Клятва солдата

      Под деревом у окна выкопали участок земли, размеры ямы соответствовали взрослому человеку. Около неё лежали растения, вырванные с корнем; тёмную почву разворошили не лопатой, а когтями. На камнях засохла кровь, изменившая цвет. Кору дерева испещрили царапины, по ней вскарабкались. На ветках висели обрывки одежды.       Мерун тщательно осматривал место захоронения, из которого выбрался труп, проникший во дворец. В воздухе витали отголоски тёмного колдовства. Ритуал воскрешения провели у ямы. Следовательно, некромант посещал дворец.       Существовала вероятность, что он всё ещё здесь, ведь покушение завершилось провалом. Но он мог и сбежать — ночью солдаты видели странную тень.       Имперский генерал со шрамом на переносице спросил:       — Что думаешь?       — Земля осквернена, нужно позвать священников, — сказал Мерун. — Чудовищ привлекает тьма. Если не провести обряд очищения, дворец окажется под угрозой.       — Я отправлю запрос жрицам Солнца.       Командир Тайной Стражи увидел в глубине ямы что-то сверкающее. На дне лежал маленький ключ.       — Генерал, вы обыскивали яму?       — Да.       — И ничего не нашли?       — Верно.       Мерун отломал от дерева длинную ветку, наклонился к пропасти и подцепил ключ за кольцо. На нём отпечатались кровавые разводы. Судя по его размеру, он открывал шкатулку или навесной замок.       — А это что? — Мерун снял ключ с ветки.       Генерал посмотрел на находку и нахмурился.       — Я сделаю выговор солдатам.       Майор убрал ключ в карман.       — Вы нашли гостя из Грейдс?       — Да. Барон ждёт в приёмной.       Закончив с исследованием местности, Мерун отправился на встречу с тем, из-за кого выгнали слугу. Дворецкий сказал, что барон написал жалобу, и придворный служащий таинственным образом пропал. Другими словами, барон последний, кто встречался со слугой, что делало его подозреваемым. Если выяснится причастность к убийству, начнётся политический конфликт.       Переговоры проводились в секретной комнате, о них знали только избранные. Барон в вычурном костюме сидел в кресле. На его голове уже проступила седина. С недовольным видом он смотрел на собравшихся солдат.       Командир Тайной Стражи заговорил:       — Вы помните слугу, который прибирался в вашей комнате?       — Тот воришка? — Барон поморщился. — Он пытался украсть у меня кошелёк, и я написал на него жалобу.       — Неужели?       — Да, — барон почесал бровь. — Я вернулся в покои поздно вечером. Мальчишка копался в моих вещах!       — Поведение слуги неприемлемо.       — Именно поэтому я направил жалобу!       — Не сомневайтесь, преступник был наказан, — сказал Мерун, продолжая наблюдать за подозреваемым.       Почувствовав поддержку, барон немного расслабился.       — Мальчишка всё равно плохо выполнял свою работу.       На лице майора дёрнулись уголки губ. Он наклонился чуть вперёд и заметил:       — А в жалобе вы указали, что это произошло утром.       Подозреваемый, осознав, что прокололся, начал оправдываться:       — Давно было, я уже и забыл.       Очевидная ложь. Мерун расстегнул карман и достал оттуда маленький ключ. Он поблёскивал от света, падающего из окон. Его зубья были разной длины, как горный хребет.       — Возможно, вы имели в виду не кошелёк, а это?       Барон округлил глаза и вскочил с кресла. Имперские солдаты положили руки на мечи и преградили дверь, исключая возможность побега.       — Вы меня подозреваете?!       — Так вам знаком этот ключ? — Мерун перевернул его в руке зубьями к верху. — Что он открывает?       — Нет, я не знаю, о чём вы, — нервно сказал барон. — Но если вы нападёте на меня, то наша империя это не оставит без внимания. Вам нужны проблемы?       — Вовсе нет, — Мерун закинул ногу на ногу. — Я хочу вам помочь. Как вы знаете, наша встреча строго конфиденциальна.       Методы допроса подразумевали установление доверия между двумя людьми. Командир Тайной Стражи врал так же, как дышал. Он видел сомнения собеседника, поэтому попытался склонить его на свою сторону, дать понять, что они заодно. Но этот способ работал далеко не на всех. К тому же, внешний вид майора не внушал возможностей к сотрудничеству.       — Я уже всё рассказал, — возразил барон.       — Не люблю мирные допросы, — спокойно заметил Мерун.       Для них больше годился Винсент, нужно было его позвать. Они затягивались и отнимали много времени. Майор предпочитал действовать быстро и решительно.       В следующий момент он встал с кресла, обнажил меч и наставил на барона.       Тот заверещал:       — Вы напрашиваетесь на войну?! Если вы меня убьёте...       Мерун ледяным тоном сказал:       — Не скажешь, что за ключ, я тебя живьём закопаю. Повторишь судьбу того слуги.       Барон посмотрел на солдат и понял, что его загнали в ловушку. Всё было подстроено с самого начала.       — Я нахожусь под защитой Грейдс, — без былой уверенности повторил барон. — Вы не станете меня ранить...       Он вскрикнул.       Меч несильно порезал его ногу.       Имперские солдаты тут же посмотрели на майора, но не осмелились ничего предпринять. Их приставили для вида.       Мерун усмехнулся:       — Я знаю больше ста способов пыток, от которых вы не умрёте. С чего нам начать?       Барон схватился за ногу и разразился громкими ругательствами:       — Вас сместят с должности! Вы будете у моих ног молить о пощаде... Я пожалуюсь Его Величеству!       Визги быстро надоели командиру Тайной Стражи. Он направил клинок к искривлённому рту барона.       — Вы обучены грамоте. Если вдруг станете немым, напишите на бумаге, — равнодушно сказал Мерун. — Своей кровью.       Подозреваемый посмотрел на кончик меча, а потом на майора с глубокими чёрными глазами, полными безразличия к чужой судьбе. Он действительно способен на всё, не боясь последствий.       Барон не собирался умирать. Ему было очень больно от раны. Если допрос продолжат в пыточной, ему несдобровать.       — Ключ не открывает никакой замок, — сказал барон. — Это пропуск.       Мерун не опускал меч.       — Пропуск?       — Больше не могу ничего сказать.       — Вы убили человека.       Барон по-настоящему испугался.       — Что?.. Я никого не убивал...       Командир Тайной Стражи не услышал тени лжи в его голосе и немного отвёл клинок.       — Того слугу нашли мёртвым.       — Я ничего об этом не знаю! — барон осип. — Я только написал жалобу и всё... Он... Он правда умер?       Его реакция была неподдельной. Барон не убивал того человека и впервые об этом слышал. Его непричастность облегчала ситуацию, но возник вопрос о ключе.       Мерун убрал меч в ножны.       — Вы потеряли ключ и написали жалобу. Почему не забрали украденное у слуги? — майор опустился в кресло. — Вы сговорились с ним? Он должен был покинуть дворец и передать его?       Судя по испуганному лицу барона, майор приблизился к разгадке заговора. Их сделка со слугой норовила быть раскрытой.       — Я не могу говорить при посторонних, — барон посмотрел на солдат.       — Выйдите.       Комната опустела, но напряжение усилилось. Мерун удобно расположился в кресле и выжидающе уставился на допрашиваемого.       Барон приглушённо сказал, как будто открывая страшную тайну:       — Это ключ к бессмертию.       Мерун не собирался ему подыгрывать и прямо спросил:       — Вы связались с некромантами?       — Жизнь человека скоротечна. Они знают, как продлить наше время.       Убеждения барона не имели ничего общего с действительностью. Командир Тайной Стражи встречался с некромантами и творениями, которые они называли искусством. Тёмное колдовство не дарило вечную жизнь.       Человек, чей покой потревожили, становился безвольной марионеткой. Он мог двигаться, нападать, приобретал особые способности. Но он переставал быть собой. Это была иная форма жизни, всего лишь её жалкое подобие. Бессмысленное существование. Мертвецы с клыками и когтями, как у зверей, подчинялись тому, кто поднял их из-под земли. При воскрешении они теряли рассудок и забывали, кем являлись в прошлом. Их душа уходила в загробный мир, а тело было оболочкой.       — Кому он должен был передать ключ?       — Я не знаю имени, — сказал барон. — Сделку мне предложил тот слуга.       — В чём она заключалась?       — За бессмертие я бы его озолотил. Ещё он просил о какой-то услуге, если всё пройдёт успешно… Но потом он пропал с моими деньгами.       — Это он дал вам ключ?       Барон помотал головой.       — Я купил ключ у человека во дворце. Его лицо было закрыто. Он мне угрожал, что если я что-нибудь расскажу, то проснусь с кинжалом в груди, — рассказчик стал говорить медленней, слышался страх. — Но завтра я уезжаю в Грейдс. Там он меня не достанет.       По всей видимости, жалоба использовалась как предлог, чтобы слуга покинул дворец без подозрений. История вышла достоверной.       На большинство вопросов Мерун получил ответы, остальное его не касалось. Поднявшись с кресла, он вышел в коридор и сказал имперским солдатам:       — Вы всё слышали. Сами с ним разберётесь.       Разумеется, они подслушивали у двери. Про связь с некромантами в Хальде пока не выпустили официального закона, но Грейдс их опередила. Информацию о бароне передадут его империи, где ему назначат наказание.       По коридору шёл министр внутренних дел — упитанный пожилой мужчина с маленькими глазами и напыщенным лицом, как будто весь мир у его ног. Отчасти это являлось правдой, учитывая многозначный банковский счёт.       — Как продвигается расследование?       — Постепенно, — сказал Мерун.       — Вы думаете, что это снова монстры?.. Но никаких монстров не бывает!       — Почему вы это так сильно отрицаете?       — Потому что верю, что все живые существа созданы природой. Монстры — это что-то ужасное. Божества бы не допустили их появления, — он покрутил на пальце кольцо в виде солнца. — На всё воля небес.       Командир не стал продолжать разговор с верующим и отправился дальше. Он думал о ключе и некроманте. Похоже, в этом деле замешаны как минимум трое. И один из них — тот слуга. Он работал на некроманта, а потом его использовали для совершения покушения.       Гибель Фримонта выгодна многим, в особенности Агнару. Но дядя императора ненавидел некромантов, отрубал им головы и никогда бы не прибегнул к их помощи. Если бы он хотел свершить переворот, сделал бы это лично.       Следующая подсказка — кладбище, где убили надсмотрщика и подстроили всё под повешение. Описание дела наводило на мысли о некромантах. Место происшествия располагалось неподалёку от столицы.