Рождественский лейтмотив

      Стоял глубокий вечер. Юна с благословением выпроводила Чана и Принца на прогулку, а сама расположилась в гостиной у большого камина одного арендованного домика.       Место было замечательным. Дом стоял прямо у берега озера. Чан просто мечтал привести сюда всех мемберов на барбекю.       О таком отдыхе Юна и мечтать не могла. Она устроилась на мягком диване, накрыла ноги шерстяным пледом в клетку и смотрела на мелькающие огоньки камина.       На огонь она действительно могла смотреть вечно. На то, как небольшие язычки пламени то и дело меняли направление, а маленькие искорки уходили далеко в дымоход. Так тепло и уютно. Так тихо и безмятежно.       Такая обстановка просто не могла не уносить в царство Морфея. Глаза медленно закрывались, постепенно размывая картинку перед глазами. Юна слегка наклонилась в бок и облокотилась на одну из диванных подушек. Попрощавшись мысленно с игривыми огоньками, она полность погрузилась в сон.       Спустя некоторое время дверь дома заскрипела, впуская на порог Чана и Принца. — Давай лапки, дружок, — Чан протянул псу лоток с теплой водой, чтобы помыть их. Принц лизнул Чана в нос. Тот засмеялся и подальше отодвинул голову. — Когда твоя хозяйка в последний раз чистила тебе зубы, а? — он скривил лицо и посмотрел вглубь помещения, где располагался камин, ожидая ответа. Он повторил: — А? - более протяжно и наигранно.       Мужчина свёл брови к переносице, просушил уже чистые лапки пса. Он снял верхнюю одежду и пошел к камину. Принц запрыгнул в ноги к Юне, немного потоптался, после чего удобно устроился.       Лёгкая тень переживания, которая поселилась на его лице, в миг испарилась. Его любимый человек мирно спал под треск поленьев. Лицо Юны было полностью расслаблено. Чан был удивлен, ведь её сон всегда беспокойный и прерывающийся. А сейчас все было иначе. Вероятнее, в этот момент мозг девушки наконец-то перестал разгребать и по несколько раз обдумывать одни и те же мысли. Он в кое-то веке устал и сам.       Чан присел на корточки рядом с диваном. Он наклонил голову так, чтобы их лица были в одинаковом положении. Едва касаясь, он погладил щеку Юны, после оставляя самый нежный поцелуй на её приоткрытых губах.       Чан не собирался её будить, нет. Не сейчас.       Он разбудит её позже, к ужину. Тогда ей не так сильно захочется его придушить, узнав, что еда готова.