Клятва солдата

      Впечатление об имперской гвардии разбилось вдребезги. Алифа с первых дней гоняли по полигону в жаркой форме. Она значительно разнилась с той, что носили рыцари на рынке, призывающие вступить в ряды армии.       За два месяца тренировок Алиф вымотался и не заметил, как лето сменилось осенью. Листья пожелтели под веянием сезона. Прохладный ветер приятно ласкал и придавал сил бежать дальше. До тренировок с мечом Алифа пока не допускали — он то и дело развивал худощавое тело; кормили в столовой отвратно. В супах порой купались насекомые, полностью отбивая аппетит.       Со строгим режимом Алиф ещё мог смириться, главная проблема заключалась в его происхождении. По воле случая его угораздило попасть в штаб, где обучались дети из знатных семей. Они развеивали скуку глумлением над простолюдинами.       Вот и сегодня их шайка поджидала Алифа возле столовой. Он собирался пойти в обход, но попал в окружение. Старшие закрывали глаза на их бесчинства.       Как на зло, в этот раз Алиф попался главному задире — Чарльзу; полноватый парень был сыном графа. Раньше проворному Алифу удавалось его избегать.       — Мордашка милая, — сказал Чарльз. — Но такой тощий.       — Да ему меч не дают, — вклинился его сообщник. — Он его поднять не может — силёнок не хватает. Голодает, небось.       — Как к нам попал такой нищеброд... — с омерзением проговорил третий. — Должно быть, произошла непростительная ошибка.       Алиф ничего не отвечал на их провокации, сохраняя невозмутимое выражение лица, как во время игры в покер. Он привык к подобным потасовкам. В первые дни он пытался дать отпор, но они наваливались на него все разом. После пары побоев Алиф перестал сопротивляться — это делало лишь хуже.       — Эй, малец. Ты же из бедняков, да? — Чарльз впихнул ему в нагрудный карман медную монету. — Сходи и купи себе поесть. Сдачу приносить не нужно.       Под смех детей Алиф вынул монету из кармана, подбросил большим пальцем и поймал в кулак. В казино он проворачивал похожие трюки с фишками. Помахав монетой, Алиф всё же не сдержался и заметил:       — Я на это даже хлеба не куплю.       — А мальчишка-то с характером! — завопил расщедрившийся Чарльз. — Ну ничего, и не таких проучали. Все сюда! Будем посвящать его в солдат империи.       Толпой его снова избили кулаками. В мешанине рук Алиф не мог уклониться, задействовав способность. Задиры пинали его под рёбрами, не давая и вздохнуть. Внезапно ему разбили губу. Алиф стиснул зубы от боли и закрыл лицо. Из него выбили воздух ударом под дых. Всё его тело покрыли синяки.       Полуживой, он доковылял до казарм, где много солдат, чтобы перевести дух. Здесь над ним не станут прилюдно издеваться. Алиф присел на скамейку и сжался от боли, огнём расползавшейся по телу. Он только закончил пробежку, а его ещё и избили, как тренировочный манекен. Стоит сказать спасибо, что голыми кулаками, а не острым мечом — такое тоже практиковалось.       На месте стычки Алиф заприметил высокого человека, который в тени листвы наслаждался ужасающим зрелищем, не вмешиваясь. Вероятно, очередной офицер, поощряющий особые воспитательные меры. В бою Алиф не разглядел его лица, но складный силуэт показался знакомым. Как бы он ни старался его вспомнить, образ размывался водной рябью.       Перед рекрутом, кружась, пролетел жёлто-красный лист. Алиф ловко поймал его за тонкий черешок, отпавший от дерева. Покрутив листок меж пальцев, он на свету рассмотрел его замысловатый узор.       Изучая линии, Алиф не почувствовал чужого приближения; но даже если бы захотел, то не смог бы этого сделать. К нему подошли бесшумной поступью кота, выслеживающего добычу. Господин заслонил собой яркий солнечный свет.       Рекрут поднял взгляд на пришедшего и выронил лист. Теперь Алиф вспомнил, что видел этот силуэт в полумраке казино.       Мерун осмотрел раны бывшего дилера и безразлично спросил:       — Почему ты не оборонялся?       Алиф открыл рот, собираясь ответить, и сразу закрыл. От страха голос пропал. Тот, кому мальчишка проиграл свою свободу, наконец нашёл выигрыш. Алиф знал, что нужно бежать отсюда, но всё тело обмякло из-за ран. Он не мог даже встать из-за пронзающей боли. Воспитанники богатых семей безжалостны.       — В чём дело? — Мерун сверлил его взглядом. — Тебе что, язык отрезали?       Командирский тон мигом привёл рекрута в чувство. Совладав с возникшей тревогой, Алиф бойко сказал:       — Они толпой набросились. Я один, а их семеро.       На этом допрос не прекратился. Мерун продолжил допытываться:       — Ты напросился на драку? За что тебя так изувечили?       — За происхождение.       Избалованные отпрыски дворян терпеть не могли нищенок. Безродный Алиф сразу же попал им в немилость. Он не мог похвастаться отцом, прогремевшим на всю империю своими злодеяниями. Тогда его бы вышвырнули ещё и из казарм.       — Допустим, — Мерун взглянул в сторону задир, слоняющихся неподалёку. — Но почему не использовал способность?       — Если бы я им навредил, меня бы отправили на плаху, — удручённо пояснил Алиф. — Они сыновья богачей. Сами подумайте, где они, а где я. Если меня побьют, то им ничего не будет. А если я их хотя бы словом оскорблю, мне конец.       Такова разница сословий. Алиф бессилен перед законами империи. Он терпел боль и продолжал тренироваться, а матери за это отправляли пособие. Алифу не на что жаловаться: такой уклад вполне его устраивал, за исключением драк.       — Выходит, старшие офицеры знают и бездействуют, — подвёл итог Мерун, хотя и сам предпочёл наблюдать издалека.       Развернувшись, он оборвал разговор и направился в главный отдел.       Алиф проследил за его уходом, радуясь в душе, что Мерун не вспомнил про сделку в казино. Похоже, это её немного отстрочит. В любом случае Алиф никогда не простит ему смерть бармена. Несмотря на уговор, он ни за что не пойдёт за убийцей по своей воле.       Но что Мерун забыл в имперском подразделении? Его одежда отличалась от военной формы империи, и при этом он свободно передвигался по запретной территории, ещё и так спокойно отправился прямиком к начальству.       Из столовой стали выходить солдаты — обеденный перерыв закончился. Алиф с горечью понял, что будет голодать до ужина. А всё из-за дрянных аристократов. В голове уже давно созревал план мести, но Алиф постоянно его откладывал.       Если он чему и научился в казино, то это держать эмоции под контролем. Правда, иногда в нём просыпался бунтарский нрав. Стоит хулиганам ещё хоть что-нибудь выкинуть, и он не станет закрывать на это глаза. Алиф рос среди бандитов и постояльцев казино: у него побольше знаний в области шалостей, а моральные принципы на порядок бесчестнее, чем у дворян.       Вытерев кровь с губы, Алиф поднялся со скамейки и поплёлся на тренировку. Ему нужно стать сильнее, чтобы уметь за себя постоять. Либо ты нанесёшь первый удар, либо тебя изобьют. В армии каждый сам за себя.

***

      Для поисков дилера Мерун организовал масштабную проверку подразделений имперской гвардии, согласовав всё с главнокомандующим. В качестве причины он указал сбор сведений. Вылазка должна была проходить в тайне от руководства. О ней уведомили разве что императора, который похвалил за инициативу. Вот только Мерун и не думал выслуживаться перед кем-то — он хотел забрать свой выигрыш.       За ним как обычно увязался Синд, протрещав все уши о своей полезности. Он боялся оставлять Меруна, сошедшего с ума. Если командир что-то решил, его уже не остановить. Он посетил больше двадцати точек имперской гвардии, хотя раньше держался от них подальше.       Теперь Мерун вовсе задержался в конкретной, используя в качестве предлога нарушение дисциплины.       Местное управление предоставило им достойные комнаты. Все так и норовили угодить проверяющему, но не знали, кто именно к ним заявился. Приказа с печатью императора хватило, чтобы их растормошить.       Больше часа Синд без дела стоял в комнате Меруна, прежде чем сказал:       — Командир, что-то вы зачастили к имперской гвардии…       Мерун искоса на него посмотрел, и все вопросы мгновенно отпали. Спорить с заместителем себе дороже. Синд знал, когда стоит заткнуться.       Однако спустя время Мерун всё же соизволил ответить:       — Хочу забрать у них одного воина.       — Вам кто-то приглянулся? — удивился Синд. — И кто же это? Полковник? Майор? Я не думаю, что мы сможем убедить его перейти к нам...       — Рекрут.       — Майоры императорской гвардии очень... Погодите, что? — Лицо Синда вытянулось. — Рекрут?       Подойдя к окну, Мерун нашёл взглядом Алифа на площадке.       — Да, рекрут. Я заберу его к себе и займусь его подготовкой.       Синд оторопело взирал на заместителя Тайной Стражи, отчаянно пытаясь понять, о чём тот думал. Многие воины мечтали получить признание Меруна или сразиться с ним, а тут какой-то рекрут удостоился его внимания. Насколько этот юнец талантлив?       — Из какой он семьи? — спросил Синд, раздумывая над ситуацией. — Должно быть, у него хорошая родословная?       — Он простолюдин.       Подчинённого чуть инфаркт не хватил. В Тайную Стражу не набирали кого ни попадя, все проходили тщательный отбор. И где справедливость в этом мире?       — Вы знаете его имя? — Синд заглянул в окно и не заметил никого выдающегося. — Я попробую договориться о переводе.       — Алиф.       Старательно вспоминая солдата с таким именем, Синд нахмурился. Почему-то на ум приходил хилый мальчишка, с которым как-то раз общался заместитель. Невозможно, чтобы Мерун заинтересовался кем-то вроде него. Командира будто бы подменили. Если речь и правда о том ребёнке, то для его вступления в Тайную Стражу он должен обладать незаурядными навыками.       — Я сделаю всё, что в моих силах.       В замешательстве Синд вышел из комнаты и закрыл за собой дверь, оставив командира наедине с его мыслями.       Мерун не сводил взгляда с движений Алифа, подмечая недостатки техники. В имперской гвардии из него растили безвольную куклу, повторяющую одно и то же. Никто не разрабатывал план тренировок, учитывающий сильные и слабые стороны.       Способность Алифа позволяла ему достичь небывалых высот, а он сначала её использовал для азартных игр, и теперь для бесполезных тренировок. Мерун хотел сделать из него превосходного воина, которого никто не сможет задеть ни мечом, ни стрелами. На поле боя его талант проявит себя во всей красе, но сейчас он ни на что не годился. Прежде всего ему нужно развивать выносливость, а не силу.

***

      Вместе с солдатами Алиф таскал мешки с картошкой, превозмогая боль. От тяжести ломило спину и плечи. Ему предстояло перенести груз до склада, который находился в другом конце военной части. Алиф повторил задание четыре раза, но количество мешков не уменьшилось.       По лицу стекал пот, пряди неприятно прилипали ко лбу. Алиф давно выдохся и двигался инстинктивно, как в тумане. Глаза застилала пелена от яркого солнца. Алифа порывало снять верхнюю одежду, но за такое грозило наказание.       В отличие от трудящихся простолюдинов, дворяне отнесли по одному мешку. Они сидели на тележке и командовали солдатами, откровенно злорадствуя. Из-за их отлынивания работы становилось только больше.       Алиф на подкашивающихся ногах пришёл за пятым мешком, взвалил его на плечо, но внезапно сбросил груз на землю и отпрянул влево. Мимо него пронёсся увесистый камень, которым и убить можно. Если бы не способность Алифа, он бы уже был нежилец.       — Вы что творите?! — Алиф рассерженно посмотрел на смеющихся дворян.       Они, ничуть не стыдясь, крикнули ему:       — Камень с руки соскочил! Ты сам виноват, что попался под него.       Последняя капля терпения испарилась от жара злости. Алиф сделал глубокий вдох и выдох. Сегодня же он начнёт свою месть.       Собрав выпавшую картошку, Алиф взял мешок и медленно побрёл к складу. От сомнений не осталось и следа. Мысли заняли идеи, как незаметно поквитаться с обидчиками, чтобы они прекратили свои бесчинства.       Когда Алиф отнёс пятый мешок, солнце уже клонилось к закату. Вымученные новобранцы повалились с ног от усталости. Они обессиленно разлеглись на земле, как выкинутые на сушу рыбы.       Воспользовавшись случаем, Алиф ушёл от скопления людей для свершения мести. В голове возникли разные планы: от безобидной шутки с перцем до кражи. К сожалению, ресурсы сильно ограничены.       Немного подумав, Алиф решил начать с малого. Он подобрался к запасному входу в столовую. Как и ожидалось, на нём висел железный замок. Алиф вытащил из кармана железную проволоку, которую нашёл на днях, и припал ухом к замку. Богарт научил его искусству взлома. Не прошло пары минут, как раздался щелчок.       Алиф заглянул в щель — комната пустовала. Собравшись с духом, он отворил дверь и незамеченным проскользнул внутрь. Поваров недавно созвали на склад, а дежуривший на кухне спал у входа. Алиф на цыпочках подошёл к горячему супу, предназначенному для дворян, и насыпал туда полбанки соли.       Послышался громкий зевок. Испугавшись, что дежурный проснулся, Алиф тут же спрятался под скатертью. Сердце быстро забилось в груди, норовя выскочить. Алиф выждал какое-то время, и всё стихло. Дежурный позевал и продолжил сладко спать, забыв про обязанности.       Алиф выполз из-под стола, убрал банку соли наверх и мышкой исчез с места преступления. Он только обрадовался успешному плану, повесив замок, как вдруг его схватили за руку. Случился худший из возможных вариантов.       — Балуешься с солью? — Мерун разглядел белые крошки на его рукаве.       — Просто проголодался, — Алиф выдернул руку и спрятал её за спину. — А вы что здесь делаете? Это служебный вход.       — Заметил, как маленький щенок отбился от стаи.       Поймали с поличным. Как бы Алиф ни пытался оправдаться, ему не поверят. Но Мерун не выглядел так, будто хотел донести на виновника старшим офицерам.       — Что вам от меня нужно? — напряжённо спросил Алиф. — Если вы пришли сюда для того, чтобы забрать меня, то вам не удастся этого сделать. Я служу империи.       Дерзостью Алиф самолично затягивал на своей шее петлю. В казино он сбежал от аристократа, ранил его и обругал. За такое поведение дилера трижды могли казнить. Но Алиф не собирался любезничать с тем, из-за кого умер бармен.       Мерун, которому тоже полагалось держать злость на строптивого мальчишку, не проявлял открытой неприязни. Вместо этого он холодно заметил:       — Судя по всему, сегодня лучше пропустить трапезу.       С этими словами Мерун оставил Алифа, дав ему понять, что не будет сдавать проказника, но и прикрывать в случае чего не станет.       Пришло время ужина, и Алиф поспешил присоединиться к шествию солдат. К счастью, он успел всё благополучно провернуть. Пересоленный суп – не настолько великая трагедия, но для изысканного вкуса дворян он сродни крысиной отраве.