Любовь — величайшая сила.

***

— Отчаявшись, все маги должны будут принять решение — быть порабощенным или убивать. И лишь Помеченному дадут шанс на исправление ада на землях, где родился Мерлин.

***

Больничное крыло сковывало его. Пусть здесь и всегда находились его новые знакомые — даже у себя в мыслях он отказывался называть их друзьями, не мог — безнадежность поглощало его разум, завладевая им. Все это конректно бесило Гарри. Сейчас рядом с ним были две слизеринки, Блейз ушёл в библиотеку. Они сидели на соседней кровати и тихо разговаривали, думая что он спит. Но спать было невыносимо. Всегда просыпаясь от жутких воспоминаний из детства, он вскакивал посреди ночи, обнаруживая рядом с собой одного из троих змеек. Они не оставляли его, он не был один. "Я не один, но и не рядом с друзьями. Да, они стараются меня поддержать, но я не могу принять это, для меня они все ещё лживые змеи, как бы не было это печально признавать..." Промывка мозгов играло свое, ему на протяжении нескольких лет твердили о том, что на факультете Салазара не может учиться примерный человек. "Любой из них был хуже животного" — сказал однажды его близкий друг Рон после стычки с Малфоем. Гарри понимал что ненавидеть людей, которые единственные оказывали ему поддержку, это очень плохо, но он не мог их любить. Но и ненавидеть тоже не мог. Тут нарисовалась такая же ситуация как и с львятами, которые предали его, но в разуме парня все ещё всплывали тёплые воспоминания и положительные эмоции, сердце грелось, вспоминая все их путешествия. Но голос разума шептал ему, что все это в прошлом, но сердце говорило обратное, что стоит красно-золотым увидеть какое-то доказательство, что он не лгун, то они простят его и все это вернётся. Всё тут же станет хорошо. "Но они стараются меня поддержать, помочь..." "А после они тебя кинут как ненужную игрушку" Два совершенно разных человека разговаривали в его голове, а он не мог тому противостоять. Один твердил что изменения окружения помогут ему, а второй говорил, что ему следует вернуться к своим "родным" людям. И плевать что они его избили и пытались убить — все прощается. "Кроме предательства, которое они совершили." Гарри прокручивал у себя в голове все воспоминания о всех своих приключениях. Первые свои годы он провел тяжело, детские травмы и унижения, безразличность и непонятная парню злость к нему со стороны единственный близких ему людей; вечные стычки с кампанией Дадли; полное одиночество в начальной школе, где с ним никто не дружил; полнейшее игнорирование от взрослых, никто никогда не помогал маленькому Гарри в Литтл-Уингинге, словно все были околдованы на это — это все принесло парню непоправимый ущерб развитию и психике ребёнка. Гарри не знал как общаться с ровесниками, не знал ничего что их интересовало, был полным нулём в построение отношений и дружбы. И из-за кого все это? Из-за Дурслей. Эти чёртовы магоненавистники все детство ему испортили. А после и пришла пора Хогвартса. Он очутился в незнакомой обстановке с непонятными ему обычиями, поэтому ему были трудно, но ему помогал его первый друг — Рональд! Что стало с их взаимоотношениями парень уже устал думать, поэтому зашевелился. Он открыл свои глаза и встал с кровати. Спина все ещё болела, поэтому стоять было очень больно, но он лишь скрепел зубами, не давая стону вырваться. Рядом находились костыли, которые помогали дойти ему до туалета. Мази, которые мазала ему мадам Помфри не помогали ему, похоже одно из проклятий, насланных близнецами попало в спину. К слову, медсестра нанесла на нее иллюзию, чтобы никто не видел никаких шрамов. Но вот боль из-за проклятия... Если с болью в голове и горле медсестра помогла, то со спиной не было никаких успехов, ведь она не знала проклятия, которое наслали ему Уизли. Сами же близнецы отказывались раскрывать суть проклятия, говоря, что так этому идиоту надо. За что получили наказания каждый день у Филча, которому разрешалось бить близнецов, не сильно, нет, просто ударять пару раз за непослушание палкой, пока близнецы не заговорят, чего они разумеется не делали. Мог что-то и получше придумать, Дамблдор! — Стой, куда! — Дафна быстро встала с кровати и встала слева от Гарри, поддерживая его, дабы тот не упал. Её подруга последовала за ней и встала справа, — Куда намылился? Тебе ходить трудно, а ты куда-то направляешься? — Она силой усадила парня на кровать. Тот брыкался. — В заброшенный класс,— в злости прорычал Гарри. Ему нужно стать сильнее, выпустить пар, а также попытаться выучить какие-то заклинания против драконов. Точно, он же не сказал им про драконов...хотя им и не стоит знать об этом, книги то есть уже. — Ты свое состояние видел? Ты ходить не можешь, а хочешь тренироваться в магии. Отдыхай, — сказала Трейси и уложила парня силой, но ему это не понравилось. Поттер попытался подняться вновь, ему нужно было тренироваться, а он торчит тут уже два дня. Поэтому он попытался подняться вновь, но его и в этот раз остановили, более попыток не последовало. Он сдался, — Куда же ты так спешишь? До твоего Турнира ещё две недели, успеешь ты все. — Вы не знаете что там будет... — Знаем. "Чего? СТОП, ОТКУДА? Я узнал это от Хагрида, рядом с нами была мадам Олимпия, скорее всего знают два чемпиона — я и Флёр, я им не говорил, они же вроде даже Флёр не знают, откуда тогда?" — Откуда?.. — Когда ты находился без сознания к нам заходил Хагрид, который беспокоился о тебе и плакал, — На этих словах у Гарри сердце забилось пуще обычного, хоть кому-то из старых друзей он нужен, — Из его речи, длинной где-то в минуту, мы услышали несколько ключевых слов и соединили пазл. Он говорил что-то про драконов и Турнир. Нам очень повезло. Потом он ушёл, — сказала Трейси и села на стул, стоящий около тумбочки с книгами, которые Гарри попросил принести несколько часов назад, — А судя по тому, что ты заказываешь у нас, то ты и сам знал об этом и мы решили не беспокоить тебя, ты выглядишь очень бледным и не очень здоровым, — сказала она, а после, открыв книгу, добавила, — Мы бы не советовали тебе рассказывать что-то важное Хагриду, видно что вы дорожите друг другом, но он не может держать язык за зубами, — Девушка водила глазами по книге, но костяшки на её руке побледнели и задрожали, похоже она была недовольна их дружбой с Хагридом, но ничего против не говорила, Гарри выдавил слабую улыбку, — А ещё ты похож на инферни. — Спасибо за такое точное сравнение, — съязвил парень и посмотрел на стопку книг про драконов, Трейси подняла взгляд и ухмыльнулась. Если его не хотят выпускать из комнаты, то он займётся теорией. Дафна уселась рядом с ним, отчего он слегка покраснел. "И почему я чувствую смущение? Мерлин, дай мне сил..."

***

Местность, в которой Гарри очнулся напоминала ему что-то, но он не мог понять что. Пахло сыростью и было очень темно, освещения в комнате не было. Попытавшись хоть как-то подвигаться, результата добиться не получилось. Послышался звон цепей, говорящие что он был связан по рукам и ногам. Животный страх наполнил разум Поттера и он стал в отчаянии размахивать руками и ногами, что привело только к усталости и боли в мышцах. Как он здесь оказался и кто его сюда засунул парень не знал. Он ничего не помнил, облизнув засохшие губы, он почувствовал металлический привкус. Кровь. Откуда она у него? Его били? Включился свет. Факела каким-то магическим образом включились и стали освещать маленькую комнату, в которой юноша находился. Потолок был достаточно высоким, но конца он его не видел — свет от факелов не доставал до него. Зато он заметил кое-что другое — металлическую дверь, которая отдельная его от свободы, забыв про связывающие его цепи он попытался подняться, но снова без результатно. Повернув голову влево, он задрожал, там были маггловские орудия пыток, он знал о них мало, но смог узнать тиски для пальцев, вилку еретика, которая делало любое движение подбородком невыносимым, простой хлыст, плоскогубцы, пила?... Его тело задергалось в попытке освободиться и он закричал что есть мочи, но никто его не слышал. Он был один, снова, уже в какой раз, последнее что он мог вспомнить как вместе с Гермионой помогли Сириусу освободиться из заточения в темницы. "Зачем включали свет? Почему все ещё никто не пришёл к нему?" – думал Гарри. Прошло немало времени, хотелось пить и есть, но никто к нему не заходил, а его крики оставались неуслышанными, что злило его, он не видел выхода из этой ситуации. Все тянулись мучительно долго, особенно когда он смотрел на стену, где были те предметы, поэтому туда он не смотрел. Гарри смотрел на единственный выход, который видел перед собой, но взгляд его был помутненным из-за отсутствия на нем очков и слез на глазах, которые не хотели никуда отступать. — Так-так-так... — дверь открылась и в неё зашёл незнакомый Поттеру мужчина. Похоже вот и настал для Гарри конец. В его голове начали скользить различные способы побега, но ни один из них не был возможным в нынешней ситуации, — Гарри, — мужчина положил ключи на стол, — Джеймс, — он надел перчатки, которые лежали на том же столе, — Поттер, — он харкнул на пол, похоже что юноше пришёл конец. Вся его жизнь пронеслась перед глазами. В ней было так мало хорошего и так много плохого, ни любви, ни длительной дружбы, лишь надежды и мечты, которые грели его по ночам, но никак не помогали ему жить, вернее существовать. — Вы случаем не знаете где находится Сириус Орион Блэк? — спросил мужчина, глядя на скованного в цепях парня, который лежал на вертикальной доске. Гарри отрицательно мотнул головой, даже если бы знал, то он бы не сдал своего крестного, он был одним из самых дорогих ему людей, пусть и знал он его несколько часов, — Ага, но вот ваша подруга говорила, что именно вы виделись с ним в последний раз...Что же вы мне лжете? Если вы мне все скажете, то я вас отпущу. Голос у аврора или эксперта в пытках был тошнотворно сладким и приторным, он чувствовал, что именно он здесь Бог и Всемогущий. Только от него зависила его жизнь, которую тот мог прервать в любое мгновение, что не сулило в Гарри надежду на дальнейшее его существование. — Говорить будешь? — аврор провел пальцами по столу, инструменты были так близко к нему, так что Гарри в уме уже виделся с настоящим Богом, осталось только дотерпеть. А сколько его будут пытать? Час? День? Неделю? Терпеть — процесс очень больный и мучительный, но в его конце ждёт свет. Он начал тешить себя надеждами на светлое будущее, как делал это в детстве, Гарри не скажет, что это прямо-таки помогало ему, но становилось легче, — Значит не будешь. У тебя был шанс сказать мне все и тогда бы мы стёрли тебе память и отпустили бы тебя. А так... Ты сам выбрал свой путь. Мужчина, на лице которого играла безумная улыбка, стал выбирать игрушку, с которой будет развлекаться. Улыбка хищника, успел подумать Гарри. Аврор сделал свой выбор и остановился на простой спичке, с помощью которой нагрел иголку. Что он собирается с ней делать? Ответ последовал через мгновение. Мужчина схватил парню руку и пока Гарри не успел опомниться прижал её к себе, попытки выбраться из-под хватки не увенчались успехом. Его мучитель засунул расколенную иглу в ноготь, палец загорелся адской болью, хотелось вырвать его, отрезать, лишь бы не чувствовать этот чёртов ноготь. Мучения и одиночество, как же было больно. ОН БЫЛ ЗДЕСЬ ОДИН. Никто его не поддерживал, его пытали ни за что, он ничего не знал! После первого пальца последовали и другие, человек с изувеченной психикой — только такие могли пытать людей — творил с его телом все что хотел. В конце своих "экспериментов" с ногтями, он вырвал из с помощью магии. Гарри охрип, ведь кричал он громко и протяжно, чтобы его услышал хоть кто-то, но этот ублюдок лишь ухмылался и продолжал вырывать ноготь за ногтем, а после придумывал другие извращенные наказания за его молчание. Поттеру хотелось просто умереть, чтобы все это недоразумение кончилось и чтобы он попал в мир иной, а не находился в своеобразном аде, который устроили здесь люди, творя все, что хочется, и пытая обычного подростка. Кричать он больше не мог, он сорвал голос. — Ну, разогрев был... — какой ещё разогрев? Успело проскочить в уме у парня, а мужчина, грешник, истязатель и мучитель, достал палочку из кармана, — А теперь, друг мой, к главному блюду, повезло тебе, что сегодня Аластор на отдыхе, он бы подольше с тобой поиграл, а я слишком спешу. Мне кажется ты мне ничего не скажешь, верно, мальчик-который-выжил? — мужчина склонился перед его поникшим лицом, — Ты что вырубился? Эй, проснись, — Гарри открыл глаза, почему от него ещё не отстали, он был готов отдать все что у него только записано в банке Гринготтса, лишь бы умереть, — Знаешь что-то или нет? — мужчина схватил его за волосы и их лица почти соприкасались, Гарри лишь поводил по его лицу своими помутненными глазами, — Молчишь значит? Ну сейчас ты у меня заговоришь. Круцио! Это тебе за Тёмного Лорда сученышь! Вместо мужчины в комнате стоял профессор Квирелл. Гарри не понял как тот здесь появился, но его потускневший разум наполнился чувством вины, он убил его. ОН УБИЛ ЧЕРТОВОГО ЧЕЛОВЕКА НА ПЕРВОМ КУРСЕ! Он сам не хуже своих врагов, он тоже убийца, разрушивший жизнь бедного профессора, может можно было и избежать убийства? Может можно было спасти бедного мужчину от лап Лорда? Эти мысли посетили его за секунду до того как проклятие, за которое посадят в Азкабан на пожизненное, настигло его. Заклинание магическим образом вернуло ему голос и он заорал во всю глотку, словно это помогало ему. Каждый его нерв горел в самом жарком огне на этой поганой земле. Голову разрывало, чувствовалось что ещё секунда и она взорвётся и покроет бывшего профессора кусочками мозга. Гарри бешено дергался, лишь цепи спасали его от падения на бетонный пол. Его глаза выпали из своих орбит и смотрели на потолок, его разум начал медленно разрушаться, он уже не мог нормально мыслить и вдруг все кончилось...

***

— Гарри! — женский голос окликнул его, все произошло в одном мгновении. Сначала он в комнате пыток из-за Сириуса, а вот он в Больничном Крыле из-за Уизли. Он отчаянно закричал, крик был достаточно сильным и если бы здесь не стояли звукопоглощающие барьеры, которые зачем-то поставил Блейз недавно, то он бы разбудил всех в Хогвартсе. Его трясло как сумасшедшего, его лихорадило, а глаза забегали по комнате в поисках того голоса, в темноте и без очков он сумел разглядеть лишь светлые волосы своей новой знакомой. Он с жадностью глотал воздух, ведь чувствовал что его кто-то душит в районе шеи, но там ничего не было. Через несколько мгновений Гарри начал выполнять дыхательные упражнения чтобы успокоиться. Этому он сумел научится после того как спросил у мадам Помфри, что делать, если ты сильно нервничаешь. Конечно, выпить успокоительное зелье стояло на первом месте, но его поблизости не было. Лампа на тумбочке зажглась и его знакомая надела на него его очки. Похоже он её разбудил, чувство стыда поглотила его, он не хотел этого. — Простите пожалуйста, я не хотел вас будить, — с хриплым голосом и тресущимися от страха зубам проговорил он. Дафна лишь беспокойно положила свою ладонь на его лоб, дабы проверить не жарок ли он, от такого близкого соприкосновения кровь хлынула на его лицо, заставляя краснеть. — Успокойся. Мне позвать мадам Помфри? — спросила она. — Не стоит. Я сейчас засну... — сказал Гарри и повернулся на другой бок, но его легонько тронули по плечу, отчего тот обернулся. — Стой, — Дафна посмотрела на его глаза, а Гарри на неё, которые заставляли чувствовать его спокойным и быстрее успокоиться, — Кошмары снятся? — Нет. Просто у меня, — Гарри задумался и от безысходности выдал наитупейшую за всю его жизнь фразу: — нога затекла, вот и все. — Не ври. Я, — сказала она и снова тронула его за плечо, в этот раз грубо оборачивая, — Твой друг, Гарри. Я и остальные не отвернемся от тебя, и ты можешь нам доверять, да, мы этого ещё никак не подтвердили, но прошу, доверься людям в последний раз, — она держала его за плечо, с добротой смотря ему в глаза, он отвел взгляд. Плечо освободилось от цепкого хвата его приятельницы. Парень задумался. Раскрывать свои тайны перед почти незнакомым человеком — верх тупости. Но какая-то мания, которую он никогда прежде не испытывал, пыталась заставить его заговорить, но он успешно её подавлял. — Зачем мне это делать? Когда вы говорили вашу мини-речь, то я так и не услышал мотивов, из-за которых вы решились со мной поговорить... — сказал Гарри, глядя на окно, за которым была бескрайняя ночь, его сердце стучали сильно, но не больше не грозилось выпрыгнул из груди как в прошлую минуту. — Я скажу, надеюсь Трейси и Блейз простят меня за то, что я раскрою наш маленький секрет, — Девушка тихонько рассмеялась, — Секрет вот в чем, Ты — Гарри Поттер. —... — Ты вроде не понял, верно? — Она мягко улыбнулась, когда Гарри кивнул, — Согласна, очень плохо выразилась. Я расскажу тебе историю от своего лица, ведь так будет подробнее всего, — она уселась поудобнее, перебравшись на кровать к Гарри. Он смутился, снова, гормоны играли свое, а если учитывать, что ранее из девушек его прикасалась только Гермиона, то его накрывало очень и очень сильно. — Надеюсь ты не против, не смущайся, — она погладила его по руке, он убрал её. Девушка ойкнула и чуть отодвинулась, в животе запархали бабочки, как выражались в маггловских книгах, а в голове стали строиться всякие пошлые мысли, от которых хотелось ударить себя, — Прости. Так, я начну. Смотри. Я Дафна Гринграсс, то есть я чистокровная колдунья, по идее я и моя семья должны были поддерживать Сам-знаешь-кого в его кровопролитной и мерзкой войне, однако мой отец жуткий пацифист и явно не сторонник насилия, поэтому мы сбежали к родственникам во Франции в спешке, оставив все здесь. — Тогда я была даже не годовалым ребёнком. После того как весть о падении Лорда дошла до нас, то мы сразу же перебрались обратно, а отец даже ходил на могилу твоих родителей, кажется они были очень давними знакомыми в Хогвартсе. Я все это говорю лишь для того, чтобы ты понял, не было бы тебя — или какой-то глупости Сам-знаешь-кого из-за которой он погиб, не важно, ведь ты этому способствовал, ты тоже в этом участвовал — то я бы никогда не повидала в своей жизни Трейси, а она самое дорогое что у меня есть кроме семьи, я бы сейчас жила в каком-то французском городе, а Лорд бесчинствовал бы в Англии, проливая маггловскую и волшебную кровь. Мы с семьей всецело благодарны тебе и твоим родителям за все, что вы сделали, ведь если бы не вы, то мы могли бы попасть под горячую руку Лорда, которая могла дотянуться до нас даже на континенте, но мы почти не застряли не заостряли на тебе внимания, но всегда были благодарны тебе. — После мы поступили с тобой в один год, а моя мать, когда собирала меня в школу, невзначай изъявила свое желание, чтобы я с тобой подружилась. Но этому было не суждено сбыться. Ты был на Гриффиндоре, а я на Слизерине. Я никогда не относилась к тебе с ненавистью, а всегда была благодарна тебе. Я хотела бы узнать тебя получше. А после случился этот коллапс власти на нашем факультете и мы вместе с Трейси и Блейзом разговорились и как-то вспомнили события прошлых лет, Философский камень, который ты вернул совершив кучу трудностей, после спасение той Уизли — хорошо же она тебе отплачивает — в прошлом году ты освоил заклятие высшего класса — Патронуса, Гарри, все это говорит, что ты сильный маг и хороший человек, — парень вздрогнул, девушка в порыве эмоций снова взяла его за руку, но в этот раз он её не одернул, — Мы хотим с тобой дружить, а не враждовать, пойми это и перестань нас бояться, мы понимаем, после того что ты пережил это очень трудно, но дай нам шанс. — Вы общаетесь со мной только из благодарности? — Гарри видел в этом что-то неправильное. — Нет, ты нам нравишься и как человек, мы поговорили втроём после нашей встречи у кабинета Рун и ты нам понравился, да, в тебе хватает смущения, скромности или неуверенности в себе, а заслужить твоё доверие это очень долгое и муторное дело, но мы готовы это сделать, чтобы началась новая глава в отношениях между Гриффиндором и Слизерином. — Я не знаю что вам говорить, повторяюсь. Я вам благодарен всем, что вы мне сделали, но мне нужно время, посыл я ваш понял, — он улыбнулся ей и она сделала то же самое в ответ. В этот момент он был счастлив. — Мы готовы преодолеть с тобой все трудности испытаний, которые выпадут на твои плечи, мы поможем тебе, — она обняла его. Обняла не сильно, боясь причинить вред, ведь его спина все ещё была больной. — Я вам верю... — из глаз Поттера текли слезы счастья. Пока что эти слизеринцы сделали для него больше радости чем все остальные за весь год, чему он был несказанно рад.

***

14 ноября.

С момента как Гарри и Дафна поговорили ночью прошло несколько дней, мадам Помфри нашла лекарство от боли в спине и выпустила Поттера из своей обители. Теперь парень шугался каждого постороннего звука, опасаясь, что львята продолжат свои нападки в его стороны. Однако с ним всегда ходил кто-то из новой троицы. Гарри боялся спросить считают ли они его друзьями — упустим тот момент когда они это говорили, он про это забыл — но сам он уже начал их называть, хотя бы, приятелями. Да, они хорошо сблизились, также факультет Слизерин, единственный их четырёх, признал существование и второго Чемпиона Хогвартса, что довольно сильно било по их репутации, но это они называли инвестиций в будущее, ведь считали, что вскоре Поттера заметят и начнут восхвалят не меньше Седрика. На обеде Гарри сидел в конце слизеринского стола вместе с Дафной, Трейси и Блейзом, которые все время пытались его разговорить, но ничего не получалось, он сидел как на иголках, осталось десять дней. За очень короткий срок Гарри успел вычитать все книги про победу над драконами и попытался потренироваться. Однажды к нему подошёл мутный Грозный Глаз, предложил помощь, но парень сказал, что ему нужно спешить и убежал, он подозревал этого мужчину в чем-то, но в чем именно он пока не знал. Он ему просто не нравился, как и Снейп, своей манерой преподавания, да, он учил их, и учил достаточно хорошо, но методы были отвратительны...Использовать подчиняющее проклятие на учениках? Он что с крыши упал и голову повредил? Также парень беспокоился насчёт своего крестного, который ему все ещё не ответил, так много перерывов между письмами у Блэка не было. Да, были промежутки в неделю, иногда в полторы, но прошло уже достаточно времени. Кроме Сириуса стоило беспокоиться и о себе, Турнир с драконами через десять дней. ДЕСЯТЬ! Он ужаснулся, вилка выпала из его рук, а сам он смотрел своими невидящими глазами на соседний стол Когтеврана. Блейз толкнул его по плечу, видимо он выглядел слишком странно. — Гарри, что-то случилось? — спросил он, поднимая вилку с пола. Поттер заморгал своими глазами и сфокусировал взгляд на своём приятеле. — Турнир через десять дней... — обеспокоенным голосом сказал парень и встал со своего места. Он хотел идти и тренироваться до потери пульса, может он ещё успеет чему-то научиться? — Сядь на место, — Дафна с Трейси посмотрели на него своими злющими глазами, Блейз хохотнул. — А я тебе говорил что не стоит этих двоих злить? — спросил он, сажая парня на место. — Нет, мне нужно пойти и тренироваться, — сказал Гарри и попытался вновь встать, но и в этот раз он потерпел крах, — Вы что не понимаете? Турнир через десять дней! Времени осталось мало! — Мы все понимаем, Гарри, — парень вздрогнул, он все ещё не привык к тому, что к нему обращаются без оскорблений, он усмехнулся, за столь короткий срок привыкнуть к грязи, которая сыпиться со ртов его однокурсников, это конечно что-то с чем-то... — Но и тебе не стоит тренироваться на пустой желудок, ты сидишь здесь уже пятнадцать минут, а так ничего и не поел. Даф, положи ему индейку, пусть покушает, — Трейси взяла стакан тыквенного сока и выпила его. — Эй, ты свое уже пила, это мой был! — Блейз недовольно схватил опустевший стакан. Девушки тихонько посмеялись. — Не жадничай, Блейзик, — Гарри вместе с девушками засмеялся, ему было хорошо, он нашёл себе... друзей. Он заулыбался во весь свой рот и взял стакан тыквенного сока у Дафны, выпив половину его содержимого под попытки девушки вернуть стакан, он отдал оставшуюся половину Блейзу. — Гарри, ты-то куда, мой же был, — Девушка обиженно надула губки и взяла в руки палочку. — Эй, убирай, так нечестно, — Девушка мило улыбнулась и направила её на парня, — Блейз, помоги, — Гарри спрятался за спиной у друга, но девушке было наплевать, она заколдовала их обоих. Теперь он с Забини безостановочно смеялись, — Даф...рас-с-колду-у-уй... Девушки звонко посмеялись с его тона и спустя пару мгновений расколдовали их. Они начали увлечённо болтать, Гарри сам того не заметил как отвлёкся от всех невзгод в жизни и просто говорил не о чем, похоже что его специально отвлекли, хороших он себе друзей нашел, наилучших, терять он их не намерен. В это же время на эту четвёрку смотрели несколько человек, одними из них были профессор МакГонагалл и директор Альбус Дамблдор. Они улыбались, но во взгляде директора мелькало и нечто иное. — Ты тоже считаешь что слизеринцы влияют на Гарри лучше моих? — спросила старая женщина у своего давнего приятеля. Она очень любила мальчика, считая его своим внуком и желая ему всего самого наилучшего, но нападок со стороны своих учеников она сдерживать не могла... — "Прости меня, Гарри, за то что недоглядела в Дурслях и твоих бывших друзьях злых и чертствых гиен, я очень сожалею и надеюсь, что ты меня когда-нибудь простишь..." — Да, определённо. Ему очень тяжело на твоём факультете, Мини, — сказал он, глядя на то, как некоторые львята смотрели на своего бывшего друга, — Они его прямо-таки убить готовы в любой момент, но это все же слизеринцы, надеюсь они не причинят мальчику боли. — Я тоже вижу их влияние и надеюсь, что ничего плохого не случиться...

***

Заброшенный класс.

20 ноября.

Гарри вытер пот со лба, который накопился там за несколько часов дуэлирования с Блейзом и Трейси — Дафна сегодня решила пойти на занятия. Он стоял против двоих уверенно, но сказывалась дикая усталость, поэтому он стал все чаще и чаще пропускать заклинания. Эти двое согласились помочь ему в последние несколько дней до Испытания, в чем им помог, не угадаете... профессор Снейп. Он предупредил всех учителей, что Трейси, Блейз и Дафна будут помогать Чемпиону школы в тренировках. Теперь Гарри ненавидел его меньше обычного. Также пришло письмо от Сириуса, который уведомил его, что писать письма у него нету времени, он разбирается с независимым французским адвокатом, который должен будет организовать встречу без дальнейшего задержания мужчины и на нейтральной территории, только зелье и больше ничего, а сам Блэк придёт туда без палочки, только с порталом на экстренний случай. Адвокат назначил встречу лично с Амелией Боунс на какое-то число, которое не называлось в письмах, с участием одного аврора, на большее Министерство не согласилось, а где именно сейчас находиться Сириус Гарри не знал. Но знал что сама встреча пройдёт на каком-то острове на территории Скандинавии. Также Сириус дал ему совет держаться подальше от его бывших друзей — его крестный отец все ещё не верил, что они его предали — а новых знакомых стоит опасаться. Но Гарри его не слушал, он уже подружился с этими тремя и питал к ним исключительно тёплые чувства. "Экспульсо" — взрыв от заклинания угодил в стену, которая покрашилась и теперь появилось "окно" в другой кабинет. Долго разглядывать дырку Гарри не мог и воздвинул щиты, ведь на него летела связка каких-то проклятий со стороны Блейза, который оказывал на него сильное давление во время боя. Они отлично синергировали, Блейз знал множество атакующих заклинаний, а вот Трейси умела только защищаться. А Гарри оставалось только уклониться от этих проклятий. "Я почти не использую руны в дуэлях, а если..." — Древние Руны изучались ими два раза в неделю и больших успехов достиг именно Гарри, ведь ему понравилось разбирать заклинания в свободное время, если его друзья сейчас находились по курсу на бытовых заклинаниях, то он мог разобрать некоторые боевые. "Экспеллиармус" — Гарри, вспомнив свои записи на блокноте, активировал десять рун для усиления пяти, которые использовались в самом заклинании. Заклинание пробило щиты — он делал упор именно на это, на пробитие, когда расписывал руны — и он обезоружил свою подругу. Её палочка оказалась у него в руках, — "Один на один." Девушка отступила и отошла от боя на приличное расстояние, чтобы посмотреть на неё со стороны. Их дуэль, с выбыванием девушки, превратилась в настоящую баталию. Блейз швырял в Поттера свои родовые проклятия, а Поттер использовал те, которые он успел выучить за свое пребывание в школе, других он не знал. "Коньюктивитус!" — Это заклинание должно были быть главным против дракона, Гарри рассчитывал ослепить дракона и после сделать то, чего ждут судьи. Заклинание не поразило Блейза, поэтому Поттер решил усилить швал заклятий, — "Тормента!" Это заклинания он посмотрел в библиотеке, но не учил намеренно, сейчас же он просто вспомнил про него и решил использовать. Оно должно было принести абоненту боль и страдания. Но щит спас Блейза. — Да ну хватит! — Крикнул в гневе Поттер, дуэль стала очень длительное. Он решил заканчивать, — Круцио! Он вспомнил как Дафна одурачила его этим приёмом в дуэле один на один. Тогда он упал и прикрылся головой руками, ожидая дальнейшей боли, но её так и не последовало, зато во всем классе раздался истерический смех Гринграсс. Также поступил и Блейз, он попятился назад и чуть было не упал, этого хватило чтобы наслать на него заклинание обездвижевания и победить в их сватке. Трейси рассмеялась с глупости своего друга и подняла его, чтобы после расколдовать. — Гарри, так нечестно! — Блейз встал рядом с ним и смотрел ему прямо в глаза. Это чем-то походило на сцену с поцелуем, подумал Гарри и попятился назад, покраснев. — Всё честно! Эта Дафна меня этому научила, её вините! — оправдывался парень, убрав палочку в карман. Блейз поступил точно также. В кабинет, словно девушка специально ждала своего упоминания, зашла Гринграсс. В руках она держала какую-то бутыль с какой-то маггловской газировкой — откуда она её брала было непонятно. На её лице играла улыбка, а также она напевала какую-то известную песни среди магов. Одета она была в белое худи, откуда?.. — Даф, это же моё! — крикнула её подруга и подбежал к ней. Она начала легонько бить её своими руками, параллельно в шутку оскорбляя её. "А ей идёт... Ещё эта чёрная роза на спине... Красиво смотрится. " — Гарри ненароком пялился на неё, за что получил под дых от Блейза, губы которого сделали пошлую улыбку. — Я уже в который раз смотрю как ты разглядываешь её, — прошептал он, — Влюбился? Внутри у Гарри все разгорячилось. Он снова посмотрел на Дафну. Её белые, светлые волосы, доходящие до лопаток и её лазурно-голубые глаза, притягивающие его и погружая в мысли о море, океане, которые он никогда не видел. Её миловидные и аристократическте черты лица, тоненькие губы, невероятная фигура и её смех... Глядя на это, хотелось лишь одного — защитить её, добиться её, любить её. Она приняла его такии какой он есть, она бескорыстно помогала ему. Его кровь бурлила, а щеки порозовели от смущения. А поддержка во время его отсидки в Больничном Крыле — Да, остальные змейки там были, но они были там как охрана, а вот Дафна старалась ещё и как можно больше помочь ему — только усиливали его чувства, которые он распознал как влюблённость. Он влип. "Она не обратит на меня внимания..." — размышлял он, глядя на Дафну, — "Она из чистокровной семьи, а я просто жалкий. Я урод, как выражались Дурсли, но сделали уродом меня именно они. Все эти шрамы, которые даже не смогла убрать магия. Она будет видеть во мне лишь друга, но никак не возлюбленного." — Да... — Гарри не умел, да и не хотел врать своему другу, которого мог назвать лучшим. И это всего за несколько недель общения. Блейз отвечал ему тем же, это он понял по действиям итальянца, он множество раз заступался за него перед теми гиенами, помогал ему, а чем сам Гарри мог ответить им троим за помощь? Пока что ничем. — Ох ты... — Блейз чуть отсупился, но хлопнул его по плечу, его любимое действие, чтобы показать поддержку, — Выйдем? — Гарри кивнул и они вышли из заброшенного кабинета, оставив девушек одних, сказав, что они скоро вернуться. Они зашли в другой заброшенный кабинет — в Хогвартсе таких были слишком много, думал Гарри. Он совсем недавно начал думать, что влюбился. Парень понял, что девушка ему нравилась, ведь когда она появлялась в его зоне видимости, он сразу же начинал улыбаться, его плохое настроение улучшилось. Но полностью он осознал, что попал, только сейчас, после прямого вопроса Блейза. В кабинете были пусто, стоял один лишь учительский стол, даже лампы не было, но сейчас она и не была нужна двум парням, ведь был обед, а солнце светило высоко на небе, также шёл снег, медленным вихрем расползаясь по Британским землям. Гарри сел на стул, который был единственным в кабинете, а Забини, показывая свое искусство в трансфигурации, создал другой стул из какой-то деревяшки, лежащей в классе. — Ты же понимаешь, что будет трудно, да? — первым делом спросил Блейз, его друг кивнул, — Дафна самая умная, талантливая и гениальная девушка, которую я только видел. — Я знаю, она умнее нас всех вместе взятых. — И я о том же, она самая талантливая девушка в потоке, твоя Грейнджер, — Гарри с Блейзом перекосило от её упоминания, — Конечно не тупая, но не стоит рядом с нашей Дафной. Я думаю что к Рождеству она обо всем догадается, если ты продолжишь так на неё глазеть и лыбиться, когда она рядом. Если уже не догадалась, — сказал Блейз, он попытался сказать что-то ещё, но их перебил стук в дверь. — Мальчики, у меня для вас новость, вы там скоро? — спросила жизнерадостным голосом Дафна. Она не входила, это говорило о том, что она ценит чужие секреты. — Пару секунд, Даф, — крикнул итальянец и встал, — Лучше не жди долго, её отец может заключить помолвку в любой момент и тогда расторжения брака будет очень трудной задачей. Но только попробуй нанести ей вред — лично прирежу, — сказал Блейз и направляясь к выходу из кабинета, вслед за ним шёл и Гарри. Он подбежал к своему другу и обнял его со спины, тот удивлённо выпучил глаза. — Спасибо тебе, друг. — Отпусти, задушешь же... — голос итальянца был хриплым, похоже он не мог дышать. Ойкнув, Гарри отпустил своего приятеля. Посмеявшись со всей души и отпустив друга, Гарри вышел из кабинета. В коридоре уже стояли две заждавшиеся их девушки. Трейси топала своей ногой по полу, явно уже желая войти в этот класс. — Ну наконец-то, вы там целовались что ли? — спросила она и посмотрела на двух парней, которые смеялись. — Ну почти, — сказал Гарри, после получив по спине от Блейза. — Я натурал, чертов ты идиот, — сказал он, вызвав приступ смеха у всей компании, — Даф, а чем дело? — Завтра будет поход в Хогсмид и тебе, Гарри, — она развернулась и посмотрела на парня, — Следует развлечься, ты из этого кабинета не выходишь, а после того как тебя выписали, ты там даже спишь, ты мог простудиться, скажи спасибо, что я с Трейси навещаем тебя перед отбоем и покрываем тебя одеялом, мы бы перенесли тебя в гостиную, но не можем, — сказала девушка и подошла к парням поближе. — Но, Дафна! Мне нужно готовиться, у меня Турнир! — Крикнул Гарри, но его быстро заткнули, наступив на ногу. — Молчать, — оборвала она начавшуюся тираду, — Тебе нужно передохнуть. Иди в свою гостиную, мы будем около выхода их замка через полчаса, если не придёшь, то мы пойдём тебя искать, а потом проклянем так, что Дамблдор не узнает своего мальчика, понял? — Дафна угрожающе посмотрела на него и достала свою палочку, чтобы убедить парня сделать верное решение. Гарри сглотнул, выбор без выбора, прекрасное чувство. — П-п-понял...Только не бейте, умоляю... Все рассмеялись и ушли по разным сторонам. Слизеринцы в подземелья, а Гарри к себе. На его лице играла ослепительная улыбка, а душа его светилась счастьем, как же хорошо когда есть друзья!