Клятва солдата

      По крепости волной разнеслось объявление о тревоге. Враги, сделав перерыв, восстановили силы и возобновили осаду. За стенами слышались людские крики и громкие звуки борьбы. К ним присоединялся странный звериный рёв, намекающий на присутствие монстра.       Выбежав из зала столовой, Алиф первым делом услышал его. От чудовищного крика внутри всё перевернулось. Он принадлежал не человеку и не мертвецу. Такие звуки не мог издавать и лесной хищник. Кто бы ни кричал, у него могущественные голосовые связки, настолько сильные, что рёв обуревал огромную площадь.       Разыгравшееся воображение нарисовало ужасные картины. Алиф застыл, как вкопанный, и не мог заставить себя сдвинуться с места. Он представил монстра, и от этого его охватил настоящий ужас. Ему тяжело приходилось с нежитью, а здесь их поджидал кто-то пострашнее, шагами сотрясающий землю. Наёмники из Грейдс привели с собой монстра, чтобы захватить крепость.       В отрешённом состоянии Алиф смотрел на собирающихся солдат. Они быстро построились в шеренги, держа оружие наготове, а он стоял и бездействовал.       Его больно хлопнули по плечу. Это привело Алифа в чувство. Повернувшись, он посмотрел на Меруна, ничем не выдающего страха.       — За мной, — велел майор.       Для Алифа удар вышел слишком ощутимым, плечо болезненно заныло. Мерун не пожалел сил, чтобы помочь ему взбодриться.       — Есть! — отозвался Алиф, вытащив меч из ножен.       Ефрейтор побежал за командиром, стараясь не обращать внимания на громкие крики снаружи — не время поддаваться эмоциям. Он собрал все крупицы храбрости, глядя на солдат, которые не показывали испуга.       Они выстроились быстро и уверенно, как разложенные фигуры на шахматной доске. Майору Рислингу предстояло распоряжаться их жизнями, незамедлительно принимая верные решения. На войне им не давали отсрочек, чтобы подумать.       За майором стоял Нирей, выражающий спокойствие. Если Меруна боялись, то при взгляде на лейтенанта солдаты преисполнялись уверенностью.       Алиф и Синд находились рядом, выделяясь из построения чёрной формой. Их боевая подготовка была на совершенно другом уровне, чем у имперских солдат. От них многое зависело, и они собирались сделать всё возможное.       Перед солдатами выступил Мерун, как начальник крепости:       — Мы разделимся на три группы. Первая останется внутри, чтобы позаботиться о раненных. Вторая отправится в бой с наёмниками. Третья займётся монстром, чей рёв вы слышите, — Мерун замолчал на секунду, перестав его перекрикивать, а потом продолжил: — Стрелки займут позиции на башнях и стенах. Укрепите ворота. Позовите врачей, нам понадобится много повязок. Не отступайте. Будьте готовы отдать жизни за крепость.       В конце мрачной речи Меруна лейтенант добавил:       — Постарайтесь выжить.       Солдаты хором крикнули:       — Так точно!       Их приободрили всего два слова лейтенанта, развеявшие недавнее нагнетание. Мерун бросил на заместителя недовольный взгляд, но не наказал за вмешательство.       Когда подготовления завершились, ворота открыли. Солдаты, разбившись на команды, выбежали к наёмникам.       Врагов оказалось гораздо больше, чем Алиф предполагал.       Битва уже началась. В неё первыми вступили солдаты, которые патрулировали снаружи. За короткое время многих перебили. Наёмники не руководствовались правилами, используя подлые приёмы, чтобы исполнить заказ.       Главную опасность представляли не головорезы, а тот, кого они привезли с собой.       Алиф услышал, как Риган негромко сказал:       — Это что за тварь…       Верёвки сдерживали огромного монстра. На его теле были земляные наросты, трава и нераспустившиеся бутоны цветов. Наёмники завязали ему глаза длинной непроницаемой лентой. Вероятно, он ориентировался на слух: его уши были очень большими и вытянутыми. Сгорбившись от верёвок, зеленоватый монстр отдалённо напоминал человека, на его бёдрах висел запачканный лоскут ткани.       Немногим ранее объявили, что Алиф и Синд с Меруном в третьем отряде. Им перепала честь втроём разобраться с монстром, что являлось прямой обязанностью Тайной Стражи. Имперской гвардии достались наёмники.       — Не отставайте, — сказал Мерун, обращаясь к своим подчинённым.       Путь к монстру преграждали наёмники. Алиф отбил удар врага, пришедшийся справа, а потом резанул его мечом. Синд копьём расправлялся с противниками, не колеблясь ни секунды, и выдерживал дистанцию. Мерун пробирался вперёд, уничтожая наёмников, как надоедливых насекомых. Повсюду проливалась кровь.       Их с воздуха прикрывали лучники, занявшие места на высоких стенах. Дорогу к монстру расчищали имперские солдаты под командованием лейтенанта. Враги не подпускали их ближе, слышался звон стали, ветер разносил запах крови. Это место пропиталось веянием смерти. Они устроили резню.       В слиянии звуков борьбы затерялась тихая мелодия. Алиф, уклоняясь от атак с помощью особой ловкости, сначала не придал ей значения. Он подумал, что ему показалось, но чем ближе они подходили к связанному монстру, тем отчётливей она становилась.       — Командир, вы слышите? — Алиф полоснул одного из наёмников.       — Да, — Мерун взмахнул мечом. — Играет лира.       — Такая нежная мелодия, — ефрейтор к ней прислушался. — Красиво...       — Не отвлекайся, — раздражённо сказал командир.       Задумавшись, Алиф чуть не пропустил удар, но его со спины прикрыл Синд. Помощник командира отразил нападение, выставив копьё, а потом резанул врагов по ногам, лишив их подвижности.       — Будь осторожней, — попросил Синд, посмотрев на ефрейтора.       — Спасибо, — кивнул Алиф.       Мелодия лиры напоминала тихое журчание горного ручья. Она ласкала слух и вызывала желание закрыть глаза, как сладкая ночная колыбельная.       Пробираясь сквозь врагов, их отряд приблизился к цели.       В тот момент мелодия оборвалась.       Монстр, дёрнув ушами, вдруг снова взревел. Казалось, его сдерживали вовсе не верёвки, а игра на лире, и, когда она прекратилась, он вышел из-под контроля. Его крик накрыл огромную площадь, земля затряслась от его топота, он поднялся во весь рост, разорвав крепкие верёвки.       — Голем, — сказал Мерун, разглядывая чудовище. — Нам посчастливилось найти земляного голема.       — Он очень сильный? — спросил Алиф, подойдя к командиру.       Поблизости не осталось наёмников, и им выпала минутка на переговоры.       — Это существо из неживой материи, — проговорил Мерун. — Голем не знает усталости. У него низкий интеллект, он предсказуем. Из-за большой туши и веса его движения медленные. Другими словами, это тупая физическая сила.       — И как его победить?       На этот вопрос ответил Синд:       — Есть два варианта. Первый: поймать того, кто им управляет. Второй: найти и уничтожить ядро его силы. Глиняные големы боятся воды, но этот отличается…       — Синд, ты тоже заметил? — командир взглянул на помощника.       — Да, — слабо отозвался он. — В Грейдс создали новый подвид.       Их обсуждения прервал надвигающийся монстр. Солдаты разбежались по разным сторонам, дезориентировав его, а потом окружили.       Голем будто олицетворял страдания земли, по которой каждый день топтались миллионы людей и выбрасывали отходы на огромных свалках. Они застраивали её домами, вырубали леса, разрушали среду обитания животных и загрязняли реки. За свои деяния люди не несли ответственности, пока не пробудилось чудовище. Голем проживал в недрах земли множество столетий на территории Грейдс, а теперь они его сделали оружием для войны.       Местами его тело состояло из глины и минералов, в других участках росла трава. Он был размером с двухэтажный дом. Из его груди рос извилистый цветок с десятью лепестками. Он прорастал из сияющего кристалла, который являлся ядром силы голема.       Алиф, уклоняясь от монстра, размышлял, как к нему подступиться. Обычный человек превратился бы в лепёшку от одного удара. В их команде лишь он обладал достаточной проворностью, чтобы не попасться.       Задачу упрощала повязка на глазах монстра, он двигался по слуху и обонянию. Алиф разбросал камни, намеренно создавая лишний шум, чтобы запутать голема, но тот не повёлся на его уловки.       Земляной великан крушил всё вокруг, кричал и беспорядочно махал руками из примесей почвы. Потеряв указания лиры, он нападал на людей без разбору, под его раздачу попали не только солдаты, но и наёмники.       Мерун, используя особое зрение, дарованное демоном Лунной Скорби, искал уязвимости в защите врага. Тёмная сила сосредотачивалась в областях, усеянных цветами. Она окутывала их глубоким дымом, видимом лишь майору.       Подобравшись к голему, Мерун увернулся от глиняных рук и ударил по розе, растущей из спины монстра, задев зеленоватую кожу. Из неё хлынула не кровь, а мутная жидкость. Мерун сразу отступил. Голем заревел, пытаясь нащупать рану.       На поле боя заиграла лира. Ветер донёс до ушей монстра ласковую мелодию. Разнообразные цветы, растущие на его теле, начали распускаться.       Мерун, взглянув на голема, крикнул подчинённым:       — Не вдыхайте! Пыльца ядовита!       Алиф и Синд задержали дыхание и отбежали подальше.       Трое имперских солдат, сражающихся неподалёку, не расслышали его приказ и упали замертво. Наёмники предусмотрительно закрыли носы, зная о яде, поэтому он не свалил их с ног. Враги устремились к крепости.       Голем рассвирепел. Он стал намного сильнее, когда распустились цветы. Тот, что рос из его сердца, увеличился в размерах.       Переливистая мелодия утопала в раскатах битвы, было сложно определить, откуда именно она раздавалась. Её источник скрывался где-то в глубине леса.       Заметив движение среди деревьев, Синд издалека воскликнул:       — Командир, я найду лиру!       Мерун ему кивнул, тем самым дав разрешение.       В бою с монстром остались двое. Мерун наносил ему режущие удары, кромсая зеленоватую кожу, и тут же отскакивал назад.       Разозлившись, монстр значительно ускорился. Он не позволял подобраться к цветку, растущему на груди, и ожесточённо пытался дать отпор; но командир Тайной Стражи успевал избегать ответных атак. Он обращался с мечом проворнее, чем монстр управлял своей тяжёлой тушей.       Алиф знал, что способен отрезать ярко-лиловый цветок, но не решался и шага сделать. Ему мешал бесконтрольный страх. Он видел, как сражался майор, который каждую секунду находился в смертельной опасности.       Голем нацелился на командира Тайной Стражи, как на главного противника, и забыл про всех остальных. Возможно, Мерун намеренно перетянул его внимание на себя, рискуя жизнью, чтобы дать шанс ефрейтору.       Застыв на месте, Алиф пытался собраться с духом, чтобы броситься на помощь командиру. Тело ему не подчинялось. Он слышал звуки борьбы, видел, как умирали люди. Алиф будто смотрел на битву со стороны, не участвуя в ней.       Внезапно на него нагрянул весь происходящий ужас. Врагов так много, с ними опаснейший монстр, а имперские солдаты сильно уступали в количестве. Раненые брались за мечи, неслись в бой на последнем издыхании, даже со сломанными или повреждёнными конечностями. Солдаты не сдавались, защищая крепость.       Алиф, исследуя обстановку, пересёкся взглядом с командиром. Мерун подал знак рукой, подзывая к себе. Он выглядел немного изнурённым. Другой человек на его месте уже бы давно погиб, если не от рук чудовища, то от страха. Всё же Мерун являлся командиром Тайной Стражи, для него такие создания — обыденность; но с таким монстром даже ему не справиться в одиночку.       В путах страха Алиф продолжал стоять на месте, боясь лишний раз вздохнуть.       Командир, увидев, что он не торопится подходить, сказал одними губами: «Не бойся». Алиф прочитал его немой посыл, потом посмотрел на израненного монстра и обнаружил, что тот уже не внушал былого страха. Командир изувечил его, лишил правой руки и превратил в размокшую землю.       В столь тяжёлом состоянии монстр всё ещё защищал лиловый цветок.       К Алифу вернулось самообладание. Он перехватил меч поудобней и ринулся в сторону монстра, не вдыхая пыльцу. Обойдя его справа, Алиф подступил к месту, где командир отрубил монстру руку; оттуда текла мутная жидкость, пахнущая чем-то травянистым.       Мечом Алиф отрезал несколько цветов. Их бутоны упали на землю, осыпаясь лепестками. Голем протяжно закричал, стараясь оттолкнуть ефрейтора, но Алиф не попался под его удары, задействовав нечеловеческую ловкость.       Подпрыгнув, он занёс меч над головой и провёл по монстру удар, прошедший от незащищённой правой стороны груди до живота. Монстр покачнулся. Алиф, как только появился шанс, хотел отрезать лиловый цветок, но увидел клыки монстра, и, испугавшись, вонзил меч в его шею. Клинок прочно застрял.       Без оружия всё усложнилось. Алиф схватился голыми руками за торчащий из кристалла стебель и изо всех сил дёрнул на себя. Монстр левой рукой попробовал его оттащить, но подоспел Мерун и помешал его атаке.       Стебель лилового цветка оказался невероятно крепким. Алиф повис на нём, и его веса было недостаточно, чтобы тот оторвался. Мелькнула мысль перегрызть его зубами, но цветок выглядел ядовитым, поэтому ефрейтор её тут же отбросил.       Во время сражения он дышал короткими вдохами, иногда пропуская их, но на него уже успел подействовать яд пыльцы. Голова закружилась, мир перед глазами поплыл, хватка ослабла, но Алиф сопротивлялся возникшим симптомам.       Ефрейтор ногами упёрся в кристалл, из которого прорастал цветок, и с криком потянул стебель на себя. Наконец Алиф его выдернул.       Лиловый цветок полетел вниз. Ефрейтор, державшийся за него, тоже. Высота была незначительной, но Алиф вдохнул слишком много пыльцы и уже не мог как следует сгруппироваться. Если он так упадёт, непременно что-нибудь сломает.       Падения не случилось. Мерун подловил Алифа, позволив опереться на себя, и по инерции сделал полшага назад.       — Молодец, — тихо сказал командир.       Это было последнее, что услышал Алиф, прежде чем на него напала ужасная слабость, бороться с которой не осталось сил. Всё вокруг затихло. Монстр, солдаты и наёмники исчезли, когда ефрейтор закрыл глаза. Он потерял сознание.