Принцесса и дракон

Люси постепенно начала приходить в себя. Голова раскалывалась от жуткой боли, тело ныло от долгого пребывания в неудобной позе. Она попыталась пошевелить конечностями и поняла, что, собственно, абсолютно свободна. Тело Люси слушалось пока не очень хорошо из-за затекших мышц, но других ограничений не было. А ведь она четко помнила подобравшихся к ней двух уродов, что уже пытались её куда-то уволочь днём во время прогулки по фестивалю. Собравшись с силами, она открыла глаза и огляделась. Люси находилась в огромной пещере, скорее даже грот. Недалеко от неё плескалось море, со стороны воды веяло свежестью и запахом морской соли. Вход был огромный и абсолютно свободный, больше напоминая провал в скале. Люси осмотрелась, вокруг не было ничего, скалы и всё. Поднявшись, она осмотрелась ещё внимательнее, но признаков жизни в пещере не оказалось, но недалеко от места её пребывания она заметила проход и, ведомая любопытством, направилась к нему. Проход вел в небольшой тоннель, как переход между двумя пещерами. Только прошлая была открытым гротом, а эта, наоборот, была полностью закрытой, внутри образовалось большое озеро морской воды, пробивавшееся сквозь почву. Повсюду в пещере были расположены кристаллы, они светились мягким приятным свечением, позволяя без особых усилий осматривать обстановку. Она тоже была скудной и состояла целиком из природных материалов. Люси пошла по контуру озера, оно было абсолютно спокойным, ничем не тревожимое. Когда Люси уже дошла до середины другой стороны, она услышала непонятный звук и обернулась в темноту, туда, где свет кристаллов не доставал. — Кто тут? — строго спросила она, ключи злодеи не догадались с неё снять, и Люси была во всеоружии. — Уходи, — раздалось жуткое рычание из темноты. Люси не была глупа и догадалась, где ей приходится быть. Близость моря, рычание, сомнений не осталось: она в логове черного дракона. — Зачем ты меня похитил, Акнология? — Люси сделала несколько шагов назад, берясь рукой за висящую на поясе связку. — Я не похищал тебя, — голос дракона был одинаково грозным, и его не было видно. Но Люси не обманывалась, она уже научилась отличать разные виды рычаний драконов. — Тогда что произошло? — она была смелой, хотя легкий страх внутри неё сжимал внутренние органы. — Я просто охотился в лесу. Тебя тащили какие-то люди, и я просто забрал тебя у них, — наконец его морда высунулась из темноты, и Люси смогла ближе рассмотреть черного дракона. Он был и впрямь черным, но не везде, местами чешуйки отливали синим. Его морда была скругленной и почти безрогой. Глаза сияли синевой, не морской и не ледяной, а небесной, выцветшей синевой. Острые клыки двумя рядами заполняли всю огромную пасть. Да, драконы пугающие, и стоило бы бояться, но страх перед драконами это не то, к чему она привыкла. Скорее Люси была осторожна и весьма рациональна для сложившейся ситуации. Хотел бы убить — не спасал бы. Хотел бы пленить — сковал бы, а не прогонял. Акнология не был злом, он был убитым горем человеком, получившим силы дракона. Люси в силу своей природной эмпатичности пожалела это чудовище. Она никогда не разделяла людей, драконов, демонов или других существ, всегда считая, что всё зависит от души и сердца, а не от внешних особенностей. Что лишний раз подтверждалось тем, что её чуть не похитили люди, а спас монстр, и кто из них после этого опасное чудовище? — Почему ты тут один? Ты же можешь вступить в гильдию и найти себе много друзей, — Люси перестала принимать защитную стойку и просто выпрямилась, смотря дракону прямо в глаз. — В гильдиях всегда обитают драконы, а они должны быть уничтожены, — распалился Акнология. — Но ведь ты тоже драконы, — флегматично заметила Люси, сложив руки на груди. — Я знаю, — рявкнул он в ответ. — Уходи. — Никуда я не уйду, — Люси села на сильно выступающий камень. — Пока ты не согласишься пойти со мной к Игнилу. — Игнилу? — насторожился Акнология. — Это абсурд, я предал Игнила, и он ненавидит меня. — Вот это абсурд, — парировала Люси. — Игнил переживает за тебя и всё ещё считает другом. — Она не знала наверняка, но была в этом уверена, потому что заметила в день их первого с Нацу полета, как Игнил с грустью говорил о бывшем товарище. — Всё равно. Я ненавижу драконов, — он отвернулся, прикрываясь своим огромным крылом. — Не все драконы злые, и ты это знаешь. Иначе бы ты не остановился и не заперся тут в одиночестве. Ты просто считаешь, что предашь память своих близких, если будешь как ни в чем не бывало общаться с драконами, — Люси не сводила своих глаз с Акнологии, её голос был тихим и спокойным, но она говорила с уверенностью. — Да откуда тебе знать! — вспылил он, резко вскакивая и сотрясая пространство вокруг от своего движения и громогласного рёва. — Не ты один терял близких, — в глазах Люси Акнология действительно видел понимание того, о чём она говорит. — И кого же потеряла ты? — несмотря на её взгляд, он сильно сомневался, что такая светлая и нежная девушка, как она, действительно сталкивалась с ужасами смерти. — Родителей, — Люси говорила спокойно, давние раны давно затянулись, лишь иногда напоминая о себе, но она никогда этого не забывала, да и как можно забыть. — Их убили. Убили люди. Немало людей приложило к этом руку, называется заговор. — Заговор? Ты из какой-то важной королевской семьи? Я уже давно этим не интересуюсь и не в курсе, — Акнология с интересом следил за своей вынужденной гостьей. Он приволок её сюда, опасаясь, что бросить девушку, одурманенную чарами, в лесу одну слишком опасно. Он искренне надеялся, что она в ужасе сбежит при первой же возможности, но ошибся. О чем и жалел, но в тот момент она показалась ему смутно знакомой, и какое-то чувство вины заставило его принять это решение. — Я принцесса, вторая принцесса нашего королевства. Точнее была ею когда-то, — Люси притянула к себе колени, обхватывая их, неприятные воспоминания заполнили сознание, но она уже научилась с ними мириться. — Тебя свергли из-за заговора против родителей? — не то, чтобы Акнологии было интересно, но он уже давно ни с кем не беседовал вот так просто и, как оказалось, сильно тосковал по обыденным человеческим разговорам. — Нет, моя мама сама отказалась от престола, но особо инициативные боялись, что она может всё же потребовать положенный ей по закону трон. Они действовали за спиной королевы, зная, что за такую инициативу будут казнены. Собственно, они и не за королеву радели, а за свои теплые места. В итоге всё равно оказались на эшафоте. — Люси вновь опустила ноги на землю, как-то умиротворённо улыбнувшись. — Но скажи же, было бы глупо убивать всех придворных и служащих в королевстве, считая их виноватыми. — Да, не все же выступали против твоих родителей, наверняка среди приближенных были и верные люди, — Акнология и не заметил, как начал рассуждать, отвечая принцессе. — Знаешь, ты превратился в дракона, но так им и не стал, оставшись человеком, — ласково улыбнулась Люси, хитро прищурив глаза. — Хочешь сказать... — начала до него доходить мысль, которую Люси заложила своей фразой. Аканология действительно так и не смог стать драконом, считая их чужими, другой, не близкой ему расой. Он возвел их всех во врагов, потому что какая-то злая кучка драконов убила его семью. Рассуждая как человек, он считал драконов злом во плоти и равнял их всех под одну гребенку, не делая различий между личностями и считая, что все они одинаковы. При этом он остался человеком, считая, что не все люди одинаково злые, если кто-то из них даже и совершает зло. Что каждый человек индивидуален и не может нести ответственности за действия другого. Это было очевидно, он знал, он знал и не хотел признавать. Люси не открыла ему истину или что-то новое. Просто в отличие от него, она не искала виноватых там, где их и не было. Она знала, кто виновен в смерти её близких, знала, что они понесли наказание, и принимала это. Она просто в отличие от него смирилась, приняла и понимала всё происходящее таким, какое оно есть. Зная, что ни её боль, ни месть, ни что-либо ещё не вернут близких, а всё, что возможно, уже и так сделано. Он превратился в дракона, но так и остался в душе человеком, причем человеком порочным и слабым, хотя получил огромную физическую силу и магическую мощь дракона. Люси же, наоборот, была человеком, но в душе она точно была драконом. У неё не было большой физической или магической мощи, зато внутри она была невероятна сильной, мощной и благородной с огромным добрым сердцем. Они как две крайности разных противоположностей. Яркий пример того, что не все драконы сильные, что не все люди слабые. А значит, он ошибался, не все драконы могут быть злыми, так же как и не все люди добрые. Все эти простые, казалось бы, очевидные мысли заполнили сознание Акнологии. — Идём в гильдию, — протянула Люси руку, спрыгивая со своего места. Акнология смотрел на её руку своими глазами и боялся. Если бы Люси умела заглядывать в души, она бы видела, как сильно она пугает драконов. Один за другим она вгоняет их в ужас своими действиями и словами, но ровно так же как пугала, Люси умела и подбадривать. Своим примером показывая, что раз я не боюсь, то и тебе нечего. Акнология кивнул, он принял человеческий облик и взял Люси за руку. Они прошли сквозь узкий проход и оказались в гроте, вдыхая свежий воздух. Акнология снова стал драконом, он был меньше Нацу, и Люси легче далось взбирание на спину. Обогнув гору с южной стороны, они полетели над лесом в сторону замка. — Меня на куски порвут, — нервничал Акнология по мере их приближения. — Да нет, я уверена, всё будет хорошо, — сияла радостью и уверенностью Люси.