Клятва солдата

      Золотистая фишка замерла в длинных пальцах господина. На его бледном лице мелькнула лёгкая улыбка, словно он этого и добивался.       — Игра будет на втором этаже? — Господин склонил голову набок. — Сотрудники настойчиво меня приглашали наверх. Заверяли, что там лучшие столы для покера.       Сердце Алифа пропустило удар. После долгих мучений среди бедняков судьба подарила ему шанс подзаработать. Ставка за день, проведённый на втором этаже, составляла мешок золотых. Богатые клиенты, как правило, оставляли для дилеров большие чаевые. Едва сдерживая ликование, Алиф промолвил:       — Прошу, следуйте за мной.       Лестницу покрывал длинный красный ковёр, расшитый золотыми нитями по краям. Алиф ступал по нему с трепетом, проводя рукой по гладким перилам. Он не поддавался своей детской привычке перепрыгивать ступеньки.       Наконец дилер узнает, как выглядят знаменитые столы второго этажа. Фишки и карты там отличаются от тех, что на первом. В приватные комнаты допускались выдающиеся личности с плотно набитыми кошельками. Аренда на ночь выходила в большую сумму, которую не наскрести простому работнику.       Возле входа их встретил улыбчивый хост. Аристократ положил перед ним на стол несколько золотых монет — в казино запрещено передавать вещи из рук в руки. Работники попросили гостя представиться. Он не торопился отвечать, будто желал оставить личность в тайне — не редкость в казино. Многие игроки не желали афишировать азартные пристрастия, чтобы случайно не попасть в скандал, поэтому сотрудники гарантировали конфиденциальность. Имя — главное условие для снятия комнаты на втором этаже.       Замешкавшись, гость метнул взгляд на юного дилера. Алиф уже подумал, что всё накрылось и второй этаж им не светит. Без имени никто их не пустит. Молодой господин в чёрной одежде, подчёркивающей статус, молчал дольше положенного, прежде чем соизволил ответить:       — Мерун де Рислинг.       Хост широко открыл глаза, услышав фамилию, и заметно побледнел. Перед ним будто вся жизнь пронеслась. Его рука задрожала, когда он взял перо, чтобы сделать пометку. Но под внимательным взглядом гостя ему пришлось пренебречь правилами казино. Хост не указал имя и дал им ключи от комнаты.       От Алифа не ускользнули внезапные перемены сотрудника. Похоже, человек, с которым ему предстоит сыграть, — влиятельная фигура. Но хост постоянно имел дело с чиновниками, он должен был привыкнуть. Дилер не понимал, что случилось, но не собирался отказываться от игры.       Мерун бросил дилеру ключи, и он машинально их поймал. Алиф сжал в руке холодный металл, вырвавшись из размышлений.       — Ты идёшь? — спросил Мерун через плечо.       Дилеру ничего не оставалось, кроме как выполнить свою работу. Сотрудникам казино запрещалось задавать вопросы, касающиеся личной жизни посетителей. Алиф отмёл неуместные мысли и проследовал к двери с номером семь. По меркам второго этажа гостю выделили лучшую комнату.       Щёлкнул замок, и дверь мгновенно отворилась. Алиф услужливо придержал её, пропуская посетителя вперёд, а затем проскочил за ним следом и закрыл дверь, чтобы им никто не помешал.       В комнате царила кромешная темнота. Дилер растерялся — он не знал, где здесь лежали спички. Стоило оставить дверь открытой или попросить хоста зайти с ними, но учитывая его реакцию — плохая затея. Ещё бы чуть-чуть, и работник бы рухнул в обморок.       Пока Алиф пытался сориентироваться во тьме, то чуть не упал, запнувшись об стул. Пошатнувшегося мальчика поймали за локоть. В следующий момент раздался слабый свет. Мерун одной рукой держал неуклюжего дилера, а другой зажжённую спичку. Танцевавший на её кончике огонь искрой перешёл на фитиль свечи. Мерун махнул спичкой, потушив.       Опомнившись, Алиф высвободил локоть и отступил на пару шагов назад. Его поразила реакция гостя, но ещё больше заинтересовала другая деталь:       — У вас были с собой спички?       Мерун передал ему коробку с символом казино и пояснил:       — Нашёл их на столе.       В замешательстве Алиф принял спички и поджог расставленные светильники. Как такое возможно? Мерун впервые в казино и прежде не посещал эту комнату. Он увидел коробку, когда была открыта дверь? Нет, слишком темно, такого слабого источника света недостаточно. Либо гость видел в темноте, либо ему повезло. В любом случае это сейчас не самое главное.       Алиф осмотрелся в комнате: здесь стояло три стола для игр, большой кожаный диван, несколько стульев, множество светильников и шкаф с алкоголем. Один из ключей на связке предназначался как раз для ассортимента напитков. Каждое вино могло похвастаться многолетней выдержкой. Дилер пробежался по этикеткам — большинство ему были незнакомы. Тогда он повернулся к гостю:       — Вы желаете сыграть в покер, блэкджек или рулетку?       На секунду Меру задумался, а потом сделал решительный выбор:       — Покер.       Они заняли предназначенный для покера стол. Алиф бегло изучил колоду карт и набор для дилера. К фишкам добавился ещё один цвет — красный, обозначающий сто золотых. Интересно, кому хватало смелости делать ставку, соизмеримую разве что с домом? Впрочем, неудивительно, что среди аристократов и такие имелись.       Перетасовывая карты, Алиф невзначай спросил:       — Вы не позовёте ваших друзей?       Мерун следил за каждым движением дилера, ожидая подлых трюков.       — Нет, мы разминулись.       Аристократ на редкость неразговорчив. Алиф заметил, что тот не настроен на беседу, поэтому не стал продолжать. Он перемешал колоду, наслаждаясь приятным наощупь материалом, чувствовались дороговизна и неоспоримое качество. С ними можно вытворять сложные фокусы, на которые не способны дешёвые карты. Алиф пребывал в восторге. Перетасовав колоду три раза, он спросил:       — Какая будет обязательная ставка?       Мерун подпёр щёку рукой и уставил на дилера немигающие глаза с чёрными радужками. В полумраке его взгляд походил на демонический. Аристократ словно собирался играть не на деньги, а на человеческую душу. Положив на стол две красные фишки, Мерун заявил:       — Сыграем на твою жизнь.       Мерцающий свет свечей играл холодными тенями на бледном лице гостя. Это не походило на шутку. Алиф всматривался в его выражение, пытаясь уловить хоть какую-нибудь эмоцию; но не обнаружил ни намёка на улыбку, только спокойствие.       Алифа пробил лёгкий озноб, а ладони, сжимающие колоду, слегка задрожали. Ему пришлось приложить усилие, чтобы голос звучал ровно:       — В нашем казино играют с помощью фишек.       — И что с того? — Мерун добавил к своей ставке золотистую фишку с конём. — Дилер отказывается проводить игру?       Слова гостя сбили Алифа с толку. Как можно играть на чью-то жизнь? Человек — это не игрушка. К тому же, в империи Хальд запрещено рабство. На такую сделку не согласится ни один здравомыслящий игрок. А предлагать её — безумие.       Выдавив неловкую улыбку, Алиф спросил:       — Что вы имеете в виду?       Оставив вопрос без ответа, Мерун поднялся со стула, проследовал к шкафу с алкоголем и взял хрустальный бокал. Должно быть, он стоил как белая фишка. От его хрупких стенок отражался огонь — они казались красными.       Мерун резко развернулся и бросил бокал в сторону Алифа, как недавно ключи. Обычный человек бы не успел среагировать, но только не он.       Алиф перепрыгнул через стол, прокатился по полу и поймал бокал, не дав ему разбиться. Он задействовал свою особую способность, которая пугала людей; но именно она позволяла ему вытворять сложные трюки с картами. Секрет раскрыли.       Наклонившись, Мерун забрал бокал у лежащего мальчишки и оценил:       — Весьма неплохо, — господин поставил бокал обратно на стол. — Но ты можешь и быстрее.       Алиф медленно поднялся, чувствуя головокружение. На него обрушился откат из-за использованной силы — он переступил грань. Опираясь на спинку стула двумя руками, работник перевёл дух. Если бы хрустальный бокал разбился, ему бы пришлось несладко. Не было свидетелей, которые бы подтвердили вину клиента.       — Не могу, — слабо возразил Алиф, едва стоя на ногах. — Это мой предел.       Прислонившись к стене, Мерун оглядел шатающегося мальчишку. Он сильно приложился об пол, когда прыгнул. Ему не доставало выносливости и опыта. Никто не занимался раскрытием его потенциала, а сам он не тренировался. Худощавое тело не выдерживало нагрузки.       — Ты заблуждаешься, — тихо заключил Мерун.       Алиф справился с точками, мелькающими перед глазами, и вернулся к столу для покера. Ноги плохо его слушались и с трудом передвигались, а на тело накатила усталость. В таком состоянии он не способен жульничать. Есть большая разница между использованием силы понемногу и истощением всех ресурсов за миг.       — Я повторю свой вопрос, — дилер собрал колоду карт. — Что вы подразумевали под своей ставкой?       Заняв место напротив дилера, Мерун ответил:       — Хочу забрать тебя из казино.       Алиф содрогнулся от этой перспективы, как кот, на которого вылили воду. Он покачал головой, отгоняя мысли. Ещё один пытается его увести отсюда, как будто Богарта было мало. Алиф и с ним уже достаточно натерпелся.       — Откуда у вас эта золотая фишка?       — Затерялась под столом, — Мерун отделил её от красных фишек. — Она из лимитированной коллекции прошлого поколения. На ней изображён бегущий конь — мастерская работа, не допускающая подделки.       — В казино слишком темно, невозможно разглядеть такую маленькую фишку… — Алиф не сводил с неё взгляда. — Если вы не ползали час по полу со свечой, то я не представляю, как вам удалось её обнаружить… У вас хорошее ночное зрение? Это как моя способность к ловкости?       Поток вопросов оборвался, когда дилер осознал, что затронул личные темы. Если бы начальство узнало, его бы уже уволили. Он совсем забылся.       — Судя по всему, фишка принадлежала тебе, — догадался Мерун по его реакции. — Ты хочешь её вернуть?       — Она важна для меня, — не отрицал Алиф. — Если вы всё знаете, то прошу вас отдать её мне. Дворяне должны помнить о благородстве.       Последняя фраза случайно вырвалась. Знать порой вела себя куда хуже нищих, побирающихся в подворотнях. Алиф бросил это, не подумав. Неосторожные слова отразились на Меруне: он слегка нахмурил брови и поджал губы. Это продлилось несколько мгновений. Вскоре с его лица пропала напряжённость, и он произнёс:       — Сыграем партию в покер. Если ты выиграешь — я верну тебе фишку и оставлю щедрые чаевые. Если проиграешь — станешь моим подчинённым.       Алиф хотел отказаться от сделки. Неизвестно, что у противника припрятано в рукавах. Продать свою жизнь за деньги и подарок отца, который бросил семью? Алиф бы никогда не согласился на подобную глупость. Он приготовился отклонить предложение, но взглянул на жёлтую фишку отца. В груди что-то дрогнуло, и Алиф сказал то, что ему повелело сердце:       — Я согласен.       В конце концов, дилер превосходно играл в карты. Если он будет их раздавать, то сможет прибегнуть к жульничеству. Алиф знал множество способов для мухлежа, которыми обыгрывал даже самых умелых клиентов. Ему нечего бояться. Он точно победит.       Алиф ответил на ставку клиента фишками казино, поставив в два раза больше — обязательная ставка, позволяющая войти в игру. Затем он заново перетасовал карты, но в этот раз немного иначе. Теперь у него как минимум будет один туз. На большее Алиф не отважился — Мерун со своим острым зрением наверняка и это заприметил, но не стал возражать. На кону судьба человека.       Мерун, наблюдая за картами, поинтересовался:       — Среди ваших сотрудников есть кто-нибудь со шрамом на пальце?       — Что? — Алиф глубоко задумался, но в голову никто не приходил. — Не знаю. Вы кого-то ищете в казино?       — Старого знакомого, — неохотно сказал Мерун и оборвал разговор.       Дилер раздал по две карты себе и противнику. Алиф посмотрел свой расклад. Два туза: один бубны, другой пики. Он положил их рядом рубашками верх.       На стол легли три карты, и все масти черви: туз, пятёрка и четвёрка.       Алиф уже мог собрать комбинацию сет, что не могло не радовать. В душе он немного успокоился, но не расслабился до конца. Игра только началась.       Мерун уравнял свою ставку до четырёх красных фишек.       — Начинаются торги, — Алиф вернулся к рабочей манере общения. — Господин, что вы выбираете: рейз или чек?       Соперник безразлично взглянул на карты и сказал:       — Чек.       Алиф почувствовал, что дышать стало легче. Если аристократ не поднимал ставку, то, возможно, у него были не самые хорошие карты.       — Принято. Я тоже делаю чек, — работник отодвинул банк в сторону.       Ставка не изменилась, и открылась четвёртая карта — двойка бубны. Алиф не спешил ничего предпринимать.       — Чек или рейз? — снова спросил дилер.       Без малейших раздумий послышался ответ:       — Чек, — Мерун слегка сменил позу, положив ногу на ногу, и откинулся на стул.       Алиф же сидел как на иголках. Можно поднять ставку, и тогда казино даст ему премию за большой выигрыш. К тому же, Мерун обещал дать чаевые. Но расклад на столе не гарантировал успеха.       — Я тоже чек, — дилер решил не рисковать и открыл пятую карту на столе.       Четвёрка трефы. Алиф собрал комбинацию фулл-хаус — одну из сильнейших. Теперь его уверенности прибавилось, и он обратился к сопернику:       — Последняя карта открыта. Чек или рейз?       Уголки губ Меруна дрогнули, и он выложил на стол все фишки, что у него при себе были. Красный цвет растёкся по столу подобно багровому закату. Не меньше пяти тысяч золотых, если переводить в деньги.       Сумма с избытком покрывала долг лихого вора. Алифу стало не по себе, но он сохранил лицо. Сделать пас нельзя, придётся ответить на безумную ставку противника, пожертвовав фишками казино.       — Ставки сделаны, — дилер убрал всё в общий банк.       Настал решающий момент. Алиф первым открыл свои карты, собрав фулл-хаус. В душе теплела надежда, что он победил. Вероятность, что сопернику выпала одна из трёх лидирующих комбинаций, крайне мала. Алиф выжидающе посмотрел на дворянина, передав ему ход.       Вера в победу разрушилась, как карточный домик, когда оппонент сложил комбинацию, добавив двойку и тройку черви.       — Стрит-флеш, — беспечно озвучил Мерун. — Теперь ты мой.       Алиф подскочил с места, рассыпав карты и фишки. Они перемешались между собой, а он сделал несколько шагов назад. Быть того не может.       Дилер проиграл, но становиться чей-то марионеткой он не собирался.       Схватив со стола жёлтую фишку, Алиф рванул к выходу. Дверь не заперта, он лишь притворил её. По лестнице мальчишка сбегал, пропуская ступеньки. Сердце бешено билось в груди, удары отдавались во всём теле. К горлу подкатил ком. Если Мерун сейчас его нагонит, всё пропало. Утешало лишь одно — соперник не знал, как Алиф выглядит на самом деле. Маска скрывала половину его лица. К тому же, дилер не представился. Может, и получится сбежать от ужасной участи.       Речь не шла ни о какой морали и сделке. Алиф должен спастись. Ему всего шестнадцать, он не хотел губить свою юность в поместье зазнавшегося дворянина.       Сотрудники казино удивлённо смотрели на бегущего дилера, но никак ему не мешали. На входе стояли бандиты, которым Алиф задолжал, и о чём-то спорили с охранниками; мимо них не пройдёшь. А в другой стороне глава преступников. Не придумав ничего лучше, Алиф спрятался за барной стойкой.       Динар опешил, но не стал его прогонять. Притворившись, что уронил тряпку, бармен нагнулся вниз и шёпотом спросил:       — Ты с кем-то подрался?       — Нет, хуже, — Алиф пытался утихомирить сердце и дыхание. — Я проиграл себя.       Дилера колотило от осознания проигрыша. Что будет, если его здесь найдут? Спокойной и размеренной жизни придёт конец, он станет оружием в чужих руках. Алиф корил себя за игру, красные фишки затмили его разум. Он постоянно думал о деньгах, как прокормить себя и мать, на что купить лекарства, чем отдавать долги. Когда появилась возможность всё решить разом, он не смог ей противостоять.       Нужно было рискнуть, позаимствовать колоду с соседнего стола и незаметно подстроить выигрышную для себя ситуацию. Но вот беда — в костюмах дилеров отсутствовали карманы, а рукава были приталенными, чтобы фишки не воровали. Кроме того, зрение клиента было таким же нечеловеческим, как и ловкость дилера. С ним никак не сжульничать.       К барной стойке подошёл клиент, и Динар вернулся к работе.       Алиф прижал к груди колени и обхватил их руками, съёжившись на полу. Он думал, что будет с матерью, если его заберут. Кто о ней позаботится? А если придут бандиты? Алифа передёрнуло от нахлынувших мыслей. Он успокаивал себя тем, что они не подписывали договор.       Соглашение, заключённое на словах, не имеет никакой юридической силы — этому его научил владелец казино. Да и хост не поставил имя гостя в ведомости. Нет никаких доказательств, что они играли. Алиф не делал пометок. Но почему тогда его тело сковывал морозный страх?       В памяти отчётливо всплыл образ гостя, сидящего в полутьме, словно он был её частью. Волосы чернее ночи, такие же чёрные глаза и костюм. Тёмные пряди падали на бесстрастное лицо и делали его ещё бледнее от контраста. Этот господин будто был не от мира сего. А его командирский тон пронимал до дрожи.       Алиф невольно сопоставил гостя с монстром, живущим под кроватью, из-за которого в детстве укрывался одеялом с головой. На самом деле никого не было, но, если бы монстр и существовал, наверное, он бы выглядел как этот господин.       В ожидании своей судьбы Алиф не высовывался и не следил за происходящим у барной стойки. Он сжимал в кулаке жёлтую фишку и мысленно молился Демону Лунной Скорби, чтобы всё обошлось.       Раздался тихий, едва уловимый стук каблуков. Кто-то неспешно проследовал к барной стойке и спросил:       — Вы не видели пробегающего мальчишку?.. — отчётливый низкий голос вдруг замолк, и возникла долгая пауза. — Эдрих?.. Ты жив?       Под стойкой Алиф не видел, что происходит сверху, но заметил, как бармен достал из кармана крохотный флакон. Кто такой Эдрих? Среди сотрудников таких нет. Может, это какой-то гость? Но голос точно принадлежал Меруну. Нельзя ни в коем случае показываться ему на глаза. Алиф затаил дыхание, стараясь не шуметь.       — Детей в нашем заведении нет, — непривычно грубо отозвался бармен.       — Эдрих, если ты здесь, значит… — Мерун прервался на полуслове.       — Вы обознались, — твёрдо сказал Динар, добавив содержимое флакона в вино. — Если вы ничего не будете заказывать, не задерживайте очередь.       Мерун не сдвинулся с места.       Алиф, подслушивая разговор, всё больше удивлялся. Если слухи о прошлом Динара — правда, то у него вполне могло быть другое имя. Как много открытий за один вечер. Беспокойство Алифа утихло, и на его смену пришло любопытство.       Бармен перемешал напиток и заговорил:       — Малец, твой отец и мне задолжал, — Динар невзначай посмотрел под стойку, на притаившегося Алифа, и сразу же вернулся к гостю. — Будем считать, что своей работой ты выплатил долг в двести золотых.       Не составило труда догадаться, кому адресовались слова. «Что? Ещё двести?!» — мысленно Алиф взвыл. Сколько же долгов набрал лихой вор? Все усилия были напрасны — как бы юный дилер ни старался, сумма только увеличивалась. Бармен никогда не говорил о задолженности, так почему сказал о ней сейчас? Алиф насторожился.       Бармен, покачав в руке бокал, продолжил:       — Ты не должен брать на себя ношу чужих долгов, — голос Динара звучал так, будто он прощался. — Лучше позаботься о себе. Не губи свою молодость, как это когда-то сделал я. Наслаждайся каждым днём, будто он будет последним.       — Эдрих, о чём ты говоришь? — прежде спокойный голос Меруна задрожал, как струна скрипки. — К чему все эти наставления?       Плохое предчувствие пробралось в сердце Алифа. Забыв про безопасность, он решил выйти из укрытия, но от спешки больно ударился головой. Он потёр затылок и посмотрел на Динара, который уже отпил из бокала.       Мерун, оттолкнувшись ладонью, перескочил через высокую барную стойку и ловко выбил бокал из его рук. Остатки вина расплескались во все стороны. Грохот привлёк внимание посетителей, но двое спутников Меруна заслонили обзор гостям казино. То, что происходило у бара, не должно пролиться на свет.       — Ты всё такой же своенравный, — хрипло заметил бармен, взглянув на Меруна. — Нарушаешь приказы начальства?       В чёрных глазах Меруна застыл ужас. Он неживым голосом спросил:       — Какой яд был в бокале?       Алиф, услышав про отравление, всполошился. Неужели Динар собрался покончить с собой? Договор с аристократом напрочь вылетел из головы. Алиф вышел из укрытия, не боясь, что его раскроют.       Бармен зашёлся кровавым кашлем, придерживаясь за стойку. Вены на его теле вздулись и потемнели. Он задыхался от сжавшихся лёгких.       Алиф не разбирался в медицине и растерянно взглянул на Меруна:       — Что мы можем сделать?       Ответа не последовало — Мерун незамедлительно приступил к действиям. Он схватил бутылку с водой, зубами снял крышку и начал насильно вливать жидкость в горло бармена. Динар отказывался глотать, захлёбываясь. Мерун прощупал пульс на его руке — слабый, едва ощутимый.       — Ты не знаешь, что это мог быть за яд? — Мерун повернулся к юному дилеру. — Живо говори. Знаешь или нет?       Заикаясь, Алиф промямлил:       — Н-нет… Я даже не знал, что у него есть яд… — плечи Алифа задрожали, как от лютого мороза, а глаза наполнились влагой. — Он выживет?       Мерун выпустил посиневшую руку бармена и холодно ответил:       — Нет, ему осталось несколько секунд.       Серебристая маска дилера скрывала подступившие слёзы. Алифу было всего шестнадцать, но он умел контролировать эмоции и делал это получше некоторых взрослых. Сейчас всё, что он так долго подавлял, рвалось наружу.       — Зачем ты выпил яд? — с горечью спросил Алиф, сдерживая слёзы.       В ответ Динар изобразил слабую улыбку. Он что-то попробовал сказать, но не смог, сплюнул сгусток крови и рухнул без сил. Мерун проверил дыхание, поднеся палец к его носу, и сказал:       — Не дышит, — затем он приложил руку к сонной артерии, — пульса тоже нет.       — Дядя Динар, — Алиф упал на колени. — Пожалуйста, не умирай…       Алиф неподвижно сидел у тела бармена. Он отказывался в это верить. Динару было всего за сорок, он мог прожить долгую и счастливую жизнь. Всё закончилось в один миг. Он по своему желанию выпил яд.       Бармен заменял ему сбежавшего отца: подбадривал, иногда ругал и помогал справиться с трудностями. Но Алиф никогда его не благодарил. В предсмертный час бармен дал ему свой последний жизненный урок.       Лента от серебристой маски всколыхнулась, когда Алиф опустил голову и взял бармена за руку, чтобы самолично удостовериться в его гибели. Он нащупывал его пульс, но безуспешно. Алиф заметил маленький шрам на большом пальце бармена, оставленный ему в военные годы. Динар не рассказывал, как именно его получил.       Протянув руку, Мерун схватил за конец ленты и резким движением разорвал узлы. Маска дилера с глухим стуком упала на пол.       Алиф обратил на гостя заплаканные пронзительно-синие глаза. В них таились боль и скорбь, но при этом мальчик не издавал ни звука. Слёзы безмолвно стекали по его лицу подобно проливному дождю. Сердце болело от утраты друга.       — Теперь вы довольны? — Алиф вытер слёзы рукавом. — Зачем… Зачем вы с ним заговорили? Что вам было нужно от него?! — Он вскочил на ноги. — Если бы вы не пришли, Динар остался бы жив! Это всё из-за вас…       Мерун стерпел все обвинения, а после ледяным тоном спросил:       — Ты забыл про наш договор?       В глазах Алифа сверкнула вспышка ненависти. Он взял первую попавшуюся бутылку, разбил её об стол и наставил стеклянный осколок на гостя. В тот момент его не заботили последствия.       — Я никогда не пойду с таким, как вы, — презрительно выдал Алиф. — У вас нет никаких доказательств, что сделка состоялась.       Дилер отступил назад, вышел из-за барной стойки и ринулся к выходу. Мерун поймал беглеца за запястье. Извернувшись, Алиф порезал руку дворянина стеклом и со всей силы наступил ему на ногу. Мерун не ожидал такой прыти от ребёнка и разжал хватку. Алиф, не глядя, позаимствовал чей-то стакан и плеснул шампанское в гостя перед побегом.       — Чтоб вам пусто было! — крикнул Алиф, а затем выбежал из казино.

***

      Светлые капли стекали по лицу Меруна и бусинами разбивались об пол. Его чёрный костюм промок до нитки. Левый рукав рубашки порвался, обнажив рану. Мерун вытер лицо от шампанского ладонью и поднял намокшие пряди, смотря дерзкому мальчишке вслед.       Один из спутников Меруна издал тихий смешок. Им был Винсент — наследник знатного рода с чарующей улыбкой, похитившей сердца многих дам. Если кто в империи и славился любовью к роскоши, то это определённо он.       Винсент счёл забавным произошедшим инцидент. Ещё никто и никогда так не поступал с их хладнокровным командиром. Вот только Мерун уловил смех и обвёл подчинённого взглядом, не предвещающим ничего хорошего. Винс тут же перестал улыбаться и притворился, что закашлялся.       Вторым подчинённым был Синд — неряшливый помощник с повышенной тревожностью. Он переживал по любому пустяку и создавал катастрофу из ничего.       — Господин, возьмите платок, — Синд протянул белую шёлковую ткань, но его обделили вниманием.       — Не нужно, — Винсент пересёк благородный порыв сослуживца, чтобы не разозлить командира ещё больше.       — Он ранен! — Синд указал на окровавленный рукав. — А если заражение?       — И что твой платок ему сделает? — Винсент с явным сомнением покосился на собеседника. — Мальчишка поранил его стеклом от бутылки с алкоголем. Рана и так продезинфицирована спиртом.       — Но сам факт, что командира кто-то ранил… — Синд не договорил.       Мерун остановил его жестом и небрежно бросил:       — Просто царапина.       На некоторое время командир замолчал, осознавая случившееся. Его близкий человек погиб, и они провалили задание. Им изначально велели привести здешнего бармена для допроса и последующего устранения. Кто-то дал наводку, что Эдрих подстроил свою смерть и скрылся в столице. Мерун первым вызвался на задание, но не для того, чтобы ликвидировать цель. Он хотел спасти бывшего наставника.       Теперь поздно сожалеть. Эдрих умер, выпив смертельный яд.       — Шайд будет в ярости, — уставшим голосом заметил Мерун. — Я сам ему доложу о случившемся. Вас со мной не было.       Синд и Винсент принялись успокаивать встревоженных посетителей казино. Заминать конфликты — обязанность Винсента, а подчищать следы — Синда. С ними часто ходил на задания третий — Хью, но на этот раз его отправили в другое место.       Дело приняло довольно скверный оборот. Главнокомандующий может велеть и им испить яд за проваленное задание.