Второе пришествие

«Протестантам запрещено ходить в церковь» — кричащие заголовки появились в новостных пабликах и первых полосах газет после утренних новостей. Голос премьер-министра был слегка похож на роботизированный автоответчик, но никого этого не смутило. Католики, которых восхваляли и призывали увеличить пожертвования в их церкви, ликовали и ещё охотнее выступали против протестантов. — Сидите дома! — кричали из своих машин религиозные фанатики на скромные шествия протестантов, а потом трусливо уезжали. Но ненадолго, религия оказалось настолько тонкой и душещипательной темой, что уже к концу недели по всей Англии прокатились масштабные забастовки. *** Кроули проклинает свою идею поехать сегодня в Лондон. Ангел переживал за сохранность своего книжного магазина, так как забастовки проходили недалеко от Сохо, где встало абсолютно всё транспортное движение и закрылась добрая часть заведений. Азирафель тоже не был в восторге. Он схватился за приборную панель и ручку двери, и постарался позорно не вскрикнуть, когда демон, раздраженный из-за пробок на въезде в столицу, истончил Бентли до трех сантиметров в ширину, чтобы протиснуться в расстояние между вставшими колом автомобилями. На запредельной скорости. Ярость демона вылилась в то, что они оказались у книжного за считанные минуты, переиграв все возможные теории вероятностей, о которых говорили в дневных новостях, где дикторы призывали отложить прогулки по центру и забыть о поездке в Лондон. Обосновавшись на диванчике на первом этаже, Кроули закинул ногу на ногу и отпустил ангела заниматься своими делами. Обычно тот возился со своими книгами примерно так же долго, как и Кроули с цветами, поэтому демон приготовился ждать до вечера. У него на телефоне, новенькой глянцевой штучке с блестящим черным корпусом, установлена пара игр. Он не любит пялится в гаджеты, всегда было полно других дел, но сейчас он открывает приложение с онлайн-шахматами, чтобы размять мозги, и тут же с треском проигрывает. В прошлом победивший самого Вильгельма Стейница — первого чемпиона мира по шахматам, Кроули может позволить себе возмутиться из-за проигрыша глупой машине. Убрав телефон, он переводит взгляд на окно, чтобы понаблюдать за прохожими. Возможно, с чередой событий в своей жизни Кроули стал меньше обращать внимание на людей. На их привычки и поведение. Раньше это было его работой — внедрять в людскую жизнь всякие новороченные штуки с расчётом сделать её ещё сложнее, но по итогу отказываясь невероятно полезным для прогресса. Девушка останавливается на тротуре, из экрана мобильного у неё идёт сизый свет. Голограмма — вспоминает Кроули, и наблюдает дальше. Она кокетничает и улыбается, заправляет волосы за ухо, пока мужская голова, обрезанная по плечи, строит какое-то выражение, призванное считаться заигрывающим, и совершенно отвратительно ухмыляется. Только потом, когда она уже прошла, Кроули понимает, что голограмма была не живым парнем, а нарисованным персонажем. Чат-боты — читает он в интернете и хмурится. Отсутствие людского общения теряло для него всякий интерес — как можно с телефонами в руках? Однако читая всё больше и больше статей, все о поразительных чудесах техники, Кроули начинает ерзать на сидении. Вдруг ему очень не хочется встречаться с Мюриэль, поставленной следить за магазином вместо Азирафеля. Если наверху или внизу, даже будучи настолько же невыразимо слепыми, насколько и тупыми, заметят что-то неладное, то Кроули хочет держаться от этого подальше. Он находит ангела между стеллажей, листающего трепетно хрупкие старые страницы энциклопедии и выдыхающего их знакомый приятный аромат. — Ты скоро? — Мы только приехали, — сетует ангел, приподнимая бровь. Кроули выглядит беспокойным, переминается с ноги на ногу пружинистым движением и дёргает себя за рукава пиджака, постоянно оборачивается через плечо. В последний раз он был таким нервным, когда хотел сбежать с ним на Альфа Центавра. — Всё в порядке? — Всё отлично, ангел, — демон тянет угол губ вверх, но его лицо больше напоминает карикатурную гримассу, чем радость, и когда Кроули стремительно уходит, Азирафель спешит за ним. Сам демон нервно прохаживается по магазину и выглядывает в окно, а потом спешит закрыть дверь. И, о, ну конечно, они должны были встретить кого-то из своих бывших офисов. Мюриэль ярко улыбается, увидев пару. Она выходила за кофе, а поскольку «Кофе или смерть» сегодня закрыты, как и все магазины поблизости, ей пришлось идти за три квартала. К сожалению, она взяла всего один стакан, но тут же чудом сделала из них три и передала каждому другу. — Как восхитительно увидеть вас здесь. Книги скучают по вам, мистер Фелл. Книги вообще умеют скучать? — всё ещё учащаяся людским чувствам, засомневалась ангел. — Ещё как, моя дорогая Мюриэль, но, я уверен, в их сердечке уже есть место и для тебя. Ведь ты так хорошо о них заботишься, — поспешил похвалить её Азирафель, с удивлением пробуя не простой американо, который был написан на утроенной кружке Мюриэль рядом с её именем, а пряный латте с воздушной молочной пенкой и натертым горьким шоколадом. Догадываясь, чьих это рук это дело, Азирафель лукаво поглядывает из-за плеча ангела на Кроули, но демон всё ещё смотрит в окно, для себя из чашки кофе сделав стопку односолодового виски. *** — Нет, ангел, мы едем домой, — Кроули многозначительно смотрит на него и просит садиться в машину. Но временами Азирафель бывает так поразительно настойчив, что оба из них задаются вопросом, ангельская ли это вообще черта. Дело в том, что Анафема позвонила и попросила навестить их с Ньютом в недавно купленной квартире, поскольку там творится что-то странное. И Кроули отчаянно не хотел иметь с этим странным ничего общего. Но Азирафель не зря долгие сотни лет был ангелом-защитником — лезть в пекло для него всегда было рядовым делом. Если раньше между ними было в порядке нормы, что ангел продолжает упрямиться, а демон в конце концов психует и уезжает, не добившись своего, то теперь все меняется. Азирафель понимает, что больше не хочет, чтобы, как прежде, обиженный демон пропадал от него на несколько лет, варясь в негодовании, и потому взгляд его из строгого становится мягче, более просящим. Светлые брови заламываются домиком, отчего очаровательные голубые глаза становятся круглее и с тем трогательнее. Кроули же в ответ поджимает губы. Если ангел узнает, какое влияние на него оказывает этот взгляд, то он непременно станет этим злоупотреблять. А Кроули всё ещё должен оставаться злобным, хитрым и противным демоном, причём когда причина действительно есть, хотя её угроза все ещё маячит на периферии. — Они же наши друзья, — пытается смягчить его ангел, и Кроули уже не может терпеть этот спектакль. На них оборачиваются люди, пока они препираются и играют в пантомиму у входа в книжный, демон уже наполовину в салоне автомобиля. От недовольства волосы Кроули словно становятся на тон ярче, но он в этот раз без лишних слов кивает ангелу на машину и сам захлопывает свою дверь. Азирафель не понимает, что это значит, но уже заблаговременно радуется победе и бодренько бежит к своему месту, забавно подогнув руки в локтях и сжав ладошки в кулачки. Квартира семьи Пульцифер совершенно в другой стороне от трассы в Саут-Даунс, но там на удивление не так много пробок. И всё же в обиде Кроули так и не снижает скорости, и Азирафель осуждающе на него поглядывает, вцепившись в ремень безопасности, но упрёков не делает. Ангел вежливо звонит в дверной звонок, даже если оба видят, что входная дверь приоткрыта, и Кроули закатывает глаза, но приваливается к стене и послушно ждет. По крайней мере здесь им точно не повстречаются никакие ни дьявольские, ни ангельские знакомые, так что можно немного расслабиться. Ведьма едва слышит дверный звонок за взбесившимся радио и проносится из кухни мимо гостиной, но хватается рукой за дверной проем и всё же заглядывает в комнату. Её муж, Ньют, беда любой электроники и в прошлом остановивший ядерную войну своим талантом, открыл для себя мир виртуальной реальности, где ни один компьютер не поломается под его прикосновением. Нацепив поверх своих очков ещё очки виртуальной реальности, он шатался по гостиной, выставив руки вперёд и вскрикивающий, как ополоумевший зомби. И Анафема, с утра вся на нервах, взбесилась и, схватив книгу, шлепнула его по затулку. Парень перепугался и тут же стянул всё с лица, падая на диван. Осудив одним взглядом, девушка пошла открывать дверь. — Добрый день, — она вежливо поздоровалась. Если Азирафель располагал к себе, они могли делиться своими знаниями в ведьминских трактатах, то Кроули она знала смутно, помнит лишь, что он — бойфренд ангела, довольно милый с ним, но строгий со всеми окружающими, поэтому Анафема лишь переглянулась с ним и обменялась кивками, признающими существование друг друга. — Что случилось? — тут же спросил Азирафель, и девушка повела его на кухню. Ангел сморщился, когда по уху резануло резким пищащим звуком, и щелчком пальцев вырубил радио, орущим бибоп на всю улицу. Но звук не пропал. Пара сверхъестественных существ заозиралась, выискавая источник звука, и Кроули с приподнятой бровью взял за голову пластиковую хрюшку, посмотрев на Анафему с явным вопросом. — Это умная колонка Ньюта, — неудобно оправдалась она, приобнимая себя за локоть. Названный показался за Кроули в дверях. — Он любит зверей. Оставив колонку, верещащую «Смерть! Смерть! Смерть!» обратно на столешницу, уже молчащую, Кроули замер за ангелом, что едва достигал ростом его подбородка. — Она взбесилась после того, как я прочитала исцеляющее заклятие своей прапрапрапрабабки для лечебной мази, — показала на стоящий на современной плите доисторического вида ведьминский котелок. — И не могла никак заткнуть эту штуку. Умные колонки, голограммы, роботизированные новости, и ничего не слышащие рай с адом (ведь те совершенно не шарят в технике) настораживают демона потому, что эти события имеют какую-то подозрительную схожесть. — Это наверняка так гаджеты реагируют на магию, — новое слово «гаджет» ангел также почерпнул из книги. Читать подобные ему больше не хотелось, он ему нравилось хвастаться новыми словечками. Не убежденная Анафема, но верящая словам ангела, кивнула, и Кроули собирался наплевать на все правила приличия и, наконец, поехать домой. — Может, чаю? — предложила такая же раздражающе гостеприимная ведьма, как и раздражающе отзывчивый ангел, и потому Кроули вынужден завязал диалог с Ньютом, что поражался тому, как Кроули ловко выключил эту колонку. Даже у такого мастера анти-технологий, как Ньют, этого не получилось. Что ж, демону всегда нравилась похвала. *** Пока в Японии не утихают иски о том, что новая модель телефонов, созданная на первом в мире полностью роботизирванном заводе, повсеместно взрывается, не редко с попаданием в больницу, а те, что не взрываются, создают файлы о звонках и переписках, которые невозможно удалить, тем самым при помощи одного лишь телефона собирая о человеке полную карту его жизни: родственники и друзья, адреса жилья и работы, количество денег в банке — в толерантный Америке поднялся настоящий бунт у белого дома. Президент Соединенных Штатов в вечерних новостях заявляет с подергивающимся от пикселей лицом и заикающимся коротящим голосом машины о том, что в стране запрещается ЛГБТ, и откровенно оскорбляет их представителей. Когда в результате толкучки у здания правительства перепуганая охрана затевает очередь в воздух, рай и ад, наконец, обращают на это внимание.