Мезальянс

На следующее утро Джейни проснулась с тяжестью в груди. Она не могла не вспоминать вчерашний ужин, который до сих пор казался ей прекрасным сном. Всё прошло так идеально, что аж страшно. Но она беспокоилась не из-за этого. Когда они уже подъехали к Роузвуду и собирались выйти из машины, Джеймс решил окончательно добить её откровениями. «Я слил утечки нужным людям. Паника в совете сыграет мне на руку». Он был чертовски спокойным, как будто это просто очередная партия в шахматы. Но Джейни знала, что для него это больше чем игра. Из-за этого его слова всё ещё звучали в её голове, как заевшая пластинка. Час от часу не легче. Джейни провела рукой по лицу, пытаясь избавиться от излишних мыслей. С самого утра она чувствовала усталость из-за того, что всю ночь не могла заснуть. Опасения и страхи насчёт будущего нещадно терзали её до самого утра. Приподнявшись, она взяла телефон с прикроватной тумбочки. В этот момент экран загорелся от уведомления. Сообщение от Джоша. «Ты была права». Джейни нахмурилась. Странное скомканное сообщение и лишь один прикреплённый файл. Ниоткуда взявшаяся тревога резко сковала её грудь, не предвещая ничего хорошего. Седьмое чувство кричало внутри, заставляя пальцы подрагивать. Тяжело сглотнув, она нажала на экран. В файле был компромат на Джонатана Мози. Всего одно видео. Тёмная большая комната, освещённая лишь тусклым жёлтым светом, практически утопала в полумраке. Тени клубились по углам, добавляя мрачности и ужаса, будто это было подземелье, украшенное дорогими обоями и диванами. На полу, прямо по центру, на коленях сидели девушки. Обнажённые, дрожащие от страха, некоторые с синяками и порезами. Будто рабыни на невольничьем рынке, у них не было шанса на надежду или спасение. Некоторые из них тихо плакали, а другие просто сидели, словно окаменевшие, их лица были пустыми, словно они уже смирились со своей участью. Ощущение страха можно почувствовать даже через экран. Одна из девушек, с тёмными волосами, заплетёнными в неряшливую косу, дрожала так сильно, что впивалась ногтями в собственные ладони, пытаясь скрыть это. Ей было ужасно страшно и холодно. Её глаза метались по комнате, как будто она искала выход, но его не было. Рядом с ней сидела другая, с коротко остриженными волосами и синяком под глазом. Она смотрела в пол, её губы едва заметно шевелились, словно она что-то шептала, но звука не было. Молитва? Просьба о помощи? В центре комнаты стоял Джонатан Мози. Он был одет в дорогой костюм, а его лицо искажено холодной, почти садистской ухмылкой. Рядом с ним находился ещё один мужчина, которого он называл Тайлером. — Ну что, Джонатан, — сказал он, его голос звучал как смесь похоти и цинизма. — Ты обещал показать мне что-то особенное. Где твои новенькие? Мози кивнул, его глаза блестели от тёмного удовольствия. Он сделал знак кому-то за кадром, и в комнату ввели ещё одну группу девушек. Они выглядели хуже, чем те, что уже сидели на полу. Их глаза были широко раскрыты, а тела дрожали от страха перед тем, что их ждёт. Одна из них, со светлыми волосами, попыталась вырваться, но её сразу же под руки схватили двое крупных мужчин в масках. Она закричала, и ей тут же грубо заткнули рот каким-то кляпом. — Вот они, — сказал Мози, его голос звучал как у торговца, хвастающегося своим товаром. — Все свежие, все молоденькие. Вчера привезли. Никаких проблем с документами, всё чисто. Тайлер подошёл ближе, с жадным интересом разглядывая их, будто выбирая новую игрушку. Он остановился перед совсем юной девочкой с русыми волосами, заплетёнными в две тонкие косички. Её лицо было бледным, а глаза огромными, полными слёз и отчаянного страха. Она дрожала, её худенькие плечи тряслись от немых рыданий. Её руки были скрещены на груди, как будто она пыталась защитить себя, прикрыться, спрятаться от происходящего здесь. Но всё это бесполезно. — А эта? — спросил Тайлер, с особым интересом разглядывая её. Он наклонился, его глаза блестели от возбуждения. — Она плачет… — он протянул руку и провёл пальцем по её щеке, собирая слезу. — Как мило. Девочка вздрогнула, её тело напряглось, но она не могла отойти. Лишь зажмурилась, как будто надеялась, что это всего лишь кошмар, от которого она вот-вот проснётся. Но это была реальность. — Лолита, — ухмыльнулся Мози, его голос звучал так гордо и уверенно, будто он хвастался своим товаром. — Только вчера получили. Ей всего тринадцать. Но она уже знает, как себя вести. Тайлер засмеялся, его смех был низким, хриплым, как будто он наслаждался каждым услышанным словом. Он сглотнул, жадно облизываясь, и снова протянул руку, на этот раз проводя пальцем по её подбородку, а затем ниже к шее. Девочка замерла, её грудь тяжело поднималась и опускалась, а слёзы потекли по щекам с новой силой. — Боже, какая прелесть… — прошептал он, его голос был полон вожделения. — Она дрожит… — он наклонился ещё ближе, его дыхание касалось её кожи. — Ты боишься, кроха? Девочка не ответила. Она стояла тяжело дыша, будто ей не хватало воздуха. Огромными глазами следила за каждым действием Тайлера, пока слёзы уже стекали на её грудь. — Она буйная была? — спросил клиент, его голос звучал с садистским любопытством. — Да, — спокойно ответил Мози, как будто говорил о чём-то обыденном. — Но мы с этим справились. Она теперь послушная и вежливая. Тайлер засмеялся снова, приводя девочку в настоящий ужас. Его рука скользнула по её плечу, затем опустилась ниже, к обнаженной груди. Девочка вздрогнула, её тело напряглось, натянулось, словно струна, но она не могла пошевелиться. Будто окаменела от страха. — Блять, какая прелесть… — хрипло прошептал он. — Я уже представляю, как буду её воспитывать. Мози ухмыльнулся, его глаза блеснули от извращённого удовольствия. Он явно разделял подобные фетиши. — Ты волен делать с ней все что угодно, — сказал он, — но только после покупки. Это тебе не эскорт. Тайлер кивнул, его рука всё ещё лежала на девочке, как будто он не мог оторваться. Пальцы вырисовывали на её коже узоры, сжимали и поглаживали. Пока она задыхалась от слёз и глухих рыданий. — Сколько? — спросил Тайлер, не отвлекаясь от неё. — Четыреста тысяч. За первоклассный товар. Это только стартовая цена, — лениво добавил Мози. — Всё остальное — отдельно. Тайлер облизнулся, с трудом отстраняясь от девочки. Он подошёл ближе к Мози, сгорая от нетерпения. — По рукам. Мози усмехнулся и чуть склонил голову, спрашивая: — Даже торговаться не будешь? — Ты видел эту кроху? Она стоит каждого доллара, — смеясь, ответил Тайлер, его лицо потемнело от удовольствия. — Всегда рад помочь, — Мози пожал ему руку, закрепляя сделку. В ту же минуту двое мужчин схватили девочку за руки. Она сопротивляюсь, кричала, но её мучения никого не волновали. Один из них вколол ей инъекцию прямо в шею, отчего она быстро потеряла сознание. Тайлер довольно кивнул, с азартом глядя на всё это. Теперь она принадлежит ему. Когда видео остановилось, Джейни продолжала сжимать телефон, совершенно не двигаясь. Она чувствовала, как её сердце заходится в приступе паники, звоном отдаваясь в ушах. Слёзы, кажется, уже долгое время катились по щекам, но она даже не заметила этого. — Боже… — хриплым, будто чужим голосом прошептала Джейни. Она чувствовала, как в её теле поднимается отвращение. Пустой желудок сжимался в судорожных приступах, а во рту появился горький привкус желчи. Она хотела кричать, но не могла. Её голос застрял глубоко в горле, словно невидимые руки душили. Вот за что умерла Софи… Она знала, что это видео — ключ. Оно доказывало всё: торговлю людьми, организацию проституции, подделку документов. С этим Софи действительно могла навредить Мози — вот почему он решил избавиться от неё. Подобная улика служила прямой дорогой в тюрьму. Пытаясь сдержать приступ тошноты, Джейни быстро сохранила видео. Она думала позвонить Джошу, спросить, почему и зачем он отправил ей всё это. Но страх сковал тело. Она боялась и ненавидела себя за это. Одно лишь видео смогло так пошатнуть её психику, что же тогда испытывали девушки, находящиеся прямо там? Это настоящий ад. Глаза Джейни судорожно бегали по комнате, пытаясь ухватиться за что-то, найти якорь, который поможет ей не утонуть в этом ужасе. Джеймс. Его образ тут же появился в её голове, отгоняя жуткие мысли. Сейчас она бы отдала всё, чтобы быть рядом с ним, чувствовать его холодность и спокойствие. Дрожащими руками она набрала его номер телефона, мысленно вознося молитву, чтобы он поднял трубку. Её горло сжималось, а слёзы снова обжигали щёки. — Пожалуйста, ответь… Гудок. Ещё один. — Джейни? Только услышав его голос, она смогла сделать долгожданный судорожный вдох. Джеймс казался удивлённым, совершенно не ожидавшим её звонка. — Джеймс, мне прислали компромат на Мози… тот самый, который убил Софи… там… там девушки, Джеймс, и… — её голос дрожал и сбивался. Уши заложило. Она снова и снова слышала крик маленькой девочки в своей голове. Такой отчаянный и беспомощный. — Джейни, успокойся, дыши, — он был, как всегда, властным и собранным. — Вдыхай носом в течение четырех секунд, затем задержи дыхание на столько же и выдохни. Давай! Она послушалась и с трудом начала дышать согласно его указаниям. Это было тяжело. Её легкие горели от нехватки воздуха, а голова кружилась. Зажмурившись, она старалась сосредоточиться на счёте в своей голове. — Вот так, умница… просто дыши… — нежный голос на том конце трубки способствовал её успокоению. Вдох-выдох. Джейни не знала, сколько времени прошло, прежде чем её дыхание стало более ровным, а пульс наконец-то замедлился. С облегчением она облокотилась на холодную стену, чувствуя, как напряжение постепенно спадает. Техника, подсказанная Джеймсом, точно работала. — Малышка? — чуть взволнованно спросил он, видимо перестав слышать её тяжёлые вздохи. — Да… я здесь — всё ещё приходя в себя, слабо ответила Джейни. — Где ты сейчас? — В своей спальне, — немного боязно сказала она. Сейчас ей совершенно не хотелось оставаться одной. Было страшно, несмотря на то что за окном тепло сияло солнце, не позволяя теням подкрасться к ней. — Оставайся там и никуда не уходи, поняла? — его голос был строгим, не терпящим возражений. Как и всегда. — Но… — Делай, что я говорю, — уже грубее сказал он. — Никому об этом ни слова. Я скоро приеду. Связь оборвалась. Джейни закусила губу, обдумывая его слова. Сидеть и ждать казалось невыносимым. Она не могла оставаться со своими мыслями наедине. Они давили на разум, воспроизводя жуткие кадры из видео. Тряхнув головой, она быстро переоделась и спустилась в гостиную, надеясь найти кого-то из парней. Там на диване сидел Тристан, сосредоточенно печатая что-то в своём ноутбуке. Сердце Джейни болезненно сжалось. Совесть сжигала её изнутри, призывая к действию, за которое Джеймс точно убьёт её. Но она не могла по-другому. — Джейни? — Тристан чуть нахмурился, видя её озабоченный взгляд. — Доброе утро? Это связано со смертью Софи. Он должен знать. Внутренний голос кричал, рвался наружу, желая рассказать Тристану всю правду. И она не могла этому сопротивляться, не хотела, ведь он её друг. Она не будет скрывать от него подобное. — Нам нужно поговорить, — быстро проговорила Джейни. — Твои разговоры уже начинают пугать меня, Джейни, — закрывая ноутбук, сказал Тристан. — Что на этот раз? — О Джонатане Мози. Тристан заметно напрягся. Наверное, одно лишь имя убийцы причиняло ему боль. Не дожидаясь дальнейших вопросов, Джейни рассказала ему о видео, которое получила сегодня. С каждым её словом лицо Тристана мрачнело и наполнялось злобой. Ещё никогда прежде ей не доводилось видеть его таким. Рассерженным и жадным до мести, несмотря ни на что. Когда она закончила, он вскочил с места, будто не мог больше сидеть. — Ёбаный ублюдок… — прорычал Тристан, взъерошив свои волосы. Он метался по комнате, словно загнанный в угол зверь. — Где этот файл? Прежде чем Джейни успела ответить, дверь в гостиную резко распахнулась. — Ты серьёзно?! — раздался холодный, злой голос Джеймса. Джейни резко обернулась, словно от удара хлыста. Он стоял в дверях, прожигая её гневным взглядом. — Я сказал тебе никому об этом не рассказывать, — процедил он, не сводя с неё глаз. — Тем более здесь, где любой может подслушать. Нижняя губа Джеймса чуть подрагивала от раздражения. Казалось, он едва сдерживался, чтобы не убить её. — Джеймс… — она слегка растерялась. Но сразу же взяла себя в руки, готовая отстаивать свою позицию. — Тристан должен знать! Это связано с Софи! — Я сказал тебе молчать — голос Джеймса сорвался, он сжал челюсти, подходя ближе. — Ты хоть понимаешь, насколько это опасно? Джейни нервно закусила губу. Конечно, она осознавала всю серьёзность ситуации. Но просто не могла оставаться в стороне. То, что она увидела… было слишком ужасным, чтобы просто игнорировать это. — Джеймс, об этом нельзя молчать! — воскликнула Джейни, глядя ему в глаза. — Ты должна была дождаться меня! — рыкнул он в ответ. — Как ты можешь просто игнорировать это?.. — она покачала головой, разочарование отразилось в её голосе. Его безразличие ранило, словно кинжал. Она не понимала, как он мог быть так спокоен и холоден к подобным проблемам. Никакой эмпатии. Так ведь нельзя. С другой стороны, Джейни знала, что сама вряд ли сможет ли хоть как-то помочь, но ей хотелось хотя бы попытаться приложить к этому руку. К тому же она не одна, а вместе с Тристаном. Голос совести неприятно зудел, ведь где-то там были бедные, беззащитные девушки… — Хватит заниматься хернёй, Джейни! — его голос стал почти угрожающим. — Ты не понимаешь, во что ввязываешься! — Но мы должны помочь им… — упрямо твердила она. — Блядь, Джейни! — он сжал челюсти, в зелёных глазах вспыхнуло что-то действительно опасное, будто предупреждение. — Я посажу тебя на сраную цепь и стану садистом похуже Мози. Не вынуждай меня. Воздух в комнате стал тяжёлым, пропитанным напряжением. — Ты не можешь мне запретить, — бросила она, несмотря на внутренний страх. К Джеймсу? Или к последствиям своего решения? — Могу. И запрещаю. Несмотря на гордость, Джейни раздражённо умолкла, едва не прикусив собственный язык. Она знала, что если доведёт его до определённой точки, он легко может воплотить свою угрозу в реальность. — Ахуенно, значит, ты хотел всё скрыть, да? — вмешался Тристан. Его голос звенел от злости. — Как удобно! Он, казалось, был на грани. Все знали, как много для него это значит. Джейни почти умоляюще посмотрела на Джеймса, пытаясь отправить ему некий сигнал. Но он был как всегда безразличен. — Что ты несёшь? — рыкнул он, поворачиваясь к Тристану. Между ними пролетали искры. Они были по разные стороны баррикад. — О, да ладно тебе, — Тристан хмыкнул, в его голосе звучало неприкрытое отвращение. — Ты же один из них. Один из тех, кто закрывает глаза на подобное дерьмо, потому что так работает твоя сраная система! Та, которую ты так поддерживаешь и любишь! Это говорил не Тристан, а его обида и тяга к справедливости. Смерть Софи оставила глубокую рану в его душе, которая не заживет, пока живы те, кто совершил с ней это. — Моя система? — Джеймс скептически вскинул бровь. — Что ты, блять, несёшь, Тристан? — Да. Потому что именно такие, как ты, позволяют существовать таким, как Мози. Вы не боретесь с этим. Вы просто закрываете глаза, пока это не затрагивает лично вас. Джеймс усмехнулся, но в его взгляде сверкнула злоба. — Конечно, тебе легко говорить, ты ведь у нас местный Робин Гуд! — жестоко плюнул он. — Но ты совершенно не думаешь о последствиях — только о своей сраной справедливости! А что будет с ней? — он резко кивнул в сторону Джейни. Тристан сжал челюсти, едва сдерживая свой гнев. — Не смей. — Нет, это ты не смей! — Джеймс угрожающе шагнул ближе, его голос стал тише. — Хочешь разрушить свою жизнь, вперёд! Но без неё! Не втягивай Джейни в это дерьмо! Тристан промолчал, но его руки сжались в кулаки. Джейни почувствовала, как её дыхание сбилось. Напряжение в комнате было почти невыносимым. Она снова находилась между двух огней. — Всё. Разговор окончен. — Джеймс обвёл их обоих ледяным взглядом. — Никаких расследований. Это не ваша война. Тристан только ухмыльнулся, явно не собираясь прислушиваться к его мнению. Он, как и всегда, был бунтарем, никто ему не указ. Даже если против него выйдет целая армия, он не откажется от своей цели. Он был героем. — Я сам разберусь. Тристан перехватил телефон Джейни и перекинул себе номер Джоша. Немедля набрал его. Гудки. Потом ещё. Джош не отвечал. Джейни нервно прикусила губу. Ей было не по себе. — Чёрт… — едва слышно проговорил Тристан. Он посмотрел на Джейни, словно соглашаясь с её ощущениями. — Я найду его. Не слушая больше никого, он схватил куртку и вышел, оставляя за собой тяжёлую тишину. Джейни проводила его взволнованным взглядом. Кто знал, что случилось с Джошем? Вся ситуация выглядела слишком странной и непонятной. Её внутреннее чутьё било тревогу. Она с надеждой посмотрела на Джеймса. — Ты не понимаешь… — её голос задрожал. Джеймс подошёл ближе, его холодные пальцы сомкнулись на её запястье, словно предупреждая. Хватка была жёсткой. — Нет, это ты не понимаешь, — его голос был слишком тихим… опасным. — И если ты ещё раз меня ослушаешься… тебе придётся принять последствия. Он ставил её перед фактом. Давал последнее предупреждение. Бросив на неё ещё один взгляд, он ушёл в свою спальню, не сказав больше ни слова. Джейни тяжело сглотнула, пытаясь избавиться от кома в горле. На душе словно кошки скребли. Она так хотела пойти вслед за ним, прижаться к его груди и просто почувствовать тепло. Но не могла. И как ему удаётся всё выкрутить в свою пользу?! Джейни недовольно рыкнула и поплелась в свою комнату. Ей нужно подготовиться к занятиям. Несмотря на весь хаос, происходящий в жизни, учебу никто не отменял. Она написала короткое сообщение Картеру: «Привет, как ты?» Заблокировав телефон, тяжело выдохнула. Ей хотелось надеяться, что хотя бы у него всё хорошо. Джейни ежедневно возносила молитвы всем богам, чтобы он снова не сорвался и не наделал глупостей. Сейчас мне ведь только этого не хватает. Она раздражённо сжала переносицу, пытаясь сфокусироваться на себе. Но дрянные мысли то и дело лезли в голову, пробуждали в груди тревогу. Перед ней снова всплывали кадры из того видео. Блять. Девочка. Измождённое лицо. Пустой взгляд. И мерзкий голос Мози: «Она теперь послушная». Желудок болезненно сжался. Она не могла выкинуть это из головы, отгородиться или забыть. Не получалось. Джейни нервно кусала губу, пытаясь принять правильное решение. Ей казалось, что достаточно сделать лишь один шаг — и она провалится в бездну. Мне противно от самой себя. Горечь осела на кончике языка. Если Джеймс узнает, что она всё ещё колеблется, он не простит. Он уже дал понять, что второго предупреждения не будет. И тогда действительно посадит её на цепь. А если она поступит правильно, если передаст доказательства, если рискнёт — что тогда? Скорее всего, её просто уничтожат, раздавят так же, как тех девушек. Ведь у неё нет ни денег, ни власти, ни богатых родителей. Она такая же брошенная и никому не нужная. Сердце болезненно сжалось. Правда резала изнутри. Учёба — напомнила себе Джейни, пытаясь забыть обо всём. Она заставила себя сделать глубокий вдох и выдох, затем ещё раз и ещё. Прямо как говорил ей Джеймс. Даже сейчас она слышала его голос у себя в голове, это помогало ей почувствовать хоть что-то кроме этой давящей паники. Ей нужно было сосредоточиться на базовых вещах, чтобы отвлечься. Всё что угодно, кроме того ада, который прямо сейчас происходил в её жизни. Учеба и ещё раз учеба. Но даже когда она шла по коридору, собирая в сумку книги и тетради, ощущение тревоги не проходило. Оно висело над ней, как тёмное облако, разрастаясь и превращаясь в шторм. Джейни направилась к выходу, пытаясь убежать от самой себя и тревожных мыслей.