Птенчик

      Предупреждение: это та самая глава, метка для которой находится под спойлером. Она необходима для понимания Фрэнком своих чувств, но ее можно пропустить и догадаться обо всем впоследствии. Простите автора за такой поворот сюжета.       Фрэнк выскочил на улицу. Фонарь Джерарда мигал где-то на холме. Фрэнк бросился туда. Дождь был несильным, но мелкими иголками колотил по лицу. Раздался выстрел ружья — настолько неожиданно, что Фрэнк резко затормозил, поскользнулся и шлепнулся на мокрую землю. Фонарик у него был с собой только на смартфоне, как-то не подумал схватить нормальный фонарь. Он добежал до Джерарда и схватился за его руку.       — Джерард?       — Фрэнк, я идиот, — Джерард вытер лицо рукой. Это было бесполезно, потому что дождь снова покрыл кожу каплями. Фрэнк посмотрел на ружье в руке Джерарда. В лесу завыли волки. Потом раздался лай. Уэй, вздрогнул и, не сдержавшись, всхлипнул. Фрэнк прижался к плечу Джерарда крепче.       Из темного ночного леса выскользнуло белое пятно и побежало по направлению к ним. Фрэнк отступил на шаг и потянул за собой Уэя. Но тот будто врос в землю.       — Бееее! — протянуло «пятно» и врезалось между ними.       — Конопушка! — Фрэнк узнал пришелицу из леса. — Как же ты там оказалась ночью?       Он провел по рукой по кудрявой шерстке. Посветил фонарем — дождь смывал с ладони красные капли.       — Джерард! — закричал он. — Она ранена.       — Шшш, — Джерард присел и прижал овцу к себе. — Не дрожи, малышка. Юта! — громко он выкрикнул в лес. Из леса доносились пугающие звуки: кряхтение и визгливый лай.       Из тени деревьев неспешно показалось еще одно пятно. Довольно вальяжно Лоретта приблизилась, но подходить не стала. Наклонилась и пощипала политую дождем траву.       — Глупая овца, — прошептал Джерард. — Нет, это я глупый. Фрэнк, я снова упустил своих овечек! Я больше никогда не буду уходить с фермы ни на минуту. Не знаю, как это вышло, не знаю, как Лоретта открыла ворота, как за ней увязалась Конопушка. Я идиот, я даже не посмотрел камеру, пока был в баре. Никогда и никуда. Неужели я не закрыл? Дурак… Я… Юта!       Из леса раздался лай и… затих. Раздался лишь далекий волчий вой. Джерард дернулся бежать в лес. Фрэнк перехватил его и крепко обнял.       — Не надо! — крикнул он. — Нельзя. Не надо.       Он прижался щекой к его груди. Конопушка дрожала у их ног. Джерард снова всхлипнул.       Фрэнк увел его к себе домой. Он хотел, чтобы Джерард лег спать, но тот лишь сидел на диване и смотрел в окно. Тогда Фрэнк сел рядом.       — Юта очень смелая, — сказал он.       — Не понимаю, что случилось, — Джерард закрыл глаза руками. — Я ошибся. Снова.       — Ты лучший фермер из всех, — Фрэнк погладил его по спине.       — А ты многих знаешь? — огрызнулся Джерард. Фрэнк не обиделся, он понимал, что человек рядом расстроен.       — Я осмотрю Конопушку, — сказал Фрэнк. Он никогда не ожидал от своей жизни, что в его кухни будет стоять подросший раненый ягненок. Лоретту он привязал на веранде. Фрэнк незаметно вытащил из кармана куртки смартфон Джерарда.       Фрэнк поставил чайник.       — Бесполезная штука! — раздался выкрик Джерарда. О пол что-то ударилось. Похоже, отшвырнул ружье. Наверное, лучше не лезть и не говорить, что идти одному в темный лес с ружьем на волков — так себе идея.       — Эй, привет, — Фрэнк наклонился над притихшей овечкой. Погладил ее между ушек.       — Отойди, — раздалось над головой. Грубовато, но Уэй был прав — что Фрэнк понимает в овцах и их ранах? — Если есть перекись, принеси, пожалуйста.       — Сейчас, — Фрэнк сходил в ванную и принес пузырек вместе с ватными дисками. Сам он потом снова закрылся в ванной и включил смартфон Джерарда. Он знал, как запустить программу от наружной камеры. Сейчас во дворе было тихо. Видимо, Джерард прикрыл ворота, прежде чем броситься за Ютой, которая поспешила спасать овец. Он отмотал запись назад.       Вот открытые ворота. Туда крадется волк… выходит с самой мелкой в зубах… Но, судя по всему, схватил за шерсть и лишь немного порвал кожу. Перебросил на спину и прыжками побежал со двора. Через какое-то время оттуда выходит Лоретта и со всех ног бежит следом — будто хочет спасти маленькую Конопушку, хотя ей самой светит то же самое. Юта молнией несется из дома Джерарда, где, видимо, отдыхала у камина. Следом бежит сам хозяин.       Фрэнк отмотал еще немного, до следующего реагирования камеры на движение. К ферме подъехал автомобиль. Оттуда вышел человек и что-то прокричал. Фрэнк включил воду, подключил звук и как можно ближе подвинул телефон к лицу.       — Джерард! Я хочу поговорить! — кричал Майкл в тишину.       — Майк! Возвращайся обратно, ты пьян! — кричали из машину.       — Всего два слова скажу этому… женатику. Он неправ, нельзя так быстро играть свадьбу!       — Тебе-то что! Давай назад!       Но Майкл не слышал и прошел на территории фермы. Юта выскочила из будки. Показалась мордочка Пэнси. Когда Джерард придет, он заведет собак в дом на ночь. Маленькая Пэнси пока не хотела уходить от мамы к Фрэнку в дом.       Фрэнк не расслышал, что сказал ей Майкл. Но он точно звал Джерарда. Юте был знаком запах этого человека, да и Джерард никогда не науськивал собаку на людей. Юта была пастухом. «Милая пастушка», — говорил Джерард и обнимал ее за шею.       — Ты где? Здесь? — и Майкл открыл засов фермы.       Майкла увел один из его друзей.       — Убью его, — выдохнул Фрэнк.       Он вышел и бросил смартфон на диван.       — Юта вернется, — сказал он и зашел на кухню.       — Конопушке крупно повезло, — произнес Уэй. — Но она очень напугана. Прости, она написала на пол. Я уберу.       — Я уберу сам, сходи приляг.       — Не хочу. Пойду Лоретту проведаю.       В итоге Фрэнк прилег сам и незаметно для себя уснул. Он очнулся от мысли «Чайник на плите!» где-то часов в пять утра. Но оказалось, чайник Джерард выключил, а бедную Конопушку вывел во двор к Лоретте и тоже привязал. Они топтались во дворе у веранды, общипывая короткую траву.       — Ну как вы? — Фрэнк погладил обеих овечек по очереди. Набрал в таз воды и вынес овечкам.       Джерарда он нашел у дуба. Он сидел на холодной, еще мокрой земле, и обнимал тело Юты, которое обернул в свою куртку. Она добрела сюда из леса и дальше, до дома, уже не пошла. Смелому австралийскому хилеру, бравому защитнику овец не выстоять против нескольких волков. Но Фрэнк так надеялся. Еще и Джерарду обещал.       Джерард горько плакал. Он заметил Фрэнка, но не сказал ни слова, лишь крепче прижал себе Юту. Фрэнк не знал, что сказать. Он просто стоял, опустив голову. Ему хотелось зареветь тоже, но он подумал, что кто-то должен быть сильнее, чтобы поддержать другого. Того, кто сейчас больше нуждается.       Через какое-то время Уэй перестал плакать, вытер нос, бережно положил Юту на землю и ушел.       Фрэнк спустился с холма, зашел домой и взял лопату. Вернулся обратно.       — Здесь хорошее место, — сказал он, посмотрев на укутанную курткой собаку. Да, больше здесь не будет пикников, но будет место памяти.       Джерард пришел через какой-то время. Он принес с собой плед, маленькую игрушку, потрепанную и изгрызенную настолько, что уже непонятно, что это за зверек, желтый теннисный мячик примерно такого же состояния, и Ютину миску.       Уэй укутал Юту в плед и бережно уложил в яму. Сверху пристроил игрушки и миску. А потом отвернулся. Он снял с ошейника металлическую косточку с ее именем и теребил в руках. Фрэнку было очень горько, но он схватился за лопату.       Потом они стояли вместе и смотрели на аккуратный холмик. Фрэнк взял Джерарда за руку и прижался к его плечу. Джерард всхлипнул, повернулся и крепко обнял Фрэнка.       — Она была такой жизнерадостной! — сквозь слезы говорил он. — Как носилась по этим полям! Как любила…       И Джерард заплакал. В голос, задыхаясь от рыданий. Фрэнк глубоко вздохнул, чтобы подавить свою горесть. Сейчас он здесь сильнее и должен справиться с этой ролью. Сейчас он тот, за кого Джерард держится в прямом и в переносном смысле. И он готов это делать, когда понадобится. Фрэнк готов быть рядом всегда.       Лишь дома Фрэнк позволил себе поплакать. А потом поднял брошенное вчера ружье, запрыгнул в свою машину и поехал. Через несколько метров резко затормозил. Он же не знает, куда ехать. Он набрал номер Кристы.       — Привет, прости, что рано, — сказал он. — Ты не знаешь, где живет эта скотина Майкл?       Рэй бы ему адрес не назвал, но Криста этого Майкла не любила.       — Что ты от него хочешь?       — Просто поговорю, честно. Он натворил кое-что вчера. Приехал пьяным на ферму и забрал одну штуку со двора, — соврал он. — Я по камере посмотрел. Криста, и… и вчера погибла Юта. Пожалуйста, не звони сейчас Джерарду, ладно?       Как удобно, что чертов Майкл оказался во дворе! Он сидел на ступенях и перебирал ящик с инструментами.       Фрэнк вытащил ружье и вышел из машины. Нет, он не собирался устраивать стрельбу. Просто перекинул через плечо. Однако Майкл напрягся.       — С похмельем, — вместо «здрасьте» сказал Фрэнк. Майкл заметил у него ружье, и перехватил молоток в ящике.       — Прекрати преследовать моего мужа, — зло проговорил Айеро, — обсуждать его с друзьями и ходить по ночам на его ферму! Он теперь со мной связан и честен в браке, измен у нас не будет. В отличие от…       — Майкл? — из-за угла дома показалась женщина с корзинкой лука-севка. О, они тоже сажают лук!       — Грейс, молодой человек меня с кем-то спутал, — ответил Майкл.       — Вообще нет, — пробурчал Фрэнк. — Спросите у мужа про домик. Тот, который вы якобы сдаете. И, если у вас животные есть, хорошо закрывайте засов на ночь, волки распоясались. А то ходят тут некоторые, — Фрэнк кивнул на Майкла, — с нехорошей привычкой открывать ворота.       Фрэнк лишь мельком заметил реакцию Майкла — явно испуганную, что он что-то натворил плохое, да еще и для Джерарда, но Айеро было уже без разницы, пугается там кто-то за его спиной или нет. Повернулся и отправился в свою машину. Что ж, Майкл испортил Джерарду жизнь дважды, а Фрэнк, возможно, подпортил идиллию Майклу.       Как только он уселся за руль, его тут же накрыла вина. Он мог сейчас расстроить брак с детьми. И это было вообще не его дело. Он все сделал на эмоциях. Снова.       Ладно.       Ладно.       Джерард и его спокойствие важнее. Скорей всего, Майкл отмажется. И пусть не появляется больше в его поле зрения. А то Фрэнк выложит его жене все в подробностях. Фрэнк понадеялся, что Майкл это понял.       Он подъехал к своему дому. Надо было приготовить что-то для Джерарда. Фрэнк бросил взгляд на ферму. Как он там сейчас совсем один?       Он почистил картофель и поставил его вариться. Недавно Криста ввела в меню бара рыбу и надо бы потренироваться, как раз есть нужные продукты. Это будет вкусно, Джерард точно поест. Глупо думать, что еда его порадует сейчас, что хоть что-то порадует, но все же. Фрэнк включил духовку, смазал рыбное филе оливковым маслом, приправил солью, перцем и запихнул в духовку. Натер цедру лимона и апельсина, смешал с петрушкой и маслом. Вытащил полуготовую рыбу, полил этой смесью и разложил рядом дольки апельсина и лимона.       По готовности аккуратно положил в кастрюльку, а рядом — вареный картофель.       Выходя, наткнулся на Конопушку и Лоретту. А ведь другие овцы все еще заперты… Он мог бы их выпустить, столько раз наблюдал, как это делает Уэй. Но ведь не было главного… не было Юты. Фрэнк шумно вдохнул воздух, чтобы не заплакать.       Когда Фрэнк подходил к дому Джерарда, притормозило такси. Оттуда выпрыгнул долговязый светловолосый парень в куртке с известным принтом Louis Vuitton. Он подхватил с заднего сиденья букет роз и поспешил к дому.       Джерард, видимо, его заметил, поэтому выскочил на улицу. За ним смешно ковыляла Пэнси. Фрэнк остановился. Джерард обнял парня.       Фрэнк почувствовал себя глупо. Стоит тут с кастрюлей в штанах с засохшей грязью на заднице и попахивает овечьей мочой. А Уэй обнимает красивого молодого человека. А потом Джерард сказал «Привет, Майки», и Фрэнку стало стыдно. У Джерарда вообще горе, а он стоит и ревнует его к брату.       Джерард его заметил.       — Фрэнк! — он махнул рукой, подзывая его. — Это мой брат, Майки. Он тоже любил мою Юту.       — Привет, — Майки протянул узкую ладонь. Фрэнк прижал к себе кастрюлю и пожал.       — Я… я приготовил немного еды, — сказал Фрэнк.       — Спасибо, — Джерард отошел от двери, пропуская гостей внутрь.       — Ты меня отведешь к Юте? — попросил Майки.       — Конечно, — Джерард покивал. — Фрэнк, ты побудешь здесь немного один? Если нетрудно, заваришь кофе? Майки, тебе можно кофе по твоей диете?       — Без молока, — ответил его брат.       — Я запущу кофеварку, — ответил Фрэнк.       Он поднялся по ступеням на веранду и открыл дверь.       — Фрэнк — это тот парень по соседству? — спрашивал Майки. Фрэнк, уже скрывшийся было в доме, не стал до конца закрывать дверь и замер.       — Фрэнк — мой муж… будто мой муж — ответил Джерард. — Потому что со мной и в радости и в горе.       И Фрэнк был с этим согласен. И никакой он не «будто». Он выйдет за него замуж, чтобы защищать от наглых типов и всегда быть рядом, чтобы предложить свое плечо и руку. И еду ему готовить.       Под ногами раздался скулеж. Пэнси терлась о ноги Фрэнка.       — Бедная моя сиротка! — Фрэнк сел на пол и притянул к себе щенка. — Знай, что твоя мама — героиня.       Он покачал притихшую Пэнси на коленях. Она ведь поймет, что Юты нет рядом. Будет ее искать, уходить в будку и не находить, напрасно бегать по полю среди овец.       Кстати, об овцах.       Фрэнк засыпал зерна и включил кофемашину. А потом направился к овчарне. Так, если не выпускать, то хотя бы накормить. Маленький трактор-уборщик стоял у ворот. Прицепить бы к нему тележку да скататься за сеном. Но ему не хотелось ломать технику, к которой, к тому же, было уже прикреплено оборудование для сбора навоза. Поэтому он поднял тачку и направился к сараю.       Сено было аккуратно уложено в брикеты. Что-то было разобрано и лежало стогом в углу. Фрэнк положил на тележку один из брикетов. Отвез, выложил рядом с овчарней и понял, насколько же это мало. Сгонял еще за парочкой. Растормошил брикеты и снова сгрузил в тачку.       Он открыл ворота. Воды вроде хватало, но Фрэнк все равно открыл кран, чтобы натекло доверху.       — Приветик, овечки, — сказал он, вздохнул и повез тачку. У него не было с собой вил, да он и не знал, где бы их взять, поэтому бросал сено в каждый загон руками. Любопытная Пэнси шла за ним по пятам.       Конечно, сена не хватило. Надо идти за следующей порцией.       — Фрэнк?       Он обернулся. В воротах стоял Джерард. Наверное, он бы удивился, но вряд ли был сейчас на это способен.       — Подумал, что раз их сегодня не выпустили, то они голодные.       — Я тебя люблю, — сказал Джерард.       Вряд ли он имел в виду любовное признание. Скорее, это была реакция на поддержку. Однако Джерард замер, будто бы сам удивился вылетевшим словам, и резко вышел из овчарни. Вместо него появился другой Уэй. Майки скинул свою куртку и остался в облегающем лонгсливе.       — Я помогу, — сказал он. — А это что?       Его взгляд упал на Пэнси.       — Дочка Юты, — пояснил Фрэнк.       — А, да, точно. Джерард что-то об этом писал. Говорил, что несуразная. Так и есть.       — Уверен, что поможешь? — Фрэнк нахмурился. Приехал тут и Пэнси обижает!       — Я здесь вырос.       Фрэнк опустил глаза на модные, явно дорогие, кроссовки.       — К черту кроссовки, — проследил за его взглядом Майки. Он огляделся и обнаружил возле стены то, что пропустил Фрэнк — вилы для соломы.       Потом они кормили и гладили Карамельку, с которой прошлись немного по двору, сходили за Лореттой и Конопушкой, отвели обратно в родную овчарню. Навестили кур, собрали яйца. Майки выглядел как с обложки — будто его специально такого всего из себя поставили в эти декорации. Но выглядел органично.       — Мне однажды дизайнер ляпнул — ходишь как курица, — рассказывал Майки. — А я ему — вы явно не видели, как курицы ходят! Он тогда на показе за это меня убрал с финала — самый грандиозный костюм достался другому парню. Обращал внимание, как курицы бегают? Смешно так.       Фрэнк провел весь день на хозяйстве Джерарда, вместе с Майки очень даже неплохо управлялись. Джерард же… Джерард не смог съесть ни кусочка приготовленной рыбы.       — Прости, Фрэнк, — сказал он. — Это наверняка вкусно, но мне не лезет в горло.       И уходил валяться в постель.       К вечеру Фрэнк постучался в его комнату.       — Эй, — произнес он. — Я проверил засовы на овчарне, для надежности поставил еще тачку у входа. Чтоб никто не заглядывал. Пэнси я заберу с собой. Она не находит Юты и скулит. Может, со мной ей не так грустно будет. Остатки ужина я упаковал и поставил в холодильник. Если захочешь…       — Спасибо, — раздалось глухое из-за двери.       — Хочешь, я останусь? — вырвалось у Фрэнка.       — Хочу.       Джерард не пускал его никогда в свою спальню с того самого первого дня экскурсии по дому. Но теперь ему явно было все равно, законный муж ему Фрэнк или нет.       — Зайди сюда, я дам тебе белье и пижаму, — продолжил Уэй.       Пижама Джерарда оказалась Фрэнку ожидаемо великовата, но в ней было уютно. Трикотажные штаны и кофта, принтом на которой были контуры овец.       Фрэнк зашел в полумрак комнаты. Здесь действительно была волнообразная кровать и стеллаж с фигурками за стеклом.       Но Фрэнк не стал приглядываться, он забрался на кровать и лег рядом с Джерардом.       — Я скучаю по ней весь день, — тихо сказал Джерард. Он свернулся в позу эмбриона. — Завтра проснусь и по привычке подзову ее свистом, а она не прибежит, — он всхлипнул. — Птенчик, спасибо тебе большое за сегодняшний день.       — Мне было нетрудно.       — Правда?       — Майки мне помогал. Не ожидал от него, если честно. Он должен был быть как я — неумеха нью-йоркский, а тут такие познания. Даже неловко.       — Ты не неумеха… Фрэнк, прости, я отвернусь, потому что буду плакать.       За дверью раздался протяжный скулеж.       — Пэнси, — сказал Фрэнк. — Можно я ее впущу? Ей тоже грустно.       В другое время Джерард бы точно запротивился, но тут просто кивнул. Фрэнк поднялся и затащил Пэнси внутрь.       — Милая, но только на полу, ладно? — Фрэнк дотянул Пэнси до ковра и забрался на кровать обратно. Щенок заскулил, поставив передние лапы на край кровати. — Боишься одна?       Фрэнк опустил одну ногу вниз — надо бы встать и попытаться что-то придумать, может, поднять ее все-таки себе под бок? — но Пэнси тут же улеглась мордой на ступню и успокоилась. Фрэнк откинулся поперек кровати, уперся головой в поясницу Джерарда. По-другому сегодня спать не получится.