Когда море высохнет, а камни истлеют

Холодный нефрит перекатывается по коже, успокаивает, не даëт задремать. В засаде они провели уже несколько часов. Сяо вновь использовал какую-то там свою силу, чтобы посильнее скрыть их присутствие – Итэр и сам старался успокоить бушующую внутри пиро энергию, которая была готова вырваться в тот же момент, когда перед ними возникнет противник. Но противника не было. Эти часы они двигались до безумия медленно, но всë же смогли осмотреть периметр вокруг склада. Само здание выглядело невероятно старым, но всë же не до конца заброшенным – тогда бы у работников «Фэйюнь» точно были бы вопросы, а Ордену, очевидно, это было совсем не нужно. Где-то за кустами вопит чайка – всплеск воды – мощные взмахи крыльев – отдалëнные вопли остальных птиц, которые уже спешили разделить добычу. Сяо рядом слегка выпрямляется, смотрит в сторону звуков, но через пару мгновений над деревьями уже парит стая массивных птиц, у некоторых в клювах был долгожданный ужин. Адепт с вопросом в глазах поворачивается к напарнику, и Итэр качает головой. «Что не так?» «Всë в норме» Путешественник прислушивается к своим ощущениям, сравнивая их с тем, что было на террасе. Такая же элементальная тишина, но зато физически вокруг них было множество звуков: от прыгающих по веткам активных белок до неугомонных чаек. Всë в норме. А не должно быть. Из засады уходить они не собирались до завтрашнего дня. Обговорив разные детали вдали от склада, они вернулись сюда час назад, безмолвно приняв те же позиции, что и раньше. Не сработать укрытие Сяо не могло – некоторое время назад Итэр испуганно взмахнул у себя над головой, когда ощутил какое-то давление, моментально отрезая бедному воробью голову. Вот и сидят втроëм уже час: он, Сяо и труп воробья возле куста. Если даже животное не заметило их присутствие, приняв голову человека за удобный камень, – или, чего хуже, мягкое гнездо – то уж о менее бдительных разумных существах и речи быть не могло. Итэр слегка ëрзает, бегая взглядом по пространству перед деревянными воротами. Как ни крути, животные на инстинктах всегда были куда более внимательными, чем самые опытные воины, а их в Ордене явно было маловато, иначе они бы уже давным-давно просто пошли с орудием против всех подряд Архонтов. Был шанс, что заказчик вновь вернëтся сюда. Если Орден выбрал это место, значит, оно было довольным невзрачным, а такими хорошими позициями они не могли раскидываться – наверняка использовали его как одно из своих укрытий. Вряд ли, конечно, прямо в деревянном здании, больше похожим на огромный амбар, было что-то важное, но хотя бы что-то точно должно быть. Его локтя невесомо касаются чужие пальцы – Итэр кивает, не смотря на адепта, и тот исчезает, оставляя после телепортации шуршание листвы и травы, что среагировали на вспышку ветра. Время клонилось к закату, так что если на складе никого не было и к ночи он не вышел, то, вполне возможно, ночью этот некто только придëт – вот они и поделили территорию, ведь кто-то из Ордена мог зайти не только через основные ворота, а вот шансов на то, чтобы выйти через центр после того, как долго находишься в безопасном месте, было гораздо больше. Путешественник едва не забывает моргать и дышать, сосредоточенно прислушиваясь и всматриваясь во всë, что их окружало. Разумеется, у них было достаточно сил, чтобы вломиться на склад и просто порубить всех подряд, но это было бы не совсем разумно. Чтец Бездны очень ловко обвëл их вокруг пальца, идеально скрыв своë присутствие, так что им следует не просто найти заказчика. Было куда ценнее разобраться в том, какую конкретно маскировку они использовали. Может быть, это какой-то артефакт или заклинание – так они хотя бы будут знать с чем бороться. Итэр раздражëнно отталкивает кончиком меча труп воробья слегка подальше от себя. От него было не по себе. Прижимаясь ближе к сухой, пожухлой траве, которая отлично сочеталась с его одеждами, юноша прикидывает возможные варианты событий. Скорее всего, заказ забирал человек. Сама Люмин? Вряд ли, она на слишком высоком чине, да и светить лицом ей, очевидно, не стоило, когда многие люди, а особенно миллелиты, всегда держат в голове еë внешность. Кто-то ещë из верхушки? Тоже вряд ли. Вполне возможно, что Чтец Бездны перевоплотился – такое уже было, но вряд ли у них весь Орден состоит только из Чтецов. Чем дольше они сидели на месте, тем сильнее Итэр сходил с ума. В какой-то момент начало казаться, что, может, Син Цю с ними заодно и дал ложный адрес. А, может, тут дело было вовсе не в Ордене и это действительно какие-то локальные разборки между людьми. Путешественник качает сам себе головой, сжимая в руках нефрит. Не могло быть таких совпадений. Он не мог пойти на реку и случайно обнаружить такую же ткань, что и та, на которой были чертежи. Невольно вспоминаются слова Паймон о том, что это может быть ловушкой. Но кому нужно ловить Итэра? И Фатуи, и Архонты, и Люмин могли поговорить с ним лично, не ухищряясь в каких-то загадках. От мысли, что кто-то из Селестии мог заниматься такими глупостями, и вовсе становится смешно. За спиной пищит белка, и путешественник, отвлекаясь на осмотр территории, вновь погружается в раздумья. Они совсем не обсудили с Сяо что им делать, если сюда придëт просто человек или, что ещë хуже, действительно знакомый Итэра. Дайнслейф, например. Вполне в его духе, между прочим, заниматься такой ерундой, вместо того чтобы прямо выйти на путешественника. Но Дайна убивать было нельзя, а в его состоянии, которое ухудшается с каждым годом, он явно был бы не в силах сопротивляться воину вроде Сяо. При всëм уважении к навыкам рыцаря Кхаэнри'аха, Дайн не может и нескольких часов пробыть рядом с Итэром, постоянно уходя куда-то отдохнуть и в сотый раз попытаться справиться с последствием проклятия. Исход, при котором здесь появится человек, казался просто невозможным, когда они обсуждали план действий. Итэр неприятно ëжится от подувшего обычного ветра – но ведь и мысль о том, что Орден Бездны – не абсолютное зло, тоже когда-то казалась глупостью. И вот от таких мыслей страшно. Не от того, что когда-то он схлестнëтся с богиней, чтобы вернуть свою силу – страшнее, если он пожалеет об этом. Страшно не то, что впереди война – страшно то, что Архонты могут пойти войной не вслед за Люмин против небесного порядка, а против неë. Страшно, что однажды он встанет против всех тех, кем дорожит – неважно, против Люмин или против Паймон и Сяо. Оба варианта одинаково отвратительные. Итэр бесшумно вздыхает. Именно поэтому он и был сейчас здесь. Чтобы не довести ситуацию до самых страшных вариантов сценария. В лицо приятно ударяет слабый ветер – Сяо вновь появляется прямо перед ним, не пряча свою тревогу и напряжение. Итэр вопросительно изгибает бровь, и Сяо ничего не говорит – просто касается чужого запястья, дëргая за собой и тут же перенося к небольшому кусту. Горький запах ударяет в нос прежде, чем он успевает рассмотреть ярко-красные плоды. Адепт хочет что-то сказать, но путешественник тут же качает головой, прося помолчать. Он и так всë прекрасно понял – перцев не было при их прошлом обходе. Рано или поздно, но должно было всплыть что-то подобное. Итэр опускается на колени, аккуратно касается перцев кончиками пальцев, тут же потирая руку. Пыльца оставалась, хотя он даже не касался сердцевины плода. Путешественник на пробу достаëт нефрит из кармана, прикладывает его к перцам, но совершенно ничего не происходит. Раздражает. Красные, ароматные плоды испуганно покачиваются, когда их касается грозный ветер. Путешественник непонимающе поднимает голову, смотря на то место, где мгновение назад был адепт – в воздухе парила парочка бирюзовых огоньков, но уже через мгновение они растворяются в воздухе. Тревога стучит где-то в висках – возможно, адепт просто пошëл дальше патрулировать склад, оставляя перцы на напарника. Через мгновение до путешественника доносится глухой удар – Итэр хмурится, подрываясь на ноги и держа перед собой меч. Тишина. Мгновение – вновь лязг металла. Итэр поспешно огибает постройку, заходит внутрь, но совершенно не видит, что происходит – поднявшаяся пыль заслоняла весь обзор. Он прокашливается, и где-то рядом знакомо звенит чужое копьë, ударяясь о какую-то преграду. — Я поговорить! Остановись! Урчащий рокот заставляет Итэра вслепую ударить куда-то вперëд – Сяо был где-то сбоку, так что это не так опасно. Вновь глухой стук – Нефритовый Коршун врезается в элементальный щит, на мгновение увязая в нëм. Адепт, очевидно, останавливаться не собирался, уж тем более по просьбе врага. Ещë нескольких ударов достаточно, чтобы чужой щит с треском развалился. — Сяо! Кто бы там ни был – не убивай, нам нужна информация! — Я не идиот, — злобно шипит на выдохе где-то слева Сяо. Нечто тихо охает, а из пыли на мгновение становится видна чужая нога – кажется, Сяо кого-то пнул. — Дай верëвку. — У меня нет верëвки, — злится Итэр, но не на кого-то конкретного – просто не понимать происходящее было слишком тяжело после нескольких часов засады. — Надо его связать. — Не надо, — стрекочет существо, и Итэр раздражëнно машет ладонью, заставляя пыль разлететься в стороны. Знакомый мех, знакомый рокот, знакомая маска – под ногами лежал маг Бездны, в знак капитуляции поднимая лапы и откидывая посох в сторону. Сяо злобно ворчит что-то, занося копьë над чужой шеей, и Итэр с беспокойством наблюдает за происходящим. Мгновение – Коршун оказывается вбит прямо в деревянный пол, но не под прямым углом. Шея противника застревает между основной длинной пластиной и боковой, что была поменьше, но тоже касалась пола, блокируя возможность мага передвигаться. — Он всë ещë может телепортироваться, — уточняет Итэр. — Пусть попробует, — злобно плюëтся Сяо, и путешественник на мгновение успокаивающе касается его предплечья, вновь возвращая внимание к долгожданному существу. Маг выглядел испуганно. Лицо, конечно, было скрыто маской, но существо слегка дрожало, по инерции пыталось выбраться, инстинктивно чувствуя опасность, но сдерживалось, сжимая кулаки. Итэр осматривает помещение: всë примерно так, как он себе и представлял. Высокие, пустые, пыльные стеллажи, кое-где – огрызки шëлковых тканей, чайный сервиз и парочка пустых коробок. — Здесь есть кто-то ещё? — Никто, — рокочет маг Бездны, — Я один. Итэр слегка хмурится. У мага, видимо, были проблемы с современным тейватским языком. Он растеряно оборачивается к Сяо, мельком осматривая его. — Почему ты так поздно? Снова друзья из Ордена? Путешественник морщится. — Не говори ерунды. Если бы Чтец представлял нам опасность, я бы тоже вступил в бой. Якса глубоко дышит, постепенно приходя в себя. Им обоим стоило успокоиться от такой неожиданной встречи, ведь всë произошло слишком внезапно. — Так почему тогда? — Я снова ничего не почувствовал, — слегка стыдливо заявляет Итэр, но Сяо не осуждает, лишь непонимающе хмурится, — Может, это из-за перцев? Но ты ведь тоже рядом стоял. — Я не почувствовал его. Увидел, как эта рожа таращится на нас из-за угла склада. Маг Бездны кряхтит, качая головой. — Вы и не почувствуете. Маскировка. — Мы это поняли, — раздражëнно говорит Сяо, но Итэр вновь качает головой. Он ещë некоторое время смотрит на взъевшегося адепта, прежде чем аккуратно подойти к магу Бездны. Присесть на корточки он не мог – это всë ещë могла быть уловка мага. Сяо тоже, видимо, думает так, раз отходит в сторону, с силой наступая на откинутый посох. Маг Бездны тихо скулит, но не протестует – закидывает голову выше, чтобы видеть подошедшего к нему юношу. — Что за маскировка? — спрашивает Итэр, складывая руки на груди. Нужно изучать каждое движение мага, вслушиваться сквозь каждое слово. Он заявил, что хочет поговорить, но неизвестно, о чëм именно будет разговор. Сяо пропадает на мгновение, через секунду оказываясь на балке под потолком. У него не было оружия, но он всë равно пошëл осматривать окружающую их территорию, не доверяя утверждению мага. Итэр опускает голову, отводя взгляд от чужой фигуры. Маг бездны приподнимает руку, и путешественник моментально реагирует, почти отрезая еë, но существо громко хрипит одно слово: — Нефрит! Итэр замирает. Смотрит, не моргая. Нефрит. Маг бездны снова медленно и с опаской поднимает руку, – хотя, скорее лапу – залезает ею в шерсть шеи, доставая оттуда нефрит на тонкой верëвке. Видимо, над эстетической составляющей никто не задумывался – камень лишь был несколько раз обмотан верëвкой. — Такой же, как у тебя, — любезно подмечает Сяо, отворачиваясь от них и вновь исчезая, через секунду появляясь у входа в помещение. Путешественник шумно вздыхает, сосредоточенно хмурясь. Он достаëт камень из кармана, довольно резко отнимает амулет мага. Чувство стихий подсказывает: да, энергия та же. — И у тебя, и у меня есть нефрит, — осторожно говорит маг Бездны, — Из-за них нас друг другу не видно. Итэр поражëнно выдыхает. Если это правда, то это просто ужасно – он был инициатором того, чтобы забрать камни с собой. Камни, которые выпали из другого мага Бездны. Судя по тем обрывкам, которые говорил этот маг, они с Сяо действительно видели чужую энергию, но не обращали на неë внимание, потому что думали, что это его камни в кармане. Путешественник разозлëнно замахивается, намереваясь выбросить камни, но перед ним возникает Сяо, скептично наблюдающий за тем, как в него вот-вот швырнут несколько камней. — Ты так просто ему поверишь? — Нет поводов не верить, — выдыхает парень, слегка опуская руку, — Мой нефрит тоже упал с мага, помнишь? Якса на мгновение напрягается, смотрит изучающе на драгоценные камни, прежде чем повернуться к чудовищу. — Да, да, тоже упал с мага, — осторожно кивает существо, но замирает, когда нефритовая пластина оказывается слишком близко к шее, — Мой товарищ. Такие нефриты у всех в Ордене. — И у Чтеца, — бормочет Сяо. Маг вновь кивает, но тут же шипит от боли, переставая двигаться. — Нефрит... пропитан энергией. Он долго лежал в реке и пропитался долиной, — на ломаном языке объясняется существо, радуясь возможности вставить слово. Ну, или усыпить их бдительность, — В реку кидали шаманы, это ритуал. Шаманы – почти адепты. И в долине везде сила адептов. Якса напряжëнно складывает руки на груди. Видимо, не только Итэр виноват в их невнимательности, но лучше от этого никому не становится. — Хороший ход, — хмыкает путешественник, широким броском всë же выбрасывая нефрит на улицу. Камни падают где-то в траве, и сразу энергия мага Бездны чувствуется. Сяо кивает – видимо, тоже почувствовал. Чëрт. Вот, значит, зачем он им нужен был. Для маскировки. Итэр подмечает злость в яшмовых глазах и подбадривающе улыбается, пусть и немного криво. — Зато теперь мы что-то узнали, — успокаивает он напряжëнного адепта, и тот вздыхает, кивая, — И теперь мы сможем спокойно вернуться в долину, зная, что можем почуять опасность. — Можете! Можете! — маг Бездны ëрзает спиной по полу, привлекая к себе внимание, — А я могу сказать что-то ещë. Возьмите меня с собой, я буду полезен. Итэр хмурится. Взять с собой? — Зачем тебе идти с нами? Маг многозначительно показывает лапой на копьë, прося убрать его, но Сяо лишь фыркает: — Не держи меня за идиота. Ты не в том положении, чтобы просить что-то у нас. Существо вздыхает со свистом. — Я хочу помочь. Вам. И сородичам. Адепт, кажется, уже готов вновь пнуть существо за бред, который он несëт, но путешественник касается чужого плеча, останавливая. Он понимал чужое нетерпение, но им нужна была информация. Сяо щурится, чуть наклоняется назад, возвращая ногу на прежнее место, и Итэр с благодарностью кивает. Путешественник возвращает руку к себе, слегка чешет горло. Неизвестно, была это засада или нет, был ли маг Бездны чей-то приманкой, как и непонятно, сколько у них времени, поэтому надо задавать только точные вопросы. — Зачем? Маг слегка мешкает, вновь со свистом вздыхает, прежде чем ответить: — Вы тоже держите меня за идиота. Но это не так. Я вижу, кто сильнее, — он слегка постукивает пальцами по земле, но Итэр не может считать шифр – кажется, маг просто нервничал, — Я в Ордене, потому что они делают много хорошего. У нас общие цели и враги. Но они... Я вижу, как умирают сородичи. Если Орден продолжит, то они погибнут. Сяо с презрением смотрит на существо. — И ты решил просто переметнуться к тем, кто сильнее? Маг Бездны сипло кряхтит что-то, качая головой. — Да, решил. Но потому что Орден погубит всех на грядущей войне. У меня нет, как это... Семьи? Но у меня ответственность перед сородичами, — существо вновь вздыхает, и юноши быстро переглядываются, — Принцесса скорбит по павшей стране, по тем людям. Если Орден не остановится, мой народ умрëт. Это будет бесконечный цикл мести друг другу. Я не хочу. Пусть победят грязные Архонты. Итэр тяжело вздыхает. Он мог понять, как сложно наступить себе на горло ради благополучия своей семьи, пусть маг и не считал своих сородичей таковыми, ситуация примерно одинаковая. — Ты пришëл к нам, зная, что мы убивали таких же, как ты? — уточняет Сяо, постепенно остывая от злости. — Вы убили сто или тысяча, — сипит существо, — А на войне умрут все. Все трое замолкают. Итэр беспокойно шарится по карманам, чтобы успокоиться благодаря нефриту, но вспоминает, что он едва их не погубил, поэтому перекладывает руку на меч, который уже убрал в ножны. Доводы мага звучали вполне разумно. Ему... не хочется верить, потому что если поверят, то придëтся признать, что все его слова – правда. Что Орден планирует полномасштабную войну, что Люмин страдает по Кхаэнри'аху, что ей плохо. Что даже в Ордене есть те, кто с ним не до конца согласен. Он поворачивается к растерянному Сяо. Кажется, даже якса на мгновение поверил магу, а это уже говорило о многом. Итэр слегка наклоняет голову вбок, потирая шею: — Я не могу один принимать решение. — Очевидно, какое, — ворчит якса, складывая руки на груди. Они ещë некоторое время смотрят друг на друга. Маг Бездны ëрзает, но терпеливо молчит. — Я думаю... — Я тоже. — Ну, если даже ты согласен, — мнëтся Итэр, устало вздыхая, — Он ведь не сможет навредить нам. Будем сторожить его ночами по очереди – мы же всë равно так делаем. — А если он будет сообщать Ордену о наших передвижениях? — невольно спорит Сяо. — Они и так знают, — вклинивается в диалог маг Бездны, — Не из-за меня. У них свои... Источники. Итэр недовольно хмурится. Видимо, они рано расслабились – существо явно почувствовало себя увереннее. Интересно, какую цену он выставит за свои услуги. — Я не собираюсь брать его с собой, — хмурится адепт, — Итэр, мы можем просто выслушать информацию и оставить его где-нибудь. Чудовище недовольно скрипит, кажется, клацает зубами. — Нет, — заявляет маг, — Мне нужна безопасность. Я рискую всем. Они могут найти меня и убить. Я не помогу сородичам, если умру. Итэр тяжело вздыхает, посматривая на адепта. Тот явно был против, но, видимо, подбирал подходящий аргумент, потому и молчал. — У нас нет выбора? — спрашивает Итэр. — Всегда есть, — хмурится якса, — Просто этот – самый эффективный и быстрый, если готовится что-то масштабное. Обычно за такие пути самая высокая цена, а не просто «безопасность». Путешественник поджимает губы. — Безопасность – бесценна, Сяо, — тихо говорит он, — Как и тишина, и спокойствие. Якса замирает на мгновение, прежде чем удручëнно кивнуть. Итэр тактично отводит взгляд, отходит в сторону, аккуратно касаясь копья. Поглаживает слегка, рассматривает узоры на древке – кажется, он ни разу не касался Коршуна, но любил засматриваться на тонкие пластины, когда оружие лежало рядом с ним. Путешественник бросает ещë один взгляд на адепта и, когда тот кивает, хватает оружие, с силой выдëргивая его из деревянного пола. Маг Бездны стрекочет что-то, тут же садясь и отряхиваясь. Выглядел он вполне помято, а на спине даже была неглубокая рана, и Итэр в очередной раз думает, что Сяо – превосходный воин. — Что насчëт чертежей? — сходу спрашивает якса, явно не собираясь медлить. — Я перевернул плот, — кивает маг, и Итэр хмурится, но не успевает задать вопрос, — Человек жив. Я отправил его обратно в деревню. Он оттуда плыл. Он меня не видел. Адепт удовлетворëнно кивает, внимательно наблюдая за юношей. Итэр слегка теряется, улыбается неловко, переставая разглядывать оружие и протягивает его хозяину, становясь рядом с ним. Маг Бездны аккуратно подлетает в воздух, чтобы быть с ними на одном уровне глаз, но не создаëт щит, чтобы не подавать поводов вновь наброситься на себя. — И зачем ты всё это устроил? — Чтобы привести вас сюда, — терпеливо разъясняет существо, — Вы бы не поговорили со мной, если бы я просто вышел к вам. А тут и правда заказывали шëлк. Для чер... Чертежей, — с трудом выговаривает слово маг, складывая руки за спиной, но вовремя осекается и перекладывает их вперëд, сцепляя в замок. Итэр нехотя подмечает, что он совершенно не был похож на Паймон. Та легко покачивалась, любила нарезать круги, кувыркаться в воздухе, иногда пугать сидящих на ветках птиц. Это ощущалось... странно. Маг же практически не двигался, словно застыл в моменте, напоминая Итэру, что расслабляться нельзя. Он чувствует, как в горле собирается ком, а плечи охватывает мандраж. Наконец-то. Наконец-то ответы, а не вопросы. — И зачем Ордену чертежи? — Строят ме...ханизм, — кивает маг, послушно выкладывая всë самое важное, — Такой же, как у адептки. Люмин... Существо замолкает на мгновение, будто размышляет, стоит ли давать больше, чем нужно. Итэр терпеливо молчит, но через пару мгновений существо тихо шипит. Путешественник с тревогой кладëт руку на рукоять меча, ожидая нападения, но через секунду становится понятно – маг не размышлял и не собирался нападать. Чудовище хватается за живот, словно стараясь что-то удержать, но не выходит – Итэр видит через чувство стихий, как мрачная энергия бурлит в груди существа. Яркая вспышка ослепляет на пару секунд, и путешественник не понимает, что происходит. Он одним движением выхватывает меч из ножен, блокируя возможный удар, но удара нет – существо громко скулит, прежде чем раздаётся оглушающий хруст. По руке что-то течëт. Итэр ошарашенно опускает руку с мечом, быстро моргая, чтобы вернуть себе зрение. Перед ним стояло что-то темное. Секунда – чужая обнажëнная спина. Путешественник испуганно хватает адепта за плечо, – не то, которое нужно, и клыки на чужом наплечнике больно впиваются в руку – дëргает на себя, поворачивая юношу к себе лицом. Сяо слегка отворачивает голову в сторону, сплëвывая кровь. Итэр сумасшедшим взглядом бегает по чужому телу, чтобы найти, откуда течëт кровь, но в непонятной каше кусков плоти ничего не видно. — Где? — Нигде. Всë нормально. Он поднимает взгляд к чужому лицу. Якса тоже выглядит... странно. Ошарашенно. Явно не количеством крови вокруг них, не останками существа на собственной коже. Что-то другое. — Если ты врëшь, я тебя убью. — У меня нет ран, — куда медленнее, чем до этого, говорит адепт, осознанно моргая, кажется, приходя в себя, — Твоя рука. Итэр шумно выдыхает, не сразу поднимая к себе руку, в которой был меч. Лезвие тоже было измазано чужой кровью, как, собственно, и рука, на которую адепт обратил внимание. Сердце заходится в бешенном темпе. Приходится сглотнуть, чтобы тоже прийти в себя. — Это не моя кровь. Сяо медлит, прежде чем кивнуть. Они смотрят друг на друга, переводя дыхание. Мага Бездны разорвало на клочья, стоило имени Принцессы прозвучать вслух. Он хочет отвернуться, посмотреть на его останки, может быть, найти ещë зацепки, но что-то не даëт двинуться с места. Осознание приходит издевательски медленно, постепенно, не громко, словно боится заявить о себе. Путешественник касается чистой рукой своего лица и шеи, смотрит на ладонь – чистая. Вновь поднимает взгляд на адепта, который почти не шевелился, лишь сдержанно-громко дышал и медленно моргал. Чужие ресницы странно подрагивают, но Итэр не хочет анализировать. Он всматривается в лицо Сяо, полностью покрытое кровью, редкими кусками плоти, на лоб даже прилип кусочек шерсти, прикрывая фиолетовый ромб. Адепт медленно поднимает руку, пытается запястьем стереть кровь, но еë слишком много. Путешественник опускает взгляд. Белый верх тоже был покрыт мощными росчерками крови, наверняка она уже впиталась ткань. Кровь темнее, чем у обычных людей, но это – единственное, на что отвлекаются мысли Итэра. Он поднимает задумчивый взгляд на яксу – тот, кажется, тоже рассматривал путешественника, удостоверяясь в отсутствии ран. Итэр вновь смотрит на чужой лоб, на котором не было видно привычной метки, и качает головой. Он замечает чужой заинтересованный взгляд, когда поднимает свою руку, касаясь запястья. Атласная ткань приятно холодит кожу, но запястье ощущается слишком уязвимым, когда с него стаскивают фиолетовую ленту. Итэр осторожно складывает длинную ленту несколько раз, чтобы тонкая полоска лежала несколькими слоями, делая площадь ткани больше. Он поднимает взгляд на юношу, заглядывая в яшмовые глаза, но не видит в них ничего, что могло бы помешать уверенно поднести ладонь с тканью к чужому лбу. Сяо защитил его. Пальцы опускаются на чужую кожу, и ткань тут же пропитывается безумным количеством крови. Итэр осторожно – вдруг раны всë-таки были – ведёт ладонью вдоль лба, смахивает куски шерсти и плоти, позволяя себе увидеть знакомую метку. Сяо шумно выдыхает, слегка дëргается назад, но совсем неуверенно – по привычке. По дурацкой, глупой привычке. Итэр хмурится, тянется свободной рукой себе за спину, вытаскивая из бокового кармана бутылку с водой. Приходится немного повозиться, чтобы намочить ленту и позволить багровой жидкости стечь на пол мягкими каплями. Он вновь протягивает руку к чужому лицу, ведëт мокрой тканью по неожиданно мягкой щеке, оставляя за своим движением светлую полоску кожи. Кровь на Сяо – что-то неправильное. Что-то, что надо поскорее убрать, потому что он не должен быть в крови. Даже в чужой. Итэр ловит чужой внимательный взгляд. Тем более – в собственной. Пальцы ловят чужое спокойное дыхание, когда он вытирает подбородок. Чужие ресницы вновь подрагивают, когда Итэр после небольшой паузы касается другой щеки; подрагивают, словно не решаются, но в конце концов адепт всë же закрывает глаза, и путешественник позволяет себе слабую улыбку. Он не хотел думать ни над чем, что их окружало. Всë, что волновало – молчаливое признание самому себе, что то, как он испугался за Сяо и всем собственным попыткам убедить себя, что он не связан с Тейватом. Что он не привязался. Лента вновь оказывается намочена и отжата – путешественник аккуратно ведëт по чужим скулам. Привязался. Ещë как. Иначе ему было бы не наплевать. Он бы также, как и сотни других вынужденных напарников адепта ушëл, оставляя его самого отмываться от крови. — Всë, — тихо говорит Итэр, когда на чужом лице почти не остаëтся крови, на всякий случай смахивая пух с длинной пряди юноши. Якса приоткрывает глаза, но не отводит взгляд. Смотрит внимательно, спокойно, медленно моргает, опускает взгляд на ленту, которую когда-то, словно в другой жизни, отдал Итэру. — Ты тоже теперь в крови. Путешественник мягко смеëтся, отряхивая руку. — Я знаю, — Итэр рассматривает чужую одежду и кивает адепту на грудь; тот тоже опускает взгляд, — Одной лентой нам не обойтись. Якса кивает, но не двигается. Итэр заинтересованно заглядывает за чужое плечо – что-то тихо потрескивало на месте, где совсем недавно был маг Бездны. Тëмный комок энергии, что разорвал чужое тело, едва слышно трещал, затухая с каждой секундой. Он возвращает взгляд на адепта, когда тот странно морщит нос – единственное место, до которого Итэр не добрался с лентой, и, видимо, кровь начинала застывать. — Здесь больше нечего делать, — тихо говорит адепт. Итэр кивает, бросая ещë один взгляд на останки – убедиться, что больше тут ничего нет. — Да, — медленно говорит путешественник, ещë раз выжимая ленту и убирая бутылку с водой, — Пойдëм.