Я умерла, чтобы проснуться...

      Выйдя на улицу, я тут же ощутила разницу. Ветер ласково касался моего лица, словно впервые приветствовал меня в этом мире. Я расправила плечи, вдохнула свежий воздух и невольно улыбнулась. И тут же заметила — люди смотрят на меня иначе.       Я больше не была серым пятном в общем потоке, на которое наталкиваются лишь случайные взгляды. Теперь я ловила на себе искренний интерес. Кто-то просто бросал взгляд, кто-то замирал на секунду, словно что-то в моем облике вызывало у них невольное восхищение. Мужчины украдкой рассматривали меня, женщины окидывали взглядом — не с презрением, а скорее с оценкой.       Было странно чувствовать это после стольких лет невидимости. Еще недавно Катю встречали лишь взгляды, полные брезгливости, насмешки или жалости. Она привыкла прятаться в тени, не надеясь привлечь ничье внимание.       Но теперь… теперь я излучала что-то другое. Что-то, что заставляло людей оборачиваться. Может, дело было не только в очках или отсутствии брекетов? Может, изменилась не только внешность, но и сам образ?       Я шла, наполняясь светом, словно впитывая каждую улыбку, каждый заинтересованный взгляд. Мир больше не казался мне чужим. Я чувствовала, как он отвечает мне взаимностью.       Коля остановился и внимательно посмотрел на меня, словно пытался разгадать какой-то секрет, который даже я сама еще не до конца осознала.       — Удивительно, — произнес он медленно, почти задумчиво.       — Что? — я вопросительно приподняла бровь, все еще не переставая улыбаться.       — Ты светишься, — он слегка кивнул, делая акцент на этих словах. — И люди это видят. Они реагируют. Что еще раз доказывает, что зачастую встречают именно по одежке.       Я хмыкнула, но не стала спорить. В чем-то он был прав. Внешний вид, осанка, уверенность — все это влияло на то, как тебя воспринимают окружающие. Но дело было не только в этом. Я чувствовала себя иначе. А значит, мир теперь видел меня иначе.       — В целом, да, — согласилась я, наслаждаясь легкостью, с которой произносила эти слова. — Куда дальше?       Коля лукаво улыбнулся и вдруг взял меня за руку, заворачивая в какой-то узкий дворик.       — В салон красоты.       Мы прошли мимо тихих уютных кафе и маленьких магазинчиков, пока не оказались перед винтажным особняком с большими окнами и изящными деревянными дверями. Над входом висела элегантная вывеска «Анжелика».       Как только мы вошли внутрь, нас встретил тонкий аромат жасмина и ванили, смешанный с легким запахом парфюмерных масел. Пространство дышало роскошью и утонченностью. Бархатные кресла, теплый свет ламп, зеркала в резных рамах — здесь все говорило о вкусе и внимании к деталям.       За стойкой администратора стояла стильная девушка в идеально сидящем деловом костюме. Она профессионально улыбнулась и приветливо произнесла:       — Добро пожаловать в «Анжелику»! Чем могу помочь?       Я слегка склонила голову набок, с интересом разглядывая интерьер. Здесь пахло переменами. И я была готова к ним.       — Кто из ваших мастеров умеет творить чудеса? — спросила я с лукавой улыбкой.       Администратор на мгновение удивленно моргнула, но быстро взяла себя в руки. Ее глаза вспыхнули азартом, а губы тронула довольная улыбка, как у человека, которому только что бросили вызов.       — Кажется, у нас есть кое-кто, кто вам подойдет, — загадочно сказала она и жестом пригласила меня пройти дальше.       Я сделала шаг вперед, зная, что это место станет для меня очередной точкой отсчета.       Я обвела взглядом уютный, но роскошный зал, наполненный тихим гулом разговоров и нежным звуком фена. В воздухе витал аромат дорогих укладочных средств и кофе.       Это место явно знало, как обращаться с людьми, которые хотели меняться.       Но прежде чем я шагнула дальше, меня осенило. Я резко развернулась к администратору и с самодовольной улыбкой указала на Колю, который, кажется, уже мысленно начал искать пути к отступлению.       — Пока я не села в кресло, этому молодому человеку тоже нужен уход. — Я сложила руки на груди, наблюдая, как он медленно поворачивается ко мне с прищуренным взглядом. — Какая-то стильная стрижка, за которой он бы сам мог ухаживать, и маникюр.       Коля опешил, но я заметила, как в его глазах мелькнула тень любопытства.       — Ты серьезно? — он нахмурил брови, но я уже знала, что он сдастся.       — Абсолютно. — Я подмигнула ему, чувствуя странное удовлетворение от того, что теперь и его вовлекла в этот процесс обновления.       — Поняла. Сделаем. — без тени сомнения ответила администратор, кивая одной из сотрудниц.       Она плавным движением руки указала мне на мужчину, который явно выделялся среди остальных. Он был одет с иголочки: приталенный черный пиджак, темно-бордовая рубашка, аккуратно уложенные платиновые волосы и кольцо на мизинце. В его взгляде читалась острая наблюдательность, а в улыбке — слегка снисходительная игра. Он скрестил руки, оценивающе посмотрел на меня и вильнул бровью, как будто уже знал, что я из тех клиенток, с которыми будет интересно работать.       — Боренька, твой клиент, — объявила администратор, и он кивнул, слегка приподняв уголки губ. — Девушка желает чуда.       — О, как интересно… — протянул он, не сводя с меня глаз. — Люблю вызовы.       Тем временем Колю уводили в сторону другой мастерской зоны, и я заметила, как он искоса бросил на меня недовольный, но смирившийся взгляд.       — А вами займется Мари, — добавила администратор, но Коля уже не сопротивлялся.       Я сделала шаг вперед и улыбнулась Борису, протягивая руку.       — Добрый день.       Он посмотрел на мою ладонь, затем снова на меня, и его глаза лукаво сузились.       — Приветствую… — протянул он, пожимая мою руку чуть дольше, чем требовалось.       Затем он медленно провел взглядом по моим волосам, по чертам лица, словно изучая каждую деталь, и наклонил голову набок.       — Интересно, — задумчиво пробормотал он. — Ты выглядишь так, будто только что переродилась и еще не до конца осознала, какой невероятной ты можешь быть.       Его слова меня задели, потому что они были правдой. Я ведь действительно изменилась, и этот человек увидел это за пару секунд.       — Посмотрим, — ответила я с вызовом, садясь в кресло.       Борис улыбнулся, закатал рукава и кивнул. Он ловко провел руками по моим волосам, мягко разделяя пряди и пропуская их сквозь пальцы. Мужчина внимательно изучал их текстуру, словно читал по ним, как по раскрытой книге.       — Итак, качество твоих волос оставляет желать лучшего. — Он качнул головой с легким укором. — Видишь, как они ломаются на концах? Это неправильный уход. А вот эти секущиеся участки — результат недостаточного увлажнения и редких визитов к стилисту.       Я слегка смутилась, потому что Катя действительно никогда особо не заморачивалась уходом за волосами.       — Поэтому, к сожалению, как минимум половину длины придется убрать. — добавил он строго, но в голосе не было ни капли осуждения, только профессиональная забота. — Но не переживай, детка, я не позволю тебе уйти отсюда без роскошной гривы.       Я кивнула, мысленно готовясь попрощаться с длиной.       — Как ты относишься к окрашиванию?       Я задумалась на мгновение, но затем ответила:       — Если подберете мне идеальный оттенок, сопротивляться не буду. — В уголках губ мелькнула лукавая улыбка. — Но только естественный.       Борис тут же оживился. Он отошел на шаг назад, сложил руки на груди и снова окинул меня оценивающим взглядом.       — О, у меня уже есть идея. Твои черты лица утонченные, благородные. Думаю, тебе идеально подойдет цвет темного шоколада, который подчеркнет аристократическую бледность кожи.       Я одобрительно кивнула, а он продолжил, явно увлеченный процессом:       — Но чтобы тебе не пришлось слишком часто возвращаться в салон для подкрашивания корней, мы сделаем технику балаяж. Это создаст естественный эффект легкого выгорания на солнце и добавит объем.       Я восхищенно слушала его, удивляясь, как легко он подобрал мне то, что действительно могло бы мне подойти.       — Но сначала… — вдруг резко сменил тему Борис, скрестив руки. — Мы разберемся с уходом.       Я только успела приоткрыть рот, чтобы что-то спросить, но он уже развернулся к полке с профессиональной косметикой и начал выстраивать передо мной целую линию флакончиков.       — Запоминай, детка. — Его голос был серьезен, и я поняла, что этот мастер не только превратит меня в красотку, но и заставит ухаживать за собой правильно.       Он начал мастер-класс, объясняя, чем отличаются шампуни без сульфатов, почему важно использовать маску хотя бы раз в неделю и как правильно наносить несмываемый уход.       А я смотрела на него, слушала и впервые в жизни чувствовала, что обо мне действительно заботятся.       Борис тщательно промыл мне волосы дважды, умело массируя кожу головы круговыми движениями пальцев. Его прикосновения были уверенными, но невероятно расслабляющими, отчего я почувствовала, как напряжение, накопившееся за долгие годы стресса, постепенно уходит.       — Так, теперь пока маска делает свою работу, займемся твоими бровями. — сказал он, убирая лишнюю влагу с волос мягким полотенцем.       Я приподняла бровь, не до конца понимая, о чем он.       — Ты ведь не думала, что дело закончится только волосами? — с хитрой усмешкой взглянул на меня стилист.       — Если честно, даже не задумывалась. — призналась я, искренне удивленная тем, как много всего он задумал.       — А стоило бы. — важно кивнул он, беря в руки маленькую щеточку для бровей. — Поверь мне, идеальный образ складывается из деталей. Так что сегодня мы сделаем полный апгрейд.       Борис придвинул ко мне удобное зеркало, чтобы я могла видеть процесс, и начал внимательно изучать мои брови.       — Ну что ж, у тебя хороший природный изгиб, но форму нужно чуть подкорректировать. Сделаем их более ухоженными, естественными и выразительными.       Я только кивнула, доверяя его вкусу. Он ловко принялся за работу — пинцет мелькал в его руках, и несмотря на легкое покалывание, процесс оказался не таким уж болезненным.       — Кожа у тебя чувствительная, но не волнуйся, я нанесу успокаивающий гель. — сказал он, завершив коррекцию. — А теперь поговорим об уходе за лицом.       Он подошел к полке и вернулся с несколькими баночками, расставляя их передо мной.       — Основа всего — это очищение. Никогда не ложись спать с макияжем, кожа тебя за это не простит. Утром — увлажняющий крем, вечером — сыворотка и питательная маска пару раз в неделю. Пей больше воды, меньше сладкого — и кожа будет тебе благодарна.       Я внимательно слушала, записывая в голове его слова, а он уже успел взяться за следующий этап.       Борис ловко смывал маску, его пальцы мягко скользили по коже головы, и мне казалось, что этот процесс длится целую вечность — настолько он был приятным. Теплая вода стекала вниз, а вместе с ней, казалось, смывались последние следы прежней меня.       Он бережно промокнул волосы полотенцем, стараясь не спутать их, затем начал расчесывать, и наконец взял в руки ножницы. Я внимательно наблюдала за его движениями, словно загипнотизированная. Легкость и уверенность, с которой он обращался ножницами с моими волосами, говорила о том, что я в надежных руках.       — Так, очки пока снимем, — произнес он, забирая их у меня. — Нужно правильно сформировать челку.       Я моргнула несколько раз, пока мои глаза привыкали к слегка размытым очертаниям окружающего мира. Чувствовала, как пряди аккуратно укладываются на лоб, как холодные лезвия ножниц осторожно отсекают ненужное. С каждой упавшей на пол прядью я будто избавлялась от груза прошлого.       Когда челка была готова, Борис довольно кивнул.       — А теперь переходим к самому интересному — покраске.       Я наблюдала, как он ловко смешивает краску, словно художник, готовящийся нанести первые мазки на холст. В воздухе разнесся легкий химический запах, но мне было все равно. Я ждала.       Теплая краска коснулась корней, затем плавно распределилась по всей длине волос. Борис работал быстро, но аккуратно, и вскоре мои волосы полностью оказались в мягкой пленке окрашивающего состава в нужном ему порядке.       — Пока краска делает свое дело, пора привести в порядок твои ручки и ножки. — С лукавой улыбкой он подозвал двух мастериц, которые сразу же приступили к работе.       Я расслабилась, погружая руки и ноги в теплую воду. Ощущение было почти медитативным. Мягкая ванночка, легкий пилинг, увлажняющая маска. Мастерицы работали слаженно, не задавая лишних вопросов, а только изредка уточняя мои пожелания.       — Какой цвет предпочитаете? — спросила одна из них, аккуратно подпиливая мои ногти.       Я задумалась.       — Классический френч на руках. А на ногах… пусть будет что-то натуральное, телесное.       — Отличный выбор, — одобрили девушки и взялись за работу.       Между тем время пролетело незаметно. Через 40 минут Борис вернулся ко мне, проведя пальцами по окрашенным волосам.       — Ну что, красотка, пора смывать.       Теплая вода снова коснулась моей кожи, смывая краску, обнажая новый оттенок. Борис нанес бальзам, а затем каплю ароматного масла, растирая его между ладонями перед тем, как нежно втереть в кончики волос.       Я еще не видела себя в зеркале, но уже чувствовала — я другая. И эта новая Я мне нравилась.       Борис склонился над моей головой, ловко орудуя ножницами, отсекая последние неровности стрижки. Я слышала едва уловимое щёлк-щёлк, чувствовала, как легкие пряди волос мягко скользят по моим плечам, падая вниз.       Он наконец отложил ножницы и взял фен. Теплый воздух приятно обдувал кожу, а в воздухе витал запах укладочных средств.       — Еще немного, и приступим к макияжу, — улыбнулся он, оглядывая результат своей работы.       Он не просто сушил волосы — он создавал форму, текстуру, объем. Борис двигался уверенно, словно скульптор, высекающий идеальные линии из мрамора. Каждое его движение было продуманным, точным, вдохновенным.       — Запоминай, — проговорил он, поднося ко мне один за другим флаконы с укладочными средствами. — Тебе это пригодится. Небольшая капля мусса для объема, немного спрея для термозащиты, капелька масла на кончики — и вуаля! Ты быстро приловчишься делать укладку самостоятельно. Конечно, на все нужна практика.       Я машинально кивала, но в голове у меня царил полный хаос. Я не могла сосредоточиться на словах, потому что внутри меня волновался ураган эмоций. Волнение, предвкушение, трепет...       Борис наконец выключил фен и провел пальцами по моим волосам, оценивая результат.       — Ну что, готова увидеть законченный вариант? — его голос был мягким, но в нем слышалась нотка гордости.       Я судорожно сглотнула.       — Да.       Он развернул кресло к зеркалу и плавно, почти торжественно, водрузил мне обратно очки на переносицу.       Я моргнула, стараясь сфокусироваться на своем отражении.       И…       Меня охватил шок.       На меня смотрела девушка, которая выглядела... красиво. Не просто аккуратно или ухоженно, а именно красиво. Густые, переливающиеся волосы играли разными оттенками — глубокий цвет темного шоколада у корней плавно переходил в теплый карамельный на концах. Балаяж придавал им естественную глубину, будто солнечные блики сами легли на пряди, подчеркивая объем и текстуру.       Волосы выглядели живыми, шелковистыми, ухоженными — такими, каких у Кати никогда не было.       Я разинула рот, но слов не нашлось.       — Ну, что скажешь? — с хитрой улыбкой спросил Борис.       Я не могла сказать ничего. Мой взгляд метался по зеркалу, пытаясь найти в этом отражении хоть что-то от той, кем я была раньше. Но той девочки больше не существовало.       В горле встал ком.       Я медленно провела рукой по волосам, чувствуя их мягкость и послушность. В груди разлилось странное тепло. Это была не просто смена прически. Это была перемена меня.       — Это… невероятно, — наконец выдохнула я, голос дрожал.       — И это еще не всё, красавица. — Борис подмигнул. — Теперь твое лицо. Пора переходить к макияжу. Но сначала уход.       Борис защелкнул мягкую повязку на моей голове, аккуратно убирая волосы с лица.       — Так, смотри. Первое — очищение. Закрой глаза.       Я послушно закрыла глаза и почувствовала, как на кожу легли прохладные капли воды, освежая и пробуждая. Затем его пальцы, ловкие и уверенные, начали нежно массировать мое лицо очищающей пенкой. Движения были приятными, расслабляющими.       — Вот так, детка. Никаких резких движений, только легкий массаж. У тебя чувствительная кожа, поэтому никаких агрессивных скрабов.       Он осторожно убрал пенку теплым влажным полотенцем, и я невольно улыбнулась — кожа словно задышала.       — Теперь пилинг. Это щадящий вариант, мягко растворяет загрязнения в порах, но не пересушивает. — Борис нанес средство легкими похлопывающими движениями. — Пока оно работает, у нас есть 15 минут на перерыв. Пойдем выпьем кофе с печеньем. Ты ведь уже проголодалась?       — Да, немного, — призналась я, осознавая, что в последний раз ела еще утром.       — Я так и думал, — хмыкнул он, ведя меня к уютной зоне отдыха с мягкими креслами и маленькими столиками.       Я села, и он протянул мне чашку ароматного кофе. Тепло сосуда приятно согрело ладони, а сладкий запах наполнил грудь уютным чувством комфорта.       — Кстати, твой друг уже освободился. Мари хорошенько над ним поработала, теперь он выглядит, как звезда кино.       Я усмехнулась, представив, каким вышел Коля.       — А он ведь не планировал меняться, — задумчиво сказала я, поднеся чашку к губам.       — Вот видишь, какое у тебя влияние. — Борис подмигнул. — Кстати, это твой бойфренд?       Я чуть не поперхнулась кофе и рассмеялась.       — Нет, Коля — мой друг детства.       — А-а-а, друг детства… — протянул стилист с игривой ноткой в голосе. — Ну-ну.       Я лишь покачала головой, улыбаясь.       И впервые за долгое время мне было легко.       — Знаете, было невероятно сложно пойти наперекор отцу, — неожиданно для себя начала я откровенничать. — Он всю жизнь меня контролировал. Просто… не давал дышать полной грудью.       Борис чуть склонил голову, продолжая внимательно слушать, а я, набрав воздуха, продолжила:       — Я только сегодня сняла эти ужасные железные брекеты, открыв для себя нормальные, ровные зубы. И, наконец, избавилась от круглых очков, из-за которых меня всю жизнь дразнили “Гарри Поттером”. А впереди еще полная смена гардероба. Я до сих пор ношу одежду маминой юности…       — Ооо, как все запущено, детка, — покачал головой стилист, сложив руки на груди. — Его удар не хватит, когда он увидит тебя сегодня?       Я слабо усмехнулась, сжимая в руках чашку кофе.       — Надеюсь, нет. Но я все равно долго там оставаться не планирую. Буду искать отдельное жилье.       Борис резко вскинул голову, будто только что вспомнил что-то важное.       — О! Может, судьба решила нас свести? — с энтузиазмом воскликнул он, расплываясь в широкой улыбке. — У меня как раз съехал квартирант!       Я удивленно моргнула, а он, воодушевившись, продолжил:       — Я предпочитаю жить в пригороде, подальше от городской суеты, хоть и приходится тратить время на дорогу. А квартиру сдаю. Ее, кстати, сегодня должна была убрать клининговая компания — предыдущий жилец оказался, скажем так, не самым чистоплотным.       Я не знала, что сказать. Это был шанс. Это было то, чего я так боялась, но к чему стремилась.       — Ты можешь хотя бы посмотреть ее, — добавил Борис, чуть склоняя голову и хитро улыбаясь. — Если не понравится, поищешь что-то другое. Но, детка, поверь мне — она шикарна.       Внутри все дрожало. Я чувствовала, как где-то в груди разгорается азарт.       Это был мой шанс на новую жизнь.       Я вдруг осознала, что даже не представилась.       — Кстати, меня зовут Катерина, — смущенно улыбнулась я, чуть отводя взгляд. — Только сейчас поняла, что даже не назвалась.       Борис изогнул ухоженную бровь и с улыбкой отсалютовал мне чашкой кофе.       — Благородное имя для прекрасной леди, — с игривой учтивостью произнес он, после чего сделал неспешный глоток. — И давай уже на "ты", а? Я не кусаюсь.       Я кивнула, ощущая, как напряжение постепенно уходит, а внутри остается только приятное тепло. Этот человек так легко принимал меня, как будто знал всю жизнь.       — Так что насчет квартиры? — я решила не откладывать разговор. — Расскажешь подробнее?       Борис тут же оживился, отставил чашку и, сцепив пальцы в замок, подался чуть вперед, словно собираясь поведать тайну века.       — Это чудесное место, котенок, — с мечтательным вздохом начал он. — Квартира недалеко от центра, но при этом без суеты. Три комнаты, 12-й этаж. Две спальни и гостиная, просторная прихожая, ванная, кухня, балкон. Везде огромные панорамные окна. С одной стороны дома — лесопарк и озеро. Представь, какое там утро: встал, заварил кофе, вышел на балкон, вдохнул свежий воздух и наблюдаешь, как солнце играет на воде…       Я слушала, завороженная этим описанием. Казалось, Борис не просто говорил — он рисовал словами картину, в которой я уже видела себя.       — Звучит фантастически, — прошептала я, затаив дыхание. — Прямо мечта.       Но тут же в голову закралась мысль, будто холодный ветерок:       — Наверное, и цена соответствующая…       Борис хитро улыбнулся.       — Думаю, мы сможем договориться.       Я скептически выгнула бровь, а он продолжил, заговорщически понизив голос:       — К тому же ты можешь забрать своего друга во вторую спальню. Выйдешь из-под контроля отца, он — из-под маминого крыла. Аренду разделите на двоих, и вуаля — свобода без разорения.       Я откинулась на спинку кресла, задумчиво барабаня пальцами по чашке.       — Это неплохое предложение… — протянула я, и уголки губ сами собой поползли вверх.       Новая жизнь становилась все реальнее.       Борис хлопнул себя по коленям, его глаза сверкнули энтузиазмом.       — Так, красавица, допивай кофе и пошли смывать пилинг. Твое преображение еще не окончено!       Я усмехнулась и сделала последний глоток, чувствуя, как мое внутреннее напряжение окончательно растворяется в этой уютной атмосфере заботы и перемен. Мы вернулись на его рабочее место, и Борис снова бережно опрыскал мое лицо теплой водой, смягчая средство. Его движения были точными, но при этом невероятно нежными, будто он работал с чем-то хрупким и ценным.       — А теперь наложим тканевую питательную маску, — объявил он с довольным видом. — И можно еще десять минут погулять.       Маска приятно охладила кожу, а я позволила себе просто закрыть глаза и насладиться моментом. Это было так непривычно — чувствовать, как обо мне заботятся, не с осуждением или требованиями, а с искренним желанием помочь мне увидеть себя новой.       Когда мы снова пересели на мягкий диванчик в зоне отдыха, Борис лениво откинулся на спинку и склонил голову набок, внимательно меня разглядывая.       — Ты ведь еще не смотрела себе новую одежду? — спросил он, слегка прищурившись.       Я вздохнула и покачала головой.       — Нет, планировали заняться этим после салона, но, наверное, уже не сегодня… — я улыбнулась, чувствуя, как в голосе проскальзывает усталое, но довольное веселье. — Не хочу перенапрягать свою нервную систему такими стремительными изменениями.       Борис рассмеялся, а я вдруг поняла, как легко мне стало рядом с ним. Без фальши, без страха, без постоянного ощущения, что я недостаточно хороша. Просто я — такая, какая есть. И впервые за долгое время мне это нравилось.       Неожиданно его взгляд загорелся чем-то заговорщицким.       — В твоем возрасте перемены — это не страшно. Но если ты считаешь, что так будет лучше, то пусть будет так. Хотя у меня есть одно предложение. — Он наклонился чуть ближе, словно предлагая какую-то тайну.       Я приподняла бровь, заинтересованная его тоном.       — И какое же?       — Завтра у меня выходной. И, в честь начала нашей дружбы, я хочу предложить тебе свои услуги стилиста-имиджмейкера. Подобрать тебе гардероб с нуля, создать образ, который подчеркнет твою индивидуальность.       Я моргнула, немного растерявшись.       — Ты предлагаешь мне… дружбу? — мой голос вдруг стал хриплым, будто в горле застрял комок.       Борис посмотрел на меня серьезно, без привычной игривости.       — Мне нравится твой внутренний свет, Катерина. Ты смелая, ты учишься быть собой, и это прекрасно. Я очень хотел бы стать твоим другом.       Мое сердце дрогнуло. Слова, сказанные так искренне, почти болезненно отдавались в душе. Дружба… Простая, безусловная. Что-то, чего мне всегда не хватало.       Я улыбнулась ему так широко, как, кажется, еще никогда не улыбалась.       — Я была бы очень рада. У меня, кроме Коли, больше нет друзей.       — Будем это исправлять. — Борис подмигнул, снова становясь прежним — легким, жизнерадостным, но теперь мне казалось, что за этой легкостью скрывается невероятно теплое сердце.       — Так что, согласна на мое предложение по поводу гардероба? А потом можно будет заехать посмотреть квартиру, если ты все еще заинтересована.       Я кивнула, чувствуя, как что-то внутри меня становится крепче, сильнее.       — Да, согласна.       И впервые в жизни я ощутила, что мир становится не таким уж одиноким.