Глава 9 Вечный дождь
6 февраля 2025 г., 02:22
Я сидел, улыбаясь, и смотрел на фотографию на своём столе. Это была фотография моей семьи, сделанная, когда мне было шесть лет. Обычно я храню её в ящике, где лежат вещи, которые не показываю никому. Не знаю почему… но каждый раз, когда я смотрю на неё, меня охватывает странное чувство. Когда я вижу улыбки отца и матери, что-то сжимается в груди. Мы с Фан были одеты в одинаковые вещи и держались за руки, оба широко улыбаясь в камеру.
Может ли эта семья быть теплее? Если бы я действительно был их ребёнком, такие мысли никогда бы не пришли мне в голову. Но, может, и не всё так плохо. Мы вместе ели, разговаривали, проводили время… Мы были семьями. Половина из нас когда-то была настоящей семьёй.
Прошло больше недели с того дня, как я пообещал Пи Фа выполнить его просьбу. Я спросил, нужно ли заключать какой-то договор. Пи Фа сказал, что он даёт такие контракты каждому ученику, которого обучает. Многие откладывают его до конца обучения, потому что теряют интерес и не хотят продолжать. А Пи Фа не хотел, чтобы так произошло. Это не удивительно. Пи Фа остаётся тем же Пи Фа.
Между нами ничего не изменилось. Мне нравится, что наши отношения остаются такими же, как между обычными братьями. Мы иногда общаемся, ходим в кафе, иногда созваниваемся по вечерам и учим что-то вместе. Но я не звоню каждый день, ведь у Пи Фа есть и другие ученики. Это немного обидно, но всё в порядке. Нет ничего более болезненного, чем прощания.
Это как считать дни до одиночества. Я начал его ненавидеть.
Когда я поднял взгляд, передо мной было только небо, затянутое тёмными облаками.
Мне нравится это. Говорят, после дождя небо всегда красивое. Но я боюсь… Боюсь, что дождь не прекратится.
— Жаль, что сегодня нет солнца, — сказал я, обращаясь к растениям, которые посадил. Прежде чем поставить горшок в тень. Когда дождь идёт, вода попадает на растения, которым она нужна, но некоторые из них получают слишком много влаги, начинают гнить и погибают.
На балконе у меня много растений. Почти вся комната ими занята. Пи Фа как-то привёл меня в магазин, где я купил их. Я также купил шкаф для камер. Пи Фа сказал, что если бы был особый случай, он бы купил мне камеру в подарок.
Если есть… Я хочу это иметь… очень хочу, чтобы это существовало.
Наконец, дождь начал стихать.
Я стоял на балконе, не обращая внимания на те несколько капель, которые ещё падали мне на лицо. Как бы ни было холодно, я не хотел уходить. Я хотел смотреть, как небо продолжает плакать.
Потому что небо льёт дождь…
Мне тоже нужно было сделать снимок. Когда я осознал это, я сразу взял камеру и сделал фото. Жалко, что небо не было ярким, а оно уже плакало, как я.
Слёз почти не осталось. Мой телефон вибрировал, извещая, что пришло сообщение.
Тонфа: Сегодня я не отправил небо.
Тонфа: *Отправил фотографии.*
Тонфа: Погода сегодня плохая.
Тонфа: Не выходи на улицу, когда дождь.
Одного этого сообщения было достаточно, чтобы я легко улыбнулся.
Тот, кто смотрит на небо вместе со мной, будет ли он чаще смотреть на небо? Понимает ли он, что оно меняется каждый день? Или просто отправляет мне эти сообщения? И знает ли он, что небо кому-то дорого?
Тайфун: Пришли фотографии.
Тайфун: Да, Пи тоже не выходи из дома, когда идёт дождь.
Тонфа: Слишком поздно.
Тонфа: Шёл дождь.
Тонфа: *Отправил фотографии.*
Я получил фотографию мокрой дороги. Рядом стоял мотоцикл. Когда Пи Фа говорит, что промок, это значит, что он едет на мотоцикле. Он попал под дождь? Дождь усиливается.
Тайфун: Жаль: (
Тайфун: Осторожно, а то можешь заболеть.
Тонфа: Всё нормально.
Тонфа: Значит, ты в своей комнате?
Тайфун: Да.
Тайфун: Я никуда не пошёл сегодня, боюсь попасть под дождь.
Тонфа: Так значит, Пи ошибся.
Тонфа: Мне следовало бы быть в комнате, да?
Тайфун: Так ты где застрял?
Тонфа: *Отправил фотографии.*
Тонфа: На самом деле, не так уж и далеко от тебя.
Я нахмурился, увидев фотографию, присланную Пи Фа. Я пытался вспомнить, где это. Пи сказал, что это место недалеко от моего общежития. Я очень хочу его увидеть… хотя бы дать ему одежду или полотенце, а то он простудится.
Тайфун: Подожди меня там.
Тонфа: Что?
Тонфа: Ты придешь?
Тонфа: Не нужно. Что ты будешь делать, если заблудишься?
Тайфун: Я не заблужусь.
Тайфун: Я знаю, где ты.
Тайфун: *Отправил стикер.*
Тонфа: Не надо.
Тонфа: Если ты придешь, Пи разозлится.
Я заблокировал телефон и проигнорировал сообщения от Пи Фа. Я не хотел, чтобы он злился. Но я всё равно хотел его увидеть.
Пи Фа часто переживает, когда я попадаю под дождь, не так ли? И я тоже хотел увидеть его. Я хотел сделать что-то для него, пока не стало поздно.
Я быстро взял полотенце, которое никогда не использовал, большую футболку, зонтик и побежал из общежития. Не знаю, насколько это поможет, но хотя бы Пи Фа будет знать, что у него есть кто-то, кто тоже застрял под дождём.
Какой же я неосторожный, Фун…!
Нет, я вовсе не беспечен.
Но куда мне идти?
Я был растерян. Зонтик, который я взял, почти не защищал меня от дождя. Я промок насквозь.
Почему я такой глупый? Пи Фа ждал меня уже почти пятнадцать минут. Что ещё более раздражало — я забыл взять с собой телефон. Я подумал, что положил его в карман, но, видимо, оставил где-то.
!
Пока я метался в замешательстве, чья-то рука схватила меня за плечо и потянула назад. Я был так удивлён, что сразу же поднял глаза.
В шлеме, кто это? Когда человек передо мной снял шлем, я понял, что это Пи Фа. Он был весь мокрый.
— Фун.
— …Да?
— Ты что, не понял, что я сказал?
— Ммм…
— Я сказал, что разозлюсь, если ты выйдешь.
— Ах да…
— Так почему ты вышел? Я звонил тебе, а ты не ответил.
— Я заблудился. И забыл взять телефон, ах! — Я был потрясён, когда Пи Фа схватил меня за запястье и повёл за собой.
Он выглядел очень рассерженным. Я держал зонтик в одной руке, а полотенце и одежду в другой. Он потянул меня за руку.
Я почти не видел, что происходит, потому что дождь закрывал весь обзор. Подойдя ближе, я увидел большой чёрный мотоцикл. Пи Фа отпустил мою руку и сел на мотоцикл.
— Торопись.
— Да-да… — Я быстро закрыл зонтик и сел на мотоцикл. Это был такой большой мотоцикл, я никогда на таком не ездил. Когда он завёл двигатель и поехал, мне пришлось обнять его за талию.
Из-за дождя и сильного ветра я прижался к спине Пи Фа. Надеюсь, полотенце, которое я принес, не промокнет. Вскоре мы остановились в укрытии от дождя. Пи Фа вывел меня в тень. Он снял шлем и начал высушивать волосы. Ах… В этот момент что-то в моей груди перестало биться.
— Ты ведь не слишком промок, правда? — спросил Пи Фа, уже не такой злой.
— Да, вот тебе полотенце. — Я сразу протянул ему полотенце. Пи Фа взял его и начал сушить мои волосы.
Я стоял, не двигаясь, позволив ему высушить мои волосы. Внутренние чувства было трудно подавить, и они начали бурлить. Моё сердце снова стало колотиться из-за этого человека. Когда он остановился и я посмотрел на него, мне стало страшно.
Я опустил голову.
— Почему ты не слушаешь?
—…
— Пи сказал, что будет злиться, так?
— Да… Фун сожалеет… — Я нахмурился, и мне стало неловко.
Пи Фа, казалось, успокоился. В груди всё ещё было неприятное чувство, потому что я хотел помочь ему, а сам оказался в такой ситуации.
— Хорошо, ничего страшного. — Пи Фа вздохнул и прислонился к стене. — Вот такой дождь, хоть ты и взял зонтик, всё равно промок. Почему ты там стоял?
— Я не знал, куда идти…
Мои слова заставили Пи Фа приподнять бровь, потом он сделал вид, что не удивился.
— Да, я догадался.
— Прости, что беспокою тебя.
— Всё нормально, — сказал Пи Фа. Я подошёл и прислонился к стене рядом с ним. Затем Пи Фа протянул руку и погладил меня по голове. — Если бы ты остался… — Если бы ты вообще был в комнате, ты бы не промок.
Ах… это плохо.
Прикасаться вот так к голове… Нехорошо.
Я медленно отступил немного назад. Пи Фа, казалось, удивился моим действиям, прежде чем опустил руку.
— Пи Фа, не мог бы ты сначала вытереться? — сказала я, протягивая ему ещё одно полотенце. Но Пи Фа покачал головой.
— Тогда надень эту футболку… Ты можешь переодеться? Ты такой мокрый, если продолжишь носить это, обязательно заболеешь.
— Э? Какую одежду?
— Ты можешь надеть эту, — сказал я, показывая на принесённую футболку. Она была довольно большой, я был уверен, что Пи Фа сможет её носить.
— Ты хочешь, чтобы я переоделся здесь?
— Э-э… здесь никого нет.
— Нет, проблема не в этом, — ответил Пи Фа с слабой улыбкой. — Хорошо, сначала позволь мне надеть эту футболку.
Он взял футболку и расстегнул мокрую одежду. Прежде чем надеть футболку, которую я ему предложил, он вытерся маленьким полотенцем.
Я отвернулся, чтобы не смотреть, видя лишь краем глаза. Нет, не смотри… Не смотри вообще.
— Спасибо, — сказал Пи Фа.
— Да.
Мне всё равно. Я рад, что смог помочь, даже если это принесёт тебе больше неудобств, чем раньше.
— В таком случае ты тоже попадёшь под дождь вместе со мной.
— Ну, кажется, да. — Потому что зонтик может оказаться бесполезным. Дождь слишком сильный. И ещё этот ветер. Но… я намерен попасть под дождь как друг.
— Пи Фа.
— Да?
— …Это не имеет значения. — Мне казалось, что я хотел что-то сказать Пи Фа. Я часто его так называю. Но в конце концов я не знал, что сказать.
— Почему ты приехал в этот район?
— У меня были кое-какие дела.
— Я только что узнал, что Пи Фа также ездит на мотоцикле.
— Это странно?
— Нет, — сказал я, ведь Пи Фа больше подходит для вождения автомобиля, но и на таком большом мотоцикле он выглядел круто. — Я просто никогда не ездил на большом мотоцикле.
— Это страшно?
— Нет. — Я покачал головой. Несмотря на дождь, я ехал на мотоцикле Пи Фа, и совсем не чувствовал страха. — Такой сильный дождь — это плохо.
— Немного.
— Но друзья Пи Фа часто ездят под дождём. В тот день его друг тоже катался под дождём на большом мотоцикле.
— Я не очень люблю кататься на мотоцикле в сезон дождей. Сегодня дождь ещё сильнее.
— О. — Я медленно кивнул, показывая, что понял.
Между нами повисла тишина. Из-за шума дождя не было слышно ни одного слова. Капли дождя продолжали падать, и мы стояли рядом, но молчали. Я не знал, стоит ли мне что-то сказать или просто молчать.
— Пи Фа.
— Да?
— Если дождь никогда не прекратится, что произойдёт?
— Эта территория будет затоплена.
— …Да, — сказал я, готовый посмеяться. — Если в каком-то районе всегда идёт дождь, увидят ли люди, живущие там, когда-нибудь чистое небо?
— Почему ты должен смотреть на чистое небо?
— …Кто знает.
— Некоторым людям просто нужно научиться быть счастливыми под дождём.
— Правильно… — Слова Пи Фа лишили меня дара речи.
Учиться быть счастливыми под дождём…
Мне нужно научиться.
Научиться быть счастливыми…
Под дождём, который может идти вечно.
— Научись быть счастливым… — Я никогда не думал, что смогу улыбнуться посреди этого сильного дождя, но, как сказал Пи Фа, иногда нам нужно научиться жить с тем, что мы не можем изменить.
Я не могу просить дождь прекратиться. Я всегда надеюсь, что небо будет ясным, но этого никогда не происходит. На самом деле я ничего не могу сделать.
Однако мне придётся продолжать жить с этим…
— Фун.
— Да. — Я повернулся к человеку рядом со мной, который назвал моё имя. — Ты улыбаешься, понимаешь?
— Ах… правда? Я случайно улыбнулся?
— Да, — ответил Пи Фа, улыбаясь. — Тогда ты понял, да?
— Что?
— Я думаю, тебе очень идёт улыбка.
— …Ах, спасибо, — сказал я, слегка опустив голову, позволяя сердцу чаще биться. Я не мог не улыбаться. — Буду улыбаться чаще.
— Это хорошо. — Так как я опустил голову, я не мог видеть его лица, но от этого глубокого голоса мне стало так же тепло, как и раньше. Этот дождь, возможно, не так уж и плох. По крайней мере, мы вместе.
Мы подождали, пока дождь не прекратится. Пи Фа отвёз меня обратно в общежитие. Мы попрощались на мгновение, прежде чем он ушёл. Тем временем я вернулся в свою комнату и вечером мы снова поговорили через Line, обсуждая, что будем учить вместе. Это стало частью моего распорядка дня. Пи Фа пожелал мне спокойной ночи, и я тоже пожелал ему того же.
Может быть, это просто обычное слово. Я не знаю, действительно ли Пи Фа хотел пожелать мне хорошего сна или просто сказала это. Но для меня это было важно, как благословение перед сном, и я надеялась, что Пи Фа каждую ночь будет видеть сладкие сны…
Я, как обычно, написал письмо Фан. Я не знаю, когда в моих письмах стало больше картинок. Я не очень хорошо рисую, но достаточно, чтобы делать простые рисунки.
Мы с Пи Фа нарисовали маленьких персонажей, которые вместе избегают дождя, и разукрасили их специальными чернилами, которые обычно используют для письма в книгах.
Мои письма теперь украшены не слезами, а картинками.
Хотя я и не умею рисовать, это лучше, чем плакать, правда?
Я бы хотел видеть этот сон каждую ночь, но это невозможно. Однако это сон, который я не могу контролировать. Как напоминание о том, что я не могу мечтать, Фан на самом деле не может быть со мной. И я не могу войти в свои сны.
Я могу только молиться… Надеюсь, я смогу тебя увидеть.
Это моя молитва перед сном.
Я встал и выключил свет в спальне, оставив возле кровати только маленькую лампу. Мой страх перед темными местами не исчез полностью. Но не так уж и плохо. Я начинаю к этому привыкать. Я вернулся в постель и лег.
Сегодня был хороший день. Спасибо… Надеюсь, завтра ты снова будешь улыбаться, как сегодня… Фун.
***
— Фун. — Фун. — Ах, да… — Что такое? — Ой, я просто о кое чём думал… — Хм, что случилось? — Человек, сидящий передо мной, удивленно поднял брови. — Странно, что ты принес мне еду. — Сегодня мой отец вовремя перевел деньги. Поэтому я хотел сделать тебе подарок в благодарность за то, что ты давал мне частные уроки, — сказал я, выдавив улыбку. — О, он перевел деньги в конце месяца? — Да, — ответил я, медленно кивнув, затем посмотрел вниз, чтобы продолжить есть. Это конец месяца… Говорят, счастливые времена проходят так быстро, и это правда. Почти не было ощущения, сколько времени прошло. Потому что каждый день — обычный день. Это меня радует. Осталось всего несколько часов. Я разговаривал с отцом, говорил и умолял, но не мог найти времени. Я не мог не плакать каждый раз, когда звонил, пытаясь объясниться. Мы поспорили. Я не хочу драться. Я не хочу, чтобы мы ссорились. Однажды мне пришло в голову, что мне больше не нужно это слушать. Потому что, наверное, он не заботится обо мне. Но когда я взглянул на фотографию на столе — наше семейное фото, Фан больше нет, мать ушла, остался только отец. Я не могу потерять отца. Что бы ни случилось, я все равно люблю и уважаю его… Как бы мы ни были неидеальными, это моя семья, единственная, которая у меня есть. Я думал, что Пи Фа рассердится и не поймет, но поступил так, как меньше всего хотел. — Думаю, ты все еще злишься на меня. — Э-э, нет, я больше не злюсь. — О, хорошо, потому что я больше не буду этого делать. Я отступил и выстроил стену. Я притворился недовольным. Среди множества вещей, которые делает Пи Фа, например, гладит меня по голове, держит меня за руку или даже такие мелочи, как… Я сказал Пи Фа, что не люблю шоколад. Я попросил его больше не тратить на меня время. В тот момент Пи Фа, возможно, потерял своё прекрасное впечатление обо мне. Если бы я внезапно исчез, Пи Фа, вероятно, заподозрил бы что-то. А отец не хотел, чтобы Пи Фа знал об этом. Мне нужно было убедиться, что он ничего не заподозрит, поэтому я ухудшил наши отношения. В последнее время нам было некомфортно вместе. Папа сказал мне сделать так, чтобы если я исчезну… это не стало бы для Пи Фа сюрпризом. Но я совершенно не хотел этого. Прости… Мне нравится, как он гладит меня по голове. Мне нравится, как ты держишь меня за руку. Мне нравится шоколад, который ты заказал. Я не сержусь, что ты был занят и не пришел на нашу встречу. Меня не беспокоит шум, когда мы звоним. Я не ненавижу запах твоего тела. Мне нравится, что он всегда заставляет меня есть. Мне нравится, когда он желает мне спокойной ночи каждый вечер. Мне нравится, что он всегда заботится. Я люблю каждую секунду с ним. Я люблю тебя… Пи Фа…***
— Итак, куда еще ты собираешься? — А… — … — Подождите, позвольте мне сначала ответить на звонок. — Ах… да, — Пи Фа улыбнулся и медленно кивнул. Я поспешно встал, вышел из-за стола и ответил на звонок. — Да, дядя? — Сегодня последний день. Как дела? — …Плохо. — Да, понимаю. Ритман… Ах, что он сказал? Он ничего не услышал, похоже, он еще что-то добавил. — Да… папа такой… В последнее время я начал отдаляться от Пи Фа. Мне приходилось сдерживать себя. Множество раз я ранил его чувства. Это заставляет меня чувствовать, что я его ненавижу. Я не мог рассказать об этом никому, поэтому часто звонил дяде. Он сказал, что я попробовал. Он сказал, что это лучший способ для нас. — И как? ТонФа подозревает? — …Наверное, нет… — Хорошо, дайте понять ТонФа, что Фун не хочет быть с ним. Так лучше. Он поймет. Больше проблем не будет. — …Да. — Как всё прошло? — Я… не хочу, чтобы все закончилось вот так. — Времени уже не осталось, Фун. Так и должно быть. — …Да. — Это к лучшему, поверь мне. В прошлый раз ТонФа тоже звонил Риту. — Ах… правда? — Он спросил, есть ли с тобой проблемы, потому что ты ведешь себя странно. — И что сказал отец? — Он сказал… может быть, это потому, что Фуну не нравится много вещей, поэтому ты не удовлетворен. — …Конечно. — Ритман сказал, что его сердце было немного ранено. Потому что вы двое так далеко друг от друга. — …Хм. — Все в порядке? — Да. — Хорошо, тогда я первым положу трубку. — Да. Затем на другом конце телефона нажали кнопку, чтобы повесить трубку. Я глубоко вздохнул. Держаться подальше от Пи Фа было желанием моего отца. Он не хотел, чтобы его семья была раскрыта. Пи Фа не знал, что я внебрачный ребенок. Я понимаю, что если бы все узнали, это было бы плохо. Я понимаю… Я должен понять… Я пытался сдержать слезы, которые вот-вот начнут капать. Мое сердце сильно билось, а руки начали неметь. Я долго стоял, глядя в сторону магазина. Прошло пять минут, прежде чем я смог взять себя в руки и вернулся в магазин. — Пи Фа. — Да. — Итак… эээ, ты можешь научить меня химии сегодня вечером? — Ах, но я не уверен, что смогу научить тебя так, чтобы ты понял, — Пи Фа, казалось, заставил себя улыбнуться, потому что я однажды сказал, что не понимаю учений Пи Фа. На самом деле, я понимаю, я действительно понимаю. После этого выражение лица Пи Фа немного поблекло. Я почувствовал удовлетворение, увидев это. Он действительно собирался научить этому… Сам того не осознавая, я так сильно прикусил губу, что ногти впились в ладонь до боли. — Да, это нормально. — Хорошо, так ты хочешь пойти домой сейчас? — Пи Фа сигнализирует, чтобы мы встали. Я поспешно встал первым. —… Могу я пойти с тобой домой? — Но Фун сказал, что ему не нравится способ обучения Пи Фа, верно? — …Все в порядке. Пожалуйста. — Хорошо. Перед тем как заплатить за еду, я вышел из ресторана за Пи Фа. Я думал о том, что сделал. Я ненавижу себя. Действительно ненавижу Фуна, который так ранил Пи Фа. Я сказал, что приду к Пи Фа… Я зашел так далеко, потому что хотел встретиться с ним, но оказалось, что я тот, кто все испортил. Если бы я не пришел… может быть, Пи Фа не должен был бы пережить все это. Даже если это всего лишь знакомство… но если речь идет о таком, любой обязательно почувствует грусть. Я становлюсь человеком, который разрушает всё… Всё. Всё, что бы ни было, всё неправильно. Если я совершаю ошибку, я буду единственным, кого можно обвинить. Я — тот, кто только ранит других и усугубляет всё. Тот, кто будет со мной, не будет счастлив. Почему всё всегда так? Почему ты всё ещё здесь, Фун? — Фун. — … — Фун. — …Да? — Твое лицо бледное, ты в порядке? — Я в порядке, — ответил я низким голосом. Но это было не совсем так. Боль… моя голова болит. Эта мигрень снова появилась. В последнее время я часто страдаю от мигрени. Я пошел в клинику, чтобы купить лекарства, но, похоже, они не сильно помогают. Когда я злюсь и ненавижу себя за то, что не могу ничего сделать, я всё больше начинаю винить себя. Я посмотрел на своё отражение в зеркале и возненавидел его. Жёсткие слова, которые я использую, чтобы критиковать себя, исходят от того, что я ненавижу себя. Я ненавижу себя за то, что я такой. Чёрт, я говорил себе, что буду счастлив под дождём, но я не могу с этим справиться… Сейчас я действительно не могу. Я положил свою слабую голову на окно машины. Боль была невыносимой. Она продолжала нарастать, как будто кто-то нажимал на мою голову. Я не мог сдержаться и закрыл глаза. Я не взял с собой лекарства. Но я не мог рассказать Пи Фа, что это мигрень. В конце концов, я заснул, как будто моё тело уже не могло больше держаться.***
Когда я проснулся, я обнаружил, что лежу на кровати Пи Фа… Медленно поднявшись. Я увидел, как Пи Фа сидит за столом спиной ко мне. Когда он услышал мои движения, он сразу же повернулся ко мне. — Ты не спишь? Как ты себя чувствуешь? — спросил он. — Я заснул? — Да, ты выглядишь больным, с лихорадкой. — Ах… Это плохо… — тихо пробормотал я. Я действительно выгляжу таким больным? Обычно такого не бывает. Но, по крайней мере, головная боль немного утихла. — Ты хочешь встать и поесть? Потом можно будет принять лекарство. — Да. — Извини, Пи Фа, воспользовался этой возможностью, чтобы отвезти тебя в свою комнату. Чтобы открыть твою дверь нужен ключ, и я не осмелюсь рыться в твоих вещях. — О, всё в порядке, — сказал я, — спасибо. — Когда я поблагодарил его, мой голос стал мягким. Я не знал почему. Я вышел из комнаты следом за Пи Фа. Заглянув на стол, я понял, что он читал книгу. Это глава по химии, которую он должен был мне объяснить. Пи Фа тоже должен был быть готов обучать меня, когда я поправлюсь… но… Ах, несчастье. Моя голова снова начала болеть. Я поел кашу, приготовленную Пи Фа, и принял лекарство. С самого начала Пи Фа сказал, что сначала он осмотрит моё состояние, чтобы понять, можно ли продолжить уроки. В конце концов, он, наверное, не хотел меня беспокоить. Он отменил уроки на вечер. — Всё в порядке, я могу учиться. — Тебе нужно отдыхать. Не нужно заставлять себя. — Нет, пожалуйста, научи меня. — Фун… — Пи Фа нахмурился, уставившись на меня с замешательством. Да, возможно, Пи Фа не знает. Это последнее время. Больше не будет таких возможностей. — Пожалуйста, я хочу учиться. — Ох, ладно. — Он тяжело вздохнул. После того как я закончил есть и принимать лекарства, Пи Фа поставил книгу на стол рядом с диваном. И как обычно, Пи Фа стал моим учителем по химии. Я внимательно слушал, но в это время я сосредоточился на его голосе и запахе, который исходил от него. Запоминал это на долгое время… — Всё понятно? — Ах, да, всё в порядке. — Хорошо, продолжаем. Я кивнул. Мы провели почти два часа, сидя на диване, изучая материал, пока, наконец, Пи Фа не сказал, что этого достаточно на сегодня. Обычно мы проводим время вместе, и Пи Фа говорит мне отдыхать, чтобы восстановиться как можно быстрее. Три часа, да? Так быстро! Завтра новый день… Всё изменится. — Ты хочешь вернуться в постель? Я помогу тебе. — Всё в порядке. Могу поспать здесь. — Конечно. Хочешь спать в постели? — Нет, всё в порядке. Я просто посплю на диване. — Хорошо, тогда сладких снов. — Спокойной ночи. Я пожелал спокойной ночи… И прежде чем я заметил, как Пи Фа ушёл в свою комнату, я остался один на диване, окружённый тишиной. Я устал, лёг на диван, достал телефон и сфотографировал комнату. Всё должно оставаться в тайне. В углу дивана, где мы обычно сидим, смотрим телевизор, пьём кофе и разговариваем. Угол подвесного кресла у окна всегда был моим любимым местом каждый раз, когда я приходил в комнату Пи Фа. Угол кухни, где мы готовили вместе. Книжная полка, которая явно была его любимым уголком, заполнена академическими книгами, книгами по общим знаниям, каждая книга носила следы многократного чтения. Вид с балкона. Из этого места можно увидеть небо. Цветы, которые мы покупали вместе. За цветами, которые я выбрал для него, до сих пор ухаживают. Я больше не приду в эту комнату. Не увижу тебя, сидящего за столом, за которым ты обычно читаешь, Пи Фа. Мне нравится тайно смотреть на тебя; когда ты сосредоточен, ты становишься невероятно очаровательным. Я подошёл к подвесному креслу и сел, глядя в окно. Сегодняшним вечером нет звёзд, только пустое небо. Ночное небо… тебе одиноко? Иногда ночи бывают без звёзд. Не стоит грустить, ведь звезды не исчезают. Куда бы ты ни пошёл, они всегда будут рядом с тобой, даже если ты их не видишь. Я буду твоей звездой, стремящейся светить рядом с тобой. Но я всего лишь планета без света, которая ждёт, чтобы отразить твой свет. Я всё ещё жду и всегда буду ждать… Оставаться рядом с тобой, даже если ты этого не видишь. Не красивая луна, не солнце, дающее тепло, а просто маленькая планета, ожидающая сияния, чтобы стать пылью. Но неважно, в какой части Вселенной. Неважно, сколько времени прошло, неважно, что будет потом. Просто развернись и иди назад… Ты найдешь… Я никуда не уходил. Я медленно вытер слёзы, что катились по щекам. Когда я взглянул на время, уже почти полночь. Я был так поглощён мыслями, что не заметил, как быстро прошёл вечер. Я не могу спать. Не знаю, смогу ли я заснуть. Вернётся ли кошмар? Но я надеюсь, что тебе снится что-то сладкое… этого мне достаточно. Я не знаю, что заставило меня подойти к комнате Пи Фа. Я медленно открыл дверь, и в комнате была только темнота. Пи Фа, вероятно, уже спал. Я осторожно закрыл дверь. В комнате был слышен только звук кондиционера, воздух был прохладным, и человек, лежащий на кровати, крепко спал. Я осторожно подошёл, стараясь не издавать звуков. Моим глазам нужно время, чтобы привыкнуть к темноте. Я боюсь темноты. Даже сейчас мои руки слегка дрожат. Но мысль о том, что Пи Фа здесь, рядом, заставляет меня не так сильно бояться. Я сел на пол возле кровати. Глядя на человека, который крепко спит и ровно дышит. Я редко вижу Пи Фа, когда он спит, и впервые вижу его так близко. Это как картина, перед которой я оказался зачарован. Мне не хотелось отводить взгляд. Впервые я увидел Пи Фа, когда он спал… Пожалуйста, сохраните эти воспоминания. Моё тело отправило сигнал, что я больше не могу это терпеть. Мне нужно отдохнуть, но я не хочу спать. Я хочу остаться здесь. Это может показаться странным. Но поверьте мне, если у меня больше никогда не будет возможности увидеть его таким, я хочу остаться здесь как можно дольше. Я положил руки на край кровати, подпер подбородок и продолжал смотреть на него. Моя рука невольно потянулась и убрала прядь волос с его лица. Я поправил одеяло, переживая, что ему может быть некомфортно. И от его запаха, запаха хозяина кровати, мне стало комфортно, хотя когда-то я говорил, что он мне не нравится. Простите меня… Время шло, и я не обращал внимания на то, как долго я сидел. В конце концов, я сидел до самого утра, потому что часто мне не удается заснуть. Я вспомнил всё, что между нами произошло: с детства, когда мы разошлись, снова встретились и снова расстались. Я не знаю, что будет дальше. Как грустно Пи Фа? Но я едва не сломал себя. Я не знаю, когда снова смогу вернуться. Может быть, через год, два года, десять лет, а может, никогда. Я не знаю… Ты проснулся? В какое время ты спишь? Что ты будешь есть? Ты в порядке? Как было твоё небо в тот день? Возможно, я никогда не узнаю. Но я буду питаться вовремя и хорошо. Ты сказал: я должен постараться быть счастливым под дождем и стать сильным. Потому что у меня больше нет тебя. И если когда-нибудь я стану достаточно сильным, я хочу вернуться и снова быть с тобой. Потому что каждое мгновение с тобой — это счастье. Я совсем не хочу уходить… Я никогда не хотел оставлять тебя. Я почувствовал, как наступил утренний свет. Слезы потекли, и я медленно взял руку этого человека перед собой, поднес ее к своим губам, нежно поцеловал тыльную сторону его руки, чувствуя, как переполняют меня эмоции. Я люблю тебя, я люблю тебя…
