Мезальянс

Запыхавшийся Джаспер осуждающе вскинул бровь и с трудом произнёс: — Твой отец здесь. Джеймс тут же напрягся. Невольно его хватка на талии Джейни стала сильнее. Он опасался, хотел её защитить. — Он скоро поднимется сюда, — опасливо шипел Джаспер. — Тристан пытается заговорить ему зубы, но он зол как чёрт. Он закрылся от всех тёплых чувств, что вызывала в нём Джейни, обращаясь к логике и порядку. Одним резким движением схватил её за запястье и развернул, загоняя в ванную комнату. — Спрячься, — холодно проговорил Джеймс. Джейни ничего не говорила, лишь молча слушалась, за что он был ей благодарен. Сейчас не до лишних вопросов. Но он видел грусть и тоску в её глазах. Она смотрела на него как котёнок, выброшенный на улицу. И от этого сердце Джеймса болезненно сжалось. Он ненавидел это чувство. Джеймс всегда избегал эмпатии и привязанностей. Это усложняло и без того нелёгкую жизнь. Он старался полагаться на разум и холодный расчёт. Эмоции были непозволительной роскошью… даже скорее ошибкой, из-за которой Чарльз Крест мог лишить его всего. Но сейчас… всё изменилось. — Умница, — прошептал он, оставляя смазанный поцелуй на виске Джейни. Возможно, это прозвучало немного строго, совсем не как похвала, но он надеялся, что она поймёт. Его отстраненность сейчас — это необходимость. Джеймс до сих пор помнил, как Чарльз разрушал всё то, что ему было дорого. Но он не позволит ему добраться до Джейни. В конце концов, он уже не тот мальчишка, который боялся своего отца. Едва дверь в ванную закрылась, как Чарльз Крест ворвался в комнату, сметая всё на своём пути. Он был не просто зол — он был в ярости. Что втайне не могло не обрадовать Джеймса. — Какого чёрта ты тут забыл?! — рыкнул Чарльз, бросая убийственный взгляд в сторону Джаспера. Тот ничего не ответил, лишь поморщился от приказного тона Креста и вышел за дверь. Спорить сейчас было бесполезно. — Объясни, что, чёрт возьми, происходит, — голос Чарльза был низким, но в нём кипела ярость. Джеймс даже не шелохнулся. Настолько привычна была ему отцовская злоба. Она больше не трогала его. — Не знаю, о чём ты, — спокойно ответил он. Чарльз шагнул ближе, сверля его тяжёлым взглядом. Но Джеймс выдерживал его с гордо поднятой головой, не страшась и не переживая. Единственное, о чём он сейчас беспокоился, — это Джейни, скрытая в ванной комнате и наверняка слышащая каждое слово. Он до сих пор не верил в то, что признался ей в любви. Не потому, что это было низко или неправильно, нет, только из-за того, что он сам не осознавал, насколько сильны его чувства к ней. Она вероломно проникла в его разум и сердце. Заставила забыть обо всём, нарушить все планы и правила. И Джеймс был не против. Как ей это удалось? Он не знал. Да это и не имело значения. Он всё ещё ощущал её вкус на своих губах, отчего едва не улыбнулся, словно подросток. Джеймс наслаждался каждой секундой, проведенной рядом с ней. Джейни будто придавала ему сил и уверенности. Заставляла почувствовать себя живым, любимым и ценным. Испытать то, чего он был лишён прежде. — Совет учредителей требует объяснений. Они говорят, что есть утечка данных и что наши финансовые схемы могут всплыть. Эти крысы, видите ли, боятся за свои карманы. И самое главное — они грозятся заблокировать сделки, если я не решу проблему. Джеймс медленно кивнул, будто обдумывая сказанное. Все складывалось как никуда лучше. — И ты пришёл ко мне, потому что…? Чарльз прищурился. Казалось, он едва сдерживался, чтобы не ударить сына от злости. — Потому что ты пока ещё не разочаровал меня. И ты единственный, кто может говорить с этими трусами на их языке, — он чуть понизил голос, будто показывая важность Джеймса. Длинная пауза. Чарльз внимательно следил за реакцией сына, но на его лице не дрогнул и мускул. Джеймс отлично умел маскировать эмоции. Годы тренировок и жестоких уроков отца поспособствовали этому. — Ты втёрся к ним в доверие. Они считают тебя разумным и уравновешенным. И это тот момент, когда ты должен доказать, что я могу на тебя рассчитывать. Будь мне пятнадцать, я бы, наверное, расплакался от счастья и уже вовсю плясал вокруг него на задних лапах, словно послушная шавка. — И что именно ты хочешь, чтобы я сделал? — с лёгким интересом спросил Джеймс. — Убеди их, что всё под контролем, — голос Чарльза был твёрд. — Выясни, кто предатель. И покажи им, что никто другой не справится лучше меня! Джеймс медленно кивнул. Его отец был ослеплен яростью и гордыней. Он терял бразды правления, лишаясь своей силы. В последние годы Чарльз Крест действительно стал неуправляемым, его заносило слишком сильно, отчего страдали все вокруг. — Значит, ты хочешь, чтобы я их усмирил и наказал предателя? Джеймс заслужил Оскар за лучшую роль преданного сына. Никто не мог усомниться в его искренности. Каждый жест, фраза и движение глаз были спланированы. Он придерживался своего плана, не отступая ни на шаг. Всё ради того, чтобы добиться цели. — Именно. Ты ведь не на их стороне, верно, сын? — Чарльз усмехнулся. Он произнёс это нарочито мягко, но в голосе можно было распознать плохо скрытую угрозу. — Конечно, отец, — произнёс он решительно, но без единой настоящей эмоции. Чарльз посмотрел на него долгим взглядом, словно убеждаясь в правдивости его слов. И видимо оказавшись довольным своим творением, развернулся и направился к выходу. Но на пороге он замер и спокойно добавил: — Я надеюсь, ты не разочаруешь меня, Джеймс. В противном случае… ты знаешь, что бывает с предателями, — дверь за ним закрылась с глухим стуком. Джеймс медленно выдохнул. Он знал, что его отец привык держать всех в страхе. Его угрозы и наказания были более чем реальными, но Джеймс уже зашёл слишком далеко, чтобы теперь отступать. Да он и не собирался. Награда тоже велика. Старый ублюдок даже не подозревает, что катится в пропасть с моей лёгкой руки. Джеймс усмехнулся. Его презрение к собственному отцу было почти ощутимо. Он сделает всё, чтобы вырваться из-под его гнёта. И наконец станет свободным, сильным и независимым. Построит своё будущее, в котором будет она. Джеймс медленно развернулся и открыл дверь ванной. Джейни стояла там, обхватив себя за локти. Её глаза были большими и встревоженными. — Ты всё слышала? — скучающим тоном спросил он, совершенно точно зная ответ. Она кивнула. Её губы были сжаты в тонкую линию, выдавая внутреннее беспокойство. Что, конечно же, не ушло от Джеймса. Да и едва ли можно не заметить, как её лицо помрачнело за этот короткий промежуток. Теперь на нём отражались не страсть и желание, а страх, растерянность и ещё что-то более сильное. Джеймс вдруг понял, что боится этого взгляда. Он не хочет найти в нём проблески сомнения, страха или, что ещё хуже — разочарования. Джейни стала его, и он уже ни за что не отпустит её. Не сможет. Он приложит все усилия, чтобы она осталась рядом. Ведь без неё эта игра потеряет смысл. Король не имеет значения без своей королевы. — Не бойся, — он сделал шаг к ней, его голос был мягким, но уверенным. — Я справлюсь со всем. Джейни медленно кивнула, но её глаза оставались тревожными. Она будто погрузилась в глубокие раздумья, что точно не приведёт ни к чему хорошему для них. Джеймс знал это наверняка. И ему было совершенно не наплевать, ведь впервые всё стало настолько хорошо. Просто, блять, прекрасно. Не разрушай это, малышка. Джеймс потянулся к ней, пальцы скользнули по её запястью, легко, почти призрачно. Он чуть усмехнулся, видя, как на её коже тут же проступили мурашки. Всего одно касание. Она точно создана для него. Джейни выжидающе смотрела. Он хотел сказать ей что-то, должен был… но в горле встал ком. Для него всё ещё сложно общаться с ней. Джеймс никогда не подпускал девушек так близко и порой просто не знал, как правильно себя вести. Что ей сказать? Что-то успокаивающее? Или открыть ей детскую тайну? Девчонки же обожают эти разговоры по душам. Джеймс едва не закатил глаза от раздражения к самому себе. Или о будущем?.. О том, что она единственная, кого он видит там. Мысли в его голове лихорадочно метались в поисках лучшего решения. Он точно знал, что ей нужно услышать. Ведь он уже выучил все её привычки и потребности. Его рука медленно скользнула вверх, пока он не коснулся щеки Джейни. — Джейни, я люблю тебя… и… — он замолчал, словно не мог подобрать слова, чтобы описать свои чувства. — И я хочу быть рядом с тобой. Он видел, как Джейни сделала судорожный вдох. Будто эти слова насквозь пронзили её сердце, заставив его обливаться кровью. Джеймс смотрел на неё, ощущая, как внутри разрастается какое-то новое, до боли непривычное чувство. Любовь пробуждала в нём тепло, доверие и надежду. Он чувствовал это от Джейни в каждом её нежном касании и взгляде. Никогда прежде он не позволял себе верить в будущее, даже не мог подумать, что кто-то когда-нибудь будет вот так стоять перед ним… без лжи, условий или хитрых манипуляций. Честно. По-настоящему. Она сделала это. Джейни протянула ему руку, держа на ладони флешку. Маленький кусочек пластика и металла, который хранил в себе информацию, способную решить всю его судьбу. И не только его. — Тогда сделай это, — сказала она. Никакого давления в голосе. Никаких требований. Только твёрдая решимость. Джеймс тяжело сглотнул. Его горло сжалось, будто в нём застрял ком из всех тех холодных лет одиночества, боли и страха, которые он так долго носил в себе. Её уверенность, вера в него — это то, что ему никогда не доводилось испытывать. Эти глаза, смотрящие с полным доверием и надеждой, стали главным рычагом для его мотивации. Сейчас он был готов положить весь мир к ногам Джейни. Ведь она сделала это для него. Она делала этот шаг осознанно. Поверила в него. Не в маску, которую он так тщательно создавал годами, не в образ идеального наследника, который показывал всем. Нет. Она увидела его настоящего — того, кто прятался за холодной улыбкой и острыми словами. Мальчишку, что годами жил в тени родителей, мечтая выбраться. Сердце Джеймса пропустило удар. Оно замерло и забилось с новой, ещё большей силой. Всё в его душе перевернулось от осознания. Она приняла меня… таким, какой я есть. Он почувствовал, как ноет в груди, будто что-то внутри него, долгое время сжатое и скрытое, начало расправляться, причиняя почти физическую боль. Он не думал, что кто-то когда-либо сможет полюбить его. Я люблю тебя, Джеймс. Джейни заставляла его чувствовать себя живым. Её присутствие было как луч света, пробивающийся сквозь толщу тьмы, в которой он так долго существовал. Она была его спасением, якорем в этом хаосе. И в её глазах он видел не только любовь, но и понимание. Она знала, кто он. И всё равно выбрала его. Я больше не одинок. Мысль была настолько новой, диковиной, что он едва мог в это поверить. Тяжело вдохнув, взял флешку и крепко сжал её в своей ладони. Джеймс будто боялся, что этот ключ к их общему будущему исчезнет. Я ни за что не проиграю, малышка. Он сделает это. Для неё. Для них.

***

Джеймс сидел за столом в своей комнате до глубокой ночи. Лишь тусклый свет экрана ноутбука освещал его лицо, сосредоточенное и напряжённое. Он продумал всё до мелочей, каждый шаг, начиная от использования компромата на родителей и заканчивая стратегией по захвату власти в компании. Он знал и готовился к этому моменту всю свою жизнь. Ошибку допустить нельзя. Встреча с советом учредителей станет началом конца. Джеймс уже давно был посвящен в дела компании и активно принимал в них участие. Он знал всё: каждый угол, работника и камеру в их небоскребе. Члены совета не были удивлены, когда он созвал экстренное собрание. В конце концов, Джеймс был будущим и единственным наследником. Он давно стал частью компании, знал все её тонкости и потребности. Это было неизбежно, и все вокруг понимали, что в будущем он займёт место своего отца. Но никто не знал, как скоро наступит этот момент. Его отец был яростен и эмоционален, в то время как Джеймс являлся его полной противоположностью. Холоден, жесток и решителен. Он знал, как обращаться с людьми, как манипулировать ими, заставляя следовать за ним. И в этом его сила. Сегодня всё изменится. Когда Джеймс вошёл в зал, все присутствующие мгновенно замолчали. Он не нуждался в представлениях или лишних словах. Совет учредителей уже прекрасно был с ним знаком. Они привыкли к его силе и присутствию и знали, что с ним нужно считаться. Ведь он давно доказал всем свой ум и способности. Каждый знал, что Джеймс не боится идти на риск, его методы необычны и радикальны, но всегда действенны. Несмотря на юный возраст, он добился огромного уважения и авторитета. Все участники совета сидели в напряжении, будто на иголках. Может, они чувствовали исходящую от Джеймса решительность и опасность. Сегодня он был готов проявить эти качества как никогда. Люди замерли в ожидании его слов. — Думаю, мне не нужно объяснять вам, в каком положении сейчас наша компания, — начал Джеймс холодным, отрешённым тоном. — Впервые «Крест Индастриз» находится на грани краха: утечка информации, падение акций, раздор внутри. Пора принимать меры, — он жестко отчеканил каждое слово, проходясь острым взглядом по присутствующим. Джеймс не исках у них поддержки — он просто ставил их перед фактом. Это его игра, и теперь им нужно будет решать: играть по его правилам или же смириться с потерей своего состояния. — То, что всплыло, — лишь малая часть. И если одна схема уже под угрозой, кто может гарантировать, что завтра не всплывут другие, которые отбросят огромную тень на репутацию компании, — он намеренно ничего не уточнял, позволяя им самим додумать ответ. — Раньше таких проблем не было, — негромко заметил один из младших директоров. Отлично. Они двигаются в правильном направлении. Совет растерянно молчал. Все они были вдвое старше его, закоренелыми бизнесменами, повидавшими многое. Но тем не менее они прислушивались к нему. Видели Джеймса на встречах, где он проявлял себя как спокойный и уверенный в себе лидер. Но ещё никогда прежде он не выступал перед ними таким жестоким. Сегодня он был не будущим наследником, а хищником, готовым силой забрать свою долю. — Среди нас есть предатель, и я обязательно найду его. Но что куда важнее — как мы будем с этим справляться, — совету ни к чему знать, что это он слил инсайдерские данные и намеренно посеял смуту. — Что произойдёт, если правда всплывёт наружу? Разрушение репутации, падение акций, судебные разбирательства. Вы готовы к этому? Тишина в зале усилилась, стала настолько тяжёлой, почти ощутимой. Джеймс знал, что они не оспаривают его право на власть, но всё же каждый из них чувствовал исходящую от него угрозу. Они знали, что он пойдёт на всё, и боялись его. Но вместе с тем восхищались, ведь Джеймс мог стать тем, под чьим руководством «Крест Индастриз» обретёт новое величие. Первым решил высказаться Адам Ларсен — старший и наиболее опытный среди учредителей. Он был человеком чести, который никогда не склонялся ни перед кем. Его опыт в бизнесе был безупречен. Джеймс даже восхищался им, но ни за что бы не уступил. — Джеймс, ты думаешь, что ты готов? — голос Адама был тяжёлым, но с намёком на сомнение. — Мы все видели твои успехи, но ты же знаешь, что одному сложно вести бизнес такого масштаба. Ты точно понимаешь, что это не просто игра, а огромная ответственность за тысячи людей? Джеймс сжал челюсти. Он знал, что Ларсен не пытается насолить ему — он лишь проверяет, анализирует его реакцию. — После всего, что я сделал, ты действительно думаешь, что мне всё ещё нужно что-то доказывать? — резко ответил Джеймс. — Я не играю в игры, а действую исключительно в интересах компании. Я смогу сделать то, на что у вас не хватает смелости. И возьму то, что по праву принадлежит мне. Ларсен ничего не ответил, лишь удовлетворенно качнул головой. Джеймс обвёл присутствующих холодным взглядом. Далеко не все разделяли его мнение и методы, но ему было плевать. Он заставит их последовать за собой, поэтому что это их единственный шанс на лучшее будущее. — У нас есть два пути, — решительно сказал он. — Первый — мы продолжаем терять деньги, позволяем скандалам разрушать репутацию компании и ждём, пока нас обойдут другие. Второй — вы перестаёте играть в политкорректность и начинаете работать со мной. Вопрос в том, сколько из вас готовы рискнуть, чтобы всё исправить. — Если информация всплывает, то это будет крах, — тихо заметил седовласый мужчина. — Именно, — тут же продолжил Джеймс. — В последние годы управление потерпело изменения и далеко не в лучшую сторону. Джеймс внимательно следил за реакцией каждого из членов совета. Он видел, как желание перемен и банальный страх терзают их мысли. Но ему нужно было сделать ещё один шаг, чтобы подвести их к единственному правильному решению. Он должен окончательно раздавить все их сомнения. — Все присутствующие здесь понимают, что мой план — это единственное, что спасёт компанию. Я смогу обеспечить ей процветание и стабильность, к которым вы так стремитесь. Он замолчал, позволяя им обдумать его слова. — Я уверен, что мудрые люди, сидящие здесь, обязательно примут не менее мудрое решение. Он бросил на них последний взгляд и направился к выходу, оставляя их вариться в собственной тревоге и опасениях. Джеймс знал, что после этой встречи они уже никогда не посмотрят на его отца как прежде. Достаточно было лишь одного толчка и немного страха, и совет сам примет правильное решение. Покинув зал заседаний, Джеймс почувствовал, как напряжение медленно отпускает его плечи, позволяя сделать вдох полной грудью. Первый шаг был сделан — совет директоров начал сомневаться в отце. Но этого недостаточно. Нужно было посеять хаос, который заставит их искать спасения именно у него. Он вернулся в свой кабинет, закрыл дверь и сел за стол. Перед ним был его ноутбук со всеми необходимыми данными, которые он тщательно отобрал. Переводы на офшорные счета, поддельные аудиты, переписка с подставными подрядчиками — всё, что могло разрушить репутацию его отца и матери. Пусть эта империя станет их могилой. Джеймс открыл ноутбук, его пальцы быстро застучали по клавишам. Он создал несколько анонимных почтовых ящиков, используя прокси-серверы, чтобы скрыть свой IP. В конце концов, Тристан был не единственным, кто разбирался в технологиях. Джеймс тщательно продумал каждое письмо, вложив в них ровно столько компромата, чтобы вызвать панику, но не более. Любое излишество действительно могло навредить компании. Он выбрал ключевых акционеров и инвесторов, тех, кто имел влияние, но при этом был склонен подчиниться. Они должны почувствовать, как земля уходит из-под ног. Он прикрепил файлы и нажал «Отправить». Письма были выпущены, словно острые стрелы, которые вот-вот достигнут своей цели. Джеймс был уверен, что они попадут точно в яблочко. — Через пару дней начнётся ад, — прошептал он себе, откидываясь на спинку кресла. Его план был предельно прост: поколебать совет попечителей, убедив их в том, что нынешнее руководство не справляется, а затем пустить слухи, которые только усугубят панику. Они должны почувствовать, что теряют контроль. А когда хаос достигнет пика, он перейдёт к финальной ступени своего плана. Джеймс закрыл глаза, чувствуя, как в груди разливается странное тепло. Он не испытывал радости или восторга. Скорее просто наслаждался с тихим удовлетворением. Он знал, что играет с огнём, но это его не пугало. Наоборот, давало ощущение власти и контроля. Отец всегда говорил, что сила — в умении ждать. Но он забыл добавить, что иногда нужно подтолкнуть события. Джеймс знал, что следующий шаг будет куда опаснее. Но он был готов. Потому что теперь у него была не только цель, но и причина. Джейни — единственный человек, который верит в меня. И я не подведу её. Она делала его сильнее. Внезапно на столе завибрировала его телефон. Экран загорелся от сообщения, которое Джеймс тут же открыл. «Я сейчас у бабушки. Квартира действительно шикарная. Ты не хочешь приехать?..» Джеймс удивлённо замер, ещё раз пробегаясь по тексту глазами. Джейни всегда было свойственно упрямиться и никогда не признавать даже того хорошего, что он для неё делал. Но случай с бабушкой, видимо, слишком важен, чтобы она демонстрировала свою гордость. Старушка на инвалидной коляске, её выселили из дома, чтобы освободить место для нового проекта Крест Индастриз. Джеймс помнил, как голос Джейни дрожал от гнева и беспомощности, когда она спрашивала его об этом. Он не мог остаться в стороне. Квартира, которую он заранее купил для её бабушки, находилась в шикарном районе, принадлежащем другой крупной компании. Он специально выбрал это место. Ему нельзя было привлекать лишнее внимание, нужно действовать крайне осторожно. Но Джеймс ни секунды не сомневался. Он не мог остаться стороне, когда это было так важно для Джейни. Его пальцы замерли над экраном. Лёгкое тепло наполнило грудь — он рад, что смог помочь. Не потому что Джеймс хотел стать Робин Гудом, как Тристан, и не из-за тяжёлой, трагичной судьбы старушки. Нет, всё это его не волновало. Но это была её бабушка. И если это важно для Джейни, то автоматически стало важным и для него. Мне даже начинает нравиться быть её героем. Эта абсурдная мысль заставила его усмехнуться. Он никогда не был спасителем, но с Джейни всё иначе. Ему хотелось ей помочь. Ведь её благодарность стала для него лучшей наградой. Этот ласковый взгляд, полный доверия… давал ему что-то, чего он не мог описать. Что-то, что заставляло чувствовать себя… живым. И теперь она приглашала его познакомиться с бабушкой. Джеймс откинулся на спинку кресла, всё ещё держа телефон в руках. Он задумался, понимая, что никогда не делал ничего подобного. Это было что-то новенькое. У него есть фиктивная невеста, которую он видел всего пару раз в жизни, и прочие девушки, с которыми он лишь развлекался на одну ночь. Просто пыль, игры и пустой расчёт. Ничего серьёзного. Сердце болезненно покалывало от чего-то среднего между радостью и тревогой. Джеймс нахмурился, всё ещё привыкая к обилию чувств, которые он всегда испытывал рядом с ней. Она выводила его из привычного равновесия. Ему приятно, что Джейни сама пригласила его. Ведь для девушек всегда очень важны такие вещи, а значит, и он стал чем-то большим для неё. Она хотела видеть его рядом, чтобы он был частью её жизни. Она доверяет мне. Мысль была одновременно пугающей и обнадёживающей. Джеймс точно знал, что испытывает к ней. Он чертовски влюблён, и это чувство становилось сильнее с каждым днём. Оно пугало и одновременно завораживало. Были опасения, что его привязанность к ней может помещать планам и целям, которые он преследовал. Но Джеймс достаточно умен, чтобы не потерять свою королеву даже в ходе такой жестокой партии. Его ходы будут сильнее, и никто не посмеет навредить ей. Он взял телефон и напечатал: «Я буду через час». Отправив сообщение, положил телефон на стол и устало прикрыл глаза. В голове то и дело мелькали образы Джейни, её улыбка, глаза и радостный смех. Он скучал по ней. И увидеть её после такого сложного дня казалось просто чем-то жизненно необходимым. Джеймс точно знал, что после этого почувствует себя лучше. Она нужна мне. Он встал, поправил рукава пиджака и решительно направился к двери. Ему не терпелось увидеться с ней.