Трофей (Восток)

Лиру привезли в замок спящей, её голова мирно покоилась на плече Алии. Словно уснувший ангел, совершенно не подозревая о смене обстановки. Алия, окинув взглядом внутренний двор в котором собралась прислуга, и отдала приказ стараясь говорить тихо чтобы не разбудить девушку. — Срочно подготовить комнату для прислуги рядом с моей спальней, ту что когда-то принадлежала моей няне. Прислуга, привыкшая к беспрекословному подчинению, тут же бросилась выполнять поручение. Суета и беготня наполнили двор, но Алия, не обращая на это внимания, осторожно сняла Лиру с лошади. Девушка, погружённая в глубокий сон, даже не шелохнулась. Алия бережно взяла её на руки. Королева понесла её через замок. Каменные стены, украшенные гобеленами и факелами, сменяли друг друга, эхо шагов Алии разносилось по коридорам. Время от времени она опускала взгляд на нежное лицо Лиры. Во сне её черты разгладились, исчезли следы страха и напряжения. В эти моменты Алию посещала странная, почти невозможная мысль — желание прикоснуться к этим губам, поцеловать. Она тут же отгоняла это наваждение, но оно возвращалось вновь и вновь. Наконец, они подошли к нужной двери. Алия заметила суету внутри: прислуга, застигнутая врасплох столь скорым прибытием, всё ещё заканчивала последние приготовления. Комната, предназначенная для одной из служанок, которая не использовалась уже давно, была скромной, но чистой и уютной. По приказу королевы ее постарались привести в порядок настолько быстро, насколько это было возможно. Алия очень осторожно опустила Лиру на кровать и укрыла девушку мягким одеялом, стараясь не разбудить её. Девушка тихо вздохнула продолжая спать. Королева какое-то время молча наблюдала за ней, её взгляд скользил по её лицу, по тонким пальцам, сжимающим край одеяла. Нежно коснувшись её волос, Алия медленно выпрямилась и вышла из комнаты. На пороге она жестом подозвала свою личную, самую верную служанку Эльзу, которая всегда следовала за ней тенью. — Оставьте кого-нибудь в комнате девушки, — приказала королева, — чтобы, когда она проснётся, не испугалась. Скажи всем, чтобы обращались с ней с теплом и лаской. Она через многое прошла. Алия сделала небольшую паузу, подбирая слова, и продолжила, её голос стал мягче: — Она теперь моя новая наложница, фаворитка, а это значит, что никакой тяжёлой работы для неё быть не должно. Прикажи принести в её комнату удобную и хорошую одежду и обувь. Обеспечьте её всем необходимым. Королева на мгновение замолчала, словно обдумывая свои следующие слова, а затем произнесла с особой настойчивостью: — Пусть заботятся о ней так, как заботились бы о своей собственной дочери. Она рабыня, это правда, но никаких рабских ошейников. Пусть никто к ней не относится как к рабыне. Служанка склонила голову в знак согласия. — Будет исполнено, Ваше Величество. Алия кивнула и добавила… — И ещё…утром прикажи, чтобы Лиру осмотрел мой личный лекарь Мириам. Нужно убедиться, что с ней всё в порядке. Служанка снова поклонилась и быстро вышла из покоев королевы, спеша выполнить её приказы. Алия осталась одна, погружённая в свои мысли. Она чувствовала странное, непривычное для себя волнение. Судьба этой северянки, теперь была в её руках, и Алия чувствовала ответственность за неё, ответственность, которую она никогда прежде не испытывала по отношению к своим наложницам.

***

За время отсутствия у королевы накопилось немало дел. Государственные вопросы требовали немедленного решения, и Алия на какое-то время погрузилась в работу, отложив мысли о Лире на потом. Однако вскоре к ней с отчётом пришла её верная служанка Эльза. — Ваше Величество, — начала Эльза, склонив голову, — с девушкой всё в порядке. — Рассказывай подробнее, —сказала ей Алия, откладывая в сторону свиток. — Когда она проснулась, — продолжила Эльза, — то, увидев незнакомую обстановку и незнакомых людей, она испугалась как вы и предполагали. Но молодая служанка Софи, которую я оставила при ней, смогла её успокоить. Уже все хорошо. Алия облегчённо вздохнула. — Затем, как вы и приказывали, к ней отправили лекаря, — продолжала Эльза. — Она осмотрела девушку, обработала её раны. И заметила, что Лира слишком худа и мала для своего возраста. Очень. Она приказала составить для неё специальное, питательное меню, чтобы девушка хоть немного поправилась. — Что ещё? — спросила королева. — После осмотра лекаря девушку отвели в ванную, — ответила Эльза. — Ей помогли принять тёплую ванну. Эльза снова замолчала, и Алия заметила тень печали на её лице. — Что случилось? — спросила королева, её голос стал более настойчивым. — Ваше Величество… — Эльза глубоко вздохнула, — прислуга… они были потрясены, увидев шрамы и раны девушки. Всё её тело покрыто ими. Следы от плети, старые и совсем свежие… Они говорят, что никогда не видели ничего подобного. Алия почувствовала, как её сердце сжалось от боли и гнева. Она представила себе Лиру, её хрупкое тело, покрытое шрамами, и ей стало невыносимо стыдно за то, что она причинила ей ещё больше страданий. — Благодарю тебя, Эльза, — тихо произнесла Алия. — Можешь идти. Когда служанка ушла, королева осталась одна, погружённая в тяжёлые мысли. Она понимала, что Лира пережила нечто ужасное, и теперь она чувствовала ответственность за её исцеление, не только физическое, но и душевное.

***

Лире выделили небольшую, но уютную комнату неподалёку от покоев королевы. Стены комнаты были выбелены, на полу лежал мягкий ковёр, а из окна открывался вид на тихий внутренний двор с небольшим фонтаном и ухоженными клумбами. Лире выдали простую, но изящную одежду из тонкой, мягкой ткани, которую она никогда прежде не носила. Прикосновение этой ткани к коже казалось почти ласковым, совсем не похожим на грубые лохмотья, которые она носила раньше. Королева приказала относиться к Лире с лаской и терпением, и прислуга повиновалась. Сделать это было несложно, так как сама Лира обладала очень добрым характером, располагая к себе всех, кто её окружал. Молчаливая, спокойная и застенчивая, она не могла не вызвать любви. Первые дни Лира почти не вставала с постели, окружённая заботой служанок и дворцового лекаря. Ушиб на боку постепенно менял цвет, от багрового к фиолетовому, затем к желтоватому, и вскоре почти исчез. Боль утихла, оставив лишь слабые, ноющие ощущения. Следы от верёвок на запястьях и лодыжках тоже почти сошли, напоминая о себе лишь бледными полосками. Ее старые и новые шрамы обрабатывали, чтобы следы исчезли полностью или хотя бы частично. Лекарь, осмотрев Лиру, распорядился кормить её четыре раза в день, опасаясь, что девушка слишком истощена. Еда была вкусной и сытной, совсем не похожей на скудный паёк, к которому она привыкла. С Лирой обращались хорошо. Никто не повышал на неё голоса, не говоря уже о том, чтобы ударить или оскорбить. Это было так непривычно, что поначалу Лира чувствовала себя настороженно, ожидая подвоха. Но дни шли, а ничего плохого не происходило. Ей даже начало казаться, что всё не так уж и плохо. Дни тянулись медленно и томительно. Первые дни во дворце Лира провела, словно пленница в золотой клетке. Комната стала её убежищем, но в то же время и тюрьмой. Она редко покидала её пределы, и даже когда решалась на это, делала это с крайней осторожностью, словно боясь нарушить невидимые границы. Сначала это были лишь робкие вылазки — неслышные шаги за порог, замирание на месте, прислушивание к царящей в коридоре жизни, и быстрое возвращение обратно, в спасительную тишину комнаты. Постепенно, любопытство Лиры стало брать верх над страхом. Она начала проводить больше времени в коридоре, наблюдая за работой служанок. Их снующие туда-сюда фигуры, тихие разговоры, звяканье посуды — всё это казалось ей завораживающим, принадлежащим к совершенно иному миру, к которому она пока не смела прикоснуться. Она стояла в тени, прижавшись к стене, словно невидимка, жадно впитывая каждую деталь. Ей отчаянно хотелось подойти ближе, рассмотреть всё получше, возможно, даже заговорить с кем-нибудь, но внутренняя скованность, словно невидимая стена, удерживала её на месте. Часто её «вылазки» прерывала Эльза. Заметив Лиру, стоящую в коридоре с робким и тоскующим видом, она мягко, но настойчиво возвращала её в комнату. «Тебе нужно отдохнуть, Лира, набраться сил», — говорила она с нежной заботой в голосе. Девушка, послушная и кроткая, безропотно следовала за Эльзой, возвращаясь в свою комнату, где её снова окутывало одиночество. Эльза навещала Лиру, стараясь скрасить её вынужденное заточение. Заходя в комнату, она заставала девушку сидящей у окна. Взгляд Лиры был устремлён вдаль, на изящный фонтан, бьющий струями в центре внутреннего дворика. В этом взгляде читалась такая глубокая тоска, такая неприкрытая печаль, что у Эльзы сжималось сердце. Иногда она замечала, как Лира украдкой смахивает слезу, быстро отворачиваясь и делая вид, что всё в порядке, как только слышала шаги на пороге. — Госпожа, — обратилась она к Эльзе набравшись храбрости… — позвольте мне чем-нибудь помочь. Я… я не привыкла сидеть без дела. Служанка нахмурилась и покачала головой: — Тебе это не положено, Лира. Ты… предназначена для другого. Твоя забота — ублажать королеву, ты наложница, рабыня для удовольствий, королева не хочет чтобы ты работала физически. Щеки Лиры вспыхнули от этих слов, но она опустила взгляд, зная, что это правда. Однако она не отступила: — Я понимаю, — тихо ответила она, — но… бездействие меня тяготит. Позвольте мне хотя бы протирать пыль или поливать цветы. Это займёт меня, и… и время пройдёт быстрее. Служанка колебалась. Видно было, что она не хочет нарушать установленный порядок. — Я должна спросить у госпожи, — наконец произнесла она. Королева на какое-то время уехала из замка, вверив заботу о Лире, Эльзе. Вернувшись, Алия сразу же вызвала Эльзу для отчёта. — Ну, как она? — спросила королева, едва переступив порог своих покоев. — Ваше Величество, — Эльза склонила голову, — с девушкой всё хорошо. Даже… лучше, чем я ожидала. Она… — Эльза на мгновение запнулась, подбирая слова, — она очень ласковая и добрая. Все, кто с ней общался, кормил, одевал или купал её, просто поражены её добротой, кротостью и нежностью. Она ни разу не пожаловалась, ни разу не проявила недовольства. Напротив, она благодарит за каждую мелочь и каждое проявление заботы…И ещё, Ваше Величество, — продолжила Эльза, — она сама… она спрашивала, можно ли ей выполнять какую-нибудь несложную работу. — Работу? — переспросила Алия. — Зачем? — Она говорит, что ей нечем заняться, — объяснила Эльза. — Она целыми днями сидит в своей комнате или в общем саду, куда её выводят погулять. Ей скучно, Ваше Величество. Она грустит. Я думаю, небольшая работа даже пойдёт ей на пользу, поможет отвлечься. Алия задумалась. С одной стороны, она не хотела, чтобы Лира работала. С другой стороны, она понимала, что безделье может усугубить её душевное состояние. — Хорошо, — наконец сказала Алия. — Пусть занимается несложной работой. Поливает цветы в комнатах и залах, вытирает пыль, помогает на кухне чистить овощи. Но только нетяжёлой работой! И следи за ней, Эльза чтобы никто не смел её обидеть. — Будет исполнено, Ваше Величество, — пообещала Эльза с облегчением. Алия кивнула. Она надеялась, что небольшая работа поможет Лире развеять тоску и, возможно, даже найти подруг среди служанок. Мысль о том, что Лира может обрести хотя бы немного покоя и тепла в её замке, согревала сердце королевы. Лире позволили работать, она с радостью помогала убирать комнаты, протирала пыль с мебели в просторных залах, поливала цветы в изящных вазах, украшавших коридоры и гостиные. Это была лёгкая работа, не требующая особых усилий, и Лира была искренне благодарна за возможность чем-то себя занять и отвлечься от мрачных мыслей. К ней относились с уважением и даже с некоторой учтивостью, понимая её особое положение. Её доброта, спокойный нрав, застенчивая улыбка — всё это располагало к ней с первого взгляда. Вскоре весь обслуживающий персонал замка, от строгих горничных и до садовников, проникся к ней симпатией. Поварихи, особенно тронутые её готовностью помочь на кухне, то и дело украдкой передавали ей то печенья, то кусочек пирога, желая хоть немного порадовать девушку. Страх, который сковывал её поначалу, постепенно отступил, уступив место тревожному ожиданию. Это был уже не панический ужас перед неминуемым насилием, а скорее смутное беспокойство о будущем. Что её ждёт дальше? Какова будет её судьба в этом огромном, чужом замке? Все эти дни она ни разу не видела королеву. С одной стороны, это радовало Лиру — встреча с ней пока откладывалась. С другой — это же и пугало.

***

Как-то королева шла с Эльзой по длинному коридору в зал заседаний и увидела в коридоре группу девушек, занятых уборкой — они протирали пыль с мебели и стен. Среди них Алия заметила Лиру. Девушка была одета в нежно-голубое платье, которое ей очень шло. Её волосы были аккуратно убраны и закреплены простой повязкой открывая её лицо. Лира выглядела намного лучше, чем в тот день, когда её привезли в замок. Она стояла рядом с другими служанками, и они о чём-то негромко переговаривались. На губах Лиры играла скромная, едва заметная улыбка. Этот маленький, но такой важный для Алии жест, говорил о том, что девушка понемногу возвращается к жизни. Королева дав сигнал Эльзе остановилась у входа и старалась оставаться незамеченной, наблюдая за Лирой из тени. Её сердце наполнилось теплом, увидев эти позитивные изменения. Она была рада, что её решение дать девушке время и заботу принесло свои плоды. Алия поняла, что хочет увидеть Лиру ближе, поговорить с ней, убедиться, что с ней действительно всё в порядке. — Сегодня вечером, перед сном, приведи ко мне Лиру. — Сказала она Эльзе. Служанка склонила голову в знак согласия. Алия же, оставшись одна, задумалась о предстоящей встрече. Она надеялась, что Лире стало лучше не только внешне, но и внутренне, что раны её души начали затягиваться.