Клятва солдата

      Дождливая осень уступила место холодной зиме. Промёрзлые ветви деревьев пушистым слоем покрыли хлопья. Серебристый снег, усеявший землю, сверкал сплетением искр. На поверхности реки образовалась толща прозрачного льда.       В белом вихре снежинок юный мечник оттачивал удары. По приказу майора он практиковался дни напролёт, несмотря на веяние погоды. Его ладони, покрытые мозолями, огрубели. Постепенно Алиф догонял других солдат, которым прежде и в подмётки не годился, а по вечерам играл с ними в карты.       Поздние забавы превратились в ожесточённые битвы, а солдат поглотил азарт, когда они стали делать ставки. Карточные игры разбавляли серость дней и дарили острое чувство риска. Под видом развлечений Алиф добывал информацию.       В качестве выигрыша он спрашивал о ловушках, спрятанных в лесу. Солдаты легко соглашались на безденежную ставку, попадая в его сети. В противовес ей он выставлял жёлтую фишку, гарантируя её ценность. Соперники, увлечённые игрой, не замечали, как Алиф подтасовывал карты и использовал меченную колоду. За всё время он проиграл лишь два раза, и то по договорённости с Брентом, который тоже проявил интерес к ловушкам. Приходящие к ним солдаты часто выходили наружу и знали куда больше о секретах леса.       Алиф помышлял о побеге. Чтобы покинуть Тайную Стражу, ему нужно было стать сильнее, поэтому он обучался трюкам и не возникал до определённой поры. Он разрабатывал план, который поможет ему забрать маму и перебраться вместе с ней в соседнюю империю, славящуюся торговлей. В Вирсконии находился второй филиал казино, где их могли приютить.       Тренировка ранним утром проходила успешно, пока Алифа не вызвали в штаб. Солдат, объявивший об этом, выглядел перепуганным. Похоже, произошло что-то плохое. Алиф убрал меч в стойки и поспешил в главное здание, увязая в сугробах. Сегодня ночью выпал снег, и солдаты не успели почистить дорогу.       Когда Алиф зашёл в помещение, от быстрой смены температуры его щёки запылали. Он осмотрелся, разыскивая себе проводника, но никто не встретил запыхавшегося рекрута. Алиф плохо помнил, где именно на пятом этаже находился кабинет главнокомандующего. Занятые солдаты не подпускали к себе потерянного юношу и ничего ему не говорили.       Для начала Алиф собрался подняться наверх, но заплутал по неразборчивым табличкам и пришёл в незнакомое место. В коридоре рекрут наткнулся на статного господина с безупречной осанкой, показавшимся сразу за поворотом. Прекрасный незнакомец обратил на Алифа сверкающие изумрудом глаза и произнёс:       — Какой очаровательный юноша. Жаль, что такая красота увядает во мраке.       Рекрут отпрянул от странного человека, как от ядовитого цветка. Его светлые длинные волосы были аккуратно собраны в высокий хвост. Их украшала дорогая заколка с россыпью драгоценных камней, напоминающих плеяды звёзд. Шёлковый костюм господина идеально сидел по его фигуре, указывая на утончённый вкус. А манера речи и проникновенный голос обволакивали слух собеседника, как морской прилив. Безукоризненное лицо казалось искусственной подделкой, но обаятельная улыбка располагала к себе.       — Кто вы такой? — спросил Алиф.       Рекрут смутно вспомнил, что видел этого человека в зале тёмного казино. Он сопровождал Меруна вместе с Синдом.       Прислонив изящную, ухоженную руку к сердцу, господин представился:       — Винсент де Лавель, глава канцелярии Тайной Стражи, — на его лице расцвела улыбка. — Надеюсь на благотворное сотрудничество.       — А я Алиф, рекрут...       Его звание звучало ничтожно по сравнению с недавними словами изысканного господина. На лице Винсента отразилось приятное изумление, и он заметил:       — Мне доводилось слышать о вас. Я весьма польщён нашим знакомством.       Теперь настал черёд Алифа удивляться.       — Что? Вы слышали обо мне?       — Как главе канцелярии, мне известно обо всём, что происходит в империи, — самодовольно ответил Винсент. — В том числе и о новом увлечении нашего холодного майора. Он лестно отзывался о своём ученике.       Алиф скривился от последних слов. Меньше всего ему верилось, что майор способен на похвалу.       — Господин Лавель, вы, должно быть, что-то путаете...       Винсент покачал головой и с твёрдой уверенностью заявил:       — Исключено. Я не допускаю ошибок и готов поручиться за свои слова.       Алиф впал в ступор. Нет, лучше не общаться с такими странными личностями. Развернувшись, рекрут поторопился избавиться от компании этого господина, как вдруг Винсент сказал ему вслед:       — Главнокомандующий ожидает вас в своём кабинете. Прошу вас, будьте осмотрительны в выражениях и не делайте ничего, что могло бы вызвать его гнев.       В первый день Синд говорил о том же. Пройдя дальше, Алиф наконец нашёл лестницу и поднялся по ней наверх. Затем он направился к кабинету, перескакивая через лилии на ковре — ему хватило прошлого опыта. Если немного оступиться, то из стен вылетят смертельные ловушки.       Перебравшись через опасное поле, Алиф постучал в дверь и услышал громкое разрешение войти. Вздрогнув, он быстро проскочил внутрь.       За столом сидел главнокомандующий и курил, как и в прошлый раз. Он сломал сигарету пополам, когда увидел Алифа, и из неё высыпался табак подобно песку.       Рекрут замер у двери, боясь и шаг сделать. Он не знал, как вести себя в такой ситуации. Все говорили ему не быть опрометчивым, но никто не рассказывал, как общаться с высокопоставленным лицом. Алиф только и мог, что молчать. На него давила гнетущая атмосфера, намекающая на проступок. Его вызвали для наказания.       — Сядь, — главнокомандующий кивнул на стул. — Разговор к тебе есть.       Алиф на подкашивающихся ногах последовал приказу и опустил голову, не зная, куда смотреть. Он пожалел о пропущенных лекциях. Если высшее начальство вдруг вызывает к себе, это точно не к добру. Но как он провинился? Алиф пытался вспомнить всё, что делал в последнее время. Ему не пришлось долго гадать.       — Любишь карты? — Главнокомандующий убрал смятую сигарету в пепельницу и вытащил из верхнего ящика стола колоду. — И, видно, играешь неплохо.       — Немного умею.       Шайд бросил на стол колоду карт — от удара они выпрыгнули из коробки и разметались веером. Алиф с первого взгляда узнал их по рубашкам.       — Азартные игры запрещены, — жестоким голосом напомнил Шайд и взял одну из карт. — Рисунок на рубашках примечательный и на каждой уникальный. Это же твоя колода, не так ли?       Не смея поднять глаз, Алиф подтвердил:       — Моя.       — Зачем ты дурачил солдат? Я жду объяснений.       Выходит, среди солдат завелась крыса. Алиф ожидал, что однажды нарушение правил раскроется. Чем больше игроков, тем опаснее становилось. Однако полгода прошли спокойно. Вероятно, кто-то проиграл крупную сумму и обозлился на всех.       — В Тайной Стражи нет развлечений, — тихо проговорил Алиф. — Солдаты люди, и им тоже нужен отдых…       — Ты пришёл к нам за развлечениями? — Густые брови Шайда нахмурились. — Тайная Стража — это не место для игр. Ты ответишь за беспорядок в войсках.       Главнокомандующий поднялся из-за стола и схватил Алифа за воротник.       — Ты, глупый мальчишка, понятия не имеешь, куда попал! — Лицо Шайда исказилось. — Дисциплина — это фундамент армии. Как смеешь ты её нарушать?       — Простите, — задыхаясь, выдавил Алиф.       Главнокомандующий отпустил рядового и взял меч, приставленный к столу. Алиф откинулся обратно на стул, пытаясь отдышаться. Воротник больно перетянул ему шею.       В кабинет без предупреждения ворвался Мерун, как шторм. Он увидел клинок, направленный на ученика, и стрелой пронёсся к испуганному Алифу. Дёрнув его за руку, майор завёл подчинённого за спину.       — Я не уследил, виноват, — на одном дыхании проговорил Мерун, заступаясь за ученика. — Не утруждайтесь. Я сам его накажу по всей строгости.       Шайд вышел из-за стола и убийственно посмотрел на майора, призывая его к порядку.       — Не так быстро. С каких пор ты стал таким своевольным?       — Вы дали мне год на его воспитание, — ровным голосом ответил Мерун. — Срок ещё не вышел. Прошу вас не вмешиваться.       Внешне Мерун казался непоколебимым, но его рука сжала ладонь ученика, и Алиф ощутил скрытое беспокойство.       — Ты… — Шайд посмотрел сначала на рекрута, а потом на майора и хмыкнул. — Хорошо. Вырастить из этого щенка волка — задача непростая. Но за проступки он понесёт ответственность.       — Не сомневайтесь, так и будет, — Мерун за руку вывел ученика из кабинета.       Алиф не понимал, зачем майор заступился, рискуя своим положением. Он выступил против начальства.       В коридоре рекрут не забывал перешагивать лилии. Мерун же не смотрел под ноги, а когда из стены открылось отверстие и вылетел нож, то он просто потянул на себя ученика и ускорил шаг, проигнорировав угрозу. От крепкой хватки у Алифа стало отниматься запястье, и он попробовал его высвободить, но не смог. Мерун, почувствовав сопротивление, остановился и окинул взглядом подчинённого.       — Командир, я… — Алиф замолчал под влиянием пугающих чёрных глаз.       — Зачем ты пошёл в штаб? — раздражённо спросил Мерун. — Разве я давал такой приказ?       — Нет, но меня позвали…       — Кто позвал?       — Я не знаю имени этого солдата, но я не мог ослушаться.       Мерун выпустил запястье ученика.       — С какой стати тебе отчитываться перед кем-то, кроме меня? Ты забыл, что я тебе говорил?       — О чём вы? — Алиф с недоумением на него воззрился и попятился назад, пока не упёрся в стену.       Мерун наступал на рекрута и перекрывал пути к отступлению. Нависнув над дерзким мальчишкой, майор ударил выше его плеча.       — Ты мой солдат. Если я прикажу, ты прыгнешь в огонь. Одно моё слово, и ты обнажишь клинок, — нетерпящим возражений тоном проговорил Мерун. — Ты должен слушаться только меня. Тебе нет нужды оправдываться перед другими.       В переглядываниях Алиф проиграл и отвёл взгляд.       — Зачем я вам? В Тайной Страже много способных солдат.       — Через полгода ты превзойдёшь их всех.       — Вы слишком высокого мнения обо мне.       Мерун отодвинулся от Алифа и шагнул назад.       — Твоя способность невероятная. Продолжай тренироваться. Тебя никто не сможет ранить ни клинком, ни стрелой. Ты станешь неуязвимым на поле боя.       — Командир, поэтому вы взяли меня к себе? Только из-за способности?..       Рекрут сжал руки в кулаки. Его собирались использовать, как инструмент, и всё произошло из-за дара.       Мерун замолчал, разглядывая непослушного солдата. Алиф походил на щенка, загнанного в угол. В строгом голосе майора пропала злость, когда он спросил:       — Алиф, ты одолжишь мне свою силу?       «Бессмысленный вопрос» — подумал рекрут, а вслух сказал:        — Мой ответ ведь ничего не изменит. Вы уже всё решили.       Майор развернулся и направился к выходу из штаба. Алиф поспешил за ним. На лестнице Мерун добавил:       — Ты будешь наказан. Азартные игры под запретом в Тайной Страже.       Про ночные посиделки с солдатами прознали. Алиф радовался и тому, что остался в живых. Главнокомандующий — очень страшный человек.       В наказание Алифа выгнали на заснеженный тренировочный полигон. Рекрут повесил китель на турник, снял ботинки и босиком прошёлся по снегу, привыкая к пронимающему холоду.       — Я же з-заболею, — заикаясь, сказал Алиф. — На улице зима...       Неподалёку стоял Мерун в форме, поверх которой лежал утеплённый плащ с меховым воротником. Майор наблюдал за провинившимся подчинённым без доли сочувствия; за свои поступки нужно отвечать.       — Летом назначили бы другое наказание.       Переминаясь с ноги на ногу, Алиф возразил:       — Для чего армии замёрзший насмерть солдат?       Взгляд майора ясно дал понять, что рекрут ещё легко отделался, но если он продолжит возмущаться, то его отправят не на зимнюю прогулку, а на каторгу.       Алиф выпустил лёгкое облако пара, разжал руки, которыми себя обхватывал, и зашагал по снегу, оставляя неглубокие следы, как хищник на охоте. Они тянулись дорожкой от одного столба к другому.       Босые ноги окоченели от холода. Рекрута пробивал озноб. После пары таких тренировок никакие морозы будут не страшны. А ещё в народе поговаривали, что закаляться полезно. Вот Алиф и узнает, правда это или нет, если доживёт до завтра.       Больше рекрут не пререкался с командиром — это ничего не изменит, скорее наоборот, усугубит его положение и сделает лишь хуже.       В такую погоду полураздетым глупо стоять на месте. Чтобы согреться, Алиф решил ускорить шаг и пробежаться, разгоняя кровь. Он прибегнул к своим особым способностям и ускорился в два раза. Снег вихрем сыпался вокруг, поднявшись от его тренировок. Стоявшего поблизости Меруна тоже окатило снежной лавиной.       — Не полчаса, — оповестил майор, стряхнув с щеки колючий снег. — Два часа.       Алиф тут же прекратил носиться по полю. Он уже замёрз до ужаса. Всё его тело пронимала дрожь, щеки, нос и конечности раскраснелись, губы обветрились, но сам он не утратил мальчишеского задора. Возраст позволял ему резвиться при плохих условиях.       Рекрут подобрал палку с земли и принялся орудовать ей, как мечом, пока ступни кололи снежинки. Пока он занимался, к его удивлению, Мерун не уходил. Как личный смотритель, он находился рядом и читал отчёт, доставленный тайной канцелярией, изредка поглядывая на ученика.       Вечно бледные щёки майора тронул пунцовый цвет. На столе лежали снятые меховые перчатки, мешающие перелистывать бумаги. Мерун внимательно изучал документы. Его выражение лица казалось слегка озадаченным. Он действительно проходил это холодное испытание вместе с рекрутом.       Алиф бросил импровизированный меч — палку — и подошёл к майору:       — Командир, а вы не замёрзли?       Мерун оторвался от отчёта и окинул взглядом подчинённого, выглядевшего неважно. Рекрут весь раскраснелся, его голос дрожал, а зубы стучали от мороза.       — Нет, — ответил майор. — Моя кровь холоднее стали.       Алиф непроизвольно сказал:       — У вас щёки красные, — слова случайно сорвались с губ, и он тут же об этом глубоко пожалел.       Мерун кинул доклад на стол к перчаткам.       — Не два часа.       Алиф понурил голову и отошёл, предположив:       — Три?..       Майор взглянул в сторону штаба, где находилось окно из кабинета Шайда, и неожиданно сказал:       — Тренировка окончена.       И десяти минут не прошло. Алиф подумал, что ему послышалось. А если нет, то значит, ему сейчас грозило наказание похуже. Хотя, казалось, куда бы? Алиф тревожно обдумывал свою участь, пока его холодных плеч не коснулся тёплый мех. Мерун набросил на него свой плащ, взял доклад и ушёл, не сказав больше ни слова.       Алиф надел обувь, но не смог зашнуровать — дрожащие пальцы его совсем не слушались. У него не получалось взять шнур, не говоря уже о том, чтобы завязать бантик. Рекрут боялся, что Мерун передумает и вернётся, но этого не произошло.       Плащ не согревал, а тяготил. Алиф снял его и бросил на столик, где лежали забытые перчатки. Рекрут руководствовался мыслью, что если майор про них вспомнит, то заодно найдёт плащ. Ему и в голову не пришло, что меховые перчатки оставили для его посиневших пальцев. Алиф взял свой китель и побрёл в казармы.