со Спайтом, а значит укротить самого Луканиса лишь дело времени.  Времени и собственной выдержки не завалить его в постель раньше.