Клятва солдата

      Нападения Грейдс не доходили до столицы, но в императорском дворце царила суета. Министры лихорадочно обсуждали текущее положение, выдвигали идеи, как всё обернуть в свою сторону, а императорский советник их поддерживал, надавливая на императора.       Люди из военного министерства оцепили дворец, требуя немедленно принять решительные действия и официально объявить войну.       Генерал, защищающий императора, не подпускал к нему обезумевших людей, он выстроил линию обороны и повсюду сопровождал Фримонта де Вильмара, но даже так не удавалось избежать всех столкновений.       Только в западной часть дворца, где остановилось посольство Грейдс, никто не бунтовал. Их взяли в окружение, как заложников, и не выпускали из столицы.       Красивая девушка, сидящая у зеркала, смотрела на длинные рыжие волосы, вихрящиеся пламенем; их заплетали в замысловатую причёску.       — Я не нравлюсь императору, — сказала Инесита, глядя на своё отражение. — Он совсем во мне не заинтересован.       Умело перебирая волосы, пожилая служанка сказала:       — Вы мало стараетесь.       — Он любит только себя, — недовольно сказала девушка. — Фримонт де Вильмар ни слезы не проронил по своей почившей невесте. Его траур был для вида…       Волосы Инеситы больно дёрнули, напоминая, что нужно следить за речью.       — Не забывайте, зачем вы сюда приехали.       Леди Вебер взглянула на золотые украшения, заколки и расчёски, лежащие на столике у зеркала. Их всех привезли из Грейдс, император ничего ей не подарил с того момента, как она прибыла во дворец.       Там же лежал листок, где значилась подпись известного писателя — Винсента де Лавеля. Автограф для девушки раздобыл Алиф, тот, кто ей действительно очень нравился. Но она не могла с ним быть.       Иногда ей хотелось бросить всё и сбежать. Её мнение для отца было настолько ничтожно, что он позволял служанке помыкать своей дочерью. Инесита ничего не могла сделать, если бы она ослушалась, это бы навредило репутации её семьи.       Она была как феникс, запертый в позолоченной клетке, её заставляли сиять против воли, чтобы извлечь из этого выгоду.       — Я… Я сделаю всё, что в моих силах, — проговорила Инесита.       — Правильно, — кивнула служанка, заканчивая причёску благородной леди.       Инесита, одетая в прекрасное изумрудное платье, несколько раз покрутилась у зеркала, разыскивая возможные изъяны, и выдавила ложную улыбку.       — Как я выгляжу?       — Прекрасно, — сказала служанка. — Никто перед вами не устоит.       Инесита знала, что та не стала бы врать, и удовлетворённо отошла от зеркала.       Она использовала все способы, чтобы добиться расположения императора, а в будущем он наденет на неё кандалы.       Политический брак не зависел от их желаний, он напрямую влиял на жизнь народов империй, неправильный выбор мог уничтожить государство, а удачно заключённый союз — спасти.       — У нас назначена встреча, — рыжеволосая девушка, красивая, как принцесса, подошла к двери. — Всё должно пройти идеально.       — Да, леди Вебер.       Соглашаясь на вынужденный брак, Инесита предавала своё сердце. Империя была превыше всего, правитель Грейдс велел ей укрепить отношения с Хальд. Чем быстрее это произойдёт, тем скорее подпишут мирный договор.       В коридоре её встретил мрачный солдат в чёрно-красной форме, у него были восточные черты лица, немного узковатые глаза и хмурые брови. Ему не нравилась роль сопровождающего, но и отказаться он от неё не мог.       — Император вас ждёт, — известил Хью.       Леди Вебер осмотрела его военную форму — за время, проведённое во дворце, она узнала, что в империи существует Тайная Стража.       Алиф не являлся наёмником, он был частью войск специального назначения, выполняющих секретные задания, поэтому многое скрывал от неё.       Она тоже не всё ему рассказывала, оборачиваясь в кокон лжи, который прятал её от внешнего мира. Её мысли часто отличались от того, что она делала и говорила.       Статус дворянки не позволял обличать свои желания, и ей приходилось врать, чтобы защититься от слухов и сплетен, погубивших немало жизней. Она умолчала об истинной цели своего прибытия во дворец, в том числе и о помолвке.       — Я с нетерпением жду встречи, — Инесита улыбнулась.       Незнающий её человек ни за что бы не догадался, насколько фальшива улыбка, которой она одаривала всех изо дня в день, следуя правилам этикета.       Настоящую улыбку девушки получалось вызвать только у Алифа, но он ушёл на войну, не сказав об этом ни слова. Инесита не винила его в побеге, помня о своих секретах, и надеялась, что он вернётся живым.       Леди Вебер прошла вместе с солдатом в центральную часть дворца, куда её пригласил император, отправив письмо. Она сильно удивилась, получив его, но тут же поняла, что это не почерк Фримонта де Вильмара. Он никогда не звал её, только сторонился, как будто девушки для него не существовало.       Такое отношение сильно ранило её гордость, но она всё терпела, зная, как для семьи важен этот брак.       В коридоре находилась усиленная охрана, выставленная для послов из Грейдс. Но как только имперские солдаты видели Хью, то сразу расступались.       После того, как дворец подвергся нескольким нападениям, Тайная Стража возглавила систему безопасности. Покушение, случившееся в день их прибытия, неоднократно повторилось.       Инесита знала, что император собирался издать новый приказ, который бурно обсуждался в министерстве. Он затрагивал некромантию, тёмную магию и другие явления, не поддающиеся разумным объяснениям.       Через длинный коридор Инесита и Хью почти дошли до назначенного места, как вдруг кто-то громко окликнул:       — Господин прапорщик! Господин прапорщик, постойте!       Хью, сопровождающий леди, посмотрел на взъерошенного солдата.       — В чём дело?       — Там… за воротами… — отдышавшись, он продолжил: — Снова бунтуют!       Хью окинул взглядом девушку, которую ему приказали сопроводить до самых дверей, и подумал, что это хорошая возможность от неё отделаться. Его, одного из лучших наёмников, заставили присматривать за какой-то избалованной дворянкой. Из-за неё он пропустил обед, так что испытывал искреннее негодование.       Без угрызений совести восточный убийца сказал:       — Отведи леди Вебер к Его Величеству.       Переложив ответственность, Хью не дал солдату опомниться и быстро пошёл к выходу из дворца.       Инесита удивилась быстрой смене сопровождающего. Похлопав глазами, она посмотрела на своего нового проводника, который тоже выглядел ошеломлённым.       Солдат почесал затылок, попав в сложное положение, — его пугали изнеженные дворянки. Однажды он сопровождал одну из них, но случайно задел её руку, когда они шли, и она устроила скандал, в результате которого его понизили в звании. Он повертел головой, но так и не пришёл к решению, поэтому проговорил:       — Ой, простите, я тоже должен идти! — он отошёл от девушки и указал на дверь с красивым орнаментом. — Император в той комнате, вы не заблудитесь!       Инесита ещё ничего не сказала, а его и след простыл. Двое мужчин её бросили на произвол судьбы во дворце, который подвергся очередному нападению.       Как благородно с их стороны.       Инесита была уверена, что Алиф бы так не поступил. Узнав об опасности, он бы отвёл её в безопасное место, а не позорно сбежал, сославшись на дела.       Посетовав на нравы солдат, Инесита подошла к двери, за которой её ждал император, и собралась войти, но услышала его голос:       — Кто решил, что она будет моей невестой? — молодой император, вкусивший свободной жизни, не скрывал своего разочарования. — Почему я должен жениться на рыжеволосой ведьме? Они не могли прислать кого-то посимпатичнее?       Инесита посмотрела по сторонам и, проверив, что все солдаты разошлись, она не стала заходить, вместо этого прислушалась.       — Вы отправили моё письмо? — продолжил Фримонт. — Я попросил их прислать другую кандидатку. Император Грейдс отказал?       Инесита застыла, если такое письмо действительно доставили, то её семье это грозило чуть ли не повешеньем. Её главная цель — заполучить сердце императора, но тот открыто выражал своё недовольство невестой.       За дверью послышался другой голос:       — Ваше Величество, она ваша суженная, — мягко возразил его собеседник. — Ради империи вы должны принять её.       Этот голос принадлежал Винсенту де Лавелю, тому, кто одной строчкой своей книги мог перевернуть целый мир.       Инесита любила его произведения, она с ним дважды встречались во дворце, но они только приветствовали друг друга, как положено по этикету. Она, будучи заложницей, не отважилась с ним говорить на философские темы; но Винсент, бесспорно, соответствовал тому, каким она его представляла.       Девушка знала, что подслушивание — это неподобающее занятие для леди; но они обсуждали её, что несколько меняло дело. К тому же, ей не хотелось прерывать беседу своего будущего жениха. Она могла узнать его настоящее отношение к ней.       Император с нотками отвращения сказал:       — Не хочу. Она мне противна.       Леди Вебер подумала, что сегодня уже третий мужчина от неё отворачивался, но это не так сильно волновало, как последствия несостоявшегося брака. Ей нужно завоевать императора, пока он окончательно её не отверг, выставив на улицу.       — Ваше Величество, пожалуйста, проявите милосердие. Я попросил её прийти, — вкрадчивый голос дипломата звучал прекрасной мелодией, способной затронуть души людей. — Вам следует поговорить, когда вы узнаете друг друга получше, то измените мнение о ней. Она образованная, внимательная к другим, у неё сильный характер, а также есть качества, которые необходимы императрице…       Инесита изначально подозревала, что это не император отправил письмо, и не расстроилась. Он бы не стал приглашать девушку по своему желанию. Но на сердце леди потеплело от добрых слов, сказанных любимым писателем.       Винсент де Лавель славился своим красноречием и хорошим отношением к девушкам, он всегда проявлял чуткость и вступал на их защиту.       — Вздор, — фыркнул император. — Она коварная, подлая и плетёт заговор против меня. Как только мы поженимся, она подсыплет мне яд в бокал.       — Ваше Величество, не говорите так…       Напротив, фразы императора ранили подобно стрелам. Они застревали в теле девушки, причиняя боль: ей предстояло всю жизнь провести с этим человеком.       Выждав некоторое время, Инесита постучала и, получив разрешение, вошла.       На лице Винсента возникло удивление — он не думал, что она придёт так рано, и испугался, что она могла их услышать.       Императора же его опасения явно не заботили.       Леди Вебер зашла внутрь и улыбнулась, ничем не выдавая то, что подслушала разговор, не предназначенный для её ушей. Она сделала глубокий реверанс.       — Приветствую Ваше Величество.