Вишнёвый

Проснулась она от холода. Одеяло куда-то сползло, а по обнаженной коже прошёл лёгкий озноб. Глаза ещё не хотели открываться, тело было тяжёлым, наполненным странной леностью. А потом она вспомнила. Вспомнила его руки. Его дыхание. Его губы. Каждый чёртов момент, когда парень врывался в её пространство, в неё саму, не оставляя даже шанса дышать нормально. Чёрт. Чёрт. Её пальцы сжались в простынях. Только сейчас Даниэла осознала, что не одна в кровати. Ваня лежал рядом, на животе, полностью расслабленный. На глазах слегка подрагивали ресницы, его русые волосы слегка растрепались, прикрывая часть лица. Девушка поймала себя на том, что смотрит на него. Как он дышит. Как на его спине едва заметно играют мышцы. Как кожа покрыта тонкими красными полосами — следами от её ногтей. Дана слишком хорошо помнила, как он задыхался от удовольствия, когда она оставляла их. Проклятье. Даниэла быстро отвернулась, глубоко вдохнула, но вместо воздуха в лёгкие вновь ворвался его запах. Тёплый. Пряный. Такой родной. Ненавистный. Она зажмурилась. Какого хрена она творит? Нужно было встать, одеться и свалить. Но тело категорически не хотело двигаться. — Харе пялиться. Голос Вани был хриплым, с той ленивой хрипотцой. Даниэла резко вздрогнула. — Я не пялилась. — Конечно, нет. Девушка почувствовала, как он повернулся на бок, и его рука медленно легла на её бедро. Даниэла тут же отдёрнулась. — Не прикасайся ко мне. Парень усмехнулся. — Смешно слышать это после всего, что ты вчера вытворяла. Она сжала зубы. — Заткнись. Он чуть склонил голову, изучая её. В глазах что-то мелькнуло, но она не успела это поймать. — Что, уже жалеешь? Даниэла намеренно медленно посмотрела на него. Его губы. Его ключицы. Его проклятые, наглые глаза. И прошептала: — Ни секунды. На его лице медленно появилась ухмылка. — Хорошо. И прежде чем брюнетка успела что-то сказать, он резко перевернул её на спину, нависая сверху. Её дыхание перехватило. — Тогда давай повторим. И к чёрту всё остальное. — БЛЯДЬ. Громкий возглас Даниэлы разорвал утреннюю тишину. Ваня дёрнулся от неожиданности, его рука уже потянулась к ней, но она резко поднялась на локтях, глядя куда-то поверх его плеча. Он проследил за её взглядом и увидел часы. 09:45. Пара начиналась через 15 минут. Они оба замерли. А потом, словно по команде, подскочили с кровати. — Чёрт, чёрт, чёрт, — Даниэла металась по комнате, пытаясь найти хоть что-то из одежды. — Да где твоя чёртова футболка?— Ваня поднял что-то с пола. — Это твоя, дебил! — она выхватила у него вещь и швырнула обратно. — Какая разница?! — Большая! Она выхватила из-под стола свои джинсы, быстро натянула их, но в следующий момент поняла, что не может найти свой чёртов топ. — Где он?! Ваня огляделся, потом пнул ногой что-то у кровати и, нагнувшись, поднял вишнёвый топ. Даниэла уже хотела выдернуть его из рук, но парень сжал ткань в кулаке и посмотрел на неё испытующе. — Отвали. — Куда уж дальше. Даниэла быстро натянула вещь, но как только выпрямилась, почувствовала, как Ваня подтянулся ближе. Она замерла. Его пальцы медленно скользнули по краю её топа, чуть задевая кожу. — Тебе стоит носить его чаще. Она резко отпрянула. — Тебе стоит заткнуться. Бессмертных усмехнулся. Но продолжать не стал. — Три минуты — и мы выходим. Она только фыркнула. Две минуты спустя они вылетели в коридор, а через секунду на весь этаж раздалось: — ДА ПОЧЕМУ ЛИФТ НЕ РАБОТАЕТ?! Очередное чёртово утро.

***

Они зашли в аудиторию буквально за минуту до начала пары. Даниэла села на своё обычное место, рядом с Аней. Всё как обычно. Или нет. Подруга почти сразу прищурилась, внимательно разглядывая её лицо. — Ты чего так смотришь? — Даниэла сделала вид, что что-то ищет в телефоне. — Дай-ка сюда. Прежде чем девушка успела среагировать, Аня схватила её за подбородок и резко повернула голову вбок. — А ну-ка… Подруга сосредоточенно всматривалась в кожу на её шее. Гаврилина дёрнулась назад. — Ты офигела?! — Не-не, подожди… Аня наклонилась ближе, снова вглядываясь в её шею. Даниэла уже хотела оттолкнуть её, но тут подруга довольно ухмыльнулась. — Ты мне лучше скажи, кто тебя так отметил? Дана почувствовала, как внутри всё сжалось. Она инстинктивно провела пальцами по шее, но тут же одёрнула руку, осознав, что это только выдаст её ещё больше. — Бред какой-то, — буркнула она, откидываясь в кресле. — Ага, конечно. Аня не отводила взгляда. — Так кто? — Никто. Плойкой обожглась. — Даниэла. — Боже, успокойся! Блондинка закатила глаза, но больше ничего не сказала. Только многозначительно усмехнулась. А потом, как бы невзначай, бросила быстрый взгляд в сторону Вани. Даниэла сразу это заметила. — Даже не думай. Аня фыркнула. — А я ничего не говорила. Но её хитрый взгляд говорил за неё. Брюнетка раздражённо выдохнула. — Слушай, у меня есть тоналка, хочешь? — Заткнись. Аня только рассмеялась. В этот момент в аудиторию вошёл преподаватель. Пара началась. Но Даниэла ещё долго чувствовала на себе этот чёртов взгляд. *** Ваня сел на своё обычное место рядом с Денисом, откинулся на спинку стула и тяжело выдохнул. Он даже не старался скрыть свою ухмылку. — Ты чё такой довольный? — Трофимов тут же навострил уши, склонив голову вбок. — Чего? — Бессмертных лениво повернул к нему голову. — Не прикидывайся, — Денис сощурился. — Ты никогда не приходишь таким… расслабленным. Ваня просто пожал плечами. — Нормальное настроение. — Ага, нормальное, конечно,— блондин усмехнулся.— Слушай, ты чё, переспал с кем-то? — С чего ты взял? — Ну, во-первых, твоя рожа. Ваня только хмыкнул. — Во-вторых, ты двигаешься как человек, у которого ночь была активной. — Ты больной. — А в-третьих… Денис наклонился ближе, прищурился и вдруг резко дёрнул Ваню за воротник. — А ну-ка! Бессмертных оттолкнул его руку. — Ты охренел?! Но было уже поздно. Друг увидел то, что хотел. И судя по тому, как он заорал на всю аудиторию… — ДА ЛАДНО, ТЫ ГЛЯНЬ НА СЕБЯ, У ТЕБЯ ВЕСЬ ПРИКУС ВИДНО, БРАТ! Ваня едва не ударил его в бок, но тот уже корчился от смеха. — Кто это был?!!— он перешел на шопот — Отвали. — Ну, скажи хоть, как зовут, а? — Денис. — Ну, скажи!!! Бессмертных закатил глаза. Но Денис уже бросил быстрый взгляд вперёд, на девушек. Потом снова на Ваню. Потом снова на девушек. Потом обратно. — Погоди, погоди… — Денис, завали свою пасть. — Не, ну ты меня не перебьёшь, брат. — Я сейчас перебью тебе шею. — Так. Денис склонил голову набок, прищурился и вдруг резко обернулся в сторону Даниэлы. Засек. Она отмахнулась от Ани и начала что-то искать в сумке. Блондин поджал губы. —Не может быть…* Ваня сжал челюсть. — Не смей. — Не может быть! — Денис. — НЕ МОЖЕТ БЫТЬ, ЧТО ТЫ ЕЁ ТРА… Бессмертных схватил его за шиворот и дёрнул вниз, прижимая к столу. — Заткнись. Денис грохнулся на парту и начал ржать. — Я ТАК И ЗНАЛ! На них обернулась половина аудитории. Некоторые студенты с любопытством подняли головы, кто-то пытался сдержать смешок. Даже преподаватель, стоявший у доски, на секунду отвлёкся от своих записей. — У него серьёзные психические отклонения, — спокойно объяснил Ваня, кивая на друга. — Не обращайте внимания. Денис изображал мучительные попытки не заржать в голос, закрыв рот рукой. — Я в норме, ребят, честно, — просипел он, кашлянув, чтобы не засмеяться снова. Преподаватель вздохнул и продолжил лекцию. Но Трофимов не собирался успокаиваться. — Слушай…— он наклонился ближе, шепча так, чтобы слышал только Ваня.— Так это не первый раз? — Ты о чём? — Ой, брось. — Денис выкатил глаза.— Ты думаешь, я идиот? — Да. — Блин, ну, конечно. Но не настолько же! Ты слишком спокоен для человека, который впервые переспал с тем, кого типа… ненавидит. Ваня поджал губы. — Ты сделал выводы по тому, как я сижу? — Ну, ещё по тому, как ты сказал про "психические отклонения". Ты так говоришь, когда сам в ахуе, но делаешь вид, что нет.** — Я тебя убью. — Ну, давай, убей. Только ответь сначала. Бессмертных не ответил. Но Трофимов уже знал. — Да ладно! —Ты невыносим. — Да ладно,— блондин закивал, глядя на него так, как будто только что выиграл миллион. — Так это уже давно?! — Заткнись. — А когда первый раз?! — Заткнись. — ТАК ВЫ ЧТО, ВООБЩЕ ВСЁ ВРЕМЯ…?! Ваня резко вцепился в воротник его худи, прижимая Дениса к столу. — Открываешь рот ещё раз — и я выбью тебе зубы. Парень заткнулся. Но его трясло от смеха. — Дааа… брат, ты попал. Бессмертных только закатил глаза. Потому что знал — Денис теперь от него не отстанет.

***

Лекция закончилась. Даниэла с облегчением захлопнула тетрадь. — Слава богу, — пробормотала она, вставая. Аня улыбнулась и незаметно ткнула её в бок. — Так что, расскажешь, что у тебя за следы на шее? — Я тебе уже сказала. Обожглась. — Ну-ну. С другой стороны аудитории Илья ждал её у выхода. Спокойный, уверенный. На нём было тёмное худди, который подчёркивал широкие плечи, и на фоне других студентов он выглядел так, будто его вообще ничего не могло выбить из равновесия. Когда он встретил её взгляд, то лишь слегка улыбнулся.И что-то внутри неё дрогнуло. Ему не нужно было доказывать свою силу, не нужно было играть в эти бесконечные провокации. Он просто был рядом. — Ты обещала кофе, — напомнил парень, когда она подошла ближе. — Обещала. Илья посмотрел на неё внимательнее. — Но ты не уверена? Он слишком быстро всё считывал. Она пожала плечами. — Нет, я уверена. — Тогда пошли. После пар? Она оглянулась. И, конечно же, наткнулась на взгляд Вани. Он молча смотрел. Как будто ничего не значило. Как будто он не трогал её вчера. Как будто его вообще не волновало, что она сейчас уйдёт с другим. Даниэла выпрямила спину. Плевать. — Пошли, — сказала она, оборачиваясь к Илье. Тот чуть улыбнулся и направился по коридору. Она шагнула за ним в соседнюю аудиторию, даже не взглянув назад.

***

Кафе было почти пустым. Тёплый свет, приглушённый гул голосов — спокойствие, которого Даниэле сейчас так не хватало. Илья пропустил её вперёд, а затем выбрал столик у окна. — Что будешь? Она медленно провела взглядом по меню. — Латте. — Как обычно? — Ты уже запомнил? Брюнет чуть усмехнулся. — Я внимательный. Он встал, направился к кассе. Даниэла оперлась локтями о стол и закрыла лицо руками. Чёрт. Какого хера она здесь? Почему она вообще так реагирует Плевать же. Правильно? Она выпрямилась, сложила руки на столе. Парень вернулся с заказом. — Вот, держи. Она взяла чашку, согревая ладони о стекло. Глубокий вдох. Успокойся. — Спасибо. Они замолчали. Но тишина не была неловкой. Просто спокойной. Илья откинулся на спинку стула, внимательно её разглядывая. — Ты о чём-то думаешь. — Всегда. — Хочешь поговорить? Девушка усмехнулась. — Нет. Он кивнул. — Окей. Просто так. Без давления, без наигранного интереса, без желания что-то вытянуть из неё.Это было странно. И… по-своему приятно. — Как тебе учёба? — спросил брюнет прерывая тишину. Она пожала плечами. — Нормально. — Тебе нравится филология? — Ну, раз я на неё поступила… — Бывает, что люди поступают просто так. Брюнетка чуть улыбнулась. — Нет, не просто так. — Тогда почему? — Люблю слова. Он чуть кивнул. — Их силу? Она улыбнулась. — И её тоже. Разговор был лёгким. Настолько лёгким, что Даниэла даже не сразу поняла, как расслабилась. — Можно вопрос? — внезапно сказал Илья. — Можно. — Ты всегда так напрягаешься, когда рядом Бессмертных? Стоп. Она замерла. — Что? — Ты слишком напряжена, когда он рядом, — спокойно повторил парень. — Это слишком очевидно. — Мне плевать на него. Брюнет с любопытством её разглядывал. — Правда? Гаврилина вздохнула. — Да. — Хорошо, — легко согласился он. И больше ничего не сказал. Просто снова откинулся на спинку стула, сделал глоток кофе и перевёл взгляд в окно. И почему-то от этого было ещё хуже. Даниэла всё равно ощущала лёгкое напряжение. Всё было слишком спокойно. Илья ничего не спрашивал. Просто сидел напротив, делал глоток кофе, скользил по ней взглядом — и молчал. Спокойно. Не лез. Не давил. И почему-то от этого становилось только тревожнее. — Ты странный, — пробормотала она, снова пряча руки в рукава кофты. Илья чуть склонил голову. — Почему? — Не знаю. Ты просто… не такой, как все. Брюнет улыбнулся. — В каком смысле? Девушка снова не знала, что сказать. — В таком. Он усмехнулся, сделав ещё один глоток кофе. — Хорошо. Пусть так. Она чуть нахмурилась. — Тебя вообще задевает, когда тебе что-то говорят? — Зависит от того, кто говорит. — И? Парень спокойно посмотрел на неё. — Ты говоришь — значит, я слушаю. Она замерла. Странный. Очень странный. И…чрезмерно внимательный. Она отвела взгляд, внезапно почувствовав, что её начинает разбирать злость. Глупо. Но… Гаврилина ведь прекрасно знала, в чём причина. Ваня. Опять Ваня. Она чуть сжала пальцы на кружке. Почему она вообще о нём думает? Почему ей кажется, что его взгляд всё ещё ощущается на коже? Почему этот засранец вообще так въелся ей в голову? — Даниэла, — мягко позвал Илья. Она резко подняла на него взгляд. — Ты чего? Она глубоко вдохнула. — Ничего. Он снова не стал ничего говорить. Просто слегка кивнул, спокойно допил кофе и перевёл взгляд в окно. Она не выдержала. — Почему ты такой? Он перевёл взгляд обратно на неё. — Какой? — Спокойный. — А каким мне быть? Она не нашлась с ответом. Брюнет лишь улыбнулся. — Я не тороплюсь, Дана. Это ведь не гонка. — Она замерла. Какого чёрта… Какого чёрта она вообще так реагирует? Она закусила щёку изнутри. — Ты странный. — А ты нет? Девушка не сдержала короткий смешок. — Ещё какая. Он улыбнулся шире. — Вот и отлично. И, черт возьми… От этой улыбки внутри что-то перевернулось. Она понятия не имела, что с этим делать.

***

Позже, когда они вышли из кафе, на улице уже темнело. Вечерний ветер разметал её волосы, но Даниэле было всё равно. Они шли не торопясь. Илья не пытался прикасаться к ней, не пытался сокращать дистанцию — просто шёл рядом. Это было… необычно. Её всегда окружали те, кто или был слишком навязчив, или, наоборот, старался держаться подальше. Но с ним… Было как-то иначе. — Ты идёшь в общагу? — спросил брюнет. — Ага. — Провожу. Дана посмотрела на него. — Зачем? Парень усмехнулся. — А вдруг на тебя нападут? — Сомневаюсь. — Ну вот и отлично. Тогда просто прогуляемся. И, чёрт возьми… Почему от этого становилось легче? Почему ей казалось, что он совсем другой? Не похожий ни на кого из тех, кого она знала. Даже на Ваню. Особенно на Ваню. И именно это пугало сильнее всего.

***

Бессмертных увидел их ещё издалека, стоя в окне общежития на лестнице. Илья. Опять он. И почему-то от этого внутри всё скручивалось в тугой узел. Они шли медленно, словно не спешили расставаться. Что, блядь, за херня? Ваня сжал челюсть, до боли стиснув зубы. Он уже давно знал, что Илья увивается за ней. Но раньше ему было абсолютно плевать. Теперь — нет. Теперь это его заебало.Даниэла вдруг рассмеялась. Тихо. Легко. По-настоящему. И Ваню это выбесило ещё сильнее. С какого хуя? Она ведь…с ним так не смеялась. С ним она либо спорила, либо язвила, либо швырялась саркастичными фразами. Но не смеялась вот так. Не улыбалась вот так. Словно…рядом с ней был человек, который ей по-настоящему нравится. И почему-то именно это и выбило Ваню из колеи. Он вцепился в перила лестницы, словно хотел оторвать их к чертям. Он должен был быть в ахуенном настроении. Прошлая ночь… Была охуенной. Она выгибалась под ним, запускала пальцы в волосы, закусывала губы…Смотрела так, будто её разрывает от желания. Это ведь было так, да? Так какого хуя она теперь ведёт себя так, будто её вообще не ебет? Какого хуя вообще происходит? Он перевёл взгляд на Илью. Тот шёл спокойно, руки в карманах, дурацкая ухмылка на лице. Ваня вдруг вспомнил их разговор пару дней назад. «Ты ведь знаешь, что она тебе не принадлежит?» — спокойно сказал тогда Илья. Ваня чуть не рассмеялся. Знал. Конечно, знал. Но ему было похуй. Потому что Даниэла всё равно всегда возвращалась. Всегда. Но что, если теперь что-то изменилось? Бессмертных резко втянул воздух. Блядь. Нахуй. Он стиснул зубы, разжал кулаки и резко развернулся. Слишком дохуя эмоций. Слишком дохуя всего. Нужно срочно охладить голову. Потому что если он сейчас не свалит отсюда — он, блядь, сделает что-то, о чём потом пожалеет.

***

— Ладно, тогда до завтра? — Илья улыбнулся, сунув руки в карманы. Даниэла кивнула, продолжая улыбаться. Просто, спокойно. С ним почему-то всегда было легко. Не так, как с Ваней. Совсем не так. Илья вдруг шагнул ближе. Очень медленно. Очень спокойно. И Ваня, стоя вдалеке, это заметил. Замер. Сжал кулаки. Челюсть сжалась автоматически. Только попробуй. Только, блядь, попробуй. Гаврилина чуть склонила голову, не понимая, что он собирается сделать. А Илья вдруг мягко наклонился, приблизившись к её лицу. И на секунду Бессмертных решил, что он собирается её поцеловать. Бля. Прямо здесь? На глазах у него? Но брюнет, не касаясь губами её губ, слегка коснулся щекой её щеки. Тепло. Коротко. Блядь. Даниэла даже не отпрянула. Просто продолжала стоять, словно так и должно было быть. Словно… ей это понравилось. Ваня чуть не расхерачил кулаком ближайшую стену. А вот это уже херня. Илья отстранился так же плавно, как приблизился, посмотрел на неё, ухмыльнулся. — Спокойной ночи. — Спокойной,— ответила она. Её голос был тихий. Тихий и ровный. Ни злости. Ни раздражения. Ни желания отпустить в него очередную колкость. Совсем не так, как с Бессмертных. Совсем, блядь, не так. Она развернулась и пошла в сторону общежития. И лишь тогда, когда её фигура скрылась за дверью, Ваня разжал кулаки. А внутри всё всё равно клокотало. Какое, нахуй, спокойной ночи? Какое, блядь, тепло? Какого хера он вообще себе позволяет?И какого хуя ей это нравится? Ваня не сразу двинулся с места. Злился. Горел. Нахуя ему это? Нахуя он вообще стоит здесь и смотрит в спину этому высокому, уверенному, спокойному ублюдку, который только что был так слишком близко к Даниэле? К его Даниэле. Ладно, не его. Но, блядь. Он знал, что если поднимет взгляд, то увидит, как Илья стоит там же, смотрит вслед ушедшей девушке и, возможно, даже ухмыляется. Сука. Ваня резко развернулся, чувствуя, как внутри всё кипит. Руки чешутся. Хочется ударить кого-то. Хочется выплеснуть эту злость. А ещё… Хочется вернуть её обратно. Назад, в тот вечер. Назад, в его комнату. Назад, где её руки на его спине. Где её горячее дыхание. Где её тихий стон, когда он впивается в её шею. Где она горит так же, как и он. Где она его. Парень провёл рукой по лицу, сбрасывая эту мысль к чертям. Нет. Нет, блядь. Не его. Он резко вышел из с лестницы на улицк, глубоко втянул в себя холодный воздух. — Ты чего такой злой? Денис. Ебаный Денис. Сидит на лавке, жрёт бургер, смотрит на него с явным интересом. — Я всегда злой,— буркнул Ваня, доставая сигарету. Блондин хмыкнул. — Да, но сейчас особенно. Бессмертных промолчал. — Это из-за Гаврилиной? Сука. Попал в точку. Как всегда. Ваня не ответил. Просто сделал вдох, чувствуя, как внутри всё ещё бушует этот, чёртов, ебаный огонь. Денис, похоже, понял. — Ты хоть сам понимаешь, что с тобой творится? Понимает ли он? Ваня сжал зубы, глядя в пустоту. Он горит. И нихера с этим не может поделать.

***

Даниэла рухнула на кровать, закинув руку на лицо. Всё, нахер. Она не хочет думать. Но мысли не отпускают. Илья или Ваня? Глупый, блядский вопрос. Какого хрена она вообще его себе задаёт? С Ильёй всё просто. Он хороший, добрый, надёжный. Он красиво ухаживает, он нормальный. А Ваня? Ваня — это хаос. Ваня разрушает её, выжигает изнутри. Его прикосновения — как электрический разряд. Его взгляд — как пламя, от которого не спрячешься. Его губы… Блядь. Зачем она это вспоминает? Девушка резко перевернулась на бок, вцепившись пальцами в простыню. Его губы. Она вспоминает их даже тогда, когда не хочет. Вспоминает его руки. Вспоминает, как дрожь пробегала по всему телу, когда он был рядом. Как её тянуло к нему, несмотря ни на что. Но это ведь неправильно, да? Ваня — не тот человек, с кем можно строить что-то нормальное. Он может разрушать,но не может создавать. А Илья… Илья может. Даниэла стиснула зубы, закусила губу. Илья или Ваня? Ответ кажется очевидным. Но почему тогда внутри всё горит?

***

Гаврилина проснулась от настойчивого стука в дверь. — Блядь… — простонала она, зажимая уши подушкой. Но стук не прекращался. Она рывком села на кровати, волосы спутаны, глаза опухшие от нехватки сна. Кто вообще стучится в такую рань?С трудом поднявшись, она натянула на себя ближайшую кофту, лениво подошла к двери и распахнула её. Перед ней стоял парень в фирменной курьерской одежде, держа в руках огромный букет. — Даниэла Гаврилина? — уточнил он, глядя на неё. — …Да? Мужчина протянул букет. — Тогда это вам. Брюнетка медленно взяла цветы, чувствуя, как от них исходит тонкий аромат свежих лепестков. — Подпись, пожалуйста, — он протянул ей небольшой планшет, и она машинально вывела свою фамилию. — Спасибо, хорошего дня, — бросил он и ушёл, оставив её с огромным букетом в руках. Даниэла закрыла дверь, глядя на цветы, как на нечто инопланетное. Кто, блядь?.. Она нашла среди цветов небольшую карточку. Открыла. «Ты прекрасна, как эти цветы. Но они всё равно меркнут перед тобой» Без подписи. Сердце дрогнуло. Она сжала открытку. Кто? Илья? Или…Нет. Только не Ваня. …Правда? Даниэла снова перечитала записку. Почерк был аккуратным, ровным. Не Бессмертных. Девушка закусила губу. Ну, не его же стиль. Он бы скорее прислал что-то вроде: «Не зазнавайся, ты, конечно, хороша, но букет красивее». Так что… Илья? Мысль об этом заставила её слегка улыбнуться. Чёрт, ну он же такой внимательный, заботливый. Настоящий джентльмен. Не то что этот хмырь с вечными насмешками. Она провела пальцами по бархатистым лепесткам роз. Классика. Или слишком банально? Даниэла поджала губы. Она привыкла к дерзким ухмылкам, к искрам в глазах, к резким движениям. А тут — идеальная галантность. Она вздохнула. — Даниэла, ты дура. Кинув взгляд на телефон, она решила, что надо написать парню. «Спасибо за цветы. Они прекрасны» «Рад, что тебе понравилось. Ты ведь их заслуживаешь» Гаврилина улыбнулась, но…Что-то внутри было не так. Как будто ждала другого ответа. И от другого человека.

Даниэла быстро поставила цветы в вазу, не особо задумываясь о том, как они там смотрятся. Она и не успела бы. Резкий стук в дверь. Она замерла. Курьер? Нет, он уже ушёл. Дана закатила глаза и, не торопясь, подошла к двери. Открыла. В дверном проёме стоял Ваня. Высокий. Холодный. С перекошенной ухмылкой. Но самое главное — он сразу увидел букет. Глаза скользнули по вазе, полной свежих алых роз, и что-то в выражении лица изменилось. Совсем чуть-чуть. Настолько, что посторонний бы не заметил. Но Даниэла знала его слишком хорошо. — А ты, я смотрю, не теряешься.— Голос спокойный, почти ленивый. Но в глубине его взгляда… Чёрт. Она даже не хотела разбираться. — Не твоё дело. — брюнетка скрестила руки на груди, наклонив голову. —Ты вообще зачем пришёл? Парень усмехнулся. —А ты думаешь, я каждый раз должен приходить с цветами? Она сжала зубы. — Просто скажи, чего тебе надо, и проваливай. Его взгляд медленно вернулся к букету. — Кто? Даниэла сделала шаг назад. — В смысле? — Кто подарил? Он произнёс это слишком спокойно. Слишком равнодушно. Но пальцы его чуть сжались в кулак. Она сразу заметила. — Не. Твое. Дело. — Ну да. Даниэла вдруг ощутила, что в комнате стало меньше воздуха. Или это от его взгляда?Чёрт. Надо было просто закрыть перед ним дверь. Но вместо этого она застыла, наблюдая, как он снова смотрит на эти чёртовы розы. И молчит. Как будто… Как будто что-то решает. Тишина натянулась между ними, как струна. Даниэла видела, как Ваня сжал челюсть. Его взгляд больше не был ленивым – он колол. Она не собиралась объясняться. С чего бы это вообще? Она не обязана отчитываться перед ним. И всё же…Её раздражало, что он не уходит. — Ваня, чего ты здесь торчишь? — она вздохнула, чуть приподняв подбородок. — Заняться нечем? Его губы дёрнулись в ухмылке. — Ты так нервничаешь. — Ни капли. — Точно?— он шагнул ближе. Та не отступила. — Сто процентов. — Тогда почему ты так резко дышишь? Гаврилина только сейчас поняла, что действительно в груди что-то сбилось. Но какого чёрта он так близко? Она почувствовала его запах – привычный, до безумия знакомый. Так же пахло её одеяло в тот самый день. Проклятье. — Знаешь что, Иван? — она наклонилась ближе. — Пошёл ты. Он подавил смешок. — Букет от Ильи? — Какая разница? — Да, пожалуй, никакой. — Он выпрямился, отворачиваясь. — Просто хотел посмотреть, как ты будешь выкручиваться. — Козёл. — Как скажешь. Парень уже собирался развернуться, но… Даниэла не выдержала. — Ты ревнуешь? Ваня замер. А потом… Медленно развернулся к ней обратно. Его глаза сверкнули. — Ты и правда хочешь знать? От этого голоса у девушки по спине пробежали мурашки. Она не была готова к этому взгляду. Чёрные зрачки едва не съедали серый оттенок его глаз.Она сглотнула. И тут же взяла себя в руки. — Если бы не хотела, не спрашивала бы. Ваня лениво склонил голову ещё ниже. — Нет, Дани, тебе просто нравится играть с огнём. Её губы дрогнули. — Может, потому что он не обжигает. Он тихо засмеялся. — Ты уверена? И прежде чем она успела придумать колкое замечание…Он шагнул ближе. Она почувствовала его дыхание. Нервы натянулись. Но… Она не отступила. — Бессмертных, ты на меня давишь. — Ты же не против. Голос… Такой ленивый, спокойный. Но внутри…Буря. Она это чувствовала. И поэтому ухмыльнулась. — Почему ты так заинтересован? Он склонился к самому её уху. — Ты сама сказала. — Что? — Я ревную. Она почувствовала, как в груди что-то сжалось. Чёрт. Он разворачивался на выход, но перед дверью остановился. — Передай Илье, что у него хороший вкус. И вышел. Даниэла осталась стоять на месте. Сердце громко стучало. Ей хотелось его убить. Но ещё больше… Хотелось, чтобы он вернулся.

***

Гаврилина быстро натянула куртку, на ходу поправляя волосы, и выскочила из комнаты. Коридоры общежития уже начали заполняться студентами, кто-то сонно брёл в сторону выхода, кто-то активно что-то обсуждал. Но ей было не до этого. В голове ещё звучал голос Вани. "Я ревную." Бред. Она потрясла головой и ускорила шаг. Университет находился в пяти минутах ходьбы, но ощущение, будто она идёт через ураган. То, что произошло утром, не выходило из головы. Но стоило ей перед входом в корпус увидеть знакомую фигуру, как мысли сменились. — Доброе утро, красавица. Илья. Высокий, уверенный, с лёгкой улыбкой, он выглядел так, будто ничего в этом мире не могло его выбить из колеи. Она почувствовала, как невольно улыбается в ответ. — Доброе, Илья. Парень подошёл ближе. — Как тебе сюрприз?— Он кивнул на её сумку, из кармана которой торчала открытка от букета. Даниэла чуть смутилась, но скрыла это за ухмылкой. — Ты и правда думаешь, что цветами можно меня купить? Илья засмеялся. — Не купить, а впечатлить. Получилось? Она внимательно посмотрела на него. Красивый, ухоженный, галантный, он был полной противоположностью Бессмертных. И это было чертовски привлекательно. — Возможно. — Уже прогресс. Они зашли в здание университета, шагав рядом. Илья незаметно коснулся её руки, словно проверяя реакцию. Она ничего не сказала. Но в груди закололо. Рядом с Ваней такого не было. Рядом с Ваней всё было иначе. Но ведь это хорошо… да? Брюнет чуть приоткрыл перед ней дверь аудитории, и Даниэла вошла первой, чувствуя его присутствие позади. Внутри уже было полно студентов — кто-то лениво листал конспекты, кто-то дописывал задания в последний момент. Но её взгляд автоматически зацепился за знакомую русую макушку. Он сидел на своём обычном месте — откинувшись на стуле, одной рукой небрежно водил по экрану телефона, в другой сжимал бутылку воды. Его выражение лица было… безразличным. Как будто ничего не случилось. Как будто утром он не стоял в её комнате, прожигая взглядом букет цветов. Как будто он не сказал того, что сказал. "Я ревную." Она сжала челюсть. — Садимся?— раздался голос Ильи рядом. Она кивнула, стараясь не смотреть в сторону Вани. Они сели ближе к середине. Брюнет удобно расположился, вытянул ноги и повернулся к ней, непринуждённо улыбаясь. — Надеюсь, сегодня лекция будет не такой скучной. — Сомневаюсь, — усмехнулась она. Преподаватель вошёл в аудиторию и начал говорить, но она чувствовала взгляд. Тот самый. Жгучий. Медленный, оценивающий, раздражённый. Даниэла не хотела оборачиваться. Но, чёрт возьми, её это выводило. — Ты в порядке? — вполголоса спросил Илья, заметив, как она дёрнулась. Даниэла резко повернула голову назад.И наткнулась на Ваню. Он сидел с тем же ленивым видом, но глаза выдавали всё. Сердце стукнуло громче. Ваня медленно склонил голову набок, будто насмехаясь. Ему было не всё равно. И он этого даже не скрывал. Гаврилина сжала ручку так, что костяшки побелели. А Бессмертных просто потянулся, не отрывая от неё взгляда. И усмехнулся. Гад.

***

Илья, видя, что Даниэла снова где-то витает в мыслях, неожиданно наклонился ближе. — Ты так сильно задумалась, что мне даже стало интересно, о чём,— прошептал он, почти касаясь губами её уха. Её передёрнуло от мурашек, пробежавших по спине. — О лекции, конечно,— тихо ответила девушка, стараясь звучать спокойно. Но, судя по выражению его лица, он ей не поверил. — О лекции? — с усмешкой повторил парень. — Тогда скажи, о чём сейчас говорит препод? Она открыла рот… и замерла. Чёрт. Даниэла понятия не имела. Илья усмехнулся, довольно щуря тёмные глаза. — Вот и я так думал,— тихо проговорил он, не отводя взгляда. Даниэла почувствовала, как жар расползается по шее. Ну и зачем он так делает? Это что, новая игра? Но прежде чем она успела что-то сказать, Илья протянул руку — и поправил прядь волос, которая упала ей на лицо. Его пальцы на секунду задели её щёку, оставляя за собой почти ощутимое тепло. И в этот момент что-то громко грохнуло сзади. Девушка вздрогнула. Повернула голову. Ваня. Он сидел с каменным лицом, но его рука была сжата в кулак. А на полу лежала упавшая ручка. Даниэла поняла всё без слов. И её губы медленно тронула улыбка. Она повернулась обратно к Илье и, словно назло, спокойно ответила: — Ты бы тоже задумался, если бы я была рядом. Её слова, похоже, его удивили, но он быстро взял себя в руки и усмехнулся. — Это что, предложение? Она прищурилась. — Посмотрим. И с этой же секунды она почувствовала, как взгляд Вани стал ещё тяжелее. Отлично. Теперь играли все.

***

Бессмертных не слышал ни единого слова лекции. Он слышал только её голос. Слышал, как она тихо отвечает этому Илье, как смеётся, как… Как позволяет ему касаться себя. Внутри будто что-то взорвалось. Секунду назад он сидел спокойно, а в следующую — его рука с силой ударила по столу. Ручка слетела вниз с глухим стуком, откатившись под соседний ряд. Ему было плевать. Плевать, что Денис удивлённо посмотрел на него. Плевать, что кто-то обернулся. Плевать, что это тупо. Но не плевать на то, что Даниэла улыбнулась. Как будто сделала это нарочно. Как будто наслаждалась этим. И этот ублюдок — Илюшка — как будто знал. Ваня смотрел, как тот протянул руку и коснулся её лица, поправляя волосы. Как его пальцы задели её кожу. Этого было достаточно. Достаточно, чтобы внутри всё взорвалось во второй раз. Достаточно, чтобы захотеть врезать. Но он не двигался. Только сжал кулак на колене, пока ногти не врезались в кожу. Словно это могло удержать его на месте. Словно это могло помочь, когда он видел, что она смотрит на Илью иначе. Не как на друга. Не как на случайного знакомого. А как на вариант. Вариант. Тошнота подкатила к горлу. Парень помнил, как её губы дрожали, когда она шептала его имя в комнате. Помнил,как она выгибалась под ним. Как её ногти царапали его спину, как её дыхание сбивалось, когда он... Чёрт. Он резко вдохнул, подавляя эти мысли. Но тело помнило. Горело. И сейчас… Сейчас он видел, как этот ублюдок смотрит на неё. И понимал. Ему плевать, что было у них с Даниэлой. Илья просто видел перед собой красивую девушку. Доступную. Желаемую. И, судя по всему, собирался действовать. Сзади раздался смешок Дениса. — Ты сейчас взорвёшься, — тихо бросил он, чтобы никто не услышал. Ваня молчал. Просто смотрел. Смотрел, как Даниэла играет, приближаясь к Илье. Как тот что-то шепчет ей, склоняясь ближе. Как она отвечает — и Ваня видел это, видел, чёрт возьми, по её глазам! Она делала это нарочно. Зная, что он видит. Зная, что ему плевать не будет. И, сука, получая от этого удовольствие. Ну что ж. Она хотела поиграть? Пусть играет. Но тогда пусть готовится проиграть.