Я умерла, чтобы проснуться...

      Вот теперь можно было выдохнуть. Показы мод я никогда раньше не посещала, и этот вечер оказался чем-то совсем иным, новым. Но я была уверена в одном — никто не остался равнодушным. Даже те, кто явно был далек от мира высокой моды.       После последнего выхода моделей кутюрье снова поднялся на сцену, поблагодарил всех присутствующих, а затем гости начали потихоньку расходиться по залу. Кто-то устремился к знакомым, обмениваясь впечатлениями и визитками, кто-то обсуждал возможные контракты, а кто-то просто наслаждался атмосферой.       Я задержалась на месте, переживая каждую секунду. Слишком много впечатлений, слишком быстрое погружение в новую реальность. Но вот мой желудок напомнил, что с утра я толком ничего не ела, и я направилась к столу с закусками. Коля, как мой верный телохранитель, пошел со мной, а Борис куда-то бесшумно исчез.       На сцене появился неизвестный мне певец, и зал наполнился легкой музыкой.       — Ну и как тебе показ, Катя? — спросил Коля, и я поймала блеск в его глазах. Он явно был впечатлен, даже если и не хотел этого признавать.       Я улыбнулась.       — Потрясающе, Николя. Все эти ткани, линии, фасоны… Это даже не просто одежда. Это искусство.       — Возможно. Но я все же не фанат таких мероприятий, — буркнул он, накалывая на шпажку маленький кусочек сыра.       — Понимаю. Непривычно быть среди высоких господ, — хмыкнула я, аккуратно отправляя в рот небольшое канапе с красной икрой.       И правда, вокруг нас крутились люди с неприкрытым аристократизмом в осанке и голосах. Кто-то смеялся чуть громче, чем нужно. Кто-то держал бокал так, словно родился с ним в руке. Я изучала их, словно героев из другой жизни. Жизни, в которой меня никогда не было.       Но сегодня… сегодня я была частью этой истории.       — Ты не видел, куда исчез Борис? — спросила я, пытаясь разглядеть его среди гостей.       — Он пошел поздороваться с Олегом и еще парочкой знакомых.       Я удивленно вскинула брови.       — Я бы и сама пообщалась с Олегом.       — Еще не вечер, — усмехнулся Коля.       Но вдруг, как будто что-то вспомнив, он резко добавил:       — Я скоро вернусь.       И прежде чем я успела что-то сказать, просто развернулся и ушел, быстро растворившись среди людей.       Я осталась одна.       Съела еще несколько канапе, механически наслаждаясь вкусом, но поняла, что в одиночестве среди этой блестящей, напыщенной публики мне стоять не очень комфортно. Отстраненность людей, дорогие ткани, рассеянный свет хрустальных люстр — все это вдруг стало давить, напоминая, что я чужая.       Неожиданно я поймала себя на том, что ищу его. Того самого незнакомца в смокинге. Глаза сами пробегали по лицам, выискивая знакомый силуэт, взгляд, который заставил меня смутиться.       Я резко одернула себя. Что за глупости?       Мне просто нужно было чем-то заняться, и я решила направиться к бару. Хотелось чего-то крепче вина, чтобы хоть немного унять внутреннее волнение.       Но стоило мне сделать несколько шагов, как я почувствовала на себе взгляды.       Сначала я подумала, что мне показалось, но нет. Люди действительно смотрели на меня.       Кто-то мельком, кто-то откровенно долго. Кто-то улыбался, кто-то шептался. Эти взгляды были смесью восхищения и легкого удивления.       Я сразу выпрямила спину, выровняла осанку и придала лицу спокойное, невозмутимое выражение, хотя внутри начала подниматься паника.       Что случилось?       Почему все на меня смотрят?       Где Коля? Где Борис?       Почему меня все бросили?       Неосознанно я сильнее закуталась в палантин, словно он мог скрыть меня от этих взглядов, от этого странного ощущения, будто я выделяюсь здесь сильнее, чем хотелось бы.       Возможно, дело было в платье.       Я бросила быстрый взгляд вниз и тут же пожалела об этом. Конечно же, дело в нем. Декольте оказалось глубже, чем я привыкла, и сейчас мне казалось, что все вокруг замечают это.       Что я здесь вообще забыла?!       В голове звучал мой собственный голос, кричащий на меня же.       Я ускорила шаг и наконец добралась до бара.       — Ром с колой, пожалуйста, — выдохнула я, стараясь не смотреть по сторонам.       Бармен взглянул на меня чуть дольше, чем было бы нормально. Его глаза тоже выражали восхищение.       Я быстро отвернулась, делая вид, что меня это совершенно не задевает, хотя на самом деле внутри стало неуютно.       Когда передо мной поставили бокал, я тут же сделала большой глоток… и едва не выплюнула все обратно.       Горечь. Жгучий, резкий вкус алкоголя.       Я изо всех сил заставила себя сглотнуть и не скривиться. Надо держать лицо.       Еще один глоток.       Горло снова обожгло, но на этот раз стало немного легче.       Еще один.       Наконец я почувствовала, как тепло разливается внутри. В голове появился легкий туман, смягчая границы тревоги.       Я глубоко вздохнула, положив ладонь на холодную стойку бара.       Вот так лучше. Или, по крайней мере, терпимо.       — Добрый вечер.       Незнакомый, но приятный женский голос раздался совсем рядом.       Я повернула голову и увидела ту самую девушку, которую в начале показа сопровождали к тому интересному незнакомцу.       Теперь, когда она стояла прямо передо мной, странное чувство, что я ее знаю, только усилилось.       Я встрепенулась, пытаясь взять себя в руки.       — Добрый вечер, — мой голос прозвучал чуть хрипло. Черт, это, видимо, из-за алкоголя.       Девушка улыбнулась.       — Почему вы здесь выпиваете в одиночестве? Насколько я видела, вы были на показе в компании двух весьма импозантных мужчин.       Я пожала плечами, неопределенно махнув рукой:       — Они где-то здесь…       И вдруг поняла, что даже не пыталась их искать.       — Выпиваю, чтобы заглушить странное чувство внутри себя, — неожиданно честно призналась я.       Она чуть прищурилась, будто анализируя мой ответ.       — Вы впервые на таком мероприятии?       Я удивленно вскинула брови:       — Это так заметно?       Девушка хмыкнула, словно этот ответ был для нее очевиден.       — Вы слишком напряжены, — спокойно заметила она.       Я внутренне сжалась. Разве это так бросается в глаза?       Она вдруг склонила голову чуть набок и с легким весельем в голосе добавила:       — Кстати, вы в курсе, что привлекли внимание одного известного дизайнера? Он весь вечер с вас глаз не сводит.       Мое сердце дрогнуло.       — Что?       — Даже сейчас, когда с ним разговаривает сам Кристиан Лакруа, он время от времени смотрит в вашу сторону.       Я судорожно сделала еще один глоток рома, стараясь не оборачиваться.       Но все-таки проследила за ее взглядом и тут же наткнулась на тот же изучающий взгляд незнакомца.       Опять он.       Мое сердце пропустило удар.       Этот мужчина смотрел на меня слишком внимательно, слишком проницательно, будто изучая каждую черточку моего лица, каждый жест, каждую эмоцию, которая мелькала в моих глазах.       Я быстро отвела взгляд, но в груди что-то неприятно сжалось.       — Я, кстати, Кира Воропаева, — представилась девушка, выводя меня из странного оцепенения.       Я автоматически пожала ей протянутую руку.       — Катерина Пушкарева.       И тут же осознала…       Воропаева?! Кира Воропаева?!       Невеста Андрея Жданова?!       Внутри будто что-то ухнуло.       Вот почему она показалась мне знакомой!       Она была очень похожа на актрису из сериала. А еще я видела ее фотографии в журналах, в новостных статьях, когда изучала информацию о “Зималетто”. Высокий статус, идеальная внешность, светская львица.       Она здесь по работе?       — Очень приятно, Катя, — улыбнулась она.       Я же в это время судорожно переваривала новое открытие.       И тут пазл окончательно сложился.       Тот известный дизайнер, который не сводит с меня глаз…       Это Милко?!       Мама дорогая… забери меня отсюда!       Я резко опустила взгляд в бокал, как будто в нем было спасение.       Я не готова к этому!       Не готова к его вниманию. К его пристальному взгляду. К тому, что он изучает меня так, будто пытается разгадать.       — С вами все в порядке? — голос Киры донесся словно издалека.       Я моргнула и постаралась взять себя в руки.       — Да-да, простите, — натянула я улыбку, надеясь, что голос не выдает дрожь внутри.       Я должна была что-то сказать, поддержать беседу, но все мысли в голове спутались в один клубок.       И тогда из моего рта вылетело:       — Мне тоже приятно с вами познакомиться. Я читала в каком-то журнале о вас. Поэтому ваша внешность сразу показалась мне знакомой.       Остановись, Катя.       Но нет, я продолжила.       — Вы ведь невеста Андрея Жданова, сына президента модного дома “Зималетто”, верно?       Господи, что я несу?!       Что, если я сказала что-то не то? Что, если это не должна была быть тема для обсуждения?       Кира посмотрела на меня с легким удивлением.       А я мысленно молила судьбу, чтобы этот вечер скорее закончился.       Я вжалась в барную стойку и сделала еще глоток рома, надеясь, что он поможет мне успокоиться.       Бесполезно.       А еще от осознания, что Милко видит меня, что он интересуется мной, внутри начиналась настоящая паника.       Я ощутила, как ладони предательски вспотели, а в животе сжался ледяной ком.       Как только я успела попасть в центр внимания человека, которого когда-то… черт, которым я восхищалась?       — Верно, — наконец ответила Кира с легкой улыбкой.       Я моргнула, пытаясь вернуться в реальность.       — Катя, расслабьтесь немного. Я вас не покусаю. Ничего сверхсекретного вы не сказали, — спокойно добавила она, а потом повернулась к бармену:       — Сделайте мне тот же напиток, что пьет эта милая девушка. И обновите ей.       Я почувствовала, как уши запылали.       Милая девушка?       — Да, Кира Юрьевна! — бодро ответил бармен и тут же принялся за работу.       Я опустила глаза в бокал, сделала еще один осторожный глоток. Надо действительно расслабиться.       Зачем так нервничать?       Кира такая же женщина, как и все остальные…       Но нет, кому я вру?       Я нервничаю не из-за нее.       Я нервничаю из-за него.       Из-за того, как он смотрел.       Из-за того, что его взгляд жег сквозь толпу, и я это чувствовала.       Из-за того, что Милко… черт, Милко, которого я когда-то видела только на экране, реален, вот он, и смотрит на меня. Ведь я еще при просмотре сериала была к нему неравнодушна. А он кстати очень отдаленно напоминает свою киношную версию. Это наверное смокинг… Я не привыкла видеть его в таком виде.       Пока я отчаянно пыталась не потерять контроль, перед Кирой появился ее бокал, и бармен с ловкостью долил мне еще напитка.       Я кивнула, подняла глаза и слабо улыбнулась:       — Спасибо.       — Не за что, красотка! — ответил он с ослепительной улыбкой.       Я чуть не подавилась своим же дыханием.       Что, простите?! Неужели я действительно так хорошо выгляжу?       А то ты не помнишь свое отражение в зеркале.       Внутренний голос усмехнулся, и мне вдруг захотелось его игнорировать.       Но, черт возьми, сегодня что-то не так.       Бармен улыбается мне слишком широко. Незнакомцы в толпе бросают украдкой восхищенные взгляды. Даже Кира Воропаева смотрит на меня с интересом. Милко смотрит на меня!       Я поспешно отпила еще глоток, ощущая, как тепло от алкоголя растекается в груди.       А ведь парни собирались быть моими телохранителями сегодня… И где они?!       Я сжала пальцы на бокале. Пора взять себя в руки.       — А вы ведь и правда очень красивы, Катя, — неожиданно усмехнулась Кира.       Я едва не поперхнулась.       Что?       Мое лицо невольно вспыхнуло, и я поспешила отмахнуться:       — Я самая обычная, это все макияж и платье.       — Макияж и одежда только делает истинную красоту выразительнее, — заметила она с легкой улыбкой.       Я покачала головой.       — Просто у моего друга-стилиста золотые руки.       — Почему вы так сопротивляетесь и не осознаете, насколько привлекательны для окружающих? — удивленно спросила она.       Я нервно сжала бокал.       Почему?       Потому что до недавнего времени я не была такой.       Потому что я не привыкла к восхищенным взглядам.       Потому что…       — Я совсем недавно стала такой, — вдруг вырвалось у меня.       Кира чуть склонила голову, внимательно меня изучая.       — Видимо, я еще не привыкла, — призналась я чуть тише. — Очень сложно осознавать реальность, когда совсем недавно я в глазах людей видела лишь отвращение и неприязнь.       Я сказала это вслух?       Мои пальцы дрогнули на стекле.       Какого черта я это сказала?       Кира какое-то мгновение молчала, а затем медленно произнесла:       — Сложно поверить.       Я почувствовала, как сердце сжалось в груди.       А потом она добавила:       — Но вам виднее.       И я наконец осознала, что именно мне виднее.       Даже если мне сложно в это поверить.       Я изменилась.       И этот вечер был тому доказательством.       — Спасибо вам, Кира! — наконец искренне улыбнулась я ей.       Она усмехнулась, чуть склонив голову набок:       — Так-то лучше.       Я чувствовала себя легче. Будто груз, который я несла весь вечер, вдруг стал чуть менее тяжелым.       — Будьте увереннее в себе, Катя. Вы привлекли внимание самого маэстро Милко.       Я вздрогнула.       — Милко? — эхом повторила я.       — Да. И это удивительно, ведь всем известно, что он предпочитает мужчин.       Что?       Я растерянно уставилась на нее.       — Так может, я ему приглянулась с чисто эстетической стороны? — попыталась я предположить, стараясь скрыть смущение.       — Поверьте моему опытному глазу, Катя, — хохотнула Кира, кокетливо поправляя прядь волос. — Очень легко определить, когда появляется чистый мужской интерес.       Я не знала, что ответить.       Милко. Интересуется мной?       — Вы ему понравились. — уверенно заключила она.       Я закусила губу.       — Тогда почему он не подходит? — едва слышно спросила я.       Кира прищурилась, словно разгадывая какую-то загадку.       — Видимо, он видел, насколько вы были напряжены. — Она сделала маленький глоток своего напитка. — А сейчас, похоже, понял, что вы достаточно расслабились…       Она хитро улыбнулась.       — И решил попытать счастья.       Я не успела даже осознать ее слова, как за спиной раздался бархатистый голос с отчетливым акцентом:       — КирОчка! Почему две прелестные дамы пьют этот странный нАпиток?       Мурашки пробежали по коже.       Я даже не повернулась, но уже знала, кто это.       — Представишь мне эту волшебную бабОчку?       Я вздохнула и сделала еще один большой глоток ром-колы, надеясь, что тепло алкоголя растопит сковавшее меня напряжение.       Ты сильная, Катя. Вспомни свои эмоции, когда ты играла Palladio.       Я закрыла глаза на мгновение, вспоминая, как кончики пальцев касались холодных струн, как музыка наполняла пространство, завораживая невольных слушателей. Вспомнила это ощущение уверенности, страсти, полной свободы.       И это неожиданно помогло.       Я повернулась к Милко, поднимая бровь в легком удивлении.       А он…       Он откровенно разглядывал меня.       И самое удивительное — он даже не попытался скрыть этого.       Его глаза… каре-зеленые, с золотыми искорками. Они казались глубокими, живыми, словно светящимися изнутри.       — Милко, это Катерина. — раздался голос Киры, вытаскивая меня из плена этого взгляда. — Катя, а это наш великий маэстро Милко.       — Очень прИятно.       Его голос звучал мягко, почти бархатисто, но в нем чувствовалась легкая насмешка.       И прежде чем я успела что-то сказать, он взял мою руку.       Я замерла.       Мужчина неожиданно поднес мои пальцы к губам и мягко поцеловал их, задержав губы на коже чуть дольше, чем требовалось.       Какой горячий…       И ладонь его была такой тёплой, сильной, уверенной.       Меня будто окутало невидимой волной жара.       Мамочки, кажется, я таю…       — Мне тоже очень приятно.       Я ужаснулась собственному голосу — он прозвучал хрипло, слишком мягко, почти призывно.       Захотелось стукнуть себя по лбу.       Милко усмехнулся, его взгляд скользнул вниз, к моим губам.       Я почувствовала, как сердце пропустило удар.       — Я вас оставлю, — с легкой усмешкой сказала Кира. — Думаю, дальше вы справитесь и без меня. Было приятно познакомиться, Катя.       Она бросила на меня многозначительный взгляд, а потом, даже не дожидаясь ответа, развернулась и грациозно ушла, растворяясь в толпе.       Я испугалась.       Одна. С ним.       И не с кем разделить эту неожиданную бурю эмоций внутри меня.       Я не знала, что сказать, куда смотреть, как себя вести…       Но все сомнения рассыпались в прах, когда Милко заговорил.       — Ну здравствуй, прекрасная незнакомка, моя милая скрипачка.       Без акцента.       Абсолютно чистый, глубокий, чарующий голос.       Как?       Я резко вскинула взгляд, пораженно глядя на него.       — Что? — тихо выдохнула я.       Голос дрожал.       — Вы… мой тайный поклонник?       Господи, и как голос еще не отказал?       Милко улыбнулся, наклонив голову чуть в сторону, словно смакуя мое потрясение.       — Да, — спокойно подтвердил он. — Я тоже очень удивился, когда увидел знакомый палантин, который передал для тебя совсем недавно.       Я невольно сжала пальцы на ткани.       Это он…       Он был тем самым человеком, который тайно восхищался моей игрой.       Тем, кто присылал мне цветы, письма, кто вдохновлялся моей музыкой.       Это он… Милко.       Я хотела что-то сказать, но в этот момент он мягко взял меня за руку.       Тепло.       Реальное, живое тепло его ладони обжигало меня сильнее любого напитка.       Моя грудь сжалась от эмоций.       Что теперь делать?       — Знаешь, когда я услышал сегодня голос твоей души, — его голос звучал глубоко, проникновенно, словно он действительно видел меня насквозь, — я и представить не мог, что ты окажешься настолько прелестной и внешне.       Я затаила дыхание.       Он смотрел так, будто видел не просто красивую девушку в платье, а что-то большее.       — И для тебя я Алексей.       Я замерла.       — Это мое настоящее имя, — продолжил он. — Его почти никто не знает. Милко — это псевдоним.       Алексей…       Я переваривала это, чувствуя, как сердце ускоряет ритм.       Он доверился мне.       Мне.       — Ты настолько доверяешь мне? — спросила я, сама не осознавая, что перешла на “ты”.       Алексей усмехнулся — чуть заметно, уголками губ, но тепло, по-настоящему.       — А почему нет? — его голос стал мягче, тише. — Я просто хочу, чтобы ты называла меня по имени. Настоящему имени.       Он наклонился ближе, его каре-зеленые глаза с золотыми искорками завораживали.       — Алексей… Алёша… Алёшенька…       Последнее слово он произнес почти шепотом.       Мурашки.       По спине, по рукам, по всему телу.       — Как в сказке, — чуть слышно выдохнула я, глядя на него.       — Как в сказке, — подтвердил он.       И прежде чем я успела осознать, его горячие губы коснулись моих рук.       Тепло.       Он задержался на секунду дольше, чем нужно было.       Как будто пытался согреть.       Как будто не хотел отпускать.       Я почувствовала, как внутри что-то дрогнуло.       Что-то важное.       Что-то, что изменит меня навсегда.       — Потанцуем? — предложил он.       Я моргнула, пытаясь осознать, что только что услышала.       Он хочет танцевать со мной.       Милко. Алексей.       — Ты не против? — его взгляд скользнул к моему палантину.       Я сжала пальцы на ткани, словно он был моей единственной защитой.       — Стефан присмотрит за ним, — добавил Алексей.       — Да, не волнуйтесь, — улыбнулся бармен, пряча палантин под стойку.       Нет. Я резко почувствовала себя оголенной.       Этот палантин был моей защитой от чужих взглядов, спасательным ключиком.       Я передернула плечами, чувствуя, как меня снова оценивают.       — Я не дам тебя в обиду. Расслабься, — спокойно, но твердо сказал Алексей.       Я неуверенно посмотрела на него.       — Прости… Я просто не привыкла к такому вниманию, — призналась я. — Как будто… все пытаются раздеть меня глазами.       Смущение накрыло меня волной.       Я опустила взгляд.       — Это недалеко от истины, — спокойно, но честно ответил он.       И в этот момент его пальцы осторожно коснулись моего подбородка, заставляя снова поднять взгляд.       Глубокий вдох. А потом резкий толчок — и я уже в его руках.       Его ладонь уверенно легла на мою талию, притягивая ближе.       Боже… Он так близко. Его дыхание касается моей кожи.       Я чувствую его.       Его тепло. Его силу.       Сердце взорвалось в груди.       Он смотрел мне в глаза… так внимательно, что казалось, читал мои мысли.       А потом мягко закружил меня в танце.       — Забудь о чужих взглядах, — тихо сказал он.       Его голос окутывал, словно бархатный туман.       — Сейчас есть только ты и я.       Я забыла обо всем.       Растворилась в этих руках, что осторожно, почти нежно держали меня, поглаживая по талии.       Растворилась в глазах, что горели чем-то непонятным, но таким теплым.

***

      Алексей-Милко       Я следил за ней с того момента, как она вошла.       Мягкие волны волос. Тонкие запястья. Большие глаза, полные смешанных эмоций.       И я не понимал, почему она меня так зацепила.       А потом я увидел палантин.       Тот самый.       Чёрт.       Это она. Моя скрипачка. Моя тайна. Моё вдохновение.       Она. Это действительно она.       Я не мог в это поверить.       Когда я услышал её музыку — я знал, что этот звук останется во мне навсегда.       Но я и представить не мог, что за ним скрывается такая девушка.       И теперь она в моих руках.       Теплая. Хрупкая. Но удивительно сильная.       Она нервничает.       Я чувствую, как ее дыхание сбивается, как дрожат ее пальцы на моей руке.       Но когда я говорю ей забыть обо всем, она доверяет мне.       Я вижу это. Я чувствую.       Она перестает бояться.       И в этот момент я понимаю — я не могу её отпустить.

***

      Когда я почувствовала, что мне невыносимо хочется его поцеловать, осознание ударило, словно холодный душ.       Я выпила слишком много.       Моя кожа горела, мысли путались, а Алексей был слишком близко, слишком теплый, слишком…       Я не доверяла себе в таком состоянии.       — Что-то мне нехорошо… — пробормотала я, чувствуя, как голос выдает мое смущение.       Милко усмехнулся, в его глазах засверкали золотые искорки.       — Ты слишком много выпила ром-колы. — сказал он с легкой насмешкой. — Тем более, если раньше не часто баловалась алкоголем.       Я хлопнула ресницами, стараясь сфокусироваться.       — Можешь отвести меня к друзьям? — попросила я, голос дрогнул.       Он поднял бровь, взгляд сделался изучающим.       — Сбегаешь от меня?       Я нервно сглотнула.       — Боюсь, что скоро я совсем перестану контролировать свои действия.       Я не хотела оказаться в ситуации, о которой потом буду жалеть.       Но больше всего я боялась самой себя.       Его руки держали меня так уверенно, его глаза притягивали, как омут, его улыбка сводила с ума…       — И что бы ты хотела сделать? — спросил он, голос стал низким, насыщенным искушением.       Я не успела включить внутренний фильтр.       — Например, узнать, так ли мягки твои губы в поцелуе, как они ощущались на моих руках.       Слова сами сорвались с губ, и я замерла, осознавая, что только что сказала это вслух.       О Боже…       Я покраснела так резко, что, кажется, даже кончики ушей загорелись.       Милко смотрел на меня несколько секунд, а потом рассмеялся.       Этот смех был теплым, искренним, но совсем не насмешливым.       Я вздохнула, не зная, куда себя деть.       Что же я творю?!       — Хорошо. Еще один танец, и я отведу тебя к друзьям. — согласился Алексей.       Но вместо того, чтобы просто повести меня в ритме музыки, он притянул ближе, так близко, что между нами не осталось ни миллиметра пространства.       Его тепло обволакивало меня, пробираясь сквозь ткань платья, а его дыхание…       Он вдохнул мой запах, уткнувшись носом в шею.       Я резко ахнула, когда почувствовала мягкое прикосновение его губ к моей коже.       Что он делает?!       — Ты так вкусно пахнешь, что невозможно удержаться… — прошептал Алексей, едва касаясь губами моего уха.       Я вцепилась в его плечи, чувствуя, как волна жара пробежала по телу.       Теперь я понимаю, что чувствовал Коля, когда Борис его дразнил.       Это пытка. Самая настоящая пытка.       — Что же ты делаешь со мной?.. — сорвалось с моих губ, и голос прозвучал хрипло, будто чужой.       Алексей медленно отстранился, но не убрал руки с моей талии.       — Соблазняю? — в его голосе скользнула игривая улыбка.       Я замерла.       Для него это игра?       Меня резануло обидой.       Я не игрушка.       — Для тебя это игра? — голос выдал обиду, даже больше, чем я хотела показать.       Алексей тут же сменился в лице.       — Нет, что ты! — в его глазах скользнуло искреннее волнение. — Прости, я не хотел задеть тебя. Если мои действия кажутся слишком навязчивыми, я прекращу.       Его руки слегка ослабили хватку, как будто он боялся спугнуть меня.       Но странное дело…       Я не хотела, чтобы он останавливался.       — Я… Мне нравятся твои прикосновения. — призналась я, чувствуя, как по щекам разливается жаркое смущение.       Алексей чуть приподнял бровь, будто не ожидал услышать это.       — Но я не хочу спешить.       Я почувствовала, как его пальцы чуть напряглись на моей талии, но он тут же отпустил напряжение и кивнул.       — Конечно.       Я колебалась. Стоит ли спрашивать?       Но если не сейчас, то когда?       — И… хотелось бы прояснить один момент…       Он внимательно посмотрел мне в глаза.       — Какой?       Я нервно прикусила губу, но все-таки решилась:       — Кира сказала, что в обществе ты известен, как человек, предпочитающий мужчин.       Алексей замер.       Я напряглась, боясь, что, возможно, переступила черту.       Но через секунду он вздохнул и вдруг улыбнулся уголком губ — спокойно, как человек, который уже сотни раз отвечал на этот вопрос.       — Это моя маска. Ширма. Как с именем.       Он заговорил спокойно, словно рассказывая старую историю, которая уже не вызывает у него эмоций.       — Да, в молодости я многое перепробовал. — он слегка пожал плечами. — В том числе и секс с мужчиной.       Я подавила удивленный вздох.       — Кто-то пустил слух. Когда я начал набирать известность, пресса об этом прознала и окрестила меня геем.       Он покачал головой, глядя куда-то в сторону.       — Я не стал спорить и играл на публику. Иногда появлялся в обществе с мужчиной под руку. Но это хорошо оплачиваемые актеры, которые держат рот на замке.       Я моргнула, осмысливая услышанное.       Как странно…       С одной стороны, это объясняло многое.       С другой…       — То есть… ты живежь много лет с этой легендой?       — Да. Это удобно.       Я хмыкнула.       — Но ведь ты не робот. Неужели ты никогда не…       Я запнулась, но он понял, что я имею в виду.       Алексей пристально посмотрел на меня и медленно наклонился ближе.       — А как ты думаешь? — его голос звучал низко и бархатисто, а глаза сверкнули с хитрым прищуром.       Мое сердце трепыхнулось, как пойманная птица.       Я чувствовала, что ответ был где-то между нами.       И почему-то мне захотелось его узнать.       Музыка стихла, оставляя после себя легкое эхо в сердце.       Алексей чуть ослабил хватку, но не спешил отпускать меня полностью.       — Я проведу тебя к друзьям, — усмехнулся он. — А то еще немного, и во мне образуется дыра от того, как прожигает меня взглядом один из твоих друзей.       Я растерянно нахмурилась.       — Что?       Проследив за его взглядом, я увидела знакомые фигуры у барной стойки.       Коля и Борис.       И правда… Коля выглядел довольно взбудораженным. Он напряженно всматривался в нас, а его взгляд, направленный на Алексея, был… не самым дружелюбным.       — Интересно… — протянула я, все еще немного ошарашенная.       Что это с ним?       Я никогда не видела, чтобы Коля так реагировал на кого-то, связанного со мной.       Обычно ему было все равно, если это не касалось его лично.       — Это Коля, мой друг детства. — сказала я, бросая на него короткий взгляд. — А второй мужчина — Борис. Мы совсем недавно познакомились, но я смело могу назвать его вторым моим другом.       Алексей кивнул, внимательно наблюдая за обоими.       — Он, кстати, прекрасный стилист. Это он работал над моим образом. Еще пару дней назад на улице ты бы меня и не узнал.       — О, да? — он чуть склонил голову, задумчиво разглядывая меня, словно пытаясь представить, как я выглядела раньше.       — Они вместе? — спросил он, но голос его звучал так, будто он уже знал ответ.       Я удивленно подняла брови.       — Да. А как ты определил?       Алексей усмехнулся, будто мой вопрос был забавным.       — Недавно увидел любопытную сцену. Твой друг приревновал Бориса к одному хлыщу.       Я моргнула.       — Ревновал? Коля?       Не может быть.       Коля был тем человеком, который всю жизнь отрицал, что ему вообще кто-то может нравиться настолько, чтобы ревновать.       — Ну и очень видно, как между ними летают искры. — добавил Алексей, глядя на меня с легкой ухмылкой.       Я опешила.       Он так легко и уверенно говорил об их отношениях, будто видел больше, чем я.       Я взглянула на Колю и Бориса снова.       Коля стоял, скрестив руки на груди, и все так же прищуренно разглядывал нас.       А Борис что-то негромко говорил ему, и хотя на его лице играла привычная улыбка, в глазах было нечто большее — тепло, которое он ни к кому другому не испытывал.       Я покачала головой.       — Интересно… — повторила я, теперь уже больше себе, чем Алексею.       Кажется, я кое-что упустила.       Я нерешительно сжала пальцы, прежде чем предложить:       — Пошли, я тебя представлю им. Как тебя назвать?       Он чуть заметно напрягся, но быстро спрятал это за своей безупречной уверенностью.       — Пока Алексей я только для тебя. — мягко сказал он, но в голосе его было что-то очень личное.       Я удивленно моргнула.       — Прям совсем никто не знает? Не считая родителей, конечно.       Он чуть качнул головой.       — Никто. В этом городе я — Милко Вуканович.       Я задумалась.       Никто?       Этот человек живет под маской. Он всегда в образе, всегда вымышленная личность.       Я посмотрела ему в глаза и спросила:       — И акцент будешь опять изображать? Зачем он, кстати?       — Чтоб образ был полным.       Его тон был легким, но я чувствовала: в этом больше смысла, чем просто “образ”.       — Тяжело, наверное, постоянно держать эту маску. Даже поговорить не с кем.       Эти слова сорвались с губ, прежде чем я успела их осмыслить.       Алексей задержал на мне взгляд, и на секунду я увидела нечто хрупкое под броней его уверенности.       Но это длилось лишь мгновение.       — Теперь у меня есть ты.       Я не успела ответить — он притянул меня за талию и легко, почти невесомо, поцеловал в висок.       Я замерла.       Этот жест был таким естественным. Никакого напора, никакой игры. Просто… тепло.       Какое странное чувство.       Я не привыкла, что кто-то вот так легко вторгается в мое личное пространство, а я не хочу отстраняться.       Что ты делаешь со мной, Алексей?       Мы подошли к Коле и Борису, и я, немного игриво, произнесла:       — Ну здравствуйте, мои верные телохранители.       Они заметно смутились.       Ах да. Они обещали быть рядом, а в итоге куда-то исчезли на добрый час.       Коля хмыкнул, явно скрывая напряжение:       — Ну ты явно не скучала.       Я почувствовала на себе его внимательный взгляд.       Видимо, он уже всё понял.       — Познакомишь нас?       Я улыбнулась:       — Конечно. Николай. Борис.       Они чуть кивнули, а я продолжила:       — А это Милко. И… мой тайный поклонник.       Борис едва заметно приподнял бровь, но быстро скрыл эмоции за вежливой улыбкой:       — Неожиданно. — Он пожал руку Милко. — Как тесен мир.       Коля пристально посмотрел на дизайнера и вдруг усмехнулся:       — Теперь понятен ваш интерес. Вы сразу узнали свой подарок на Кате?       Алексей-Милко сделал вид, что не заметил подкола, но я почувствовала, как напряглась его ладонь на моей талии.       — СоглАсись, прИятно Узнать, что девУшка с такой прекрАсной дУшой окажЕтся столь привлЕкательной. — ответил он своим напускным акцентом.       И тут Коля сдвинул брови.       — Да-да. У вас странный акцент. Мне казалось, когда вы с Катей общались, его не было.       Я почувствовала, как Милко на долю секунды напрягся, но тотчас же, безупречно сохраняя невозмутимость, бросил с ухмылкой:       — По гУбам чИтали?       Коля не моргнув глазом ответил:       — Просто внимательный. Работа обязывает.       Ох, чем-то не нравится ему Алексей.       Я вздохнула про себя.       С одной стороны — Коля чуткий и проницательный.       С другой — он иногда ведёт себя, как сторожевой пёс.       Хотя… приятно, что он переживает за меня.       — Буду знать. — сказал Милко, не сводя с Коли пристального взгляда. Затем слегка улыбнулся и добавил:       — ЛаднО, Катя, еще увидИмся. ДЕла. ПрИятно было познАкомится.       И прежде чем я успела что-то ответить, он наклонился и поцеловал меня в макушку.       Я неожиданно почувствовала тепло от этого жеста.       А потом Милко развернулся и плавно растворился в толпе, оставив после себя ощущение чего-то сладкого и теплого, но странно мимолётного.       Я смотрела ему вслед, пока не почувствовала напряженную атмосферу между Колей и Борисом.       Коля явно хотел что-то сказать, но Борис молча придержал его за рукав.       Я решила не давать им времени на споры.       — Поехали домой. Я устала. — сказала я, не глядя на них.       — Конечно, Катерина. — спокойно ответил Борис, отпустив Коли рукав только тогда, когда тот уже передумал возмущаться.       Я быстро нашла взглядом барную стойку и позвала:       — Стефан.       Бармен немедленно понял, чего я хочу.       Он подошел, держа в руках мой палантин.       — Спасибо.       Я улыбнулась, но внутри чувствовала странное опустошение.       — Хорошего вам вечера! — пожелал бармен, уходя дальше.       Я быстро накинула палантин на плечи и почувствовала, как возвращается моя уверенность.       Будто я снова прячусь за этой тканью.       Будто мне не хватает чьих-то рук.       Я покачала головой, отгоняя эту мысль.       Сегодня я выпила слишком много. Это просто глупости в голове.       Домой.