Слияние миров

Во флагмане Вилгакса царила напряжённая, почти вязкая тишина. Огромный зал совета, освещённый тусклым зеленоватым светом, напоминал склеп — холодный металл стен отдавал гулом каждое слово, а за прозрачными панелями проплывали звёзды. В центре овального стола из сплава хромита и обсидиана мерцала голограмма изображения комнаты симуляции, окружённое десятками слоёв данных, собранных целой цепочкой шпионов, механических наблюдателей и нано-дронов. Первым заговорил Миллиус. Его голос был густ, словно расплавленный металл: — Так вот она... Комната, где наши враги становятся сильнее день ото дня. — Он прищурился, глядя на голограмму, где в мельчайших деталях отображались магические и технологические контуры. — Мои разведчики видели, как эта штука предсказывает даже непредсказуемое. Она имитирует сражения с точностью до вздоха… Шредер стоял неподвижно, сложив руки за спиной. Его броня поблёскивала отражением голограммы, а глаза, узкие и холодные, выглядели словно щели под шлемом. Подобные новости не оставляли им слишком много вариантов, потому третий из основателей альянса тьмы хмуро проговорил: — Если это правда, — молвил он с едва сдерживаемым раздражением, — то любая наша атака вскоре станет для них учебной тренировкой. Мы создадим им оружие против самих себя. Вилгакс, возвышавшийся над ними, как скала, ударил по столу тяжёлой когтистой рукой. Голограмма дрогнула. За последние несколько часов десятки шпионов потерпели крах, пытаясь изнутри сломать тренировочный комплекс или повредить вирусом, но всё оказалось бесполезным, и он промолвил: — Довольно разговоров! Мы потратили месяцы, чтобы выстроить эту коалицию, и теперь какой-то лабораторный фокусник со своей игрушкой рушит всё? — Он склонился ближе, и из его дыхания повалил пар. — Сколько бы я ни пытался — ни один из моих шпионов не смог внедриться в систему. Она словно живая. Каждый раз, как только кто-то приближается, комната “узнаёт” и выталкивает постороннего из сети. Миллиус сжал перепончатые пальцы. Он тоже бессильно злился, осознавая, что внедрить агента больше не представляется возможным и остаётся только удар единым кулаком. Его армия была готова к этому, но всё равно на душе было неприятно. Повелитель инкурсианцев раздражённо проговорил: — Её защита не просто технологическая… Там есть магия. Очень старая, возможно, анодитская в своей основе, но сплетённая с заклинаниями из иного измерения. Даже мои инженеры-инкурсианцы не смогли подобрать ключи. Они сказали, что код — как пульс живого существа. Именно этого Ороку Саки и опасался… после ситуации с фальшивыми видео Рефрактора Санитары обновили системы и на этот раз сделали не только на бумаге. Их новая система безопасности оказалась действительно непреодолимой. Шредер опустил взгляд, искажённый внутренней яростью, и промолвил: — Значит, уничтожить изнутри невозможно. Тогда остаётся лишь одно — уничтожить её вместе с теми, кто ею пользуется. Завоеватель миров внутренне ревел от ярости, поскольку последний бой с Теннисоном пройдёт явно не так, как ему этого хотелось бы. Мальчишка обладает не только Омнитриксом, а и поддержкой целой толпы союзников и победить его будет очень трудно. Вилгакс зарычал, но кивнул и сказал: — Ты прав. Если мы позволим им совершенствоваться ещё хотя бы неделю, они смогут предугадать всё: наши тактики, наши манёвры, даже наши ошибки. На мгновение повисло молчание, пронзённое гулом двигателей флагмана. Пришло время для решения, которое они откладывали как самый последний ход. Если продолжат оттягивать, то противник станут слишком сильны и атакуют первыми. Потом Миллиус произнёс решительно: — Тогда — решительный удар. Все армии. Все силы. Если не победим сейчас — не победим никогда. Миллиус и Шредер стояли рядом с Вилгаксом в командном зале флагмана. В воздухе гудели десятки голографических экранов, отбрасывая на металлические стены зеленоватые отблески. Воздух был натянут, как перед грозой, оставалось лишь отдать приказ, который запустит самое масштабное наступление в истории их альянса. Шредер повернул голову к голограмме и, будто глядя сквозь неё, произнёс тихо, но жёстко: — Пусть они видят этот бой в своих симуляциях. Пусть думают, что готовы. Но настоящая война не поддаётся расчётам. Миллиус первым подошёл к столу управления. Его перепончатые пальцы уверенно обхватили массивный передатчик связи, внешне гладкий, словно из чёрного обсидиана, с выгравированной эмблемой его армии. Он ткнул в центральный символ и устройство ожило, наполнив зал низким вибрирующим гулом. На голограмме вспыхнуло лицо Атеи, его дочери и верховной командующей инкурсианцев. — Атея, — произнёс Миллиус с властной интонацией, и даже сквозь помехи было слышно его раздражённое дыхание, — время настало. Подними все отряды, что у нас остались. В воздух, на землю, под землю — не важно где. Мы атакуем немедленно. Не оставляй ни одной живой цели. Атея кивнула, её глаза вспыхнули фанатичным огнём. Она мечтала занять трон отца, но ситуация сложилась иначе, и наследница престола сможет получить какую-то планету для воплощения своих амбиций. Потому молодая инкурсианка с должным уважением к своему отцу решительно произнесла: — Будет исполнено, мой повелитель. К рассвету над Землёй взовьются наши знамёна. Голограмма погасла, и Миллиус удовлетворённо оскалился, обнажив острые зубы. Пускай он и был антропоморфной жабой, но всё же отличался от земных лягушек наличием вполне крепких зубов, явно рассчитанных не только на насекомых. Несколько мгновений спустя император инкурсианцев сказал: — Инкурсианцы поднимутся в бой, как волна. Им не будет равных на суше. Шредер тем временем взял второй передатчик, внешне устройство меньших размеров, но с символом клана Фут. Его пальцы на миг задержались на поверхности прибора, словно он впитывал в себя энергию момента. Затем нажал активатор и воздух прорезал резкий звук, и перед ним вспыхнуло голографическое изображение Караи, после чего Шредер сказал: — Караи, — его голос был холоден и властен, как сталь. — Ты знаешь, что делать. Клан Фут выступает немедленно. Используй всё — технику, ниндзя, дроны. Пусть мир сгорит под нашими тенями. Время подготовки прошло. Караи коротко склонила голову, глаза сверкнули решимостью. Для неё выполнять приказы отца было смыслом жизни. Пускай она догадывалась об истинном облике Шредера, но для неё это не имело значения, поскольку её долг перед приёмным отцов слишком велик. Потому девушка и произнесла: — Поняла, отец. Мы нанесём удар без пощады. Связь оборвалась, и Шредер медленно опустил передатчик, его взгляд метнулся к Вилгаксу. Теперь остался только его ход, впрочем, как раз армии Вилгакса не нужны длинные речи. Достаточно ввести команду на компьютере и мириады роботов полетят выполнять команду. Шредер же проговорил: — Клан Фут уже в движении. Их не остановить. Вилгакс не стал отвечать словами. Он подошёл к главному терминалу управления, на котором танцевали ряды символов его родного языка. Его рука тяжело опустилась на панель и металл застонал под давлением. Он ввёл кодовую комбинацию, и в тот же миг весь зал озарился яркими всполохами, когда сигнал пошёл по всем каналам его флота. На соседних экранах одно за другим начали загораться отметки, где показано сотни, тысячи боевых машин, дронов и роботов. Они включались, активируя боевые протоколы и перестраиваясь в атакующие клинья. — Активировать боевой порядок «Гидра»! — рявкнул Вилгакс. — Все подразделения — к точке “Сектор Земля”! Синхронизация с силами Миллиуса и Шредера. Общая цель — уничтожение сопротивления! Из динамиков прокатился рёв двигателей, обозначающих, что армия Вилгакса пробуждалась. Миллиус хрипло засмеялся, глядя, как на проекциях сливаются их три армии в единую бурю. Уж слишком заманчивая была картина, которая вдохновляла союзников по злодеяниям на скорую победу. Из-за этого повелитель антропоморфных жаб зловеще проговорил: — Вот теперь, наконец, всё по-настоящему. Сожжём их иллюзии вместе с их симулятором! Шредер вскинул голову. Он тоже ждал только победы, но всё же неприятная возможность поражения остаётся. Нельзя недооценивать врага, особенно легендарного Бена Теннисона, который побеждал всех, кто начал угрожать его родной планете. Но Ороку Саки оставил свои мысли при себе и сказал: — Это будет не просто бой. Это будет возмездие. Вилгакс кивнул, его глаза полыхнули кроваво-красным светом. Больше всех присутствующих он мечтал заполучить в свои лапы Омнитрикс, который сделал бы его непобедимой фигурой, с которой пришлось бы считаться даже виду существ, образец ДНК с Омнитрикса которых Бен называет Героем Х. Облизнув губы, полководец хищно проговорил: — Тогда начнём. Пусть Земля узнает, что такое ярость альянса тьмы. И в ту же секунду из недр флагмана в пустоту космоса полетели тысячи огненных следов, ибо сигнал атаки был дан. Все армады покинули флагман и вместе со своими армиями на звездолёте Миллиуса полетели и троица Альянса тьмы в компании Караи и армии Шредера, бойцов клана Фут.

В это же время орбитальная база Санитаров рядом с Землёй

Макс Теннисон стоял в центре командного зала, когда тревожный сигнал прорезал гул приборов. На главном экране, среди россыпи зелёных и синих индикаторов, вспыхнула новая отметка, когда активировался маячок, оставленный Донателло. Рук, стоявший рядом, сразу насторожился. Его глаза сузились, а пальцы пробежали по панели. — Командир, сигнал пошёл с координат флагмана Вилгакса. Маячок Донателло передаёт пакет данных. Система считает его частью внутренней сети противника — незаметен для любого сканера. Макс подошёл ближе, положив руку на плечо Рука. Нужно было немедленно получить сведения, которые могут пролить свет на замыслы врагов и реагировать соответственно возникшей угрозе. Потому для паники времени совершенно не было, и Магистр Теннисон поэтому уверенно сказал: — Запускай декодирование. Быстро. На экране начали появляться строки данных, складывающиеся в схему. Донателло, как всегда, всё продумал, ведь вместо обычных координат и кодов он спрятал информацию в виде визуальной модели. Перед глазами всех присутствующих развернулась трёхмерная голограмма, изображающая флот альянса тьмы. Корабли Вилгакса, десантные капсулы Миллиуса, энергетические платформы клана Фут, всё в мельчайших деталях. — Вот это да... — тихо произнёс один из офицеров, наблюдая, как голограмма оживает, показывая маршруты и боевые порядки. Макс нахмурился. Его взгляд стал жёстким, как у солдата, привыкшего принимать решения в критические секунды. Пришло время финальной схватки, которая и предопределит будущее вселенной. Теперь главное, чтобы его внуки и их друзья справились. Потому опытный Санитар сказал: — Они собирают все силы. Три армады... судя по всему, направляются прямо к Земле. Они собираются ударить всем, что у них есть. Рук пробежался глазами по дополнительным данным. Предположение Магистра полностью подтвердилось, чему ревоннагандер не удивлялся. Он осознавал, что с таким опытом, как у дедушки Бена и Гвен не составит особого труда предугадать скорые события. Напарник Бена проговорил: — Подтверждаю. Траектории входа в атмосферу уже просчитаны. Донателло вживил маячок прямо в систему маршрутизации флагмана. Мы видим всё, что они планируют, в реальном времени. Макс на секунду задумался, глядя на поток данных. В его голове уже складывался план. — Связь с Азимусом. И с Беном тоже. Пусть все готовятся — начинается решающая битва. Скажи всем подразделениям Санитаров: план “Каскад”. Мобилизация полной боевой готовности. Рук кивнул и начал вводить команды. Тем временем Макс подошёл ближе к голограмме и провёл рукой по линии, обозначающей приближающиеся силы врага. И всё это стало возможным только потому, что они доверились мутанту-ниндзя, который создал эту программе слежения. Радуясь, что на их стороне такой гений, опытный Санитар Космоса спокойно проговорил: — Хорошая работа, Донни… — пробормотал он с тихой гордостью. — Без твоего маячка мы бы узнали об этом слишком поздно. Теперь остались главные шаги, и заключались они в последних штрихах подготовки внутренних сил организации Санитаров к последней схватки с двумя главными преступниками этой вселенной и их сообщником с другого мира. Он выпрямился, включил внутреннюю связь и громко произнёс: — Внимание всем отрядам! Враг движется к Земле. Вилгакс, Миллиус, Шредер — вся их армия уже в пути. Сегодня решается судьба не только нашей планеты, но и всего космоса. Приступаем к подготовке. Через три часа — контакт с противником. По залу прокатился короткий гул согласия, офицеры заспешили к своим звездолётам. Макс перевёл взгляд на Рука. Осталось выдать последнее распоряжение чтобы команда Бена тоже была готова как последняя линия обороны. Серьёзно смотря на напарника своего внука, Макс проговорил: — Передай Бену: пусть готовится. Скоро начнётся настоящее испытание. А мы со своей стороны не дадим этим тварям ни единого шанса застать нас врасплох. Рук чётко кивнул. Он передаст напарнику сообщение-голограмму, чтобы он и его товарищи были готовы встретить противника и раз и навсегда покончить с альянсом тьмы. К счастью Магистр заранее записал это сообщение и теперь передал Руку диск, похожий на шайбу. Ревоннагандер промолвил: — Есть, командир. Союзники уже на связи. Команда Теннисона в боевой готовности. Макс снова посмотрел на голограмму. Линии маршрутов приближались к голубой сфере Земли. Однако они были готовы встретить противников, какие бы большие силы те не бросили на попытку покончить с командой Бена и организацией Санитаров Космоса. Теперь старый и опытный магистр был уверен, что они справятся, потому спокойно пробормотал: — Пусть приходят, — тихо сказал он. — На этот раз они не знают, что их ждёт. Рук пришёл к команде и первым делом включил голографическое сообщение. Бен стоял у панели связи, когда голограмма дедушки Макса погасла. Несколько секунд он молчал, будто слова застряли в горле. Его зелёные глаза сузились, в них загорелось знакомое пламя решимости. Все остальные союзники тоже были здесь и всё слышали. Но первым заговорил носитель Омнитрикса, сказав: — Ну вот и всё… Значит, финал близко, — глухо произнёс он, затем выдохнул и сжал кулак. — Что ж, если они хотят войны — получат. Но на наших условиях. Кевин хмыкнул, прислонившись к стене и скрестив руки на груди. Осмозианин чувствовал, что противники не станут сидеть и ждать пока герои постучатся им в дверь, потому атака всеми имеющимися силами была делом времени. Тем не менее, парень Гвен не был бы собой, если бы удержался от ироничного комментария: — Я ж говорил, что эти уроды долго не высидят. Комната симуляций дала им повод паниковать. Вот и лезут, пока не поняли, что шанс у них нулевой. Он попытался изобразить беззаботную ухмылку, но в глубине глаз мелькнуло напряжение, ведь он прекрасно понимал, насколько масштабным будет сражение. Гвен, стоявшая чуть позади, выглядела серьёзно. Она провела рукой по виску, словно пытаясь собрать мысли, после чего сказала: — Если три армады идут одновременно, значит, они решили сделать ставку на количество, а не на тактику. Но с маячком Донни у нас есть преимущество — мы знаем, куда они ударят. Главное — не дать им разобщить нас. Это будет их первый ход. Джули, стоявшая рядом с Корабликом, который уже принял форму боевого скафандра, крепче сжала шлем подмышкой. Она тренировалась наравне с остальными, но всё же волновалась. Это будет её первая серьёзная битва, не считая войны с Чистопородными, и девушка не могла оставаться спокойной. Вскоре теннисистка задумчиво проговорила: — Не могу поверить, что всё дошло до этого... — произнесла она тихо, но твёрдо. — Но, если придётся — мы справимся. Мы уже видели худшее. Теперь вместе мы сильнее. Кораблик издал короткий одобрительный сигнал, будто подтверждая слова хозяйки. Вердона, наблюдавшая за молодёжью, усмехнулась уголком губ, её глаза засияли лёгким изумрудным светом. она редко пользуется всей силой анодита, однако приближающееся сражение одно из тех случаев, когда сдерживаться не стоит. Потому бабушка Бена и Гвен спокойно и даже с предвкушением сказала: — Вот теперь всё становится действительно интересно, — спокойно произнесла она. — Пусть эти самоуверенные создания попробуют тронуть мою семью. Посмотрим, как им понравится магия настоящей Теннисон. Она слегка взмахнула рукой, и вокруг ладони промелькнули искры энергии. Кейси, подпрыгнув с места, сжал бейсбольную биту. Пускай у него не было сверхчеловеческих сил, однако тренировки со Сплинтером многого стоили, а учитывая, что союзники стали его семьёй, беспокоится Кейси вообще было не о чём. Однако он с лёгким волнением проговорил: — Да ладно! Вот это я понимаю — битва века! Хотелось экшена? Получай, Джонс! Теперь покажем этим железным и слизким уродам, что такое Земля! Эйприл же, напротив, выглядела более сосредоточенной. Она подняла взгляд на экран, где оставались координаты флотилий противников. Девушка тоже не обладала сверхчеловеческими силами, потому волновалась не меньше Кейси, но не о себе, а о будущем, поскольку именно сегодня решается судьба Вселенной. Потому девушка с заметным волнением всем товарищам проговорила: — Это не просто бой. Это последняя проверка. Если мы выдержим — они больше никогда не посмеют прийти сюда. А если нет… — она перевела взгляд на Кейси и тихо закончила. — Значит, придётся держаться до конца. Бен выпрямился, обвёл всех взглядом и кивнул. Волновались все, в том числе и он, но в то же время жила и уверенность, что они победят, а альянс тьмы исчезнет так же внезапно, как и появился. Пока противник добирается до Земли, им нужно отправиться в точку, где должны приземляться те звездолёты, которые проскочат мимо заслона Санитаров. Носитель Омнитрикса сказал: — Мы уже доказали, что можем действовать как одно целое. А теперь докажем, что можем победить. На этот раз — не ради славы, не ради спасения вселенной. Ради дома. Комната наполнилась тишиной, но в этой тишине чувствовалось напряжение, словно воздух перед грозой. Каждый из них понимал, что скорый бой будет последним и самым тяжёлым. И никто не собирался отступать. После того как Бен и его команда услышали сообщение дедушки Макса, в комнате повисла гнетущая тишина. Но стоило Донателло перевести взгляд на терминал, где отображались данные маячка, как вслед за землянами отреагировали и пришельцы из мира мутантов. Леонардо выпрямился, его рука сама собой легла на эфес катаны. Лицо стало спокойным, сосредоточенным, как у воина, готовящегося к последней битве. — Похоже, это наш решающий бой… — произнёс он негромко, но с непоколебимой уверенностью. — Мы уже пережили войны, битвы и падения, но теперь — не просто наш город. Теперь весь мир под угрозой. Мы должны сражаться так, будто от этого зависит всё — потому что так и есть. Рафаэль сжал кулаки, его глаза полыхнули решимостью и привычным упрямством. Внешне он пытался быть уверенным в себе, да и какое-то предвкушение битвы было. Однако черепашка-мутант прекрасно понимал насколько высокая цена стоит на кону, поскольку это не рядовые разборки с кланом Фут. В своём стиле черепашка-ниндзя проговорил: — Вот и отлично! Я уж думал, эти ублюдки спрячутся и будут ныть где-то в космосе! Пусть приходят! Я им покажу, что такое настоящая сила! — он ударил кулаком по ладони, разогревая себя к предстоящему бою. Но в глубине взгляда мелькнуло беспокойство, ведь Раф знал, что на этот раз шутки в сторону, так как враги сильны как никогда. Донателло, сидящий у панели с проекцией, мрачно кивнул. Черепашка-мутант с гениальным умом тоже понимал насколько всё серьёзно и отбросил все посторонние мысли. сейчас было главное победить врага, потому он спокойно промолвил: — Я знал, что рано или поздно они решатся. Маячок засёк масштабные перемещения — это не просто рейд. Это вторжение всей мощи их союзов. Он быстро пролистал карту данных. Были и положительные стороны произошедшего, поскольку ожидание нападения гораздо хуже, чем знание, что противник уже движется навстречу последней схватке, в которой и решится судьба вселенной. Потому Донни, мысленно проводя какие-то расчёты, вскоре обратился к товарищам, озвучивая свои мысли: — Но у нас есть преимущество: они не знают, что мы готовы. Если правильно рассчитать углы атаки и распределить силы, мы сможем переломить ход битвы в первые минуты. Его голос был ровным, но в движениях чувствовалась нервная энергия, та, что появляется у гения, предчувствующего, что его расчёты скоро станут оружием. Микеланджело, на первый взгляд, не сразу осознал масштаб происходящего. Он нервно усмехнулся, но улыбка быстро погасла, и он сказал: — Хе-хе… звучит, как последний уровень в игре… только тут, если проиграешь, кнопку «повторить» не нажмёшь. Несмотря на желание слегка разрядить обстановку, Майки не хуже других понимал насколько важные события вот-вот произойдут. Подобные переломные моменты были только в их схватках со Шредером до того, как две вселенные соединились стабильным энергетическим мостом. Он посмотрел на братьев и добавил серьёзно, без привычной лёгкости: — Ну что ж, значит, время показать, на что способны черепахи-ниндзя. И, может быть, потом устроим вечеринку… если все останемся живы. Сплинтер молча наблюдал за своими учениками. Его взгляд был спокоен, но в глубине отражалась гордость и тревога, перемешанные с отеческой нежностью. Многие годы он передавал свои знания сыновьям, а относительно недавно поделился ими и с героями нового мира. Теперь же судьба в последний раз проверит насколько единая их большая семья. Потому мастер и сказал: — Мои сыновья… — произнёс он тихо. — Каждый из вас готов к этому. Вы прошли долгий путь от беззаботных учеников до воинов, защищающих не только свой дом, но и чужой мир. Помните: сила без разума — разрушение, разум без духа — слабость. Сражайтесь сердцем, но не теряйте мудрость. Кожеголовый поднял взгляд от своих мощных лап, из которых всё ещё сверкали остатки энергии после тренировок. Он конечно предпочитал жизнь учёного-отшельника, но когда на кону судьба мира то не смог оставаться в стороне, тем более что его забросило сюда вместе с остальными товарищами с родной вселенной. Потому аллигатор-мутант спокойно к товарищам по команде проговорил: — Я знал, что это произойдёт, — проговорил он своим глухим, низким голосом. — Они не остановятся, пока не попробуют нас уничтожить. Но пусть попробуют. Мы с вами, и это значит, что у них нет шансов. Он слегка усмехнулся, но в этом движении не было бравады лишь уверенность бойца, прошедшего через слишком многое. Лидер среди братьев-черепах тоже решил заговорить. Он не собирался тратить время на длинные речи, просто озвучит то, что хотел бы сказать каждый из пришельцев с иной вселенной. Леонардо посмотрел на всех и тихо подвёл итог: — Мы вместе с Беном и его друзьями. Мы — единая команда. Сегодня решается всё. И когда союзники из двух миров обменялись взглядами воина, мага, бойца и друга, после чего между ними больше не оставалось различий. Был только один фронт, одна цель и одна мысль, что стучала в каждом сердце, и говорила она то, что назад пути нет. Однако прежде чем отправиться на пустырь, где и случится последняя битва, гений среди братьев-черепах решил кое-то сделать и сказал: — Нужно только кое-что доделать… — вдруг пробормотал Донни. Донателло сидел за панелью, пальцы бегло стучали по сенсорным клавишам. На экране гигантская схема маршрутов трёх флотилий, где красные линии шли прямо в город, точно по расчёту врага. Он глубоко вдохнул, затем ввёл череду символов, не просто пароль, а закодированную команду-паттерн, собранную из подсказок «Панциря» и доступной ему телеметрии флагмана Вилгакса. В одно мгновение его алгоритм подменил идентификаторы захваченных транзитных каналов, подстроил навигационные параметры и подделал координаты входа в атмосферу и вместо центра Белвуда системы противника начали выдавать корректировку курса в сторону обширного пустыря за городом. — Так-то лучше, пускай прилетают на пустырь за городом… — довольно проворчал Донни. Процесс прошёл почти незримо, на голографической карте красные линии дрогнули, затем одна за другой стали сворачивать от населённых пунктов. В зале раздался негромкий шум, сначала удивления, потом нарастающего облегчения. Макс, стоявший у командного терминала, стиснул губы и молча кивнул, ведь знание о том, что Донателло сумел перехватить и перенаправить целые флотилии, отразилось на Максе, ибо плечи расправились, в глазах вспыхнуло новое упорство. Леонардо сразу же прошёл к экрану, взгляд сосредоточенный, но в нём читалась благодарность: — Это даёт нам время… — сказал он тихо. Теперь союзники были абсолютно уверены в победе. Не нужно было беспокоится о том, что враг нанесёт удар по тем, кто не должен слишком много знать о разворачивающейся драме. Конечно, всё скрыть не удастся, но по крайней мере можно хотя бы смягчить те детали, которые Земле знать ни к чему. Рафаэль не удержался и выдал: — Ну вот за это я люблю наших технарей… — говоря это, он похлопал Донни по плечу так, что тот невольно улыбнулся. Друзья и товарищи с гордостью смотрели на черепашку-ниндзя, который несколькими щелчками клавиш решил главную проблему защиты простых жителей Земли. Однако сам гений всё же был смущён от чрезмерного внимания к его скромному вкладу в общее дело. Донателло, как обычно, покраснел от комплиментов и отмахнулся: — Просто подправил маршруты. Ничего особенного, — но в голосе слышалось гордое удовлетворение, ведь он знал, сколько нулей и единиц проскользнуло между вражескими протоколами, прежде чем карта изменилась. Гвен выдохнула и закрыла ладонью рот, внутри неё смешались тревога и облегчение, ведь теперь у защитников был шанс подготовить гражданскую эвакуацию и выставить заслон там, где никто не пострадает. Вердона мягко усмехнулась и, не сдерживая лёгкой гордости, коснулась плеча Донателло, как бы благословляя его труды. Кевин отскочил к терминалу, распахнул руки и усмехнулся: — Бьюсь об заклад, это было круче любого моего апгрейда, — и взгляд его говорил, что уважение к Донни выросло ещё на пару пунктов. Кейси и Эйприл обменялись коротким взглядом, у каждого была своя задача, так Кейси уже мысленно прокладывал маршруты патрулей, Эйприл собирала список приоритетных точек для эвакуации. Рук, стоявший рядом, сделал резкий выдох и торжественно отдал Донателло воинский знак, он редко проявлял эмоции, но этот жест был проще и выразительнее слов. — Молодец, Донни, теперь мы встретим их по нашим правилам! — сказал Бен. В комнате повисло короткое мгновение тишины, а затем волна лёгкой, но твёрдой решимости. Донни снова уткнулся в панель, проверяя журналы событий и подтверждая, что подмена сработала до последнего байта. Он видел на лицах друзей то, что заменило страх, и это было спокойствие, потому что теперь у них был план и время, чтобы встретить наступление не на улицах города, а там, где можно было сразиться по-военному, не навредив мирным. Один из Санитаров Космос с эмблемой командного состава на груди, быстрым шагом подошёл к Максу, когда общий гул штаба немного стих. Его голос прозвучал отчётливо и уверенно: — Магистр Теннисон, Совет Санитаров одобрил решение. Поскольку вы — единственный магистр с планеты Земля, и именно на этой планете произойдёт решающая битва, вам поручается руководство бойцами элитных подразделений, направленных для поддержки вашей команды. Все отряды уже на орбите, ждут приказа к спуску. Макс, привыкший к любым сообщениям и военным тревогам, на мгновение застыл. Глаза чуть прищурились и не от сомнений, а от внезапной тяжести осознания. Он кивнул, медленно, с тем спокойствием, что выдаёт солдата, привыкшего к ответственности: — Значит, придётся снова взять командование в руки. Ну что ж, давно не руководил целой армией, — молвил он с лёгкой усмешкой, но в его голосе чувствовалась сталь. — Передайте Совету: Земля не падёт. Санитар отдал честь и быстро направился к выходу. Макс проводил его взглядом, после чего повернулся и первым встретился взглядом с Гвен. Девушка стояла неподалёку, прижимая к груди планшет с данными о боевых расстановках. На лице читалось не удивление, а гордость, но вперемешку с тревогой. Она подошла ближе, тихо сказала: — Дедушка… значит, ты снова будешь в самом центре? Это конечно трогательно, что внучка беспокоится о нём, однако, учитывая его опыт, а также то, что он единственный Санитар Космоса родом с планеты Земля обладает званием Магистр, решение коллег очень даже логично. Его знания очень пригодятся и потому он решительно настроен. Макс положил ладонь ей на плечо, улыбнулся мягко, почти по-отечески: — Именно там мне и место, Гвен. Я ведь не просто их магистр, я их наставник. И если Бен и его друзья выйдут на поле боя, я должен быть рядом — не командовать ими, а защищать их так, как защищал когда-то тебя и Бена. Гвен отвела взгляд, сжимая кулаки, а внутри боролись гордость и страх за него. Тем не менее, девушка понимала, почему дедушка принял это распоряжение и с готовностью собирается взять на себя командование силами обороны родной планеты. Через мгновение она подняла голову, и в глазах мелькнула та же решимость, что и у деда, и волшебница сказала: — Тогда я сделаю всё, чтобы тебе не пришлось нас защищать, — твёрдо сказала она. Макс кивнул, довольный её ответом. Пускай опасность никуда не делась, но такова их судьба как защитников родного мира. Именно им придётся рисковать собой и сделать всё возможное и невозможное для того, чтобы армада врагов не добралась до мирных жителей. Оставшись довольным возникшим настроем внучки, опытный Санитар проговорил: — Вот и правильно, — ответил он. — Я буду управлять бойцами, а вы — тем, что делает нас непобедимыми: семьёй. На какое-то мгновение они обнялись, желая выразить друг другу нежную теплоту и привязанность. В этот момент даже самые занятые Санитары в штабе украдкой переглянулись, и спокойная уверенность старого магистра передавалась всем, как будто с его слов в помещение вошло само ощущение надвигающейся, но выигранной битвы. Когда тревожные сообщения о наступлении уже гремели по всем каналам штаба, Бен стоял у голографического стола, просматривая карты и доклады дронов-разведчиков. На мгновение ему показалось, что воздух позади словно дрогнул и знакомый голос, сухой, резкий и исполненный авторитета, раздался прямо за спиной: — Бенджамин Теннисон. Покажи мне Омнитрикс. Бен обернулся и увидел, что перед ним стоял Азимус. Маленький, как всегда невозмутимый галванец, но в его взгляде сейчас не было ни тени обычного спокойствия. Взгляд пылал тревогой и сосредоточенностью, как будто сам воздух вокруг него искрился напряжением. — Эм… что? — Бен моргнул, сбитый с толку. — Азимус, сейчас не лучшее время для апгрейдов, тут вообще-то начинается… — Я не собираюсь обсуждать время, — перебил галванец, голосом, в котором чувствовался металл. — Угроза достигла критической отметки. Комната симуляции доказала: противник адаптируется слишком быстро. Если ты останешься в нынешнем ограничении, у нас не останется ни шанса. Бен неохотно поднял руку, на которой блеснул Омнитрикс. Парень понятия не имел, что хотел от него создатель Омнитрикса, но одно Теннисон усвоил давно, и заключалось это в том, что если Азимус что-то решил лучше сделать так, как он просит, поскольку переубедить умнейшее существо в пяти галактиках трудно. Потому молодой человек неуверенно проговорил: — Ладно… но, может, хотя бы скажешь, что собираешься… Сейчас было совершенно не до объяснений. Парадокс показал ему наиболее вероятные исходы этой битвы и всё зависит только от одного обстоятельства. Он оттягивал как можно дольше это решение, но время для самого важного обновления наступило. Азимус поднял крошечную руку, и его палец коснулся циферблата устройства. Мгновение спустя он приказал: — Абсолютный доступ к системе. В тот же миг Омнитрикс вспыхнул зелёным светом, загудел будто внутри него пробудился сам космос. От света пришлось зажмуриться, ведь из устройства вырвался слабый импульс, прошедший по полу, словно волна живой энергии. Голос Омнитрикса прозвучал чётко, без обычной добродушной интонации, глубокий, мощный, почти древний: — Система разблокирована. Носителю открыт абсолютный доступ ко всем функциям и формам жизни, зарегистрированным в базе данных по Галактике Млечный Путь. Бен стоял ошеломлённый, глядя на устройство, которое теперь тихо мерцало мягким изумрудным светом. Единственный раз, когда Азимус снял ограничения с Омнитрикса был ещё во времена войны с Чистопородными. Именно это и спасло Землю от уничтожения, поскольку Бен использовал функцию восстановления ДНК на целом виде инопланетных существ. Сейчас же шокированный парень сказал: — Что… ты сделал? — выдохнул он, и голос его прозвучал тише, чем он ожидал. Теперь можно и объяснить свои действия. Пускай времени очень мало, однако носитель Омнитрикса должен понимать на какой шаг пошёл Азимус ради спасения родной вселенной от превращения в антиутопию. Теперь в случае многочисленных врагов Бен сможет одним лишь голосом управлять системами Омнитрикса. Азимус посмотрел на него долгим, оценивающим взглядом и сказал: — Я снял ограничители. Омнитрикс — не просто оружие, Бенджамин. Это ключ к равновесию. И если враг собрал всё, что у него есть, то и тебе пришло время использовать всё, что есть у тебя. Бен нервно усмехнулся, глядя на циферблат. Он всё ещё приходил в себя после шокирующего решения Азимуса, которое, как казалось Бену, во второй раз создатель Омнитрикса не примет никогда. Теперь шанс на победу стал намного выше, чем был прежде и последние сомнения полностью исчезли. Посмотрев на того, кто дал ему ключи от всех возможностей Омнитрикса, парень честно сказал: — Ну, это... звучит одновременно круто и чертовски страшно. — Страх — естественен. Без него ты бы не был готов, — ответил Азимус спокойно. — Но запомни: абсолютная сила требует абсолютного самообладания. Не позволяй устройству вести тебя — ты должен вести его. Он повернулся, глядя в сторону голограммы, где отображалась орбитальная проекция надвигающихся армад врага. Какая-то часть прорвётся к Земле, но на этот раз Бенджамин Кирби Теннисон встретит врагов во всеоружии в компании действительно преданных сторонников. Тем не менее, прежде чем уйти великий житель планеты Галван спокойно проговорил: — Сражение уже началось, — тихо сказал он. — А теперь иди, носитель Омнитрикса. Вселенная ждёт твоего выбора. Ему и правда нужно было спешить, поскольку товарищи наверняка уже ждут его, чтобы всем вместе отправиться поближе к тому месту, где приземлятся те звездолёты, которым удастся прорваться сквозь заслон Санитаров. Бен посмотрел на Омнитрикс, теперь он ощущал его пульс, как собственное сердце, и тихо произнёс, уже с другой интонацией: — Ладно, Азимус. Если это наша последняя битва — сделаем её легендарной. Азимус ничего не ответил. Он лишь кивнул и исчез в ярком всполохе телепортационного света, оставив Бена стоять посреди зала с сияющим Омнитриксом и новой, небывалой ответственностью, тяжестью которой не каждый герой смог бы удержать. Когда сигнал тревоги прозвучал во всех отсеках орбитальной станции, свет мигнул, и громкий голос дежурного Санитара объявил: «Вражеские армады вошли в атмосферу. Контакт через три минуты!» — команда Бена уже стояла у телепортационного шлюза. На лицах решимость, смешанная с тем спокойствием, которое приходит только к тем, кто знает: отступать больше некуда. Бен первым шагнул к панели, активируя зелёный энергетический портал, ведущий прямо на Землю. — Все готовы? — спросил он, обводя взглядом друзей. Кевин усмехнулся, сжимая кулаки, покрытые сталью. К хорошей драке он всегда готов, а это сражение ещё и решает какова судьба Вселенной в дальнейшем. Несмотря на волнение, которое всё же присуще каждому члену огромной команды союзников, он с удовольствием предвкушал как набьёт несколько уродливых морд пришельцев. Потому осмозианин и проговорил: — Готов был ещё вчера. Пусть только попробуют. Гвен мягко коснулась плеча двоюродного брата. Она заметила, что Омнитрикс слегка не такой, как прежде и ей было интересно, что случилось. Однако сейчас было слегка не время для расспросов, потому девушка решила отложить вопросы до более подходящего момента. Также она тревожилась за кузена, потому с ноткой заботы проговорила: — Будь осторожен, ладно? Сегодня нам всем придётся выложиться по максимуму. — Да уж, — добавила Джули, проверяя наручный энергетический браслет. — Иначе даже телепорт назад не пригодится. Рук стоял чуть в стороне, пристёгивая броню Санитара. Его глаза светились спокойной уверенностью. Он тоже оставался уверенным в их победе и из-за тренировок, которые команда проходила и из-за того, что на второй шанс они не имеют никакого права. Нужно победить в первой битве и тогда альянс тьмы будет обречён на исчезновение. Потому ревоннагандер и проговорил: — Это честь сражаться рядом с вами, — молвил он, встав на одно колено, когда платформа активировалась. — Да пребудет с нами мудрость и сила. Вердона, скрестив руки, усмехнулась. Ей сразу вспомнились несколько давних историй, которые произошли вскоре после того как она и Макс только познакомились. Однако она и понимала, что сейчас не самое подходящее время для воспоминаний, потому предпочла ограничиться лишь лёгкими намёками и добродушно проговорила: — Ох, ну хоть в этот раз никого не придётся спасать из тюрьмы, а то прошлый бой с Миллиусом я запомнила надолго. Бен взглянул на неё, улыбнувшись, но глаза оставались серьёзными. Он конечно не понимал, что хотела сказать бабушка, но знал одно, что на этот раз они победят окончательно и противники перестанут угрожать их вселенной. Потому молодой человек, слегка нахмурившись, спокойно бабушке и всем союзникам с уверенностью проговорил: — В этот раз никто не проиграет. Ни один из нас. Позади них стояли Леонардо, Рафаэль, Донателло и Микеланджело и каждая черепашка готовилась по-своему. Лео сосредоточенно проверял клинки, Раф тихо трескал костяшками, Донни настраивал браслет связи, а Майки просто крутил нунчаки, пытаясь скрыть волнение, и проговорил: — Эй, Бен, — крикнул Майки, — если всё закончится хорошо, я закажу пиццу на всех! С анчоусами! Рафаэль скривился. Он конечно не против пиццы, но странные вкусовые предпочтения Микеланджело даже братьям были далеко не такой уж и нормой. Потому черепашка-мутант решил выразить общее мнение, поскольку братья явно сосредоточились на скорой последней битве со всеми силами врагов Бена и черепашек-ниндзя. Вспыльчивый мутант слегка ворчливо проговорил: — С анчоусами — только если ты их сам и съешь. Леонардо хмыкнул. Всё было совершенно привычно, поскольку братья далеко не в первый раз вот так ссорятся. Ничего серьёзного, в битве они отбросят все глупости и будут выкладываться со всех сил. А данные перепалки всего лишь нервное ожидание последней битвы с теми, кто угрожает вселенной, в которую они с учителем, Кожеголовым, Кейси и Эйприл попали. Лео спокойно промолвил: — Спорите — значит, готовы. Вот что я люблю в вас, ребята. Сплинтер стоял чуть позади, в лёгкой позе медитации. Его спокойствие словно окутывало всех вокруг. Мастер ниндзюцу был уверен, что его сыновья и их давние и новые друзья справятся со своей непростой миссией. Прошедшие тренировки укрепили их единство, а теперь это единство пригодится для последнего сражения с объединённой тьмой. Сплинтер проговорил: — Сегодня каждый из вас — часть одной нити. Только вместе вы сможете соткать ткань победы. Рядом с ним Кожеголовый тяжело вздохнул, почёсывая естественную броню. Он уже был готовым к сражению, но всё же определённые пожелания на будущее у него появились. Возможно это сейчас не к месту, но промолчать аллигатор-мутант был не в силах. С какой-то долей задумчивости смотря впереди себя, он проговорил: — Когда всё это закончится, я неделю из лаборатории не выйду. Но сначала — пусть попробуют нас одолеть. Эйприл проверила бластер, а Кейси подтянул ремень с битой. Они тоже были готовы к сражению и если Кейси с некой долей нетерпения относился к возможности начистить рожи пришельцам, решившим угрожать его новым друзьям, то Эйприл была более взволнованной и задумчивой. Тем не менее, Кейси с привычным в этих случаях выражением лица проговорил: — Ну что, Эйприл, идём? — сказал он с привычной ухмылкой. — Конечно, — ответила она спокойно. — Сегодня за нами Белвуд. Когда все собрались на платформе, пол вспыхнул изумрудным светом, и тела союзников окутало сияние телепорта. На долю секунды всё вокруг растаяло, лишь свет и гул в ушах. Они появились на пустыре, где сухая земля, ветер и редкие деревья. В небе уже виднелись огненные следы входящих в атмосферу кораблей. Грохот разносился над головами, словно сама планета содрогалась от ожидания битвы. Бен посмотрел вверх, сжав кулак, и сказал: — Вот они… три армады. И все наши враги сразу. Донателло проверил данные на своём планшете. Всё получилось так, как он хотел, поскольку враги до последнего не заметили подвоха и двигались туда, куда вели их навигационные системы. Теперь дело за Санитарами и за ними, за их большой командой таких разных личностей. Оставшись довольным итогом собственной работы, черепашка-мутант сказал: — Отлично. Мой код сработал — их системы навигации окончательно сбились. Они садятся прямо сюда, вдали от жилых зон. Мирных жителей можно не эвакуировать. Леонардо шагнул вперёд, выхватывая мечи. Он уже предвкушал битву, которая предрешит будущее альянса тьмы и их собственное существование. Ожидание всегда хуже самого события и близость битвы мало кого пугала, поскольку друзья были уверены в своей победе. Осмотрев братьев, учителя и друзей, лидер среди братьев-черепах сказал: — Значит, это наша арена. Здесь и поставим точку. Громовой рёв двигателей перекрыл всё. Огромные корабли начали снижаться один за другим, заставляя землю дрожать. А в это время далеко над планетой, в космосе шла другая битва. Флот Санитаров Космоса сражался против армады Вилгакса. Макс Теннисон, в броне Магистра, стоял у командного пульта флагманского крейсера, издающего глухой гул под мощью выстрелов. — Всем орудиям прицелиться по координатам 45–12! — громогласно приказал он. — Сбить как можно больше, прежде чем они войдут в атмосферу! Энергетические залпы пересекли тьму, взрывы расцвели над орбитой ослепительными вспышками. Несколько кораблей врага уже теряли управление и уходили в пламенные штопоры. Макс, стиснув зубы, смотрел на экран. Видя насколько серьёзные силы противника, он тихо пробормотал: — Держитесь, ребята. Делайте своё дело там, внизу… а мы сделаем всё возможное здесь, наверху. И когда очередной флот противника вспыхнул в чёрно-зелёной вспышке, Магистр Санитаров Космоса, дедушка Бена и Гвен понял, что решающая битва уже началась. Силы межгалактической полиции тоже были готовы дать отпор врагу, тем более что в отличие от живых воинов роботы, составляющие первую волну атаки, были менее опасными врагами. Когда первые потоки пыли осели после грохота приземления, на горизонте показались десятки искорёженных силуэтов. Это были остатки армии Вилгакса, по сути роботы, пускай и побитые, дымящиеся, но всё ещё активные. Они, скрипя сервоприводами, медленно поднялись и направились к героям, их глаза вспыхнули красным. Бен уже приготовился коснуться Омнитрикса, Кевин сжал кулаки, а Леонардо выставил мечи, но Вердона лишь тяжело вздохнула, скрестив руки на груди. — Ха! Вот и «усиление» от Вилгакса… — сказала она с ехидной улыбкой. — Дети, можете даже не утруждаться. Позвольте старушке показать, как это делается. Она подняла руку, и воздух перед ней заискрился мягким розовым сиянием. На земле вспыхнула сложная руна, словно рисунок, сделанный чистым светом. Вердона щёлкнула пальцами, и через мгновение от руны во все стороны пошли волны магической энергии. Разом небо озарили вспышки и десятки роботов дёрнулись, их корпуса задрожали, из суставов вырвались искры. В следующую секунду по полю прокатился звук десятков коротких замыканий, и металлические тела начали валиться одно за другим, словно сломанные куклы. Через несколько секунд всё стихло. На месте врагов остались только дымящиеся груды железа. Вердона гордо вытерла ладонь о воздух, будто стряхивая невидимую пыль. — Вот так-то. А вы собирались с ними возиться. Рафаэль свистнул. Он впервые видел Вердону в таком ключе и потому с уважением смотрел на бабушку Бена и Гвен. Он начал понимать насколько ценный союзник у них имеется и это не просто старая мудрая женщина, а могущественное создание, само присутствие которого способно вдохновить на победу. Черепашка-мутант ошеломлённо проговорил: — Ну вот, а я только разогрелся! Кевин усмехнулся, глядя на обугленные корпуса. Впервые в жизни он видел настолько эффектную и при этом узконаправленную атаку. Ни один из пришельцев Омнитрикса так не умел и осмозианин начал уважать бабушку Бена и Гвен ещё больше. Потому ничего удивительного не было в том, что парень тихо, но искренне проговорил: — Напомни мне никогда не злить твою бабушку, Бен. Не только Кевин заметил то, что Вердона довольно быстро расправилась из пусть и потрёпанными, но всё ещё сильными противниками. Омнитрикс не смог бы помочь сделать всё так быстро, какой-то из роботов успел бы совершить атаку, потому парень был искренне благодарен бабушке за помочь. И поэтому Бен широко улыбнулся, но в голосе звучало уважение: — Даже Омнитрикс не смог бы сделать это быстрее. Спасибо, бабушка. Даже кузину парня, девушку, которая куда больше знала в магии чем её двоюродный брат в основном полагающийся на Омнитрикс, поразило то как бабушка расправилась с роботами. Это даже хорошо, поскольку они теперь смогут сосредоточиться на оставшихся противниках, которые всё ещё рвутся к поверхности Земли. Гвен, слегка приподняв бровь, заметила: — Розовая магия… и такая разрушительная. Как-то даже страшно становится. Впечатлены были все, потому несколько минут с уважением и удивлением смотрели на анодитку, что осталась с ними вплоть до последней битвы и явно не собиралась в ближайшие дни улетать домой. Бабушка Бена и Гвен получила ещё больше уважения и некой доли трепета из-за её внутренней мощной силы. Джули рассмеялась и неуверенно проговорила: — А я думала, розовый — это цвет нежности. Вердона хитро подмигнула. Не всё так просто, к тому же розовый цвет для анодитской энергии просто внешнее проявление их истинной силы. Природа может быть как созидательницей, так и разрушительницей, потому расправиться с этими роботами ей было так же легко, как Майки съесть пиццу. Потому могущественная волшебница беззаботно проговорила: — Всё зависит от того, кто его носит, дорогуша. Даже Сплинтер слегка поклонился. Он тоже оказался под впечатлениям от умений союзницы. Он и раньше осознавал насколько ценная эта могущественная женщина, намеренно принявшая облик старушки, чтобы не смущать никого своим истинным обликом. Своими обострёнными чувствами из-за давней мутации он ощущал, что Вердона далеко не человек. Учитель ниндзюцу спокойно сказал: — Великая сила в умелых руках всегда прекрасна. Единственное, что оставалось, так это ждать следующей волны армии противников. Впереди ещё армия инкурсианцев и воинство Шредера, а значит скучать не придётся, поскольку битва ещё не закончилась. А потом, когда над пустырём повисла лёгкая тишина, Донателло сказал вполголоса, глядя на искорёженные корпуса: — Ну, одно можно сказать точно… Вилгаксу точно не понравится отчёт о потерях. И все, даже Леонардо, не смогли сдержать лёгких улыбок перед грядущим сражением. В космосе под орбитой Белвуда всё происходило быстро и жёстко, как и положено бою, где на кону жизнь целых миров. Когда по сигналу на дисплеях засветились отметки инкурсианских флотилий, отряды элитных Санитаров уже заняли боевые позиции, среди которых были крейсера-эшелоны с плотным экраном ПВО, истребительные звенья «яростных гарпунов», дроны-перехватчики и отряды штурмовых платформ с тактическими тройками. — Будьте внимательны, не пропустите даже одного вражеского корабля. — напомнил Макс. Командир элитного соединения, подполковник в серебристой броне, отдал короткие, чёткие приказы. Крейсера выстроились в «клин», являющийся заслоном от вражеских ракет и управляемых торпед и одновременно рассчитали коридоры для выхода истребителей. На частотах зажужжали сетевые алгоритмы Донателло, подсчитывая тонкую подстройку целей, распределение приоритетов, расчёт упреждающих манёвров. — Эти жабы не пройдут… — пробормотал командир одного из подразделений. Первая волна инкурсианцев, внешне массивные «лягушачьи» штурмовики с усиленными бронированными панелями, пошла на прорыв. Санитарские перехватчики влетели им в хвост, делая манёвры на пределе тяги, спирали, резкие «сбросы» скорости, автоматические залпы рельсовых пушек. Дроны-перехватчики работали цепью, так перехватчики выводили носители управления, затем по координатам шли минами-гравитами, связывающими винты и двигатели их кораблей. — Вот так, мерзкие жабы, Земля вам не глупая муха… — пробормотал Макс. Когда инкурсианские носители попытались отдать приказы на поджог систем, сработала следующая ступень, а именно импульсные эм-сети, высланные с крейсеров. Невидимые сети прошли сквозь корпуса и вывели из строя электронику, благодаря чему системы оружия замирали, навигация теряла ориентиры, двигатели теряли синхронизацию. Несколько тяжёлых кораблей, оставшись без управления, вошли в атмосферу и врезались в бесхозную территорию пустыря, ибо Донателло заранее скорректировал их траектории, чтобы минимизировать ущерб на планете. — Пускай падают, после победы соберём обломки… — решил командир. Пара штурмовых платформ Санитаров сблизились с оставшимися инкурсианскими эсминцами и не для уничтожения, а для обезвреживания. Магнитные зажимы, «лазерные пилы» и тактические тросы с захватами позволили посадочным отрядам ворваться на борта. Там действовали все Санитары, в том числе спаянные команды штурмовиков и опытных десантников Санитаров захватывали мостики, глушили реакторы и перевешивали флаги. — Офицеров-инкурсианцев в камеры строгого режима, остальных — в обычные… — говорил Макс. На фоне пушечного треска и вспышек ударов кто-то заметил, как один за другим инкурсианские флаги падали и вместо шквала разрушений шла серия скоординированных посадок и задержаний. Командные лица инкурсианцев были взяты, оружие подавлено, а оставшиеся корабли, лишённые команд и топлива, были обездвижены и взяты на буксир. С союзной базы, через голограммы, наблюдали за боем Бен и его друзья, на их лицах облегчение и уважение. Макс, стоявший у командного терминала флота, сдержанно кивнул: — Работа выполнена чётко и без излишней ярости. Хорошая тактика спасла множество жизней. Осмозианин с удовольствием наблюдал за тем, как передовые технологии Санитаров и «сюрпризы» от Донателло явно застали врасплох армию лягушек, которые явно спешили на победный марш по поверхности планеты Земля. Именно поэтому Кевин, наблюдая на пульте вечер впадавших в неуправляемый пожар кораблей, ухмыльнулся и проговорил: — Вот оно что — когда техника и мозги работают в связке, никакая жабья армия не пройдёт. Вердона, глядя на видеопоток с захвата мостика, переслала короткое «браво» и в её голосе слышалась тихая гордость за дисциплину и человечность Санитаров. Донателло, поправляя очки, уже мысленно считал списки трофеев и в этом подсчёте была не радость победы, а практическая забота о том, что можно будет использовать, что утилизировать, как быстро восстановить. — Для Санитаров полезно подробно ознакомиться с технологиями инкурсианцев… — сказал Донни. Когда последние инкурсианские корабли были выведены из строя и взяты под охрану, на экранах осталось только спокойное мерцание выведенных из строя систем. Момент тишины в штабе был заполнен осознанием, сто первый, самый тяжёлый удар обороны нанесён и теперь у защитников есть шанс перевести дух, перегруппироваться и встретить следующие волны нападающих. — Готовимся к следующей волне! Впереди воины Шредера! — напомнил Макс. Из глубины неба, прорезая атмосферу, спускался огромный чёрно-зелёный крейсер с инкурсианской символикой, внешне вытянутый, похожий на металлическую жабу с разинутой пастью, из которой вырывались языки пламени. Это был флагман Атеи, дочери императора Миллиуса, чьё имя уже давно ассоциировалось в Галактике с предательствами, военными преступлениями и фанатичной жаждой доказать отцу, что она не хуже его. — Бен, тебе придётся вступить в схватку с остатками инкурсианцев… — прошептал Макс. Несмотря на мощные заградительные залпы Санитаров и подстроенные Донателло помехи, Атея сумела прорваться, ведь её корабль, защищённый экспериментальными щитами, словно скользнул сквозь ловушки, сбросил манёвровые отсеки и, теряя куски обшивки, всё же дотянул до планетной поверхности. Ослепительная вспышка осветила небосклон, и крейсер, описав дугу, рухнул на пустынную местность в двадцати километрах от Белвуда, оставляя за собой шлейф пламени и дыма. — Похоже сейчас начнётся схватка… — предвкушающее пробормотал Кевин. Песок в радиусе километра поднялся стеной, а когда всё утихло, из распахнутых шлюзов корабля потекли ряды элитных инкурсианцев в тяжёлых экзо-скелетах, каждая единица которых весила больше, чем боевой дрон Вилгакса. Их глаза мерцали жёлтым, шаги были синхронны, а в центре колонны шла сама Атея, высокая, в боевых доспехах цвета болотного золота, с короной из переплетённых энергетических шипов. Она взмахнула копьём с встроенным плазменным наконечником и издала хриплый боевой клич на родном языке. Голос разнёсся по пустыне, отражаясь от камней: — За честь Империи Инкурсианцев! За имя Миллиуса! Бен и его союзники наблюдали за посадкой с ближайшего хребта. Взрывная волна едва не сбила с ног, но Бен уже стоял впереди и глаза прищурены, рука на Омнитриксе. Он уже примерно представлял какой супергерой лучше всех справится с лягушками, но предпочёл немного подождать, чтобы инкурсианцы хотя бы высадились на поверхность. Бен невозмутимо проговорил: — Вот и дождались, — молвил он. — Хоть что-то, кроме наблюдения. Осмозианин уже был готов броситься в ответную атаку, но всё же не хотел лезть на рожон, будто ему больше всех надо подраться. Если уж и вести наступления, то всем вместе, пытаясь удержать остатки армии Миллиуса в пределах пустыря пока Бен при помощи Омнитрикса не покажет врагам бесполезность сопротивления. Кевин хмыкнул, хрустнув суставами, и сказал: — Пора размяться. Эти жабьи королевские фанатики думают, что Земля — тренажёрный зал? Сейчас проверим. Гвен вскинула руки, создавая мерцающий купол магической защиты и розово-золотой барьер вспыхнул над ними, отражая песок и первые выстрелы инкурсианских лазерных лучей. Остальные члены команды тоже внутренне собрались, готовые броситься в атаку по первому сигналу. Удерживая защитный барьер, юная волшебница серьёзно проговорила: — Осторожно, они действуют строем! Атея ведёт их не просто в атаку — она готова умереть, если понадобится. Рук активировал протоинструмент, и лезвие оружия засветилось синим светом. Эти представители жабьей цивилизации устраивали слишком много проблем в галактике и без них вселенной явно будет легче. Потому ревоннагандер собрался всех взять в плен и уже на базе разобраться о судьбе каждого инкурсианца. Напарник Бена спокойно промолвил: — В таком случае, нам следует преподать им урок дисциплины. По всем правилам. Джули и Кораблик синхронно активировали боевой скафандр, превращаясь в серебристо-голубую фигуру с энергетическими клинками на предплечьях. Она тоже была готова показать инкурсианцам, что даже она, простая девушка с Земли, тоже может дать отпор, потому Джули и проговорила: — Бен, ты ведёшь? — уточнила она, — или мы делаем это по старому доброму хаосу? — Хаос всегда со мной, — усмехнулся он. Рядом уже строились черепашки-ниндзя, так Леонардо вытащил катаны, Рафаэль вращал саи в пальцах, Донни активировал боевой посох, Майки, улыбаясь, взвёл нунчаки, а Сплинтер стоял между ними, спокоен и собран, будто перед экзаменом, а не сражением. Кожеголовый зарычал, опускаясь на четыре лапы, Кейси щёлкнул битой, а Эйприл держала бластер. Песок дрожал, ветер бил в лица. Вдалеке крейсер Атеи окончательно остыл, но его бойцы уже выстроились в боевую формацию. Вердона взглянула на горизонт и тихо сказала: — Пора закончить эту войну. Здесь и сейчас. Битва вспыхнула мгновенно, как буря, родившаяся из песка и пламени. Инкурсианцы, выстроившиеся клином, открыли массированный огонь, и над пустыней загрохотало… пульсары, плазма и гравитационные мины рассекали воздух, оставляя за собой следы энергии. Но союзники встретили удар стойко. Осмозианин хмуро проворчал: — Подходите, лягушки, скоро вы пожалеете, что прибыли на Землю… — пробормотал Кевин. Гвен первой раскрыла барьер, отбросив волну плазмы, будто зеркалом. В тот же миг Лео и Раф рванули вперёд, из-за чего катаны и саи вспыхнули отражённым светом. Рафаэль, прыгая между разрывами песка, сметал противников грубой силой, разбивая доспехи, как жестяные банки, а Леонардо двигался точнее, ибо каждый удар резал воздух и попадал в уязвимое место. — Пора инкурсианцам отведать силу ниндзя… — пробормотал Раф. Майки, смеясь, будто играя, запустил нунчак в боевого дрона, зацепил его за шею и, используя импульс, врезал в инкурсианца. Донателло, стоя чуть позади, активировал электропосох и бил точечно в суставы, в энергетические стабилизаторы, в шлемы. Каждый удар сопровождался короткой вспышкой, и очередной враг падал без сознания. — Хорошо, что мы тренировались… — пробормотал Донни. Кевин тем временем пропитал кожу металлической структурой, став похожим на ходячий броневик. Он шагнул вперёд, приняв на себя залп плазмы, и, ухмыльнувшись, метнул кусок металлической плиты, раздавив сразу двоих врагов. — Ну что, кто следующий? — рявкнул он, отбивая снаряд кулаком. Рук действовал хладнокровно, с точностью секретного агента. Его протоинструмент рассекая воздух, выпускал энергетические дуги, которыми он сбивал шлемы и оружие. Он двигался так быстро, что его силуэт почти сливался с песчаной бурей. — Хорошо ещё, что основные силы врага разгромил Магистр Теннисон…— пробормотал Рук. Эйприл поддерживала их на дистанции и бластерами она сбивала врагов с ног и сбивала летящие гранаты. Кейси, ревя, как будто сражался на хоккейном льду, раскручивал биту, отбивая плазмошары обратно в строи противников. — Бунгало! В Кейси Джонса клюшек и бит хватит на всех жаб! Кожеголовый ворвался в самую гущу, сметая инкурсианцев своей массивной тушей. Каждый его удар превращал песок под ногами в кратеры. Сплинтер же двигался мягко и почти незаметно, он словно танцевал среди врагов, уклоняясь от выстрелов, ломая оружие врагов короткими, точными движениями. Его глаза сияли спокойствием. — Они дисциплинированны, но слишком зависимы от команд… — заметил учитель ниндзюцу. И вот засияла вспышка зелёного света. Воздух сгустился, песчинки будто застопорились в полёте. Когда сияние рассеялось, на месте Бена стоял гигант с каменистой кожей, напоминающей вулканическую породу, и коротким, массивным телом без шеи. Его глаза словно два куска чёрного обсидиана, сияющих внутренней гравитацией. — Ну что, поиграем с весом? — произнёс он низким, раскатистым голосом, словно гремел сам земной шар. Он взмахнул рукой и сразу десяток инкурсианцев, готовых стрелять, внезапно рухнули на землю. Их оружие треснуло под их собственной тяжестью, броня вдавилась в песок. Земля под ними прогнулась, будто под невидимой плитой. — Слишком тяжело стоять? — усмехнулся Граватак, и резким движением другой руки поднял несколько врагов в воздух. Они забились, как беспомощные куклы, медленно вращаясь над полем боя. — Тогда пусть будет легче! Он сделал шаг, и сила гравитации сместилась. Вокруг него песок взлетел, как вода, инкурсианцы, потеряв опору, закричали, поднимаясь всё выше, словно воздушные шары. Один из них попытался стрелять, но снаряд медленно вылетел из ствола и завис в воздухе. Граватак сжал кулак, и вся группа врагов рухнула вниз, как камни, оставив после себя клубы пыли и короткие вспышки энергии. — Вот так-то, — молвил он, и от земли разошлись круги, словно от падения метеора. Этот супергерой отлично подходит для случая, когда нужно держать под контролем группу врагов, при этом лишив их шанса вытянуть сражение в собственную пользу. Тем не менее, для некоторых такие возможности были необычными, потому Донателло, впечатлённый, не удержался: — Фантастика… локальная манипуляция гравитационного поля с минимальной утечкой энергии! Это же почти нарушение физики! — Это Бен, — фыркнул Кевин. — У него физика всегда в сторонке. Атея, наблюдавшая с возвышенности, нахмурилась. Её глаза сверкнули яростью. Она ненавидела Бена Теннисона даже больше, чем всевозможных врагов инкурсианцев. Этот мальчишка много раз переходил дорогу империи, каждый раз выруливая ситуацию в собственную пользу. Ослеплённая гневом, наследница престола воскликнула: — Вы смеете противостоять Империи… кучка мутантов и подростков?! Она направила копьё на Граватака и луч плазмы ударил в него, но тот лишь поднял руку, и луч, искривившись, ушёл в сторону, будто пространство само отклонило его. Несмотря на то, что луч не имел массы, изменение гравитации способно слегка замедлить его, чем Бен и воспользовался. Оставшись довольным произошедшим, Бен невозмутимо проговорил: — Против гравитации не попрёшь, — ответил Бен. — Даже если ты дочь императора. Он рванул вперёд, притягивая песок к себе, словно создавая бурю из мельчайших камней. С каждым шагом земля дрожала. Атея встретила его удар, и на секунду казалось, что всё поле боя застыло, когда два центра силы сошлись в одной точке. Вспышка, грохот, волна давления, от которой всех союзников отбросило на несколько метров. Когда пыль рассеялась, Бен стоял над поверженной Атеей. Её броня треснула, копьё распалось на осколки, а глаза метали искры бессильной ярости. — Передай своему отцу, — молвил он, понижая голос, — что Земля не сдаётся. И никогда не склонится. С этими словами он ослабил гравитационное поле, позволяя врагам падать на песок. Оставшиеся инкурсианцы, видя поражение командира, начали складывать оружие. Песок осел и над полем боя повисла тишина. Сплинтер тихо произнёс, сложив руки: — Мудрое окончание. Победа без излишней жестокости. Теперь для инкурсианцев действительно всё было кончено. Подавляющее большинство представителей этого вида отправятся в пожизненную ссылку на планету, условия которой будут благоприятны для их вида, но без возможности выйти в космос. Гвен опустила барьер, Кевин хлопнул Бена по плечу, что вызвало лёгкое землетрясение, а Майки довольно крикнул: — Вау! Вот это я называю тяжёлым ударом! Пока не прибыли новые звездолёты с врагами команда расслабилась и позволила себе кое-какие шуточки. К тому же все были под впечатлением от того как эффектно Бен победил инкурсианцев, используя Омнитрикс. Бен, вернувшись в человеческий облик, усмехнулся, вытирая лоб и сказал: — Да… иногда полезно напомнить всем, кто тут настоящий центр притяжения. Песок ещё не успел полностью осесть после битвы с инкурсианцами, как небо вновь прорезал зловещий гул. Он был глубже, тяжелее и куда более механичен, не вой боевых двигателей, а грохот, похожий на стон умирающей земли. Леонардо первым поднял взгляд и сказал: — Это… не инкурсианцы, — молвил он, чувствуя, как под ногами начинает дрожать почва. В небе появился огромный силуэт, угловатый, мрачный, с эмблемой в виде стилизованной лапы. По мере приближения корабля воздух стал густеть от напряжения. Гравитационные волны, вызванные снижением, взметали песок, а пульсирующие огни корпуса отражались в глазах черепах. Рафаэль прищурился, крепче сжав саи, и проговорил: — Да ладно… Неужели он притащил их тоже?! Корабль с гулом приземлился, подняв стену песчаного шторма. От ударной волны Майки упал на панцирь, отползая назад. Они конечно ждали третью волну, однако не ожидали, что противник так прямо начнёт атаковать, украсив звездолёт личным символом Шредера. Оптимистичный черепашка-мутант, ещё не успевший подняться на ноги, недовольно проговорил: — Эй! Я только пыль из глаз вытер! — возмутился он, кашляя. Когда буря немного утихла, в дверях открывшегося шлюза показались тени. Чёрные, чётко выстроенные фигуры, бойцы клана Фут. Их доспехи блестели под солнцем, словно тени обрели форму. Но за ними шла она… стройная, решительная, с холодным, сосредоточенным взглядом и длинным мечом за спиной. Ветер развевал её тёмные волосы, а под маской угадывались знакомые черты. — Караи… — выдохнул Донателло, не веря своим глазам. — Ты шутишь? — прошептал Майки. — Его приёмная дочь? Здесь?! Леонардо сделал шаг вперёд, напряжённо следя за каждым её движением. Его взгляд был полон не только недоверия, но и… сожаления. Они конечно противостояли в родном мире, но вот здесь, в другой вселенной девушке было не место. Пускай она не может прекратить быть руководителем клана Фут, но ей не стоило сюда прилетать. Черепашка-мутант же проговорил: — Шредер втянул даже тебя в это безумие? Караи остановилась перед строем ниндзя, спокойно опустив руку на рукоять меча. Шредер когда-то сохранил ей жизнь, когда она, маленькая и одинокая, была никому не нужна в огромном густонаселённом Нью-Йорке. Её голос прозвучал отчётливо, властно, но в нём слышалась тень внутреннего конфликта, когда она сказала: — Я исполняю приказ. Мой отец приказал уничтожить всех, кто встанет у него на пути. Сплинтер шагнул вперёд, его тень упала на песок длинной и тяжёлой полосой. В его глазах не было гнева, только глубокая скорбь. Всё же он видел в этой девушке личность, которая могла бы быть куда более достойным представителем своего вида, если бы только она бросила Шредера. Потому смотря на давнюю неприятельницу, старый мастер проговорил: — Караи… Я надеялся, что даже во тьме твоё сердце останется чистым. Неужели ты забыла, кто ты? Она на секунду замерла. Её пальцы дрогнули на рукояти меча, но взгляд снова стал твёрдым, почти ледяным. Её долг перед Шредером придётся отрабатывать до последнего вздоха, и девушка была готова это делать. Никто не мог переубедить её сменить сторону и начать новую жизнь, потому лидер клана Фут и проговорила: — Я — воин клана Фут. Это всё, что осталось от моей семьи. Бен и его друзья пока не вмешивались, поскольку по симуляции знали насколько искусный воин эта молодая леди. Если битва начнётся, они тогда и присоединятся, используя имеющиеся способности и технологии. Пока союзники не вмешивались, пускай и показывая готовность к действиям, один из братьев-черепашек, а именно Рафаэль, не выдержав, рявкнул: — Какая, к чёрту, семья?! Твой «отец» — бездушная бронированная маска с манией величия! Караи метнула в него взгляд, острый, как лезвие. У неё есть приказ и этот разговор бессмысленный. Только битва покажет, кто решает, что делать дальше и ниндзя напряжённо стояли, ожидая команды к сражению от своей предводительницы. На этот раз будет труднее, поскольку в черепах-ниндзя появились новые могущественные друзья, но всё же Караи проговорила: — Замолчи, черепаха. Ты не знаешь, что значит долг. Как бы там ни было, а близость битвы явственно ощущалась. Вердона, пока была такая возможность, наложила заклинание на тех, кому защититься от коварных атак было труднее всего. Таким образом Кейси и Эйприл не пострадают в этой схватке двух групп враждебных ниндзя. Майки тихо прошептал, прячась за спину Лео: — Да, ну, кажется, семейная драма сейчас перейдёт в боевик… Пускай аллигатор-мутант ненавидел Шредера всей своей душой, однако он контролировал себя, научившись доверять тем, кого он смог назвать своей семьёй. Схватка должна начаться не по его желанию, а как только противник атакует, закончив наконец работать языком, отвечая на реплики черепах-ниндзя и их учителя. Кожеголовый вздохнул, массируя шею, и пробормотал: — Прямо как старая добрая встреча выпускников. Только без объятий. Но Сплинтер не отвёл взгляда от Караи. Старый мастер был давно готов сражаться, однако рассчитывал, что им удастся пленить девушку, не причинив ей особого вреда. Всё же не её вина, что её нашёл Шредер, а не человеческие социальные службы, и воспитал по-своему, получая наследницу своей империи на Земле. Потому Сплинтер спокойно проговорил: — Если ты пришла сражаться, знай: мы не ищем этой битвы. Но если поднимешь меч — не жди пощады. Её глаза блеснули. Она была готова к бою и наконец могла дать сигнал воинам идти в атаку. Никакие фокусы местных супергероев не помогут им выиграть этот бой, поскольку девушка была уверена, что мастерство её ниндзя невозможно одолеть сверхчеловеческими способностями, какие бы впечатляющие они ни были. Потому девушка проговорила: — Тогда пусть решит сила. Караи взмахнула рукой и десятки ниндзя клана Фут метнулись вперёд, словно чёрная волна. Воздух вновь наполнился звоном металла, свистом сюрикенов и гулом боевых криков. Черепашки мгновенно встали плечом к плечу, замыкая строй, и один из братьев предвкушающее промолвил: — Похоже, вечер перестаёт быть томным, — усмехнулся Рафаэль, вращая саи. Пускай эта девушка-ниндзя не обольщается, поскольку они не собираются позволить лидеру клана Фут выполнить задание, с которым её послал сюда Шредер. Его ужасные мечты о мировом господстве так и останутся мечтами, поскольку до тех пор, пока братья-черепашки живы, этого не произойдёт. Леонардо, сосредоточившись, вытащил катаны и сказал ровно, без тени страха: — Мы не позволим тебе пройти, Караи. Даже если придётся остановить тебя силой. Она чуть прищурилась, подняла меч, и между ними проскочила первая искра. Так началась новая схватка, не просто за Землю, а за честь, за прошлое и за ту тонкую грань, где заканчивается долг и начинается выбор сердца. Пустырь превратился в бурлящее море битвы. Песок под ногами уже не был неподвижным, он поднимался в воздух, вихрился, смешиваясь с пеплом и искрами от ударов. Воздух дрожал от звона стали, вспышек энергии и магических импульсов. Кевин первым бросился в бой, его тело покрыла смесь металла и камня, превращая его в живую глыбу. Сцепив зубы, он врезался в строй футовцев, сбивая их, словно кегли. Один из ниндзя попытался метнуть сюрикен ему в спину, но оружие с глухим звуком отскочило, не оставив и следа. — Не стоило связываться с прочным парнем, — рявкнул Кевин, ударив кулаком по земле, создавая ударную волну, которая разметала врагов вокруг. Гвен, сияя пурпурным ореолом энергии, взмыла в воздух. В её руках закрутились рунические круги — и в следующее мгновение на противников обрушился дождь из концентрированных сгустков маны. Каждый выстрел попадал точно в цель, превращая футовцев у беспомощных кукол, отброшенных силой удара. Юная волшебница невозмутимо проговорила: — Не стоит недооценивать магию, — спокойно произнесла она, словно учитель, читающий лекцию. Вердона же стояла в центре, словно ось вихря. Её руки двигались плавно и уверенно, рисуя в воздухе изящные, но смертельно точные узоры рун. Возникла вспышка и ниндзя, окружившие Джули, внезапно замерли, будто схваченные невидимыми нитями. Затем анодитка довольно промолвила: — Ах, как же я соскучилась по настоящим сражениям, — усмехнулась она, отпуская поток энергии. Джули, в свою очередь, полагалась не на магию, а на отточенные движения. Её шаги были лёгкими, точными, каждое уклонение словно заранее рассчитано. Кораблик зависал рядом, отбивая летящие снаряды и оглушая врагов акустическими импульсами. Джули сосредоточенно пробормотала: — Мы с Беном уже проходили через подобное, — молвила она, сбивая противника ударом ноги и одновременно направляя Кораблик на следующую цель. — И, как всегда, держим строй. Немного в стороне Эйприл и Кейси действовали синхронно, словно одно целое. Кейси крутил бейсбольную биту, ловко парируя удары ниндзя, а Эйприл с поразительной скоростью отбивала атаки парой тонф. Их движения были слишком точны для обычных людей, и только Вердона, наблюдая за ними, улыбалась про себя, её заклинание защиты работало, и враги просто не успевали попасть в них. — Неплохо для новичков, — хмыкнула анодитка. — Возможно, я не зря вложила в них немного силы. Тем временем черепашки, Сплинтер и Кожеголовый держали фронт, словно настоящая стена. Леонардо двигался первым, рассекая воздух катанами; Рафаэль крушил врагов мощными ударами сай, пробивая даже усиленные доспехи футовцев; Донателло вращал бо, сбивая сразу по двое противников за раз, а Микеланджело кружил вокруг, превращая нунчаки в размытые дуги света. — Это я понимаю — настоящая разминка! — крикнул Майки, ловко уклоняясь от сюрикена и тут же отправляя противника в песок. Сплинтер двигался с поразительным спокойствием. Его шаги были бесшумны, движения точны, а каждый удар продуман заранее. Словно он танцевал между тенями, заставляя врагов падать, не успев понять, что произошло. Старый мастер невозмутимо и спокойно проговорил: — Ниндзя сражается не ради победы, а ради защиты, — тихо произнёс он, уклоняясь от удара и мгновенно выбивая оружие из рук врага. Кожеголовый стоял чуть позади, но его мощь компенсировала расстояние. Его когти рассекали воздух, а громогласный рёв заставлял противников замереть на секунду и этого хватало черепашкам, чтобы добить растерянных врагов. Аллигатор-мутант разбрасывал в разные стороны врагов, говоря: — Ну что, скучали, уроды? — ухмыльнулся он, сбивая сразу троих. И посреди этого хаоса стоял Бен. Его кожа сияла, словно из чистого алмаза, отражая солнечный свет множеством граней. В облике Алмаза он выглядел неуязвимым, и враги это понимали слишком поздно. Десять бойцов клана Фут окружили его, но Бен только усмехнулся и иронично промолвил: — Десять на одного? Хм… могли бы позвать подкрепление. Первый атаковал сверху, Бен поднял руку, и лезвие катаны с лязгом раскололось о кристалл. Второй попытался ударить в спину, но получил локтем и отлетел в песок. Бен ударил кулаком по земле и кристаллические шипы, вырвавшись из-под ног, разметали противников во все стороны. — Передайте Шредеру, что его бойцы… не дотягивают до уровня, — молвил он, глядя, как последний футовец теряет сознание. Песок вновь взметнулся вверх, когда с ближайшего транспорта высыпала новая волна бойцов клана Фут. Сотня чёрных силуэтов, движущихся в идеальной синхронности, окружила Бена плотным кольцом. Их лезвия, копья и сюрикены поблёскивали на солнце, отражаясь от алмазной брони героя. Бен осмотрелся, прищурился и ухмыльнулся: — Серьёзно? Всего-то сотня? А я-то думал, у Шредера хоть капля фантазии осталась… Футовцы, не реагируя на шутку, заняли позиции, их движения были механически точны. Взмах руки и с десяток метательных звёзд полетели прямо в Бена. Но те, не долетев, раскололись, столкнувшись с невидимой вибрацией его кристаллической брони. Владелец Омнитрикса спокойно промолвил: — Ну ладно, — продолжил он, с ленивой уверенностью выпрямляясь. — Раз уж у нас тут массовка, сыграем по-крупному. Раз уж клан Фут решили играть по-крупному, пора и ему перейти на новый уровень. А благодаря Азимусу ему больше не нужно беспокоится, что у него заняты руки, поскольку теперь для работы с Омнитриксом достаточно просто сказать. Он слегка склонил голову, глядя в никуда, но его голос прозвучал твёрдо: — Омнитрикс, активировать режим Ультиматрикса для Алмаза. В ответ устройство вспыхнуло изумрудным светом, и воздух вокруг словно задрожал. Глубокий, чистый звон прошёл по полю боя, будто раскалывал саму тишину. Кристаллы на теле Бена начали расти, меняя форму и стали темнее, плотнее, а между граней засияли голубые энергетические линии. Броня утолщалась, переходя из прозрачного алмаза в прочный, почти металлический кристалл, а на плечах и руках выросли крупные наросты, способные усиливать удары. Глаза Бена засветились чистым бирюзовым светом. — Ультиматрикс активирован. — холодно прозвучал голос Омнитрикса. Бен слегка сжал кулак, и по его телу прошёл резонансный импульс, создающий рябь в воздухе. Земля под ногами затрещала, песок поднялся, будто притянутый к нему магнитом. Он посмотрел на футовцев и ухмыльнулся чуть шире. Затем обновлённый супергерой с явной иронией снова проговорил: — Надеюсь, у вас есть страховка… потому что сейчас будет жарко, — бросил он с насмешкой. И прежде чем враги успели сделать хоть шаг, Бен резко ударил кулаком в землю и сотни острейших кристаллов вырвались наружу, рассеивая ряды клана Фут словно бумажные тени. Звон граней, вспышки света и разлетающиеся песчаные волны озарили весь пустырь. Ульти-Алмаз встал в центре, сверкая, как живое орудие света, и произнёс с хищной усмешкой: — А теперь посмотрим, кто из вас достаточно храбр, чтобы попробовать ещё раз. Пустырь заволокло клубами пыли и дыма, сквозь которые постепенно вырисовывались фигуры союзников, уставших, но всё ещё стоящих плечом к плечу. Черепашки, Сплинтер, Кевин, Гвен, Вердона, Джули, Кейси, Эйприл, Рук и Кожеголовый сомкнулись в боевом круге. Вокруг них, словно волны чернильного моря, двигались остатки клана Фут, десятки бойцов, собравшихся в плотное кольцо. Их чёрные маски и синхронные движения делали их похожими на единый живой механизм, бесшумный и смертельно точный. Леонардо чуть сдвинул ногу вперёд, выверяя стойку; Рафаэль стиснул саи, поблёскивая взглядом. Донателло активировал свой боевой посох, а Микеланджело нервно покручивал нунчаки. Сплинтер стоял в центре, спокоен и сосредоточен, его глаза сверкнули, когда он произнёс: — Держим строй. Помните — мы не просто команда. Мы — семья. Тем временем на другом конце поля среди выжженных кристаллами кратеров, тяжело ступал Ульти-Алмаз. Его тело светилось ровным голубым сиянием, будто внутри кипела энергия планетарного ядра. Каждый его шаг заставлял землю подрагивать. И тогда из тени поверженного транспорта вышла она, Караи. Гибкая, быстрая, с обнажённым клинком, в её движениях ощущалась хищная грация. Её золотистые глаза сверкнули гневом и решимостью. Девушка-ниндзя хладнокровно сказала: — Вот ты какой, легендарный Бен Теннисон, — холодно сказала она, поднимая меч в боевую стойку. — Уверен, что сила заменит тебе дисциплину? Что грубая мощь важнее чести? Бен ухмыльнулся, и на его кристаллическом лице заиграла световая рябь. Этому супергерою были не страшны клинки и даже приборы, способные нарушать кристаллическую структуру. Теперь он по-настоящему неуязвим и Караи пожалеет, что не осталась в родной вселенной. Не спеша озвучивать свои мысли, супергерой спокойно проговорил: — Ну, знаешь… я бы предпочёл поговорить, но ты, кажется, не из тех, кто любит слушать, — ответил он спокойно. — Ладно, посмотрим, чему ты собираешься меня научить. Клинок Караи мелькнул, как вспышка. Она метнулась вперёд, и в следующее мгновение между ними завязался бой скорости против неуязвимости. Караи двигалась как молния, прыгая, скользя, отражая кристаллические удары, каждый раз нанося точные уколы в стыки брони. Искры сыпались при каждом касании. Но Бен, хоть и медленнее, не уступал в умении. Он перехватывал удары с математической точностью, отражая клинок с помощью алмазных наростов, которые мгновенно вырастали на его предплечьях. В каждом движении ощущалась уверенность и внутренняя сила. Караи снова прыгнула, стремясь достать его в незащищённое место под ребром. Меч встретился с кристаллом и треснул, после чего паутина трещин расползлась. И, наконец, со звоном, похожим на крик, рассыпался в осколки, сверкая в воздухе. Караи замерла, ошеломлённая. Её грудь тяжело вздымалась, взгляд метался между ладонями и полем боя. Она растерянно пробормотала: — Н… невозможно… — прошептала она. Бен сделал шаг вперёд и поднял руку, создавая вокруг девушки кристаллический полукруг. Пора заканчивать эту битву и наконец признать, что все стремления Шредера никогда не воплотятся в реальность. Не видя чего-то драматичного в уничтоженном клинке, парень не мог оценить весь трагизм ситуации, поскольку пострадала честь и гордость Караи. Бен спокойно промолвил: — Не злись. Это ведь всего лишь меч… хотя, признаю, ты впечатляешь. — Его голос был мягче, чем обычно. Черепашки-ниндзя были впечатлены произошедшим. Никто никогда не побеждал Караи так эффектно, превратив в осколки её катаны. Лишившись оружия, она теперь была беззащитна и потому больше не сражалась. В следующее мгновение из-за спины Бена появились Леонардо и Рафаэль, осторожно подойдя ближе. Рафаэль тихо пробурчал: — Честно? Никогда не думал, что увижу день, когда кто-то сломает меч Караи. — Сломал не меч, а гордыню, — спокойно ответил Сплинтер, подходя ближе и складывая руки за спиной. — Пора завершать это. Караи опустила голову, и Бен, не дожидаясь, пока она предпримет новую попытку, создал вокруг неё замкнутую кристаллическую сферу, прозрачную, но прочную как сталь. Он оставил несколько небольших отверстий для того, чтобы она не задохнулась пока Санитары не прибудут, чтобы забрать её и решить дальнейшую судьбу. Парень спокойно проговорил: — Время отдохнуть, — тихо произнёс он. Остатки клана Фут, видя, что их предводительница пленена, замерли на месте. Их ряды колебались, и через секунду бойцы синхронно опустили оружие. Сражение, по крайней мере, эта его часть, было окончено. Бен перевёл дух, отключая Ультиматрикс, и посмотрел на пленённую Караи: — Знаешь, ты дерёшься лучше, чем половина злодеев, с которыми я сталкивался. Может, попробуешь сменить сторону? Караи бросила на него короткий взгляд, в её глазах смешались гордость, злость и… уважение. Ответа не последовало, но Бену он был и не нужен. Герои расслабились и принялись готовиться к возвращению на базу, явно зная, что больше армий у противника нет и опасности больше никакой не будет. Однако кое-что им всё же следовало сделать прежде чем улететь… Песчаная буря уже стихала, когда Бен, Кевин, Гвен, Рук и четверо Черепашек направились к громадному инкурсианскому звездолёту, на котором приземлилась Караи. Воздух был пропитан запахом озона и раскалённого металла, корпус корабля дымился от следов недавней битвы. Пустыня словно застыла и даже ветер затаил дыхание, будто чувствовал, что сейчас произойдёт нечто решающее. — Осторожнее, — произнёс Леонардо, поднимая катаны. — Если Караи прилетела не одна, значит, внутри нас может ждать нечто похуже. — О, я почти уверен, что «похуже» уже внутри, — мрачно добавил Кевин, трансформируя руку в металлическую дубину. — Я это чувствую. Бен кивнул, активируя Омнитрикс на предплечье. Он предчувствовал, что увидит, как минимум одного, а то и двух из троицы Альянса Тьмы, потому ожидал, что кое-какая драка всё ещё может быть. Тем не менее, первым вступать в сражение было бы глупо, сначала нужно проверить весь звездолёт, а потом уже искать с кем бы подраться. Потому парень с Омнитриксом и проговорил: — На этот раз без сюрпризов, ладно? Просто смотрим, что там творится. Они осторожно вошли внутрь через разлом в обшивке. Внутри всё было залито красным аварийным светом, тревожные сирены выли, а панели искрили. Следы схватки, представляющие собой пробоины, следы оружия, поваленные контейнеры. Гвен, используя магическое чутьё, коснулась ладонью металлической стены. Затем волшебница произнесла: — Здесь недавно было сильное энергетическое облучение… и два мощных источника — оба уже двигаются прочь, — тихо произнесла она. — Один из них — точно не человек, — заметил Донателло, изучая следы на полу. — Вмятины от когтей, шаги тяжёлые, нечеловеческие. — Вилгакс, — угрюмо произнёс Бен. Едва он успел договорить, как где-то в глубине раздался рёв двигателя. Группа бросилась вперёд по узкому коридору, перескакивая через искрящиеся провода и обломки. Они вырвались к ангарному отсеку и остановились, как вкопанные. Перед ними стоял Шредер, высокий, неподвижный, словно сама сталь обрела жизнь. Его алые глаза сверкали сквозь шлем. Рядом, у пульта управления, возился Вилгакс, запуская двигатели небольшого звездолёта, быстрого, почти такого же размера, как личный корабль Кевина. Ошеломлённый Раф воскликнул: — Не двигаться! — рявкнул Рафаэль, бросаясь вперёд. — Я вас обоих уже устал видеть! Но Шредер поднял руку и воздух словно дрогнул от его присутствия. Раз уж они проиграли эту битву, нужно было отступить, чтобы набраться сил и попытаться атаковать снова, только на следующий раз действовать осмотрительнее и меньше полагаться на местные технологии. Главное было улететь сейчас и главный враг черепашек-ниндзя проговорил: — Рафаэль. По-прежнему вспыльчив. Всё без изменений. — Его голос был спокоен, но от этого ещё более жуток. — Вам стоило уйти, пока ещё могли. Кевин скрипнул зубами, а Бен шагнул вперёд, сжимая кулаки. Если нужно, он использует самых мощных своих супергероев для того, чтобы остановить этого типа раз и навсегда. Парень не собирался позволить Шредеру улизнуть и готовился к жаркой схватке. Тем не менее, внешне Бен не показывал агрессию, а холодно и недовольно проговорил: — Уйти? После всего, что вы устроили? Не надейся. Вилгакс резко повернулся, его щупальца шевельнулись. Подготовка почти закончена, теперь осталось только чтобы та лягушка, император инкурсианцев, задержал героев на несколько минут, чтобы они вдвоём сумели скрыться. Как только они покинут пределы Солнечной системы, найти их будет крайне нереально. Потому галактический завоевать и промолвил: — Мы уходим. Но не думайте, что победа за вами, Теннисон. — Он нажал на пульт, и гул двигателя усилился. — Всего лишь… переносим бой на новое поле. В тот момент снаружи раздался тяжёлый шаг, и в люк вошёл Миллиус, раскалённый от ярости, но всё ещё не успевший забраться внутрь корабля. Сам того не подозревая, он стал отвлекающим манёвром, чтобы двое членов распадающегося альянса тьмы сумели удрать прочь. Он зарычал: — Вилгакс! Ты сказал — подождать сигнал! Но Бен не дал ему договорить. Раз уж ближе всех стоит этот лягушачий правитель, стоило арестовать его, чтобы окончательно положить конец империи инкурсианцев. Без этого государства вселенная станет более безопасной и потому парень, не мешкая, решительно воскликнул: — Рук! Сейчас! Санитар мгновенно выстрелил из плазменной винтовки, парализуя Миллиуса. Гвен создала вокруг него энергетическую сферу, а Кевин усилил её, добавив металлический слой. Миллиус взревел, пытаясь вырваться, но безуспешно, его тело пронзали потоки энергии, блокируя движение. — Один пойман, — сухо сказал Рук. — Осталось двое. Но было уже поздно. Корабль Вилгакса, дрожа под напором выхлопа, поднялся в ангаре. Шредер стоял у бокового иллюминатора, холодно глядя вниз на союзников. Он рассчитывал, что вернётся когда-нибудь и тогда эта команда горько пожалеет, что встала у него на пути. Потому Шредер и сказал: — Вы задержали нас, но не остановили, — молвил он. — Следующая встреча будет последней. — Не надейся, жестянка! — выкрикнул Бен, активируя Омнитрикс. — Я доберусь до вас хоть в другой галактике! — В этом я и не сомневаюсь, — ответил Шредер спокойно. И в следующее мгновение корабль сорвался вверх, пробив стену ангара и исчезнув в небесах, оставив за собой шлейф плазменного пламени. Бен опустил руку и сжал кулак. Пускай он ушёл, но интуиция подсказала ему, что они обязательно встретиться в последней схватке, причём ждать нужно куда меньше, чем рассчитывает Шредер. Супергерой спокойно сказал: — Ладно. Пусть бегут. Мы знаем, где искать. Волшебница была слегка разочарована таким исходом, но поимка самого Миллиуса многого стоило. Будь они постарше, их вполне могли бы поднять по службе, провозгласив Магистрами. Однако девушка не слишком-то и хотела пока повышения. Гвен подошла к нему, положив руку на плечо: — Зато Миллиус у нас. Один из трёх. Это уже не мало. Рафаэль скривился, глядя на место, где ещё недавно стоял Шредер. Его разочарование было таким же большим, как и в Лео и Майки. Только Донни не слишком-то и расстраивался явно имея какой-то план на этот счёт. Не обратив внимание на братьев, черепашка-ниндзя проговорил: — Да, но, если он выбрался снова… значит, беды только начинаются. Бен кивнул, глядя в небо, где исчез свет от корабля. На этот раз у них не удалось окончательно положить конец альянсу тьмы, но всё же он по-прежнему был уверен в глубине души, что скоро Шредер будет побеждён. Супергерой спокойно проговорил: — Пусть так. На этот раз мы будем готовы. Арестованный Миллиус, находясь под охраной Кевина, не пытался сбежать, поскольку явно понимал что с таким количеством противников у него нет шансов. Остальные союзники слегка настороженно смотрели в небо. За его спиной Рук активировал браслет связи, отправляя сигнал Санитарам Космоса: — Подготовить транспорт. Мы нашли Миллиуса. Пыль ещё не успела осесть после схватки, когда Донателло, стоявший возле обломков инкурсианского терминала, вдруг оживился. Его глаза зажглись знакомым исследовательским блеском, и он резко повернулся к остальным. Затем черепашка-мутант проговорил: — Постойте! — воскликнул он, вытаскивая из-за пояса компактный анализатор. — Если я не ошибаюсь… маячок! Тот самый, что я встроил в систему Вилгакса! Бен, уже собирающийся дать распоряжения по транспортировке Миллиуса, удивлённо обернулся. Он явно не ожидал, что решение возникшей проблемы возникнет так быстро, пускай и до самого воплощения идеи, пришедшей в голову Донни, было неблизко. Супергерой удивлённо спросил: — Ты о чём, Донни? — О том, — черепаший гений шагнул вперёд, размахивая прибором, — что если у меня будет хотя бы переносной компьютер и разрешение магистра Теннисона, я смогу выследить их корабль! Один из братьев явно со скепсисом отнёсся к идее Донателло. В этот момент приземлился звездолёт Санитаров и Миллиуса забрали, а к ребятам подошёл дедушка Макс, чтобы выслушать какие соображения есть в черепашьего гения. Рафаэль фыркнул, скрестив руки и проговорил: — Ты серьёзно? После того, как они улетели в неизвестном направлении, да ещё на другом корабле? Донателло ухмыльнулся, приподняв бровь. Они снова совершенно забыли о маячке, с помощью которого все планы противника пошли прахом. Эта программа так глубоко въелась в системы Вилгакса, что избавиться он смог бы только взяв другой звездолёт, не имеющий его систем. Донни промолвил: — Именно потому, что он заражён маячком! Я встроил его не просто в сеть — он глубже, в управляющем модуле навигации. Шансов избавиться от него нет. Это то же самое, что удалить операционную систему "Панцирь" — проще взорвать весь корабль. Гвен и Вердона молча переглянулись, а потом девушка одобрительно кивнула. Они успели тихо поздороваться с Максом, как, впрочем, Бен и остальные союзники. Идея черепашки-ниндзя явно звучала как шанс покончить с альянсом тьмы раз и навсегда, потому юная волшебница сказала: — Если ты действительно уверен в этом, я дам тебе разрешение. Дедушка, ты не против? Макс, стоявший рядом, опёрся на оружие и слегка улыбнулся, впервые за всё время позволив себе расслабиться. Пускай во многом теперь зависит от команды героев, однако старый Санитар, своими глазами видевший арестованного Миллиуса, был уверен в успехе, потому и промолвил: — Если этот маячок снова сыграет на нашей стороне, то, Донателло, ты заслужил мой полный карт-бланш. На лице Донни отразилось восторженное ликование. Он даже подпрыгнул на месте, прижав анализатор к груди. Теперь осталось только сесть за полноценный компьютер, чтобы за мгновение ввести нужные команды и вычислить звездолёт врага. Потому Донателло и проговорил: — Тогда не теряем времени! Я запрошу у Азимуса доступ к терминалам Санитаров — с их мощностью я найду Вилгакса хоть на краю галактики! Бен, смеясь, хлопнул его по панцирю. Он был очень рад слышать, что угроза Шредера всё же скоро будет ликвидирована, а сам опасный преступник с иной вселенной получит по заслугам. Радовались и все остальные члены команды, потому парень с Омнитриксом искренне проговорил: — Вот это дух, Донни! Не зря я говорил, что твои мозги — оружие не хуже Омнитрикса! Удивительно, однако черепашки-ниндзя сумели в этой кутерьме раздобыть пиццу и теперь счастливо жевали её, вдвойне радуясь из-за того, что их брат, Донателло, нашёл способ быстро найти Вилгакса и Шредера. Микеланджело, сияя от радости, подкинул кусок пиццы, поймал и воскликнул: — Ха! Наш Донни снова спасает вселенную! Кто говорил, что интеллект скучен? Вспыльчивый черепашка-мутант съел свой кусок, явно не желая играть с едой, и только потом выразил свой восторг по поводу гениальности Донни. Пускай иногда он казался ему умным занудой, но сейчас его ум пригодился. Даже Рафаэль усмехнулся, ударив брата кулаком по плечу, и сказал: — Ладно, гений, только не взорвись от счастья. Атмосфера напряжения мгновенно рассеялась, сменившись волной всеобщего ликования. Идя к звездолёту, герои радовались, что скоро всё окончательно закончиться. Гвен тихо рассмеялась, Вердона одобрительно кивнула, а Макс, глядя на них всех, произнёс с лёгкой гордостью: — Похоже, у нас появился новый ключ к победе. И пока Донателло уже мысленно составлял план подключения к системам Санитаров, Бен, Кевин и Лео переглянулись, впервые за долгое время в их взглядах мелькнула уверенность. Финальная схватка ещё не закончена, но теперь у союзников снова было преимущество, и искра надежды вспыхнула ярче прежнего. Они как никогда были уверены в том, что скоро одолеют Шредера окончательно.