Рождественский лейтмотив

             Стены спальни Юны были свидетелями неистовой страсти, похоти и желания. Два молодых и горячих сердца стремились друг к другу непреодолимо сильно. Отдаться эмоциям и просто наслаждаться моментом единения.       Чан проснулся в теплых объятиях любимого человека. Он был приятно вымотан за ночь. Его и Юну по пояс укрывала белоснежная простыня, которая всё ещё освежающе пахла хлопком.       На груди мужчины изящно лежала нежная рука девушки. Чан повернул голову в сторону милейшего сонного лица, что сейчас упиралось в его мускулистое плечо. Он улыбнулся. На душе было так беззаботно хорошо.       Бан Чан приподнялся на локтях и медленно выскользнул из–под теплой руки. Он надел спортивные штаны и, слегка размяв плечи, подошел к занавешенному окну. Мужчина приоткрыл шторку. На улице по-прежнему было снежно. Вершины домов были ярко окрашены в розоватый оттенок рассветного солнца. Чан медленно поднёс пальцы к своим пухлыми губам, мягко поглаживая их. Его вновь накрыла волна ощущений пятичасовой давности.       Мужчина прикрыл глаза и прерывисто вздохнул. Перед глазами возникали образы изящного женского тела, так прекрасно двигающегося под ним. На нём. Сердце перешло на быстрый ритм, передавая пульсацию крови в уши. Там же, медленно подступая, стали воспроизводиться звуки. Стоны.       Её нужные, протяжные стоны, что она так часто издавала, показывая ему, как сильно она наслаждалась Чаном. Наслаждалась его действиями и похвалой. «Не останавливайся, Крис» «Прошу, я так хочу тебя» «О, ещё» Бан Чан буквально застыл на месте, полностью окунувшись в уходящую ночь. Ещё один флешбек.       Юна стояла на коленях перед Чаном, держа свои руки у него на бёдрах. Она желала большего, но Бан приятно растягивал их удовольствие. Он провёл большим пальцем по её губам, немного приоткрывая их. «Давай, малышка, будь послушной»       Девушка изогнулась и издала стон возжделения. Она раскрыла рот шире, и Чан смог протолкнуть большой палец внутрь. Юна ласково играла языком, смотря в глаза любимого мужчины. Он тоже хотел большего. Намного большего. Чана пробрала дрожь по телу. Морозное утро было здесь совсем ни при чем. Его буквально распирало от пылающей страсти внутри. Всё это состояние подкреплялось тем, что знакомые нежные руки обвивали его торс со спины. Мужчина слегка повернул голову в бок. На его губах расцвела улыбка, словно солнце, которое все выше поднималось над горизонтом. — Может еще поспим? — хриплым ото сна голосом спросила девушка. — Я слишком возбуждён. Думаю поехать в агентство пораньше, — Бан ухмыльнулся и развернулся в объятиях Юны. Своими крепкими руками Чан обнял её обнаженное тело, закрывая от прохлады комнаты и уткнулся лицом в изгиб её шеи. Ещё чуть–чуть, и последний сдерживающий механизм рухнет. Мужчина положил Юну на кровать и укутал в одеяло. Он навис над ней, наслаждаясь её присутствием. — Ты меня кутаешь в одеяло – это не сексуально, — ворчала она, сложив при этом алые губы бантиком. — Да ну? Думаешь, будет сексуальнее, если начнешь соплями метать? — он немного откинулся назад и выпрямил спину. Чан начал размахивать руками, как человек–паук, издавая ужасно смешные звуки.       Юна громко засмеялась, и Чан это подхватил. Девушка высвободилась из плена белого одеяла и положила свои руки мужчине на щёки. Она надеялась, что работа всё же подождёт своего времени. — Останешься на завтрак? Чан улыбнулся и мягко припал к любимым губам, углубляя поцелуй. — Разумеется, — он продолжил целовать девушку, ласково поглаживая её шею. После чего немного отстранился. — Если только этим завтраком будешь ты, — Бан Чан сказал это почти шепотом, а следом накинулся на безоружную девушку, игриво кусая ту в шею. К этому времени комнату почти заполнили рассветные лучи утреннего солнца и громкий смех двух молодых людей отскакивал от стен, создавая эхо. Создавая воспоминания.