Apple pie

꧁𓆩♡𓆪꧂

Исин остановился перед небоскрёбом, задрав голову, чтобы окинуть взглядом его уходящие ввысь этажи. Здание клана Фэн, куда он заявился без приглашения. Впрочем, он рассчитывал на адекватность охраны и их общие интересы, поэтому, набравшись смелости, двинулся к раздвижным дверям. Как и ожидалось, путь ему преградили двое охранников. — Ваш пропуск. — Я к господину Вану, — ровным тоном заявил Исин. — По личному делу. К его удивлению, охранники расступились и, склонив головы, пропустили его к лифтам. Исин на мгновение задумался, не слишком ли всё это просто, но, отбросив сомнения, вошёл в лифт и нажал кнопку последнего этажа. Приёмная была пуста, и Исин, не церемонясь, прошёл в кабинет. В углу на диване сидел Джексон, вид которого оставлял желать лучшего. Бледное лицо, а на лбу повязка, скрывающая шрам. — Как ты сюда попал? — прохрипел он. — Твои парни меня пропустили, — ответил Исин, закрывая за собой дверь и подходя ближе. — Неудивительно, — усмехнулся Джексон. — Один дурак, другой — придурок. — Как ты себя чувствуешь? — Дерьмово. И не пойму почему. То ли от сотрясения, то ли наркота такая… — Джексон поднял на него взгляд. — Или просто тебя не хватало… — Наши сделали анализ остатков в шприце, — Исин отвёл взгляд. — Это новый наркотик. Его ещё даже не выпустили на рынок. — То есть я был подопытным кроликом? — То есть ты мог от этого сдохнуть! — Но явился принц на белом коне и спас принцессу от злых разбойников… — Шуточки у тебя одна лучше другой, — буркнул Исин, разворачиваясь к двери. — Я вообще-то пришёл сказать, что ловушка сработала. Три десятка альф во главе с Дуань Сяоли уничтожены. — Мог бы и по телефону сказать, — тихо произнёс Джексон, приближаясь к Исину. — Не самый разумный поступок – переться на территорию чужого клана без предупреждения только ради этого. — Почему твои люди так легко меня пропустили? — Потому что я им приказал, — Исин опешил. — Я сказал, что приедет невероятно красивый альфа и произнесёт: «Я к господину Вану. По личному делу». Пропустите его, — Джексон надвинулся, его дыхание опаляло кожу за ухом. — Ты ведь так и сказал, раз стоишь тут. — Ненавижу тебя! — прошипел Исин, дёргая ручку двери с такой силой, что побелели костяшки. Джексон метнулся вперёд, с грохотом захлопывая дверь и щёлкая замком. Исин оказался в плену, зажатый между обжигающим жаром чужого тела и ледяной гладью двери. — Знаю, баобей, — промурлыкал Джексон, прижимаясь всем своим весом к дрожащему телу. — И ещё я знаю, что ты всё ещё любишь меня. Он обжёг шею Исина горячим дыханием, губы едва касались чувствительной железы. Исин вздрогнул, но сильная рука Джексона, словно стальной обруч, не дала ему вырваться. — Ты… — прохрипел Исин, голос сорвался. — Ты всё слышал? — Я ещё не успел заснуть… Так что да, слышал. Но у тебя был шанс возразить. Свалить всё на наркотический бред… Исин застонал, когда почувствовал на затылке обжигающее дыхание и лёгкое покалывание острых клыков альфы, едва царапающих кожу. — Цзяэр, остановись… — Ты ведь тоже этого хочешь, почему я должен останавливаться? — Мы на пороге войны, а ты думаешь о том, как бы трахнуть меня, ты просто неисправим. Джексон развернул Исина к себе, прижимаясь всем телом, давая почувствовать своё возбуждение. Он обхватил одной рукой его шею, запуская пальцы в волосы и слегка сжимая их, а другую приложил к груди, чувствуя, как под рёбрами бьётся чужое сердце. Исин ответил тем жестом, и их лбы соприкоснулись, дыхание смешалось в единое целое. — Я не хочу просто трахнуть тебя, баобей, я хочу заняться с тобой любовью… Резким движением Джексон притянул Исина к себе и впился в его губы. Исин ответил на поцелуй, сопротивляться нахлынувшим чувствам было невозможно. Губы Джексона были такими знакомыми, такими желанными, что все доводы рассудка мгновенно испарились. Он подался вперёд, углубляя поцелуй, позволяя себе забыть обо всём, кроме жара, охватившего его тело. Руки сами собой скользнули под рубашку Джексона, ощущая твёрдые мышцы спины. Джексон оторвался от губ Исина, тяжело дыша. Он смотрел в глаза своего возлюбленного, полные тоски и желания, и не мог сдержать улыбки. Провёл большим пальцем по его щеке, словно стирая невидимую пылинку. — Я скучал, — прошептал Джексон, и в голосе его звучала неприкрытая нежность. — Надеюсь, ты ещё помнишь, как мне нравится, — прошептал Исин в ответ, касаясь его губ. Они двигались по кабинету, задевая всё на своём пути, попутно избавляясь от одежды. Пиджак Исина полетел на пол, следом за ним и галстук. Джексон подхватил его на руки, и тот обвился ногами вокруг его талии. Не отрываясь от его губ, Джексон направился к дивану. Опустив Исина на мягкую поверхность, он одним сильным движением распахнул рубашку, пуговицы разлетелись в стороны, открывая взору подтянутое тело его альфы. — Полегче, это была рубашка от ZILLI, — простонал Исин, чувствуя, как его сосок попал в плен горячих губ. — Я куплю тебе новую. Джексон оставлял дорожку из поцелуев от груди до шеи и снова впился в припухшие губы, дрожащими пальцами расстёгивая чужой ремень. Как только тот поддался, он выдернул его из шлёвок и, перевернув Исина спиной к себе, опрокинул его грудью на спинку дивана. Кожа Исина скользнула по коже дивана, задевая возбуждённые соски, и он издал стон, прогибаясь. Джексон заломил его руки за спину, и Исин почувствовал, как ремень стягивает их вместе, оставляя следы на коже. Он уткнулся лбом в спинку дивана, тяжело дыша. Джексон полностью избавил его от штанов и белья, оставляя лишь рубашку и ремень на связанных руках. — Чёрт возьми, баобей! — прохрипел Джексон, проводя пальцами вдоль позвонков и опускаясь к промежности, слегка надавливая на сжатый вход. — Ты так блядски выглядишь… Исин задрожал всем телом, чувствуя себя абсолютно беззащитным и уязвимым. Ему до коликов в кончиках пальцев нравилось, как Джексон контролирует его, и сейчас он отдавался этому ощущению полностью. Горячее дыхание опаляло его спину, а прикосновения становились всё более настойчивыми. Он чувствовал, как пальцы Джексона проникают внутрь, растягивая и подготавливая его к большему. Стоны вырывались из его груди неконтролируемо, смешиваясь с тяжёлым дыханием альфы. — Будь сдержаннее, баобей, — шептал Джексон, покусывая шею Исина и проникая пальцами глубже, задевая чувствительную точку внутри. — Ты же не хочешь, чтобы все в здании слышали, как я тебя трахаю… Джексон не торопился. Он наслаждался каждой секундой, каждым стоном, каждым движением тела Исина. Он знал, что тот сейчас на грани, и это только подстёгивало его. Он медленно вынул пальцы, заменяя их своим членом. Исин вздрогнул от неожиданности, но тут же расслабился, принимая его полностью. Движения были медленными и плавными, позволяя обоим насладиться моментом. Комната наполнилась стонами и хриплыми вздохами. Кожа скользила по коже, а ремень на запястьях врезался всё глубже, напоминая о полной власти Джексона. Исин запрокинул голову, прогибаясь в спине, когда тот потянул его за связанные руки на себя, прижимая к горячей груди. Жаркие ладони Джексона прошлись по напряжённым мышцам груди, задевая соски и сжимая их, слегка покручивая. — Эр-гэ, сильнее… — простонал Исин, подаваясь навстречу толчкам. Он чувствовал, как приближается разрядка, и не мог её остановить. Джексон ускорился, толкаясь глубже и жёстче. Он чувствовал, как тело Исина напрягается и дрожит в предвкушении. И вот, наконец, они оба достигли пика. Исин закричал, изливаясь на спинку дивана, а Джексон выскользнул из горячего нутра до того, как узел их свяжет, и изверг семя на покрасневший и сжимающийся анус. В комнате витал запах похоти и возбуждения. Джексон медленно развязал ремень, освобождая руки Исина. Тот повернулся к нему лицом, и они снова слились в поцелуе, на этот раз нежном и полном любви. — Как же я по тебе скучал, баобей. — Я… — начал Исин, а потом отодвинулся, прикрывая глаза. — Почему ты выбрал меня? Почему именно я? — Ты действительно хочешь поговорить об этом сейчас? — Да, хочу! Мы сейчас как никогда обнажены друг перед другом. Поэтому я хочу услышать, почему? — Я не знаю, просто потому что ты – это ты… Потому что я хочу быть с тобой, а не с кем-то другим… — Ты же понимаешь, что наш союз обречён на провал? — Ты сам говорил, что тебе плевать на мнение других, что же изменилось? — У нас… — Исин запнулся и посмотрел в глаза Джексона. — Не важно… — Нет, важно! — Джексон не дал Исину подняться. — Важно всё, что касается нас. Я больше не хочу совершать ошибок и молчать, да и ты сам только что сказал, что сейчас мы как никогда обнажены друг перед другом. Поэтому скажи, почему ты думаешь, что наши отношения обречены? — Мы альфы… — И? Меня никто не привлекает так, как ты. Я не могу думать ни о ком другом, ты тоже, и не отрицай, я знаю это. — Всё равно из нас не выйдет полноценной пары… — Мы уже полноценны, Исин. Я хочу видеть тебя в своей жизни всегда. Просыпаться с тобой в одной постели, вместе завтракать и проводить выходные. Я хочу видеть на тебе свои метки и целовать твои губы, когда мне этого захочется. Я… — Цзяэр, — остановил его Исин. — Ты действительно считаешь, что этого достаточно для полноценной семьи? Джексон уставился на Исина, ища ответ в его глазах, и сжал губы. Он понимал, о чём тот хочет сказать, но… — Я не думал об этом раньше, — начал Исин, пряча лицо на груди Джексона. — Но когда услышал от Сяо Чжаня о подозрениях о беременности, не смог больше выкинуть это из головы. Меня не привлекают омеги, это я принял ещё в университете, но… Никто из нас никогда не сможет родить, у нас не будет детей… — Усыновим, — спокойно произнёс Джексон, будто это само собой разумеющееся. — Ты так просто об этом говоришь… — А что? Ты хочешь стать отцом? Я не против детей. Если ты хочешь, мы усыновим. Хочешь, наймём суррогатную омегу… — Эр-гэ. Притормози, — Исин прижался к Джексону, чувствуя, как краснеет от всего происходящего. — Мы всё равно должны были это обсудить, так почему бы и не сейчас, после того как я поимел тебя на этом диване. — Чудовище, — простонал Исин, и Джексон услышал в его голосе улыбку. — Но сначала мы должны пожениться, — тело под руками Джексона напряглось. — А перед этим я должен попросить твоей руки у господина Чжана. Но ещё перед этим, — перебил он Исина, который уже во все глаза таращился на него и хотел что-то возразить, — мы должны уничтожить всех, кто может этому помешать, и только потом я сделаю тебе официальное предложение. — Только не думай, что я сразу соглашусь, — Исин отстранился, хмуря брови. — Конечно, не сразу, — серьёзно кивнул Джексон. — Сначала ты сморщишь свой прекрасный нос, одаришь меня презрительным взглядом и скажешь, как ненавидишь меня, а потом выдохнешь и скажешь: «Ну хорошо, сделаю тебе одолжение»… Джексон засмеялся и охнул, получив кулаком под рёбра. — Ненавижу тебя! — прорычал Исин, выпутываясь из объятий. — Дай мне лучше салфетки, и мне нужна новая рубашка. — Всё, что только пожелаешь, баобей.

***

— И что дальше? — Исин повернул ключ зажигания, когда они, наконец, покинули здание клана Фэн. — Едем к Цай Сюйкуню, — небрежно произнёс Джексон, пристёгиваясь. — Вот так просто? Да он наверняка уже в курсе, что его подставили, и драпанул со всех ног. — Далеко не убежит, — усмехнулся Джексон. — Не забывай, у нас щупальца по всему миру. Все границы закрыты, ему некуда бежать. — В клан Хань? — Там его и слушать не станут. Он им слил адрес, где грохнули их правую руку, так что… — Джексон цокнул языком и выразительно постучал пальцем по виску. — И что ты с ним сделаешь? — Если рыпнется – пристрелю на месте. Но мне бы хотелось узнать, что им двигало. — Ладно, куда рулим-то? — Исин вглядывался в тяжёлое, свинцовое небо, затянутое снежными тучами. — Сначала в штаб, нужно экипироваться и прихватить пару ребят. Исин молча кивнул, выруливая на дорогу. Тишину в салоне резал только приглушённый рокот мотора. Каждый думал о предстоящей встрече, пытаясь разгадать мотивы Сюйкуня и предвидеть последствия. Джексона злость душила, но и любопытство разгоралось нешуточное. Не укладывалось в голове, как этот выскочка, сумевший втереться в доверие, оказался предателем. В штабе они быстро разжились оружием и прихватили с собой пару проверенных бойцов. Исин настоял на бронежилетах, надеясь, что у Сюйкуня хватит ума не палить в голову. Джексон был немногословен, отдавал чёткие и короткие приказы. Чувствовалось, как он собран и готов к любому повороту. Исин следовал за ним по пятам, понимая, что сейчас лучше помолчать. Они ехали в полной тишине, прорезая густую пелену снегопада фарами. Снег валил всё сильнее, заметая дорогу и отрезая от остального мира. Исин нервно косился на Джексона, пытаясь прочитать его мысли. Тот сидел, откинувшись на спинку, и смотрел в окно, словно не замечая ничего вокруг. — Погода опять против нас, — заметил Исин, глядя, как крупные хлопья снега тают, едва коснувшись капота. — Извини, не договорился с небесной канцелярией, — хмыкнул Джексон, бросив взгляд на заднее сиденье, где двое его парней делали вид, что любуются мелькавшим за окнами пейзажем. Он подвинулся чуть ближе к Исину и, протянув руку, взял его ладонь в свою. Исин вздрогнул, бросая нервные взгляды то на дорогу, то на парней сзади. Но Джексон вцепился крепко, переплетая их пальцы. Исин выдохнул, сжал руль свободной рукой и, сдавшись, расслабленно улыбнулся, сжимая ладонь в ответ. Подъехав к дому, где, по данным штаба, прятался Сюйкунь, они заглушили мотор и осмотрелись. Район был тот ещё – трущобы на самой окраине, куда приличные люди носа не суют. Тёмные громады домов мрачно высились на фоне белого снега, казались мёртвыми. Лишь в редких окнах мерцал тусклый свет. — Почему он здесь засел? — Исин с опаской глянул на подозрительную молодёжь, тусующуюся у подъезда одного из домов. — Как увижу – сразу спрошу, — пробормотал Джексон, вылезая из машины. Снег хрустел под ногами, подчёркивая давящую тишину. Джексон жестом приказал бойцам быть наготове и, вскинув автомат на плечо, направился к подъезду. Молодёжь шарахнулась в стороны, увидев вооружённых людей. — Что интересного? — спросил Джексон, подойдя к ним вплотную. — Последний этаж, квартира слева, — ответил один из них, кивнув на тёмные окна. — Не выходил оттуда. — Далеко пойдёшь, — Джексон хлопнул парня по плечу и скрылся в тёмном проёме подъезда. — Это что сейчас было? — шёпотом спросил Исин. Джексон обернулся через плечо: — Как думаешь, какое будущее у этих ребят? Исин промолчал. И так понятно – у пацанов из трущоб шансов выбиться в люди немного. — Вот именно, поэтому мы с парнями даём им работу, чтобы могли учиться и выбраться из этой дыры. Не все, конечно, благодарные, но большинство всё-таки соображает. — И иметь своих людей среди простого народа очень выгодно, — добавил один из бойцов. Поднявшись на последний этаж, Джексон прильнул к двери, прислушиваясь. За дверью было тихо. Он кивнул бойцам, и те приготовились к штурму. Джексон резко выбил дверь ногой, и они ворвались в квартиру. Внутри было скромно, но чисто. В центре комнаты стоял стол, заваленный картами, деньгами и какими-то бумагами. Сюйкунь сидел на стуле спиной к двери и смотрел в окно. Он даже не обернулся, когда они ворвались. — Долго же вы, — не поворачиваясь, произнёс Сюйкунь. — Я уж думал, забыли про меня. Джексон подошёл к нему и заглянул в лицо. Спокойное, без тени страха, даже какое-то отрешённое… Всё в ссадинах, губа разбита и кровоточит. Руки, сложенные на коленях, посиневшие, в засохшей крови. — Зачем? — спросил Джексон, глядя ему в глаза. — Зачем ты всё это сделал? Сюйкунь усмехнулся. — Отомстить хотел, — ответил он. — За брата. За то, что ты у меня всё отнял. За то, кем я стал. Ты вообще помнишь, кто такой Лонг Си? А, Шаофэн? Джексон нахмурился и посмотрел на остальных. Явно, Сюйкунь не в себе. Исин глянул на открытую дверь ванной и, посветив фонариком, увидел кровавые разводы, перевёрнутую мебель, а среди хлама – знакомый шприц. — Осмотри его шею, — сказал Исин, доставая из кармана перчатку. Он осторожно поднял шприц и присмотрелся. По остаткам трудно понять, но цвет содержимого был похож на то, что вкололи Джексону. — Сколько тебе вкололи? — раздалось из комнаты. — Ты ещё помнишь, кто такой Лонг Си? — бормотал Сюйкунь. — Бесполезно, — Исин вышел из ванной, показывая шприц. — Ему в больницу нужно… или пусть отъедет прямо здесь от такой дозы. — Чёрт! — выругался Джексон. Он наставил на Сюйкуня пистолет, снял с предохранителя. Между бровями пролегла складка, губы побелели от напряжения. — Да чтоб тебя! — заорал Джексон, опуская пистолет и зажмуриваясь. — Тащите его в машину, попробуем в больницу отвезти, — приказал Исин парням, и те подхватили бормочущее тело, потащили к выходу. — Цзяэр… — Исин подошёл к Джексону, сжал его плечо. — Какой позор… — простонал тот. — Я не смог его убить… — Поехали, может, живой он нам полезнее, чем мёртвый. Если, конечно, наркота мозги не выжгла. Джексон тяжело вздохнул, провёл рукой по волосам и вышел из квартиры. Исин следовал за ним. На улице Джексон подошёл к группе молодёжи. — К нему кто-нибудь приходил? — Нет, босс, он заперся там несколько часов назад, я вам сразу доложил. — Хорошо. Вот тебе телефон, звони. Скажи, что от меня, и рассказывай всё, что слышал, видел, вообще любые мелочи, даже если кажется, что это неважно, всё, что касается распространения наркоты. Ясно? — Так точно. В машине повисла гнетущая тишина. Сюйкунь бредил на заднем сиденье, выкрикивая бессвязные фразы и имена. Джексон отвернулся к окну и молчал. Видно было, что он подавлен и разочарован. Подъехав к больнице, принадлежащей клану Фэн, они с трудом вытащили Сюйкуня из машины. Один из бойцов быстро объяснил ситуацию врачу, и Сюйкуня увезли в реанимацию. Джексон и Исин остались ждать в коридоре. — И что теперь? — спросил Исин, нарушая тишину. — Ждём, — ответил Джексон. — Если выживет, попытаемся вытрясти из него хоть какую-то информацию. Если нет… что ж, значит, так тому и быть. — Он что-то говорил про месть Шаофэну и какое-то имя… — Да… Попробую ему позвонить, всё рассказать. Джексон отошёл в сторону, набирая номер. Исин наблюдал за ним издалека, видел, как хмурится лицо, как опускаются плечи, как он трёт глаза. Но разговор закончился, и Джексон вернулся. — Шаофэн сказал, что не помнит такого имени, но много лет назад был случай, когда кланом правил его отец, а он только начинал, участвовал в разборках. И в одной из таких стычек они убили барыгу, торговавшего наркотой на их территории. Шаофэн должен был прикончить и второго, но тот оказался совсем мальчишкой, и они сдали его полиции. — Думаешь, это он и есть, тот мальчишка? — Ответить может только он сам. Время тянулось мучительно медленно. Они сидели молча, каждый погружённый в свои мысли. В какой-то момент Джексон встал и вышел на улицу. Исин остался в коридоре, нервно расхаживая взад и вперёд. Он не понимал, что сейчас чувствует Джексон. Злость? Разочарование? Или что-то ещё? Через несколько часов из реанимации вышел врач. Лицо его было мрачным. — Мы сделали всё, что могли, — сказал он. — Но, к сожалению, пациент скончался. Передозировка оказалась слишком сильной. Джексон, вернувшийся в этот момент, лишь кивнул в ответ. В глазах не было ни удивления, ни сожаления. Только усталость. — У него есть родственники? Нужно сообщить, — устало произнёс доктор. — Мы сообщим, — кивнул Исин. — И ещё… никаких признаков борьбы. Такое чувство, будто он сам себя покалечил… Но точнее уже скажет патологоанатом.

***

— Хань Лян, зайди ко мне, — сухо бросил начальник отдела. Хань Лян, пружиня шагом, вошёл в кабинет и замер по стойке смирно у стола. — Присаживайся, разговор предстоит не из приятных. Хань Лян внутренне напрягся, но, не говоря ни слова, опустился на стул, приготовившись выслушать всё, что угодно. — Имя Цай Сюйкунь тебе знакомо? — Слышал, — настороженно ответил Хань Лян. — А Лонг Си? — Капитан, к чему вы клоните? — Отвечай! — Лонг Си приходился мне племянником. — И что с ним? — Не знаю. Давно с ними не общался. — То есть, ты не в курсе, что твой племянник Лонг Си и Цай Сюйкунь, член клана Фэн, — одно и то же лицо? — Никак нет, капитан. Начальник вперил в него взгляд, словно сканируя. Непроницаемый, тяжёлый взгляд, ни один мускул не дрогнул на лице. — В любом случае, ближе родственников, чем ты, мы не нашли, — медленно проговорил капитан. — Поэтому с прискорбием сообщаю: твой племянник скончался от передозировки. Хань Лян молчал, переваривая информацию, в голове завертелась карусель мыслей. "Как же так, пацан? Что случилось-то?" — проносилось у него в голове. — Тело в морге, — продолжил капитан. — Можешь забрать, если хочешь по-человечески похоронить. Но я бы на твоем месте не лез. Дело тёмное. — Вы сказали, он был членом клана Фэн, — произнёс Хань Лян. — Это они его? — Ты понимаешь, дело закрыто? — Хань Лян кивнул. — Официально – передоз. Но чую, там что-то не поделили. В общем, решай сам. Я предупредил. И да, на время расследования отстраняю тебя от дел, связанных с мафией. Слишком много совпадений. Займись-ка лучше старыми висяками. Свободен. Хань Лян поднялся и вышел из кабинета. В голове шумело от услышанного. Он ведь предупреждал парня, чтобы был осторожнее. Но передозировка… что-то не похоже на стиль клана Фэн… Светиться и хоронить племянника – не самая умная затея. Но и оставить его в морге, как безродного пса, он не мог. Нужно всё обдумать и принять решение. Возможно, если племянник мёртв, то и ему недолго осталось…

***

В библиотеке царила мёртвая тишина. Ни затерявшихся между стеллажами читателей, ни одергивающего слишком говорливых студентов библиотекаря, ни единой души за читальными столами. Тишина властвовала и в кабинете над библиотекой, несмотря на дюжину собравшихся за круглым столом. Все они, словно зачарованные, изучали документы, извлечённые из этого ящика Пандоры. Чжэн Фаньсин, молодой, отстранённый бета, но с гениальными хакерскими навыками, поправил очки и окинул взглядом присутствующих. Он, не любивший скопления людей, уже чувствовал, как нервы натягиваются струной. Но сейчас Фаньсин следил за их реакцией. Больше недели он провёл, не вылезая из-за компьютера, изучая каждую бумажку, выстраивая графики, манипулируя именами, пока не добился нужного боссу результата. — Это… — первым нарушил молчание Лю Хайкуань. — Безупречно! — подхватил Шаофэн. — Абсолютно согласен, — кивнул Джексон. — Придраться не к чему. Всё настолько точно подобрано, что клану Хань не отвертеться. — Запускаю? — уточнил Фаньсин. — Да, как и договаривались. Пора с ними заканчивать, — подтвердил Хайкуань, и Фаньсин, не скрывая облегчения, пулей вылетел из кабинета. — Это будет долгий процесс, — протянул Шаофэн, откидываясь на спинку кресла. — Зато менее кровопролитно, по крайней мере, для нас, — добавил Исин. — Верхушка полиции уже в курсе предстоящей чистки. Они первые в списке. Избавимся от людей Хань там, и можно двигаться дальше. Господин Чжан старший сообщил, что многие уже пытаются сбежать за границу, — добавил Хайкуань. — Как думаете, сильно сопротивляться будут? — поинтересовался Шаофэн. — Скорее всего, — кивнул Хаосюань. — Так что нужно быть начеку. — Как там Ван Ибо выразился? — усмехнулся Хайкуань. — «Стать вестниками апокалипсиса – звучит заманчиво…» Что ж, тут я с ним согласен. Месяц спустя

«…После отставки министра юстиции Цяо Ши в связи с коррупционным скандалом, подал в отставку Министр промышленности и информатизации Чэнь Юаньцзюнь, вслед за ними ушёл с поста председателя Государственного комитета по делам национальностей Фан Чжу…»

И это было только начало. Высокопоставленные чиновники покидали свои посты, разгорались громкие коррупционные скандалы, а некоторые и вовсе исчезали бесследно. Пресса пестрела статьями о злоупотреблениях властью и связях с криминалом. Казалось, страна погружается в политический хаос, но люди кланов Фэн и Лю не позволяли этому случиться. — Исин, что там с новым министром юстиции? — спросил Хайкуань. — На это место должен встать старый друг моего деда. За министров не переживайте. Наши старики взяли это на себя. Наша задача – вовремя подтасовать голоса и не дать им словить шальную пулю. — За этим следит Фаньсин и наши люди. Люди Шаофэна мониторят СМИ и держат панику под контролем. — Клан Хань молчит, и это меня настораживает, — с тревогой произнёс Исин. — Меня тоже. Чувствую, они готовятся кого-то из нас убрать. Так что будь осторожен, Исин. — И ты тоже. Хорошо, что хоть молодые в безопасности. Пока мы держим фронт, об их местонахождении никто не узнает. — Знать бы, где этот глава Хань прячется… — Хочешь киллера к нему подослать? — Руки чешутся. Исин помрачнел. — Нет, Хайкуань, убийство только разозлит их. Мы должны перекрыть им кислород, лишить ресурсов, выявить всех сторонников и заставить их самих сдаться. Пусть знают, что им некуда бежать и неоткуда ждать помощи. — Звучит красиво, но на практике это будет сложнее, чем просто прикончить главаря, — возразил Хайкуань. — Но ты прав, это будет эффективнее. И как ты предлагаешь это сделать? — Для начала, нужно выяснить, кто его ближайшее окружение. Кто помогает ему скрываться, кто его финансирует. Фаньсин наверняка что-нибудь накопает. И ещё… нужно присмотреться к полиции. Уверен, что даже после чистки у главы Ханя остались там свои люди. Хайкуань задумчиво кивнул. — Хорошо, займёмся этим. Я дам задание своим людям проверить все банковские счета и транзакции, связанные с кланом Хань. А ты поговори с Фаньсином и попроси его проанализировать все связи главы Ханя в полиции. Может, он сможет выявить крота. Исин, будь осторожен. Интуиция меня редко подводит. Исин кивнул и вышел из кабинета. Он чувствовал, что надвигается буря. Клан Хань загнан в угол, а загнанный зверь всегда опасен.

***

— Босс? В кабинет проскользнул его новый заместитель. До Дуань Сяоли этому парню, конечно, как до луны пешком и в силе, и в уме, но, по крайней мере, не самый безнадёжный из всех кандидатов. Хань Дун сидел, уставившись в одну точку, и грыз окровавленную губу. Впервые за всё время его правления кланом он чувствовал себя загнанным в угол. Видно, не зря они носили клеймо самого слабого клана. Когда же всё пошло прахом? В тот день, когда он встал во главе и позволил алчности и жажде власти затмить разум? Или когда согласился взять под крыло тогда ещё юного Сяо Цяна? А может, в тот злополучный день, когда слепо доверился этому проныре следователю Лонгу, который в знак преданности даже фамилию сменил на клановую? — Я просил не беспокоить, — сухо бросил Хань Дун. — Люди требуют действий. Они… — Люди? — взревел Хань Дун. — Эти отбросы, что не смогли дать отпор в этой войне и разбежались, как крысы с тонущего корабля, смеют чего-то требовать? — Они просто хотят понять, как работать дальше. Нам перекрыли все каналы. Наркотрафик встал, по новым поставкам рвут контракты… — Оставь меня… — прорычал Хань Дун. — Но, босс… — ПОШЁЛ ВОН! Дверь хлопнула, и Хань Дун снова остался один в тишине своего загородного дома. Этот особняк помнил ещё его деда, того самого, что заставил отца отречься от семьи, потому что тот был "не из той породы". Заставил их бросить. Хань Дун подошёл к окну. Ухоженный сад раскинулся перед ним во всей красе, но даже эта красота не могла разогнать мрак, сгустившийся в его душе. Он чувствовал, как его время утекает сквозь пальцы. Союз кланов затягивал петлю, и с каждым днём становилось всё труднее дышать. Он винил всех и вся, но в глубине души знал, что в этом хаосе виноват только он сам. Он плеснул в стакан виски из бара и опрокинул содержимое в себя. Жгучая жидкость обожгла горло и разлилась по венам. Нужно было что-то решать, действовать, но что? Мысли метались в голове, как стая встревоженных птиц. Клан ждал от него чуда, выхода из тупика. И вдруг в голове вспыхнула мысль. Безумная, отчаянная, но, возможно, единственная, способная его спасти. Он выхватил телефон и набрал знакомый номер. На другом конце провода долго не отвечали. Хань Дун уже было подумал, что зря теряет время, но вдруг услышал хриплый голос: — Говори. — Мне нужна твоя помощь, — выпалил Хань Дун. — Я заплачу любую цену. — Ты знаешь, мои услуги стоят дорого. — Я знаю, — перебил его Хань Дун. — Просто скажи, ты можешь убрать очень влиятельных людей, не боясь последствий? В трубке повисла зловещая тишина, а затем прозвучал леденящий душу ответ: — Я могу это сделать.

***

— Слишком тихо, — прошептал Исин, вглядываясь в непроглядную ночную темень, окутавшую город. Фонари на площади, казалось, лишь подчёркивали зловещую пустоту вокруг. — Где машина? Уже должна была быть, — проворчал Хайкуань, нервно переминаясь с ноги на ногу. — Вон, фарами моргает. Ты не забыл надеть броник? — А толку? Целиться-то явно в голову будут, — усмехнулся Хайкуань, в его глазах мелькнул опасный огонёк. К ним подкатили три чёрных внедорожника. Из головной машины выскочили двое, и впереди всех показался Хаосюань. — Ты уверен, что тебе нужно ехать? Сейчас высовываться опасно. — Трус тот, кто боится и бежит; а кто боится и не бежит, тот ещё не трус, — невозмутимо отрезал Хайкуань, цитируя Достоевского, и решительно направился к машине. Исин вздохнул. Он прекрасно понимал Хайкуаня. Засиделся тот в кабинете, заскучал по адреналину. Да и не дело это – отсиживаться в тылу, пока другие рискуют жизнью. Сам такой же. Похлопав Хаосюаня по плечу, Исин последовал за другом. Хайкуань только потянулся к дверце машины, как раздался оглушительный выстрел. Пуля просвистела у самого уха, заставив его инстинктивно пригнуться. Вторая пуля настигла его, вонзившись в плечо, погружая Хайкуаня в болевой шок. Началась перестрелка. Из клубов темноты выскочили вооруженные до зубов люди и открыли шквальный огонь по охране. Исин среагировал молниеносно. Выхватив пистолет, он вступил в перестрелку, прикрывая отход друзей. Хаосюань, не теряя ни секунды, потащил Хайкуаня обратно к зданию, укрываясь за колоннами и отстреливаясь на бегу. — Я же говорил, что сегодня выходить опасно! — заорал Хаосюань, стараясь перекричать грохот выстрелов. Пули свистели вокруг, но им удавалось уклоняться. Исин заметил, как один из нападавших целится в Хайкуаня. Без раздумий он бросился вперед, заслоняя друга собой, и принял пулю на себя. Боль пронзила тело огненной волной, и мир вокруг закачался, теряя краски. Последнее, что он увидел, было лицо Хайкуаня, искаженное гримасой ужаса. Хайкуань взревел от ярости, увидев, как падает Исин. Кровь вскипела в его венах, и он, вырвавшись из рук Хаосюаня, с пистолетом в руке бросился обратно к дверям, откуда не прекращали палить нападавшие. Он стрелял точно и безжалостно, отправляя одного за другим врагов в преисподнюю. Хаосюань, придя в себя, последовал за ним, прикрывая спину. Вскоре к ним подоспела подмога, оттесняя нападавших, которые начали спешно отступать. Хайкуань подбежал к Исину, не чувствуя, что раненая рука почти не двигается. Тот лежал на земле, тяжело дыша. Багровая кровь растекалась по его рубашке. — Исин! Держись! Сейчас скорая приедет, — кричал Хайкуань, дрожащими руками пытаясь остановить кровотечение. Исин слабо улыбнулся. — Зато не скучно, правда? — прохрипел он, с трудом разлепляя губы. Хайкуань стиснул зубы, сдерживая слезы. — Не говори глупостей! Лучше вообще молчи, береги силы. Примчавшаяся скорая забрала Исина. Хайкуань, весь в крови, поехал вместе с ним. Всю дорогу он не отрывал взгляда от лица друга, безмолвно молясь о его спасении. Хаосюань остался на месте перестрелки, чтобы разобраться с последствиями. Уже в больнице Хайкуань сам потерял сознание от потери крови. Очнулся он в стерильно-белой палате, под мерное покапывание капельницы. Рядом, вцепившись в его руку, дремала Сюань Лу. — Лу-лу, детка? — голос сорвался хрипом. Сюань Лу вздрогнула и посмотрела на своего альфу. — Очнулся, наконец-то… Сейчас позову врача. — Подожди. Исин… — Он… — Лу-лу отвела взгляд, не в силах произнести страшные слова. — Что "он"? Говори! — Нет, нет, он жив, но в тяжелом состоянии. Врачи говорят, задето лёгкое. Пуля прошла в миллиметрах от сердца. Он потерял много крови. — Что с кланом? — Я назначила Хаосюаня главным до твоего возвращения. В остальном пока тихо. — Это хорошо. — Я всё же позову врача, — Лу-лу нежно поцеловала альфу в лоб и вышла из палаты. Исин борется за свою жизнь. Хайкуань чувствовал себя раздавленным виной. Он должен был предвидеть эту подставу, должен был быть осторожнее. Но сейчас уже ничего не исправить. Оставалось только ждать и надеяться на чудо. Хайкуань лежал в больничной койке и смотрел в белый потолок. В голове роились мрачные мысли. То, что покушение организовал Хань Дун, не вызывало сомнений. Если, конечно, какой-то другой отморозок не решил воспользоваться моментом. На них напали прямо у здания библиотеки, в самом сердце их территории. Просто так группа вооруженных людей не могла туда пробраться и затаиться. Значит, кто-то слил информацию. Кто-то из своих. От этой мысли в груди закипала ярость. Он обязательно найдёт эту крысу и заставит её пожалеть о содеянном. Через несколько дней, немного оправившись, Хайкуань вернулся к делам клана. Хаосюань докладывал о ситуации, но Хайкуань чувствовал, что что-то упущено, что-то важное ускользает от его внимания. Он вызвал Фаньсина и потребовал немедленно найти предателя. Фаньсин, бледный от недосыпа и стресса, пообещал сделать всё возможное. Он и сам понимал, что если не найти крота, клан Фэн и Лю может рухнуть в бездну. Вскоре Фаньсин принес первые результаты расследования. Оказалось, что один из охранников, приближенных к Шаофэну, поддерживал связь с людьми из клана Хань. Он сливал информацию о передвижениях высокопоставленных членов союза и их планах. — Как он вообще прошёл проверку? — Господин Фэн сказал, что тот был нанят ещё Сюйкунем. Он очень сожалеет, что так вышло. Но, скорее всего, это также попытка внести раздор в наш союз. — Что он с ним сделал? — Хайкуань хотел лично посмотреть в глаза тому, кто так легко предал его и Исина. — Ждёт вашего решения. Они доставили его в допросную штаба. Хайкуань отправился туда вместе с Хаосюанем. На месте уже были Шаофэн, его люди и Джексон, которого держали трое крепких парней. — Молись, пока меня не отпустили, — рычал Джексон, сверкая глазами. — Господин Лю… — начал было Шаофэн. — Давай без фамильярностей, и так тошно. — Как скажешь. Вот, любуйся. Перед ними на коленях стоял молодой парень, лет двадцати пяти, относительно недавно принятый в клан. Он дрожал от страха и молил о пощаде. Хайкуань смотрел на него с презрением. — Ты знал, на кого работал Сюйкунь, когда нанимался к Шаофэну? — спросил Хайкуань, в упор глядя на предателя. — Нет, господин, клянусь! Я только выполнял его приказы, только то, что он мне приказывал. — Он сдох месяц назад, какие приказы ты мог выполнять? — рыкнул Джексон, сжимая кулаки. — Я только хотел… мне приказали… — вопил парень, выпучив глаза. — Бесполезно, — отмахнулся Хайкуань и подошел к Шаофэну. — Он твой человек, тебе и решать. — За предательство ждёт смерть, — сухо ответил Шаофэн, не отводя взгляда от пленника. — Отдай его Джексону, пусть отыграются на нём по полной. — А что потом? — Выставить на всеобщее обозрение, чтобы другим неповадно было играть в перебежчиков, — ответил Хайкуань, в его голосе не было ни капли сожаления. Новости о казни предателя быстро облетели город. Клан Хань затаился, осознавая, что их план провалился. Но Хайкуань знал, что это ещё не конец. Глава клана Хань всё ещё жив, и он обязательно попытается нанести новый удар. Поэтому нужно быть начеку и готовиться к новым битвам. Война ещё не закончена.

***

— Знаешь, баобей, лучше уж ненавидь меня, чем вот это вот… игнор. И вообще, хорош дрыхнуть, сколько можно-то? Джексон вцепился взглядом в Исина, утонувшего в белых простынях и опутанного змеями трубок. Этот адский концерт пищащих мониторов сводил его с ума. Он жаждал услышать хрипотцу любимого голоса, а не эту бездушную какофонию. — Как только очухаешься, сразу же сделаю тебе предложение. И попробуй только отказаться! А потом, как выпишемся, рванём прямиком в ЗАГС. Подадим заявление… Я тут на досуге прикинул… Давай без этой пафосной свадьбы, а? Только самые близкие. Сюань Лу и Сяо Чжань будут твоими подружками… Хотя какая из тебя невеста? Ну, будут твоими друзьями, а с моей стороны Ибо и Шаофэн. Как тебе такой расклад? Джексон взял влажную салфетку и бережно коснулся лица Исина. Кожа – тонкий пергамент, почти прозрачная. Он помнил его другим: смеющимся, полным энергии, вечно ворчащим на него. А сейчас – просто лежит здесь, без движения, словно сломанная кукла. — И я обязательно подловлю момент, чтоб солнце шпарило вовсю. А если синоптики дождь напророчат, я «своих» напрягу, чтоб тучи разогнали… Вообще-то, я их и так дёргаю, чтоб тебя побыстрее в чувства привели, но… кто будет слушать мольбы рядового Купидона? Джексон жил в этой палате, как тень. Днями и ночами нашёптывал Исину всякие истории, в отчаянной надежде, что хоть что-то до него долетает. Как они вычислили крысу, как Джексон сорвался и начистил тому рыло так, что Хаосюань еле оттащил. Что Хайкуань, бедняга, чуть ли не каждый час названивает, узнать, как он, а Сяо Чжань рвётся приехать, но его пока отговорили. — Кстати, помнишь тех пацанов из трущоб? Так вот, у двоих мозги – просто космос! Школу экстерном закончили. Вундеркинды, короче. Фаньсин взял их к себе в ученики. Интересно, а у нас получится таких же умных спиногрызов воспитать? Скучаю по тебе, баобей… Вернись, прошу… Шла третья неделя этой кошмарной комы. Джексон ни на секунду не отступал. Помогал мыть, брить, расчёсывал отросшие за эти дни пряди. Не умолкая, болтал с ним о планах на будущее, словно тот просто спал глубоким сном. — Дедушка Чжан заходил. Я ему выложил всё, как на духу… о своих чувствах к тебе. Почему ты мне не сказал, что он в курсе наших отношений? Мне так неловко было… Но он, вроде, не против. Так что давай, возвращайся поскорее, баобей… Внезапно он почувствовал слабое движение руки Исина. Джексон подскочил, как ужаленный, и впился взглядом в его лицо. Веки дрогнули, и Исин медленно, словно через силу, открыл глаза. Взгляд был мутным и потерянным. — Эр-гэ… — прошептал он еле слышно. — Я здесь, я здесь, — зашептал в ответ Джексон, судорожно сжимая его руку. — Не говори ничего, баобей, просто лежи. Я позову врача. Исин слабо улыбнулся и снова закрыл глаза. Джексон облегчённо выдохнул и, коснувшись его лба губами, пулей вылетел из палаты. Он понимал, что до победы ещё далеко, но это был первый, такой долгожданный шаг. И он останется здесь, рядом с ним, столько, сколько потребуется. Он не позволит ему уйти.