Apple pie

꧁𓆩♡𓆪꧂

— И что это за дело такое, что ты решил обсудить его только со мной? — Исин сохранял дистанцию, скрестив руки на груди, словно воздвигая между ними невидимую стену. — Ну как какое? Я свою часть сделки выполнил, теперь твой черёд. — Документы у меня в номере. — Ммм, — Джексон хитро вскинул брови, словно примеряясь к запретному плоду. — Даже не думай. Жди в кафе, можешь пока заказать себе машинку для закатывания губ, — фыркнул Исин, отворачиваясь. Джексон всегда умел вывести его из себя парой слов. — Не заставляй меня ждать, — бросил Джексон ему в спину, прежде чем развернуться и уйти. Поднявшись в номер, Исин первым делом направился к сейфу. Кодовый замок отозвался щелчком, и дверца открылась, являя взгляду заветную папку с документами. Он взял её в руки, на мгновение застыв в нерешительности, словно пытаясь предугадать, чем всё это обернётся. Спустившись в кафе, он увидел Джексона, бесцеремонно развалившегося за столиком. На столе стоял стакан с каким-то вызывающе ярким коктейлем. Исин подошёл, молча положил папку на стол и сел напротив. Джексон не спеша взял папку в руки, открыл и пробежал глазами по документам. Ни один мускул не дрогнул на его лице, словно он читал утреннюю газету. — Приятно иметь с тобой дело, — констатировал он, закрывая папку. — Но не спеши уходить. — Что тебе ещё нужно? — Поговорить. Исин сел обратно, прожигая Джексона выжидающим взглядом. Почему рядом с ним он вновь ощущал себя безвольным подростком? Почему в его присутствии возникало предательское желание бросить всё к чертям и просто остаться рядом? Да, он мечтал вернуть то беззаботное время, что они провели вместе, но Джексон сам оборвал эту нить, исчезнув без объяснений. — Есть ещё одно дельце, — начал Джексон, нарушая тишину. — Тебе наверняка интересно, почему мы встретились именно здесь? Так вот, один мой надёжный человек принёс интересные вести. В старой части курорта, в той самой, где погиб мой дядя, в заброшенной сторожке пару месяцев назад была замечена активность. Кто-то что-то там спрятал. И этим "кто-то" был следователь Хань, который вёл дело. Чуешь, куда я клоню? — Думаешь, он спрятал там доказательства вины Сяо Цяна? — Именно! — Отправил бы кого-нибудь на проверку, я-то тут причём? — Я хотел предложить тебе составить мне компанию. Вдвоём, тряхнуть стариной, так сказать. Исин нахмурился. — Ой, да брось ты! Неужели ты думаешь, что я заманю тебя в богом забытое место, чтобы бросить там умирать? — Именно так я и думаю. — Ты разбиваешь мне сердце, — Джексон скорчил такую умоляющую гримасу, что Исин невольно усмехнулся. — Ладно, и какой у тебя план? — сдался Исин.

***

План трещал по швам, больше напоминая бессвязный набор мыслей, набросанных на салфетке в пьяном угаре. — Да чтоб я ещё хоть раз с тобой попёрся хрен знает куда, хрен знает зачем! — ворчал Исин, еле переставляя ноги в бушующей метели. Снег забивался под куртку, обжигая кожу. По расчётам Джексона, они уже должны были греться в сторожке, но вокруг была лишь белая пелена. — Признавайся, мы заблудились! Моя безвременная кончина будет на твоей совести, гений картографии! — Да ладно тебе, баобей, всё под контролем! — Под контролем у тебя только отсутствие мозга! Какого лешего ты не удосужился глянуть прогноз погоды?! Джексон замер, прислушиваясь к злобному вою ветра, пронизывающему до костей. "Ну, накосячил, чего уж там", — промелькнуло в голове. Вслух же он выдал: — Ладно, с погодой немного промашка вышла. Зато сторожка точно где-то здесь, чую её нутром! У меня нюх на старые постройки, особенно на те, где заныкано что-нибудь интересное, — он попытался подмигнуть Исину, но тот в ответ лишь испепелил его взглядом, глубже зарываясь в воротник куртки. Внезапно, сквозь пелену снега, показались очертания покосившейся крыши. — Вот она! — выдохнул Джексон, с мальчишеским азартом дёрнув Исина за рукав. Сторожка выглядела заброшенной и мрачной. Деревянные стены почернели от времени, а в окнах была гнетущая тьма. Исин поёжился, место и впрямь выглядело так, словно его забыли боги и люди. Они пробирались сквозь сугробы, хрустя мёрзлым снегом под ногами. Чем ближе подходили к сторожке, тем сильнее Исин ощущал неприятное покалывание в затылке. Будто кто-то наблюдал. Он оглянулся, но кроме белой пелены и силуэта Джексона, радостно скачущего впереди, ничего не увидел. Вскрыв замок, Джексон толкнул дверь, и она со скрипом отворилась, впуская их внутрь, в царство тишины и мрака. Внутри, несмотря на отсутствие света, ощущалась сухость, пропитанная запахом пыли и старого дерева. — Осторожно, не оступись, мало ли что тут может валяться на полу, — предупредил Джексон, доставая из рюкзака фонарик. Свет скользнул по обвисшему потолку, пыльной мебели и кускам штукатурки на полу, среди которой отчётливо виднелись чьи-то следы. — Ну вот и доказательство, что здесь кто-то был. — Подвинься, дай дверь закрыть, а то снаружи холодно как у ледяного великана в жопе! — Мой любимый квест в игре, а ты потом кому помог взойти на престол? — с энтузиазмом спросил Джексон. — Утопцу! Двигай уже! — огрызнулся Исин. Они принялись методично обследовать сторожку, тщательно ощупывая каждый угол. Исин, ворча себе под нос, заглядывал под половицы и отодвигал старую мебель. Джексон, с неугасающим энтузиазмом, изучал пыльные полки. Внезапно Исин, замерший у стены, подозвал Джексона. — Смотри! — он указал на едва заметный тайник, скрытый за отклеившимися обоями, у самого пола. В тайнике лежал конверт, завёрнутый в плёнку. Джексон торопливо выхватил его и достал содержимое. Это были фотографии. На снимках были запечатлены Сяо Цян и глава клана Хань, вместе, улыбающиеся. На некоторых фото они обменивались конвертами, на других — пожимали друг другу руки. Подпись на обороте одного из снимков гласила: "Партнёрам по бизнесу. Вечная дружба и процветание". Помимо фотографий, в конверте обнаружилась странная вещица, поначалу принятая Исином за игральную фишку. Приглядевшись, он понял — это флешка. — Интересно, что на ней? — Я тут подумал, клан Хань… этот следователь, что вёл дело, просто «счастливчик» носить такую же фамилию или…? — Я проверял его, — оборвал его Исин. — Он сменил фамилию, когда поступил на службу в полицию, до этого его фамилия была Лонг. — Зачем менять фамилию? Если он связан с кланом Хань, это же палевно для служителя закона. — Как-то не успел я его об этом спросить! — отрезал Исин, резко поднимаясь на ноги. — Куда собрался? — Джексон инстинктивно схватил его за локоть. — Туда, где не увижу твою наглую рожу, — процедил Исин, стараясь вырваться. — Что с моей рожей не так? — возмутился Джексон. — У меня руки чешутся её разбить. — Если так приспичило, не буду мешать, — вызывающе прорычал Джексон, сокращая расстояние между ними до опасного минимума. — Бей. Я это заслужил. — Мудак, — выплюнул Исин, высвобождая локоть из его цепкой хватки. — Постой, давай поговорим, — взмолился Джексон. Голос его вдруг стал хриплым. — Говори. Это ты свалил, не сказав ни слова. Исин понимал, что его понесло, что он сейчас наломает дров, но остановиться уже не мог. Внутри всё клокотало. Слишком долго всё в нём копилось. — Я уехал ради тебя, — оправдывался Джексон, делая ещё один шаг навстречу. Исина передёрнуло от этих слов. — Мы не могли быть вместе… Особенно когда я стал частью враждебного для тебя клана! — А рот тебе на что? Или ты им чьи-то члены полировал и не мог вымолвить ни слова? — В моём рту был только один член, и это был твой, — сорвался Джексон на крик, тыкая пальцем в грудь Исину. — Пиздишь, как дышишь! — Я всегда был с тобой честен! Все эти три года я никого к себе не подпустил, понимаешь? Не смог. Я не смог тебя забыть. — Как же я тебя ненавижу… — отчаянно прошептал Исин, и в голосе его прозвучала такая боль, что у Джексона сжалось сердце. — Знаю… я знаю… Джексон прижал Исина к шершавой стене, нагло вторгаясь в его личное пространство, и впился в губы жарким, требовательным поцелуем. В лёгкие тут же ворвался терпкий аромат свежесваренного кофе, приправленный горьковатыми нотками шоколада. Исин, ошарашенный напором и предательски проснувшимся желанием, на мгновение поддался, отвечая на этот дерзкий поступок. Но словно очнувшись от наваждения, он оттолкнул Джексона с такой силой, что тот, потеряв равновесие, едва удержался на ногах. В следующую секунду перед глазами Джексона вспыхнула яркая звезда от хлёсткого удара в скулу. Исина трясло от ярости. Вцепившись в грудки альфы, прожигая его взглядом, он прорычал: — Не смей меня касаться! Ты думаешь, что можешь вернуться и просто взять всё, как было? Я не игрушка, Джексон! — он оттолкнул его и сделал шаг назад, тяжело дыша. — Прости меня, — Джексон попытался снова приблизиться, но Исин отшатнулся. — Я был молод и глуп. Я думал, что поступаю правильно. — Правильно? Ты разбил мне сердце, и называешь это правильным? Ты хоть представляешь, как мне было больно? Исин отвернулся, пытаясь сдержать слёзы. Он не хотел показывать свою слабость, особенно перед ним. Сколько времени он потратил, пытаясь забыть его, вычеркнуть из своей жизни, и вот он снова здесь, словно ничего и не было. Джексон молчал, опустив голову. Он знал, что заслужил это. Он причинил Исину невыносимую боль, и теперь ему оставалось только принять последствия своих действий. — Я понимаю… мне тоже было больно, — тихо сказал Джексон. — Я не жду, что ты меня простишь. Но я хочу, чтобы ты знал, что я сожалею. И я сделаю всё, чтобы загладить свою вину. Исин молчал, глядя в окно на бушующую метель. Он не знал, что ответить. Часть его всё ещё любила Джексона, но другая часть сейчас была полна обиды и гнева. — Что ты хочешь от меня? — Тебя в моей жизни, — Исин почувствовал робкое касание на плече, а потом — горячее дыхание на затылке. — Дай мне шанс снова быть с тобой. Исин устало вздохнул. Он не мог отрицать, что тоже этого хочет. Но страх повторения прошлого был слишком силен. Он боялся снова открыться, снова довериться, чтобы потом снова быть брошенным. Он согласился на эту встречу, чтобы окончательно расставить все точки над «i», но только ещё больше всё запуталось. — Докажи, — прошептал Исин, поворачиваясь к альфе. — Докажи, что я могу тебе доверять. Докажи, что ты снова не уйдёшь. Джексон поднял голову и посмотрел Исину в глаза. В его взгляде была искренность и решимость. — Я докажу, — твёрдо ответил Джексон. — Я сделаю всё, что потребуется. Только дай мне шанс. В хижине повисла тишина, нарушаемая лишь завыванием ветра за окном. Исин смотрел в глаза Джексону, пытаясь разглядеть в них правду. Он знал, что это рискованно, но что-то внутри него, несмотря на всю пережитую боль, всё ещё тянулось к этому человеку. Он помнил тепло его объятий, смех, который заставлял забыть обо всех проблемах, и ту безумную химию, которая возникала между ними каждый раз, когда они оказывались рядом. — Хорошо, — наконец произнёс Исин. — Я дам тебе шанс. Но помни, Джексон, второго не будет. Если ты снова предашь меня, я просто убью тебя! — Если это случится, я не буду сопротивляться, баобей, — ответил Джексон. На губах Исина появилась слабая улыбка. Они стояли, лбами касаясь друг друга, в тишине, которая говорила громче слов. Исин всё ещё не верил до конца, но надежда уже зародилась в его сердце. Возможно, он поступает опрометчиво, вот так сразу давая шанс альфе, но ничего не мог поделать. Исин отстранился и, сняв рюкзак, достал заледеневшую бутылку воды. — На, приложи, а то фонарь в руке станет у тебя не единственным, — Джексон принял бутылку и приложил к лицу. — Ладно, хватит соплей, — сказал Исин, стараясь скрыть волнение, — нужно понять, что на этой штуке. У тебя с собой ноутбук? — У моего айтишника, который приехал со мной. Обратный путь показался короче, теперь, когда впереди шёл Исин. Они шли молча, каждый погружённый в свои мысли. Метель постепенно стихала. Исин украдкой взглянул на Джексона. Тот шёл рядом, сосредоточенно глядя вперёд, и казался каким-то другим, более зрелым и серьёзным. Или это просто игра света? Вернувшись в отель, они первым делом отдали флешку людям Джексона, с просьбой вытащить с неё все данные. Пока шла работа, они сидели в номере Исина, словно два подростка, не зная, с чего начать разговор. Напряжение висело в воздухе, ощутимое и давящее. Джексон нервно барабанил пальцами по колену, а Исин неотрывно смотрел в окно. Наконец, тишину разорвал телефонный звонок. Человек Джексона сообщил, что данные с флешки удалось восстановить. Они вместе поспешили к нему в номер. На экране компьютера мерцали многочисленные файлы, фотографии и документы. Среди них они нашли переписку между следователем Ханем и Сяо Цяном, подтверждающую их сговор. Были и другие файлы, компрометирующие высокопоставленных чиновников и бизнесменов. — Этой информации хватит на целый апокалипсис, — констатировал Исин, глядя на экран. — Мы в дерьме, — отозвался Джексон. — Идти против одного человека — это одно, но идти против целого клана, пусть и самого мелкого… Эти люди просто так не сдадутся. Нам нужно быть осторожными. — Ты прав. Всё хуже, чем я думал. Мне нужно сообщить боссу, если ты не против. — Нет, я не против. И мой босс тоже. Я, собственно, приехал в Китай на переговоры о союзе. — Я так и понял. Свяжусь с тобой позже. — Исин, — остановил его Джексон. — Я зайду к тебе позже? Исин только кивнул и, развернувшись, ушёл. Исин вернулся в свой номер, чувствуя себя опустошённым. Информации было слишком много, и она требовала тщательного анализа. Он достал телефон и набрал номер Хайкуаня. Разговор был коротким и лаконичным. Исин передал всю информацию, которую они успели получить, и получил инструкции ждать дальнейших указаний. Положив трубку, он подошёл к окну и уставился на горный городок, что уже проснулся и активно продолжал жить своей жизнью. Из-за ночной метели катания временно ограничили, расчищая дорожки к подъёмникам. Солнце после бури было ярче, чем обычно, озаряя светом всё вокруг, превращая окружение в серебристый перелив, словно землю покрывала алмазная крошка. Но Исину было не до красоты пейзажа. В голове роились мысли о предстоящем деле, о том, что это в итоге может закончиться гибелью многих близких ему людей, о том, что новообретённое он снова может потерять. Его друзья, брат и… Джексон. Что будет с ними дальше? Смогут ли они преодолеть все препятствия и остаться вместе? Или их ждёт лишь разочарование и боль? Размышления Исина были прерваны резким трезвоном телефона. На экране высветился до боли знакомый номер Сяо Цяна. — Господин Чжан, мне нужна ваша помощь, — выпалил тот, обойдясь без приветствий. — У меня похитили крайне важные документы, и их необходимо вернуть. Я знаю, у вас есть люди, которые могут это сделать. Сяо Цян принялся торопливо излагать примерное содержание пропажи и вероятное местонахождение, но Исин слушал вполуха. О каких именно «крайне важных документах» шла речь, он и так прекрасно понимал. Его поразило не столько то, что Сяо Цян обратился именно к нему, сколько скорость, с которой обнаружилась пропажа… Или это хитроумная ловушка, в которую он так беспечно угодил? Может быть, Джексон… — С чего бы мне вам помогать? Что я получу взамен? — холодно поинтересовался Исин, тут же одёрнув себя за прорвавшуюся в голосе колкость. — У меня есть информация, которая может вас заинтересовать. Касательно одной небольшой сделки десятилетней давности, которую заключил ваш дед. Она может заинтересовать… кое-кого ещё. И тогда… — Сяо Цян замолчал, выжидая. Он явно рассчитывал, что Исин не выдержит и начнёт выпытывать подробности. Но альфа сдержался, бросив в ответ: — Я подумаю. — Я буду ждать вашего звонка, — последовал незамедлительный ответ, и связь оборвалась. Не теряя ни секунды, Исин вызвал к себе Хаосюаня и, вкратце обрисовав ситуацию, приказал немедленно заняться этим делом. Оставшись один, он вновь погрузился в раздумья, пытаясь понять, как могло случиться, что пропажа обнаружилась спустя всего несколько часов после их визита в сторожку. За ними следили? Да какой безумец станет выслеживать кого-либо в такую непогоду? Или Джексон всё это время водил его за нос? В это верить не хотелось больше всего. Неожиданный стук в дверь вырвал его из тягостных размышлений. Исин распахнул дверь и увидел Джексона. Тот, слегка смущённый, протягивал ему дымящийся стакан с горячим шоколадом. — Я подумал, тебе не помешает немного согреться, — проговорил Джексон, избегая взгляда. Исин принял стакан и сделал глоток. Сладкий, ароматный шоколад приятно разлился по телу, немного успокаивая расшатанные нервы. — Спасибо, — тихо произнёс Исин, пропуская альфу в номер. Джексон вошёл и присел на краешек кровати. Они молчали, каждый погруженный в свои мысли. Наконец, Джексон нарушил затянувшееся молчание. — Что сказал твой босс? — спросил он. Исин вздохнул. — Велел ждать. Они будут решать, что делать дальше. — Понимаю. Значит, нам остаётся только ждать. Но в любом случае, я буду рядом. Что бы ни случилось. Исин кивнул, но в душе уже поселилось зерно сомнения. Он не знал, можно ли безоговорочно доверять Джексону. Слишком много вопросов оставалось без ответов. Он решил, что будет действовать крайне осторожно, не позволяя эмоциям взять верх над разумом. — Цзяэр, — начал Исин, пристально глядя на альфу, — скажи мне честно, кто доложил тебе о схроне в сторожке? Джексон нахмурился. — Я же сказал, один из моих людей. — Насколько он верен тебе? — Я доверил ему жизнь своего брата, этого достаточно? Исин внимательно изучал его лицо, пытаясь уловить хоть малейший намёк на ложь. Но Джексон смотрел открыто и искренне. — Со мной связался Сяо Цян, догадываешься зачем? Джексон на мгновение замер, обдумывая услышанное, затем схватил телефон и сделал короткий звонок. — Вскрой флешку, — приказал он в трубку, не сводя взгляда с Исина. — Понял, спасибо. Там был жучок, — произнёс Джексон, отключаясь. Исин с облегчением выдохнул, это не укрылось от внимания Джексона. — Ты подумал, что это я хотел подставить тебя? Исин, прикусив губу, молча смотрел в глаза альфе. — Ты ещё не доказал, что тебе можно верить. — Я понимаю, баобей, и не злюсь. — Ты специально так называешь меня? — Тебе неприятно? — Нет, дело не в этом, — Исин устало вздохнул, и Джексон заметил, насколько тот вымотан. — Прости, тебе нужно отдохнуть, я, пожалуй, пойду. — Останься. Джексон почувствовал, как его схватили за край рубашки, не позволяя уйти. — Просто… мне нужно время, но ты можешь остаться. Исин посмотрел на Джексона и увидел в его глазах искренность и нежность. Возможно, у них действительно есть шанс. Возможно, они смогут построить совместное будущее, несмотря на все трудности.

***

Ван Ибо проснулся среди ночи от жажды. Удивительно, как он вообще смог уснуть после событий прошедшего дня. После взаимного признания в чувствах они с Сяо Чжанем долго не могли наговориться, взахлёб рассказывая друг другу о том, что произошло за год разлуки. После рассказа Сяо Чжаня о злодеяниях Сяо Цяна Ибо пришёл в ярость. Сяо Цян в его глазах давно пал, но, узнав о мучениях омеги, его желание уничтожить этого человека возросло многократно. Сяо Чжаню поистине невероятно повезло встретить своего брата. Это был просто дар небес. Он ещё не успел пообщаться с Исином, но из обрывочных разговоров о нём понял, что тот достойный альфа, и в случае чего Ибо без колебаний доверил бы ему своего омегу. — В случае чего, — пробормотал Ибо, делая большой глоток воды из бутылки. Эр-гэ так и не объяснил, зачем он притащил его на этот горный склон, на тот самый курорт, где когда-то трагически погибли его родители. Нет, то, что он искусно разыграл эту встречу у них за спинами с Сяо Чжанем, он понял, но маловероятно, что всё было только ради этого. Ван Ибо осознавал, что за всем этим кроется нечто большее. Хотел бы он знать истинную причину? Определённо, да! Но он ни в коем случае не хотел впутывать в это Сяо Чжаня. Но, судя по тому, что он узнал, его омега уже был втянут в это по самые… Неожиданно в дверь постучали. Ибо насторожился, но стук повторился, в той же условленной последовательности, что он использовал, когда приходил к Сяо Чжаню. — Ди-ди? — удивлённо произнёс альфа, увидев на пороге сонного омегу. — Проходи, в коридоре холодно. Сяо Чжань робко вошёл в номер и застыл, не решаясь сделать ни шагу дальше. Он был с головой закутан в махровый плед и выглядел испуганным. — Чжань-Чжань, что случилось? — Я не смог уснуть, — виновато посмотрел на него Сяо Чжань, и Ибо почувствовал укол вины за то, что сам так безмятежно провалился в сон. — Хочешь, я заварю тебе чего-нибудь горячего? — Угу. Ибо поставил чайник и окинул взглядом имеющийся выбор пакетиков: — Тут есть чай с малиной, с лимоном и с корицей… — Корица! — выпалил омега и плотнее закутался в плед, так что виден был только кончик носа. Ибо ничего не сказал, лишь взял пакетик с корицей и залил его кипятком. — Пока заваривается, расскажи, что всё-таки произошло? Сяо Чжань, глядя куда-то в пол, нервно перебирал пальцами край пледа. — Мне приснился кошмар, — тихо произнёс он. — Будто стою посреди города совсем один, а вокруг – ну, знаешь… мертвецы одни… и руки в крови… Ибо подошёл к нему и присел рядом на кровать. Он взял его за руку, чувствуя, как дрожат пальцы омеги. — Это всего лишь кошмар, — заверил он. — Твой мозг перегружен из-за пережитых событий, такое бывает. Сяо Чжань поднял на него заплаканные глаза. — Я знаю, но… было так страшно. Как будто всё, что у меня есть, может исчезнуть в любой момент. Ибо крепко обнял его, прижимая к себе. — Всё будет хорошо. Я обещаю. А теперь давай выпьем чай и попробуем ещё раз уснуть, — Ибо сглотнул и робко добавил: — Вместе. Сяо Чжань немного расслабился в его объятиях. Запах Ибо успокаивал, возвращал чувство безопасности. Он прижался щекой к его плечу, вдыхая такой родной аромат. Чай с корицей оказался горьким на вкус, но Сяо Чжань сделал несколько глотков, стараясь не выказывать своих ощущений. Ибо допил свой чай и поставил кружки на прикроватную тумбочку. Он погасил верхний свет, оставив лишь мягкое сияние ночника. Сяо Чжань всё ещё дрожал, поэтому Ибо укрыл их обоих одеялом и уложил омегу рядом с собой, нежно прижимая к груди. Он начал медленно гладить его по спине, шепча успокаивающие слова. — Попробуй думать о чём-нибудь приятном, — посоветовал Ибо. — Вспомни наши лучшие моменты, как мы это делали там, на чердаке. — Такое чувство, что это было в другой жизни, — прошептал Сяо Чжань. — Помнишь, как я впервые привел тебя к школьным воротам? Ты тогда был такой серьёзный, а я просто хотел немного подразнить тебя, — Ибо решил сам начать волну их воспоминаний. — Ты тогда обманул меня, сказав, что первоклассников на воротах ждёт какое-то посвящение, поэтому надо быть серьёзным и не улыбаться. Сяо Чжань тихонько засмеялся, вспоминая этот день. Ибо всегда умел его рассмешить, даже в самые трудные моменты. Он уткнулся лицом в грудь альфы, чувствуя, как тепло его тела согревает его изнутри. — А помнишь, как мы впервые купались под дождём? — прошептал Сяо Чжань. — Ты тогда так испугался, что я заболею, и заставил меня выпить горячий чай с лимоном. — Ты тогда чуть не выплюнул его обратно, — усмехнулся Ибо. — Сказал, что он слишком кислый. Сяо Чжань улыбнулся, вспоминая их юные годы. Они были полны невинности, глупости и безграничной любви. Как же быстро пролетело время. Казалось, только вчера они были беззаботными школьниками, а сегодня им пришлось столкнуться с жестокостью и предательством. — Признаться, чай с корицей оказался слишком горьким. — Но ты всё равно его выпил. — Потому что он пах тобой. — Знаешь, — прошептал Ибо, — я так боялся признаться тебе в симпатии, ещё когда мы жили вместе… Боялся потерять то хрупкое, что уже было между нами. — Я тоже, Бо-гэ, — отозвался Сяо Чжань. — Мы были лишь юными мальчишками, и это вполне объяснимо. — Говорим так, словно нам за тридцать, и мы не виделись десятилетия, — усмехнулся Ибо. — Иногда мне так и казалось… Этот год заставил меня увидеть мир другими глазами, повзрослеть. Ибо, я научился стрелять! Ибо прижал Сяо Чжаня крепче к себе, касаясь губами его макушки. Омега высвободился из мягкого кокона пледа и обвился руками вокруг талии альфы. — Теперь, когда мы вместе, мне и целого мира будет мало, чтобы разделить его с тобой. — Ты всегда был неисправимым романтиком, — улыбнулся Ибо, ласково поглаживая Сяо Чжаня по голове. Сяо Чжань, не говоря ни слова, потянулся вперёд и невесомо коснулся губ альфы. Отстранился. Снова подарил поцелуй, на этот раз более долгий, трепетный. Отстранился вновь. Дыхание Ибо участилось, и Сяо Чжань почувствовал под ладонью, лежавшей на груди альфы, как бешено колотится его сердце. Освободившись от пледа, он смело завалил Ибо на спину и, оседлав его, жадно прильнул к его губам, увлекая в страстный поцелуй. Ибо ответил на поцелуй с жаром, обвивая руками талию Сяо Чжаня. В мгновение ока он перевернул их, и уже омега оказался под ним, а поцелуй становился всё глубже и требовательнее. Языки сплелись в чувственном танце, выражая всю ту бурю эмоций, что они так долго хранили в себе. Воздух в комнате наэлектризовался, наполнившись пьянящим ароматом спелых яблок и терпкой корицы. Ибо оторвался от губ Сяо Чжаня, осыпая влажными поцелуями его шею. Он чувствовал, как дрожит податливое тело омеги под ним, и это лишь подстёгивало его страсть. Сяо Чжань застонал, запрокидывая голову, позволяя Ибо беспрепятственно ласкать его. Руки альфы скользнули под футболку омеги, обжигая кожу своим прикосновением. Сяо Чжань простонал в поцелуй, прижимая Ибо ещё ближе. Его щёки пылали. Всё его тело трепетало от прикосновений, от терпкого запаха Ибо, от самой его близости. Ибо отстранился от его губ, чтобы жадно глотнуть воздуха. В его глазах плескалась бездна желания. Он смотрел на Сяо Чжаня, словно видел его впервые, словно заново открывал его для себя. Нежно провёл пальцами по его щеке, лаская её. — Ты прекрасен! Боже, как же ты прекрасен! Ибо вновь наклонился, чтобы поцеловать его, на этот раз медленнее и нежнее. Он словно пробовал его на вкус, наслаждаясь каждым мгновением. Опускал поцелуи по шее Сяо Чжаня, вызывая мурашки на его коже. Сяо Чжань сильнее раздвинул ноги, позволяя Ибо устроиться удобнее и делать всё, что тот пожелает. Он был готов отдать ему всего себя, без остатка. Сейчас, в этот самый момент, он принадлежал только ему. Их тела горели, сливаясь в едином порыве страсти. Сяо Чжань перебирал пальцами тёмные пряди волос Ибо, чувствуя, как тот нежно покусывает его ключицы. Он издавал тихие стоны, утопая в океане наслаждения. Альфа медленно стянул с него футболку, не отрывая взгляда от его глаз. Кожа омеги светилась в полумраке ночника, маня к себе. Ибо нежно провёл рукой по его торсу, очерчивая каждый изгиб. Затем помог освободиться от пижамных штанов, оставляя Сяо Чжаня полностью обнажённым. Сяо Чжань ответил ему тем же, освобождая Ибо от футболки и боксеров. Он прижался к нему грудью, чувствуя, как бешено бьётся его сердце. Их дыхание стало прерывистым и жарким. Они зарылись руками друг в друга, желая почувствовать каждое прикосновение, каждое биение сердца. Казалось, время остановилось, оставив их наедине со своими чувствами. Омега опустил руку между их телами, накрывая альфий член, нежно поглаживая. — Вот чёрт, — выдохнул Ибо, толкнувшись в его руку. — Ты такой большой, Бо-гэ, — простонал Сяо Чжань в поцелуй, не прекращая ласк. Ибо был настолько возбуждён, что его хватило ненадолго, и он со сдержанным стоном излился в руку омеге, пачкая его живот и грудь. — Прости, я… — Ибо пытался отдышаться, его тело била дрожь после оргазма, и он отодвинулся от Сяо Чжаня, усаживаясь на пятки между его ног. Сделав пару глубоких вдохов и выдохов, Ибо распахнул глаза. Омега перед ним лежал такой возбуждённый, с затуманенным взглядом. Капелька пота скатилась по кадыку, теряясь в тёмных волосах. На груди и животе сверкала сперма. Альфа опустил взгляд ниже и увидел, как на кончике налитого члена омеги скопилась капелька предэякулята. Ибо нагнулся и слизнул её, чувствуя, как во рту расплывается сладостный вкус сочного яблока. Сяо Чжань вздрогнул всем телом от неожиданного прикосновения и застонал, запрокидывая голову. Ибо наслаждался моментом, смакуя каждый миллиметр его тела. Он поднял глаза, встречаясь с затуманенным взглядом омеги, полным страсти и желания. Альфа облизнул губы и снова нагнулся, чтобы продолжить свои ласки. Он нежно обхватил член Сяо Чжаня губами, втягивая его в себя. Омега задрожал, издавая протяжный стон. Его руки вцепились в волосы Ибо, притягивая его ближе. Ибо чувствовал, как Сяо Чжань напрягается под ним. Он усилил темп, доводя омегу до предела. Сяо Чжань громко застонал, изливаясь ему в рот горячей и сладкой спермой. Ибо проглотил всё до последней капли, не отрываясь от члена Сяо Чжаня. Когда всё закончилось, он отстранился, облизывая губы. На его лице играла довольная улыбка. Сяо Чжань тяжело дышал, глядя на Ибо полузакрытыми глазами. Он чувствовал себя опустошённым, но в то же время невероятно счастливым. Он приподнялся на локтях и притянул Ибо к себе для поцелуя. Их губы слились в нежном и чувственном танце. В этом поцелуе было всё: любовь, страсть, нежность и благодарность. Впервые за долгий год мучительной разлуки Сяо Чжань позволил себе быть слабым и беззащитным в руках любимого человека. — Я люблю тебя, — прошептал Ибо, касаясь губами его влажного лба. — Сейчас принесу полотенце. Тепло Ибо исчезло, оставляя лишь лёгкий озноб на влажной коже. Он вернулся почти мгновенно, заботливо вытирая разгорячённое тело Сяо Чжаня тёплой, мягкой тканью. После они лежали в объятиях друг друга, наслаждаясь моментом. Тишину комнаты нарушало только их прерывистое дыхание. Ибо нежно поглаживал волосы Сяо Чжаня, что-то шепча ему на ухо, но омега уже уплывал в царство Морфея и лишь прижался к альфе крепче, чувствуя себя в полной безопасности.

***

Исин и Джексон сидели по разным углам широкого дивана напротив парней. Уже ближе к вечеру того дня, когда альфы вернулись после своего приключения, они вспомнили, что в отеле где-то находятся и их братья. За всеми этими страстями между ними, звонком Сяо Цяна и найденной находкой, они благополучно забыли, где и с кем они. И признаться им в этом было как-то не по-альфьи. — Что с твоим лицом? — нарушил напряжённую тишину Ибо, глядя на темнеющее пятно на скуле брата. — Я облокотился о стену, а она как поехала, а потом земля как поднялась… — произнёс невозмутимо Джексон, на что Исин закатил глаза и отвернулся, чтобы никто не заметил улыбки на его лице. — … И лежу я такой, и вижу, как у этой самой стены открывается маленькая дверка, а из неё вываливается конверт… — Вообще-то конверт нашёл я! — возмутился Исин. — Эй, тише, не перебивай, не видишь, я сказку деткам рассказываю. — Господин Ван, простите, конечно, — с притворной серьёзностью обратился к нему Сяо Чжань. — Но можно полюбопытствовать, сколько вам лет? Вы говорите так, будто вам уже полвека, а перед вами не юноши, а ваши внуки. Исин прыснул в кулак, скрывая рвущийся смех. — Это ты его научил так со старшими разговаривать? — тут же выпалил Джексон, ткнув пальцем в Исина. — Да ты всего на восемь лет старше! — поддел Ибо. — Не «всего», а «целых», — поправил его Джексон. — Сяо Чжань вообще ещё несовершеннолетний школьник. — Мне через полмесяца будет восемнадцать, — невозмутимо добавил омега. — Виноват. Прошу великодушно простить этого смертного. Буду говорить с вами как со взрослыми людьми. — Так что там за конверт? — не выдержал Ибо. — Ах, да, точно. В конверте оказалась карта. Ну, как карта… Скорее, каракули какие-то, но там отмечено место, где, по слухам, спрятан клад. — Клад? Какой ещё клад? — Сяо Чжань удивлённо вскинул брови, переводя взгляд с одного альфы на другого. — Ну, легенда гласит, что один пират спрятал здесь свои сокровища. Но это всего лишь сказки для туристов, не более, — отмахнулся Джексон. — Но Исин загорелся этой идеей. Вот и полез в какую-то дыру. — Заткнись, трепло! — не выдержал Исин. — Во-первых, потащил меня ты, а не я в эту грёбанную метель. Во-вторых, нет никакой карты, в-третьих, кто тебя вообще просил поднимать этот вопрос, пока мы не проверили всё до конца? — Ну, и в-четвертых, если уж на то пошло, то это Исин мне по лицу зарядил, — добавил Джексон, потирая щёку. Напряжение в комнате достигло апогея. Ибо и Сяо Чжань переглянулись, не понимая, что происходит. Атмосфера между альфами накалилась до предела. Казалось, ещё немного, и между ними вспыхнет настоящая буря. Сяо Чжань откашлялся, пытаясь разрядить обстановку: — Ну, раз уж каша заварилась, может, соизволите объяснить, что произошло? Где вы пропадали ночью и за какие заслуги мистер Купидон щеголяет теперь с фингалом? Исин и Джексон одновременно выдохнули и, бросив друг на друга взгляд, Джексон поднял руки, капитулируя и откинулся на спинку дивана, давая понять, что отдаёт все полномочия Исину. — Я не в курсе, во что посвятил тебя Цзяэр, — начал Исин, обращаясь к Ибо. — Но Сяо Чжань в курсе всего, что происходит, только касательно его дела, то есть проблем с отцом. — Брат мне всё рассказал, — Ибо бросил короткий взгляд на Джексона, получив в ответ едва заметный кивок. — И про кланы, и про Сяо Цяна. Да и Сяо Чжань поделился тем, что с ним произошло за этот год, так что… — Я понял. Это хорошо. Хоть мне и не по душе ваше участие в этом, вы обязаны знать, — Исин подался вперёд, сложив руки на коленях. — По доносу одного из людей Цзяэра, вчера мы провели вылазку в закрытую зону на склоне. Там осталась старая сторожка. Выглядит заброшенной, но её посещают. Мы обнаружили тайник, а в нём – флешку и пару фотографий. На снимках Сяо Цян и следователь Хань. Исин говорил ровно, тихо, но каждое его слово врезалось в память, рисуя картину произошедшего. — Но это только начало. Практически сразу же мне позвонил Сяо Цян, и из его слов стало ясно, что он уже в курсе пропажи этих доказательств. — Так быстро? — удивился Сяо Чжань. — Да, во флешке был маячок. Видимо, следователь Хань тут же доложил твоему отцу. — Это всё, что мы знаем на данный момент, — подытожил Джексон. Сяо Чжань опустил взгляд, нервно закусив губу. Большая ладонь Ибо накрыла его руку. — Мы справимся, — тихо произнёс Ибо. — Это ведь не просто взять и стараться всё пережить, забившись в угол, — Сяо Чжань замотал головой. — Если хоть малая часть того, что есть на флешке, станет известна, начнётся настоящая война. — Горькая правда, — кивнул Исин. — И мы любой ценой должны пережить эту войну, — твёрдо произнёс Джексон, накрывая ладонь Исина своей, сжимая её. В комнате повисла тяжёлая тишина. Каждый обдумывал возможные пути. Необходимо учесть все факторы, взвесить риски и принять чёткое решение. Впереди их ждала битва, исход которой был неясен. Готовы ли они к ней?

***

Лю Хайкуань сидел в глубоком кресле в своей библиотеке, погружённый в раздумья. Подперев щёку рукой, он смотрел в одну точку, пытаясь понять, как поступить дальше. Как друг он больше всего хотел помочь Исину расправиться с Сяо Цяном, но эта расправа зашла дальше, чем они себе представляли. Дальнейшие действия могут привести к кровопролитию не одного десятка людей. Не то чтобы с людьми были проблемы, клан Лю не жаловался на свою армию, которая была многочисленной и хорошо обученной, но… Это «но» терзало Хайкуаня, не давая принять окончательное решение. — Ты застыл, словно мраморное изваяние, — раздался мелодичный голос, и Хайкуань встретился с пронзительным взглядом Сюань Лу. Девушка отделилась от стены, у которой стояла, наблюдая за своим женихом, и бесшумно, словно кошка, подошла к креслу. Она опустилась на пол у его ног, положив голову на его сложенные на коленях руки и заглянула ему в глаза из-под длинных ресниц. — Что тебя гложет? Поделись. — Не хочу обременять тебя проблемами клана, — прошептал Хайкуань, запуская пальцы в шелковистые волосы девушки. Сюань Лу тихо фыркнула, запрокинув голову. — Глупый, разве может что-то, что касается тебя, не касаться меня? Мы семья, Хайкуань. Твои проблемы — мои проблемы, твои радости — мои радости. Неужели ты этого до сих пор не понял? Хайкуань вздохнул, прикрыв глаза, вдыхая аромат сладкого мандарина. Он всегда восхищался её уверенностью, её непоколебимой верой в их союз. Сюань Лу была его опорой, его тихой гаванью в бушующем море клановых интриг. Он не мог представить свою жизнь без неё. — Исин открыл ящик Пандоры, — наконец произнёс он, не открывая глаз. — И если выпустить всё, что там есть, клан Хань просто так не сдастся. Они начнут мстить. Сюань Лу подняла голову, и её взгляд стал серьёзным. — Клан Хань всегда был слабее. Неужели ты сомневаешься в силе клана Лю? — Дело не в силе, — покачал головой Хайкуань. — Дело в последствиях. Война – это всегда кровь, потери, разрушение. Другие кланы ждут только момента, чтобы накинуться на ослабленного противника. Я боюсь, что мы можем потерять больше, чем приобрести. — Но? — Сюань Лу приподняла бровь. — Я мог бы сейчас процитировать фразу Геральта из Ривии и остаться в стороне, но в данном случае никакого нейтралитета быть не может. Сюань Лу отстранилась, и взяла его руку в свои. Её пальцы нежно поглаживали его костяшки, словно успокаивая. — Ты хочешь защитить свой клан, это похвально. Но иногда, чтобы выжить, нужно нанести удар первым. Клан Хань, может, и слабее, но они как крысы, загнанные в угол. Они будут кусаться, и их яд может оказаться смертельным. Исин уже начал игру, и остановить её сейчас будет сложнее, чем поддержать. Хайкуань посмотрел на неё с благодарностью. Она всегда находила нужные слова, видела ситуацию с разных сторон. Он знал, что она права. Нейтралитет – это трусость, а трусость в мире кланов – это верная смерть. — Что ты предлагаешь? — спросил он. — Поддержать предложенный союз с кланом Фэн, но постараться сделать это тайно, чтобы шпионы не узнали. Во-вторых, воспользоваться информацией из ящика Пандоры, но действовать нужно крайне осторожно, тщательно изучив её, чтобы грамотно манипулировать. Нужно сделать так, чтобы крупным кланам не захотелось развязывать полномасштабную войну, но показать клану Хань, что мы не потерпим их выходок, если они начнут угрожать нашим людям. Нужно действовать точечно, бить по самым болезненным местам, чтобы они поняли, что с нами лучше не связываться. Хайкуань кивнул, соглашаясь. В его глазах появилась решимость. Он встал с кресла, потянув Сюань Лу за собой. — Ты права, моя мудрая Сюань Лу. Мы не можем позволить клану Хань угрожать нашей семье. Но мы должны сделать это так, чтобы не погрязнуть в крови. И союз с кланом Фэн станет новым глотком воздуха в этом порочном мире криминала. Он наклонился и коснулся её губ лёгким поцелуем. — Надеюсь, то, что я перенесу звонок на утро, не станет роковым. — Думаю, мир подождёт, — прошептала девушка в его губы.