Кадиллак и Катафалк

Маша с Дашей была на всех стадиях ее беременности. Практически не отходя от Даши, Маша могла поклясться, что увидя Веника, она бы не просто высказала всё, что думает о нем, она бы его порвала, за свою сестренку. Вроде бы дебил Веник был гением, а спуститься до презиков не мог? В общем, не суть, Маша любила свою сестру. И ждала, как никто, появления дочери. Даже имя вместе придумали, словно они и были пара. Маша выполняла любой каприз Даши в любое время суток. Хоть банку огурцов, хоть мороженое в 3 часа ночи. Что самое удивительное, Маша бросила мутить с парнями, посвятив себя сестренке и ее дочке, которая вот-вот появится на свет. Самое удивительная просьба Даши – это спеть про одуванчики в 5 утра. Что удивительна, так то, что Даша хлопала в ладоши и улыбалась такой радостной улыбкой… Маша считала, что Даше шла беременность, но все же доверить, Даше дочь побаивалась. Естественно, на Машку будут оформлять документы. По сути, это будет общий ребенок сестер, но роль матери возьмет на себя Маша, она и ушла из Бауманки ради Даши и Сонечки. «Какое же прекрасное имя выбрали они с сестрой!» – думала Маша, гладя животик Даши, убаюкивая обеих своих любимых девочек. Даша же каждый день жила с перепадами настроения, ожидая наконец-то родов. Мечтала держать в руках Соню, убаюкивать, целовать лобик перед сном. Пусть в ее жизни был Веник, который натворил делов, но она любила Сонечку, которая была в ее животике. Отсчитывала недели и дни до выхода ее любимой дочери с ее любимой сестрой… Что могло быть лучше? Подарок, что подарила Маша в день, когда они обе узнали о беременности, нес в себе для Даши поистине самую лучшую энергетику. Даша просыпаясь, каждый день целовала лоб черепа, который держал во рту красное сердце. Каждое утра Даша любовалась сонным лицом Маши, своей любимой сестры. Каждое утро Маша просыпалась от поцелуя Даши в щечку. Маша умилялось Даше, и была счастлива быть со своей сестренкой и маленькой малышкой в ее животике. Каждое утра после подаренного поцелуя Даши, Маша дарила поцелуй Сони через животик, и поцелуй самой сестренке в щечку. Маша умывалась первой, чтобы приготовить правильное питание для Даши. Дарила цветы целыми букетами, что бы Даша могла дышать запахом цветов. Тёмными вечерами выходила гулять с Дашкой, что бы, не дай Бог, кто-то не увидел ее. В общем, было ощущение полной идиллии, словно Маша – заботливый отец, а Даша – влюбленная в своего мужа будущая мать. Даша жила все месяцы со своей сестрой, словно в раю. И вот, вечерняя прогулка. Укутав сестренку как ляльку, Машка двинулась на прогулку с Сонечкой и Дашей. Неспешная милая прогулка со своей сестренкой. Маша шла держась за руку и поглаживая ее круговыми движениями, тем самым даря спокойствие. Даша: Я хочу мороженное и соленные огурцы. Маша прыснула со смеху. Даша: Ты чего смееешься? Ребенок требует! Маша: Секунду… Даша: Не отпускай меня. Маша прижала к себе Дашу. Заказав мороженое, они сели на лавку. Маша протянула мороженное в рожке: – Было только такое. Большое фисташковое. Даша улыбнулась: – Как ты догадалась, чего я хочу? – Я тебя знаю. – Даже слишком хорошо. Маша знала наперед, какие желания будут у Даши через пару мгновений после озвучение первой мысли. Как хорошо, что они переехали в тихий спальный район подальше от их шумных сестер. Какой бы Маша глупой не казалась, она копила на Кадиллак денежки, а хватило при помощи родителей на квартиру. Так, что было все прекрасно, вечерние прогулки не пугали их. И вот, эта вечерняя прогулка тоже стремилась к завершению. Наконец день Х настал. Даша ощутила схватки, сидя с Машей на скамейке. Хорошо, хоть мороженное было съедено, а Маша, наплевав на свое, кинула его в урну. Даша держалась за живот, после чего почувствовала, как по ногам потекла бесцветная жидкость. Это значило одно: у Даши отходили воды. Держа Дашу и гладя ее, Маша звонила в скорую. Славу Богу, скорая успела, Дашу быстро поместили на каталку, и экстренно увезли в больницу. Маша предъявила права, почему ей стоит ехать с сестрой. И всю дорогу держала за руку Дашу и целовала. Шептала, что будет с ней до конца.