Рождественский лейтмотив

Дом вверх дном. Примерно так сейчас можно было бы описать состояние квартиры Ли Юны. Наконец–то состоится долгожданная встреча, превозмогая порывы ветра и жуткий холод. Много лет назад встретились на просторах интернета пятеро замечательных людей. О Йонг — красавица, каких свет ещё не видывал. Умная и неординарная. Ким Тэян — талантливая, очаровательная и самая ответственная девушка из всех. Пак Инсон — смелый, непревзойденный парень с ужасным чувством юмора. Кан Юджун — душа компании, миллиардер, филантроп, великий соблазнитель – это все про него. И Ли Юна — трудоголик с большой буквы и строгий менеджер на работе, но душка в компании своих людей.       Сложно находить время на встречи, когда на всём ходу на тебя летит эшелон, доверху заполненный ежегодной отчетностью, проектами и командировками.       И вот наконец-то, здезды сошлись. Солнце в зените, Луна на пике, Меркурий не ретроградный — старые друзья встретятся все вместе. Хлопнула входная дверь. — Нас ограбили? — Чан крикнул в коридор, ведущий в большую комнату, где громко играла музыка. Дверцы шкафов были открыты. С полок свисали шарфы, шапки, а на вешелках покачивались пиджаки. — Привет, — Юна наспех чмокнула в щёку мужчину, что стоял с выпученными глазами. — Мои сборы — всегда очень драматичное мероприятие для квартиры. Чан не терял удивлённого выражения лица. Он медленно разделся и закрыл дверцы шкафа, по пути убирая обувь на полочку. — Сборы куда? Ты куда–то идёшь? — Бан нахмурил брови и прищурил глаза. Юна на пятках развернулась, докрашивая губы блеском. — Здравствуйте, я тебе ещё позавчера сказала, что у меня дружественный консилиум. — Блин, — он схватился за голову и засмеялся. — Забыл. — Поэтому ты сегодня предоставлен сам себе. Я одеваюсь и убегаю, — Юна обошла его и скрылась в спальне. Мужчина стоял какое–то время, глядя ей вслед. Потом он дёрнул головой и, пошатываясь, направился за ней, громко топая ногами. — Ты собираешься напиться? — он остановился в проёме, наблюдая, как Юна застёгивает черные классические штаны и тянется за рубашкой такого же цвета. — В слюни, — она махнула длинными русыми волосами, хватая красный клатч. Потом прошла мимо парня, хлопая того по упругой попе. — Смелое заявление, — Бан скрестил руки на груди.       Он всегда переживал за неё. Всегда, когда она была не в поле его зрения. Осведомлённость о том, что она будет со своими друзьями, ему ровно ни о чем не говорила. Он считал, что в безопасности она только с ним. — Тебя забрать? — Чан облокотился плечом на шкаф. Юна застегнула сапожки и накинула пальто. — Думаю, я сама, отдыхай, — Юна уже открыла дверь и обернулась, чтобы послать воздушный поцелуй. — Всегда это твоё « я сама » , ты же знаешь, что меня это бесит? — он перехватил её руку и утянул девушку в сочный поцелуй. Чан старался углубить поцелуй, как можно более настойчиво.       Он мягко прикусывал её губы, напрочь слизывая недавно нанесенный блеск. Юна на пару секунд вышла из равновесия, почти падая в плен этого искусителя, но их сладострастный поцелуй нещадно прервал телефонный звонок. Девушка несмело отстранилась от мужчины, прожигая того взглядом, и достала телефон. Чан захныкал, нехотя отпуская Юну за порог. — Алло? Юджун, я выбегаю, — девушка побежала к лифту. — Юджун? — Чан крикнул ей в след. — Все, Крис, я убегаю, — Юна помахала ему своей изящной ручкой.       Двери лифта неизбежно отдаляли девушку от Бан Чана, пока та вытаскивала из сумки блеск, чтобы подкрасить губы, при этом всё ещё придерживая телефон плечом.       Лидер закрыл дверь и подошел к зеркалу в прихожей. На его губах был размазан вишневый оттенок, что так приятно ощущался. Он мог бы поклясться, что не хотел стирать его со своего лица, и отчасти надеялся, что Ли Юна тоже пойдет с размазанным блеском, придавая её губам сладкий зацелованный вид.

***

Друзья должны были встретиться недалеко от клуба. Юна всегда приходила раньше всех, как при их первом знакомстве, так и после долгих лет дружбы. — Юна! — восторженно прокричал звонкий и грубоватый голос Юджуна, — Черт тебя дери, это что за королева? Парень подбежал к девушке, поднял её на руки, кружа над землей. Юна радостно его обняла и завизжала, как маленькая. — Ребята! — в унисон прозвенели громкие голоса Тэян и Йонг. Обе отлично подготовились к встрече, не надев на свои очаровательные ножки высокие каблуки. Они сорвались с места, поочередно обнимая близких им людей. — Да чтоб меня, вы реально все пришли? Это не сон? — Инсон потёр глаза кулаками, после чего вытаращил их пуще прежнего. Юджун вырвался из девичьих объятий, расправил руки в стороны и широко улыбнулся. — Инсон!       Парни рванули друг к другу на встречу, громко сталкиваясь, и заливисто смеясь. Они рухнули на землю, все ещё покрытую снегом. Девушки быстро нагнали ребят, помогая им подняться. Инсон подарил свои жаркие объятия дорогим подругам.       Как же это невыразимо приятно — видеть вновь родные лица не через экран смартфонов. Обосновавшись в уединенной, снятой заранее, кабинке, друзья открыли несколько булыток соджу и наконец–то выпили за встречу.       Господи, казалось, у Юны скоро лопнут барабанные перепонки от того, как они пытаются перекричать друг друга, яростностно что–то рассказывая.       У Инсона такой громыхающий и заразительный смех, что не подхватить его было невозможно. Юна, когда смеялась, походила на свистящий чайник. Йонг всегда смеялась беззвучно, постоянно умудряясь хлопать кого–то рядом сидящего. Тэян хохотала, словно чайка на пару с Юджуном. — И я ему говорю, — задыхаясь от смеха, произнесла Тэян. — И он говорит, — она схватилась за живот, не в силах больше смеяться. — А потом он, — девушка показала смешную рожицу, которая по–видимому была необходимой частью её чрезвычайно увлекательного рассказа, но складывалось впечателние, что сидящие вокруг неё люди всё понимали. — Всё, я отказываюсь пить соджу без пива. Это просто не серьезно уже, — сделал неутешительное заключение Юджун.       Разговоры не унимались и не утихали ни на секунду. Как же хорошо, что здесь была хорошая звукоизоляция и громкая музыка в главном танцевальном зале, иначе остальные посетители подумали бы, что здесь открылся контактный зоопарк.       Дальше последовали танцы до упаду. На втором раунде Юне написал Чан. Он спрашивал о её состоянии и уточнял, нужно ли приехать за ней. Разумеется, Юна уверенным и немного хмельным голосом ответила, что доедет сама. На третьем — Юна сломала каблук на сапожках. Собственно, примерно на этом моменте старички стали уставать и неумолимо склоняться над своими тарелками.

***

      Чан привык всё держать под контролем, но эту девушку было просто нереально контролировать. Он уже сам себе со стороны казался помешанным.       Иначе говоря, он переживал всегда. Переживал, когда они начали эти отношения. Никто не мог угадать со стопроцентной точностью, что их ждало дальше. Переживал о том, как Юна будет себя чувствовать рядом с ним. Переживал за себя и свои чувства. Контроль. Это то, что давало ему мнимое чувство спокойствия.       Именно поэтому, сейчас, в третьем часу ночи, он находился на небольшой площадке возле многоэтажного дома.       Бан Чан сидел на качели, слегка раскачиваясь ногами. Лидер склонил голову вниз. Сидя во всём черном, с прикрытым кепкой лицом, он походил на одинокую тень. Желание позвонить и забрать девушку балансировало на грани пропасти. Час назад Юна написала, что у них третий раунд, и чтобы тот её не ждал. Но как бы он смог? К дому подъехало такси.       Оттуда, грациозно вываливалась его Юна. Поблагодарив водителя низким поклоном, она направилась к подъезду.       Крис сорвался с места и за несколько больших шагов нагнал её. Мужчина схватил девушку за руку, останавливая у лестницы. — Юна. Девушка громко вскрикнула от испуга, а Чан от неожиданности подпрыгнул на месте и вытаращил глаза, поспешно размахивая руками. — Чан, — она выдохнула. — А если бы я тебе врезала? Он рассмеялся. — Лучше бы треснула, чем так визжать, — лидер подошел ближе и заключил девушку в объятия. — Прости. Она обняла Чана в ответ, крепко прижимаясь к его груди. — Вот это амбрэ, — он остранился, шутливо обнюхивая шею и волосы Юны. Пока она старалась увильнуть от него, её нога подкосилась, и девушку повело в сторону.       Разумеется, Чан успел её подхватить, замечая отсутствие каблука на сапоге. Он вопросительно посмотрел сначала на её лицо, а потом снова на сломанный сапог. — Ой, не спрашивай, — Юна подергала лидера за очаровательные щёчки.       Мужчина ловко выкрутился и умелыми движениями поднял свою девушку на руки. Юна покрепче схватилась за его шею, и они последовали в дом.       Переступая порог квартиры, Чан поставил девушку на ноги, и та потихоньку села на пуф, стоящий в прихожей. Мужчина опустился на колени, снимая ей обувь, и освобождая руки от пальто. — Ты не так пьяна, как я думал, — он поцеловал ее в нос, прищуривая глаза. — Иди в кровать, я принесу воды.       Девушка так и сделала, по пути заскочив в ванную, смыв свой оставшийся макияж. Удобно устроившись в теплой кровати, она почти сразу стала проваливаться в сон. Чан принёс таблетки обезболивающие и литровую бутылку воды, заботливо приоткрыв её. Он поправлял одеяло, когда услышал неразборчивое лепетание. — Что? Детка, повтори. — Я говорю, думаю, что мы должны пожениться.       Бан Чан смотрел на неё, не отрываясь, ожидая, что та скажет дальше. Казалось, она говорила сама с собой, не обращая внимание на его присутствие. — Знаешь, ты привлекательный, я чертовски привлекательна, — бормотала она. — Ты и я. Мы, как инь и янь. Ты мой альфа — я твоя омега. Чан широко улыбался, смахивая пряди волос с лица Юны. Безграничное и теплое чувство окутывало его тело. — Завтра я припомню тебе каждое твоё слово, дорогуша. Амнезией не отмажешься.